– Чего конкретно ты добиваешься? – поинтересовалась Мирам.

– Надо трансформировать легион, – охотно объяснял Алекс. – В этом мой план.

– Хотелось бы побольше деталей. Напоминаю, что мне надо как-то координировать действия.

– Деталей пока нет.

– Тогда это не план.

– Недавно Фогот сказал мне, что я должен идти своим путем.

– То есть мы сейчас сражаемся с тремя титанами, потому что Фогот что-то там брякнул? – уточнила Мирам.

– Да, – кивнул Алекс, не отрывая взгляда от приближающихся монстров, которые уже начали обходить легион с разных сторон.

– Ну тогда это точно должно сработать. Просто я думала, что у тебя какая-то безумная идея возникла, а у тебя даже этого нет. А раз идеи нет, то и нечему проваливаться.

– Ты придумала что-то получше? – спросил Алекс.

– И давно. Ничего, кроме бегства, нам сейчас не поможет.

– Бегство тоже не выход. Позови Феликса.

– Хорошо, хотя я не вижу, как он справится с этими типами.

– Мы справимся с ними вместе, – ответил Алекс, снова уводя легион в сторону.

Он прекрасно понимал Мирам – думающие машины должны были оставаться рациональными, насколько позволяла ситуация. Однако время рациональных решений прошло. Причем еще в тот момент, когда он, вместо того чтобы остаться на Глирде, полетел обратно в сектор Корвус вместе с армией.

В памяти снова всплыло название адептов восьмой стадии – феноменальные. Сейчас ему казалось, их так называют, потому что жители Второго Радиуса просто не понимают фанатиков Силы. Их действия нельзя было просчитать.

Однако когда ты живешь на Дальних Рубежах и сражаешься с монстрами Бесформенного, то волей-неволей становишься непредсказуемым. Потому что рациональная логика опирается на прошлый опыт, который не всегда может помочь против Тьмы Бесформенного и населяющих ее чудовищ. Старшие адепты больше полагались на резонанс с Силой и ее импульсы, чем на здравомыслие.

Это могло показаться безумием, но Дальние Рубежи существовали, а значит, метод работал. Просто нужно было верить в себя и Силу. Даже больше, чем боевики в пылу сражения. Потому что последователи боевых концепций быстро принимали решения только в центре схватки. Старшие же адепты так жили. При этом они не впадали в безумие – без планирования и экономии ресурсов адепты рано или поздно погибали. Просто не сразу…

Так или иначе, сейчас легион должен был перепрыгнуть через пропасть. То есть поступить нерационально. Причем все бойцы разом, иначе целое распадется и их тут же сомнут. Однако это не значило, что прыгать надо сломя голову. Поэтому Алекс и приказал сначала проверить скорость…

Энергетических хирургов легиона возглавлял мастер Феликс – по мнению Алекса, на поле боя он превосходил даже Нерею, которая добивалась большего успеха в лаборатории. Во время первого большого путешествия адептов в серую зону именно Феликс придумал множество техник для защиты и ускорения пятисоттысячной армии. В результате скорость на обратном пути возросла в несколько раз.

Мастер постоянно наблюдал за легионом и предлагал свои идеи. Чаще всего они опирались на вибрационное поле – то самое, которое и превращало армию в легион. Например, Феликс придумал армирование, а также распределенную структуру, которая позволяла растягивать легион далеко за пределы сферы восприятия Алекса.

Иногда подобные техники помогали справиться с крайне серьезными врагами.

Правда, после внедрения сначала хаоса, а потом и света в защитный барьер, от этих приемов пришлось отказаться. Потому что Алекс мог заряжать вибрационное поле нужными вибрациями, только когда мог до него дотянуться. Кстати, другие координаторы таких сильных приемов в своем арсенале не имели. Зато они могли создавать легионы побольше, поскольку их не ограничивала сфера восприятия. У них даже похожего навыка могло не быть. Впрочем, в серой зоне адепты держались вместе, так что большие размеры отряда не давали значимых преимуществ.

Но в любом случае большинство координаторов опиралось на техники, разработанные Феликсом. Потому что они были проще, понятнее и доступнее техник Алекса. Даже Сантана, которая прошла через весь мертвый кластер, их предпочитала.

В общем, Феликса ценили. Тем более мастер имел восемнадцатый уровень, что автоматически ставило его выше – высокий уровень и Линза имели свои плюсы.

Иногда Сантана в шутку называла Феликса Полководцем энергетических хирургов, а Мирам считала, что если Алекс сосредоточится только на энергетической хирургии и откажется от всего остального, то превратится в аналогичного специалиста…

– Что от меня требуется? – пробулькал похожий на двухметровую зеленоватую медузу адепт.

– Феликс, мне нужен новый синхронизатор, – объяснил Алекс. – Чтобы трансформировать легион.

– Синхронизатором будет свет?

– Именно! Справишься?

– Пожалуй, да, – протянул мастер. – Я уже думал, как можно переструктурировать поле. Но мне нужно время. По крайней мере, несколько минут.

– Поле должно быть сплошным, – предупредил Алекс.

– Гм… тогда это может занять больше времени.

– Работай, а я пока буду водить нас кругами…

Феликс понял идею с полуслова, потому что синхронизация лежала в основе новых легионов. Ведь что-то должно было объединять адептов. Даже полузабытые легионы древних времен использовали Силу или артефакты, но это было не очень надежно, да и техника подходила лишь великим школам, где все адепты использовали одну Силу.

После Большой Гонки стали распространяться легионы нового типа на основе вибрационного поля, поддерживаемые энергетическими хирургами. В простом варианте синхронизатором выступали сами энергетические хирурги, удерживая вокруг себя бойцов с помощью навыков по типу Нити Алекса.

Лучшие координаторы умели заряжать вибрационное поле своим «голосом», но это могли делать единицы. А так хорошо, как Алекс – никто. Потому что ничей «голос» не звучал достаточно сильно, чтобы перекричать всех.

Сейчас же надо было пойти еще дальше – сделать синхронизатором свет. Который, между прочим, являлся чужим для большинства адептов. Однако свет защищал. Кроме того, адепты должны были научиться подключать его к своим навыкам.

В общем, требовалась самая малость – растянуть барьер так, чтобы поле света накрыло всех членов легиона и при этом не ранило их. Причем это должны были сделать Феликс и остальные энергетические хирурги.

К счастью, свет отличался от хаоса гораздо большей подвижностью и управляемостью. Ведь это было Качество, а не навык. Да, он мог отбирать энергию, но при этом умел не ранить союзников… так же, как и океан света старшего братца…

Алекс оставил этот вопрос своему лучшему мастеру. В конце концов, энергетические хирурги – единственные из всех адептов, кто умел проникать в энергетическую систему других, и при этом тело пациента не воспринимало вмешательство как атаку. Правда, обычно пациент был один, и его предварительно усыпляли. Феликс же должен был провести масштабную операцию прямо во время боя. Тут ему могло помочь то, что адепты уже были соединены в сеть.

Но это были уже технические нюансы.

В любом случае сам Алекс не мог сейчас отвлекаться. Тем более для него свет был просто светом. У него не было времени разбираться – надо было увести легион от титанов…

* * *

– Налево, – раздался в голове сухой голос, и Алекс тут же свернул.

Бой шел уже несколько минут – непозволительно долго по меркам мира адептов. Правда, в данном случае противник не слишком торопился. Хотя и не медлил, стараясь атаковать легион при каждом удобном случае.

Лучше всего это получалось у Червяка, который своими длинными хвостами то и дело доставал адептов. Иногда к нему подключался Кальмар, а вот Шайба в основном блокировал отступление, потому что хотя его тело и было самым массивным, но при сближении он больше открывался.

В результате за эти несколько минут Алекс взорвал у Шайбы трое врат с помощью Проникающего удара. А вот Червяк и Кальмар отделались легким испугом – в смысле потеряли только одни врата каждый.

К сожалению, врата быстро отрастали обратно. И скорее всего, к этому приложил руку левиафан. Он был для титанов кем-то вроде заместителя Бесформенного. Или станции связи и подзарядки, поскольку имел прямую связь со своим господином. В общем, троица противников не обращала большого внимания на раны. Вместо этого они атаковали с пугающей периодичностью.

Защита таяла на глазах…

– Вперед! – снова приказала Мирам. – А теперь налево-вверх.

Во время бешеной гонки спутница работала навигатором. Разумеется, она не ограничивалась голосовыми командами, и перед Алексом вращалась сложная схема из множества векторов нападения и возможных путей уклонения. Вариантов было так много, что схема напоминала огромную паутину, где одни линии становились ярче, а другие тускнели. И все это происходило в режиме реального времени. Сухими командами Мирам выделяла только самое важное.

Ее работа не ограничивалась помощью Алексу – каждый раз, когда они приближались к врагу, адепты выпускали град ударов, чтобы титаны не расслаблялись, а сами адепты учились сражаться в сложных условиях. И бойцы, и Мирам действовали на грани возможностей…

– Фест перестраивает пространство, – сообщила она.

Новость была неприятной, хотя и ожидаемой. Очевидно, Фест увидел все, что хотел, и адаптировал измененную реальность под легион. Алекс почувствовал это по замедлившемуся движению. Они словно в патоку попали, и ему все чаще приходилось использовать Всплеск. При этом легион сдвигался недалеко и сжигал энергию защитного барьера.

Из-за этого адепты постепенно переключились на поддержку вибрационного поля, а пространственники начали использовать Зародыши. В измененной реальности Феста артефакты работали плохо, но это был шанс избежать самых опасных атак.

Монстры же действовали как три огромные машины, синхронизируя свои действия. Их целью было вымотать легион. Фактически это была тактика адептов против титанов, но сейчас монстры и разумные поменялись местами…

– Феликс готов! – воскликнула Мирам.

Впервые с начала боя в ее голосе появились эмоции – она явно ставила на мастера. Впрочем, выбора у нее не было…

– Тогда пусть начинает! – приказал Алекс.

Через мгновение он почувствовал, что защитный барьер размывается, а энергия устремилась внутрь армии. Правда, из-за этого армия запнулась и целое чуть не схлопнулось.

– Назад, влево! – закричала Мирам.

– Принял!

В этот раз ему пришлось использовать большую часть своего личного резерва, чтобы отвести армию Всплеском. Барьер пока не отзывался, так как легион трансформировался. И, к сожалению, это был тот случай, когда трансформацию нельзя было провести в более спокойных условиях. Им нужен был противник…

К счастью, Феликс отлично подготовился, и все завершилось за считаные секунды. Да, пришлось сжечь еще несколько Зародышей – кстати, они работали все хуже и хуже – но зато трансформация завершилась. Хотя теперь адептам требовалось время, чтобы освоиться.

Но это были лишь технические детали.

Хотя освоиться требовалось не только адептам… Алекс почувствовал, что внутри него разгорается пожар – легион изменился, и это ударило по координатору.

– Проклятье… – проскрипел он, едва сдерживая боль.

Давно его так не прикладывало. Причем вспышки боли накрыли и плоть, и энергетическую систему, и даже разум затронули. Невозможно было понять, что их вызвало. Эту боль можно было только перетерпеть, чтобы закончить трансформацию. Его личную, а не легиона. Вот Алекс и терпел, а заодно уводил легион из-под ударов.

– А мы прилично ускорились, – раздался чей-то голос.

– Что? – не понял он.

– Мы ускорились, – повторила Мирам. – Ты говорил, что это будет признаком успешной трансформации. И у тебя получилось!

– Все сделал Феликс, – пробормотал Алекс.

– Но с твоей подсказки!

– Потом разберемся, кого хвалить. Что вообще происходит?

– Если ты о монстрах, то они все еще гоняются за нами.

– Это хорошо. Они будут контрольным образцом…

– Что? Каким контрольным образцам?

– Надо проверить, что изменилось…

Алексу понадобилось еще несколько секунд, чтобы полностью прийти в себя. Он словно выходил из затяжной медитации. Наконец в голове окончательно прояснилось, и он смог сосредоточиться на чем-то еще, кроме постоянного бегства. Одновременно с этим пришло ощущение нового легиона.

«Мы действительно изменились…»

Теперь это был не сборный бутерброд из разных аномалий, а сплошная структура. По словам Мирам, другие адепты восприняли изменения гораздо спокойнее координатора – очевидно, по ним не ударил откат.

Тча!

Червяк снова подобрался и ткнул хвостом в легион. Подобное происходило много раз, и Алекс даже привык. Но он сразу заметил, что плоть монстра быстрее плавится, а энергия барьера медленнее расходуется. Точнее, это был уже не барьер, а сплошное поле.

При этом свет не изменился – это Алекс чувствовал, не заглядывая в интерфейс. Просто легион теперь гораздо эффективнее распоряжался ресурсами. Однако одной защитой бой не выиграть…

* * *

Фогот не переставал удивляться происходящему. Давно он не получал столько новых впечатлений – а в устах древнего адепта двадцать третьего уровня это было серьезное признание. Он уже не обращал внимания на такие мелочи, что армия в несколько десятков тысяч адептов добровольно отправилась на самый край Первого Радиуса в поисках монстров. Но вот бой с тремя титанами потряс его до глубины души. О таких вещах слагали легенды. Хотя для Разрушителя гонять титанов было в порядке вещей.

Или – хорошей тренировкой, как выразилась Мирам.

Правда, многие посчитали бы, что «тренировка» пошла не по плану, раз монстры то и дело атакуют. Но и легион пока не потерял ни одного бойца, а Алекс лично уничтожил несколько врат – это Фогот видел собственными глазами. Точнее, энергетическим зрением…

– Фогот! Мы перестроили легион, – раздался рядом голос Мирам.

– Такое сложно не заметить, – проскрипел тот.

– Ну, раз заметил, то начинай работать!

– Как именно? – уточнил он.

Услышь сейчас его Смок, он бы сильно удивился тому, что гордый старейшина просит указаний. И ладно бы от Полководца, но от думающей машины… это было странно. Однако Фогот прекрасно понимал, что не он тут главный. Поэтому искренне хотел выяснить все детали. Тем более он сейчас лично отвечал за всех бойцов школы Корвус, которые составляли солидную часть объединенного легиона.

В общем, нельзя было тянуть одеяло на себя, даже если очень хотелось.

– А вот как хочешь, так и атакуй! – огорошила его Мирам.

– Что ты имеешь в виду? – удивился он.

– Ты недавно сказал Алексу, что лучше него никто не разберется с его путем. У нас сейчас похожая ситуация.

– Я не это имел в виду…

– А я – именно это! Никто пока не знает, на что мы способны. Так что разберись сам. Вон, Варб уже начал.

И действительно, лидер Строителя Ваантана уже выстрелил. Причем выстрел оказался гораздо сильнее, чем атака объединенного легиона. Варб явно сообразил, как использовать поле света.

– Не спи, Фогот, а то тебя обгонит адепт тринадцатого уровня, – ехидно добавила Мирам.

– Он Эмиссар и Полководец…

– А ты – старейшина боевой школы и обещал показать нам всем класс. А как ты это сделаешь, если титаны закончатся?

– Гм… ладно, считай, что ты меня уговорила, – фыркнул Фогот.

Он, конечно, не верил, что титаны закончатся в ближайшее время – слишком сильными они были. Но и уступать адепту тринадцатого уровня не хотел. Пусть даже Варб – Эмиссар.

«Хватит того, что мы отдали ему первый выстрел», – подумал он, обращаясь к морю энергии вокруг.

Оно казалось странным, но отозвалось. Его нельзя было использовать для навыков – в конце концов, море состояло из личной энергии адептов. Зато оно переформатировало выстрелы. Более того, Фогот вдруг заметил знакомые вибрации.

Это было слабое звучание седьмой стадии…

Надо сказать, что легион и раньше напоминал артефакт квази-шестой стадии. Но сейчас он словно бы поднялся на ступеньку выше. Конечно, это не было полноценным голосом старших адептов – Фогот понимал это лучше всех. Однако бойцы могли повышать ранг своих атак. Даже если просто стреляли.

Легион работал как трансформатор.

– Стало еще интереснее, – пробормотал он, с любопытством глядя на ближайшего титана. – А что будет в ближнем бою?