46. Бэк

Даже после внезапного появления Картера утром в офисе я не ожидал, что он придет на ужин. Он вообще редко появляется на семейных вечерах. Я тоже, но все же не настолько.

Картер смотрит мимо меня прямо на Марго, на наши переплетенные пальцы.

Он вскакивает со стула, тот летит на пол.

– Вы охренели?

Глаза мамы округляются то ли от шока, то ли от стыда. Она оглядывается, одаривая каждого случайного свидетеля нашего скандала виноватой улыбкой.

Папа пилит меня нечитаемым взглядом, а затем кладет руку на плечо Картера и тянет вниз:

– Сын, сядь.

Глаза Картера горят от ярости, но он поднимает стул с пола и подчиняется.

– Мама, папа, – я скромно улыбаюсь. Мне немножко стыдно, что они втянуты в скандал, который вот-вот заведет Картер. Я правда не думал, что он придет. Надеялся на приятный семейный ужин перед Днем благодарения, во время которого я смогу спокойно представить родителям Марго как свою невесту.

Теперь это будет целый концерт. Картер избалован до ужаса. Он не привык, что у него что-то могут отнять. С момента основания моей собственной компании к нашим отношениям добавилась его жажда во всем со мной соревноваться. Он просто так эту ситуацию не отпустит. С тех пор как папа однажды за ужином небрежно спросил Картера, когда он займется наконец своей жизнью и возьмет пример с меня, брат одержим мыслью во всем меня обставить. Не думаю, что папа хотел его обидеть. Но Картер обиделся. С тех пор он пытается победить меня в игре, в которую я даже не хочу вступать. Когда он узнает, что мы с Марго помолвлены, у него резьбу сорвет. Я надеялся, что новость он получит по телефону, а не в ресторане, в котором вечно полная посадка и бронь заполнена на шесть месяцев вперед.

– Вы же помните Марго? – спрашиваю я и поворачиваюсь так, чтобы она больше не могла за мной прятаться. Марго щипает меня за руку, видимо, недовольна, что я лишил ее прикрытия.

Я сжимаю ее ладонь, пытаясь успокоить. Мы оба не ожидали, что Картер выскочит откуда ни возьмись, но это мы были наивны. У нее получилось спрятаться от него в офисе. Картер, который ни разу в жизни ни за что не боролся, явно был готов бороться за Марго.

Мама встает, широко улыбаясь. Она обходит стол и обнимает Марго, даже прежде чем поздороваться со мной.

– Марго! – ласково говорит мама и гладит ее по спине. – Сколько лет, сколько зим!

Марго обнимает ее в ответ. Я слежу за каждым ее движением и поэтому замечаю, насколько напряжены ее руки и спина.

– Много, – нервно отвечает Марго.

Как только мама отпускает ее, к объятиям присоединяется папа. Он всегда как-то трепетно к ней относился. Даже после того, как они с Картером расстались, он часто спрашивал, как там Марго.

Пока они разговаривают, мама подходит ко мне и довольно улыбается.

– Мой мальчик, – говорит она, голос наполнен любовью. Я наклоняюсь к ней и обнимаю. Меня успокаивает запах духов, которые она носит всю мою жизнь.

– Я скучал, – говорю куда-то в ее волосы.

Папа пожимает мне руку, мы все переглядываемся, всем немного неуютно из-за взрыва Картера. Отец пытается развеять напряжение и приглашает нас за стол.

– Садитесь и давайте пообщаемся, – по взгляду вижу, что вопросов у него много.

Я чувствую на себе и обжигающий взгляд Картера, пока отодвигаю стул для Марго. Она улыбается уже более уверенно, выдавливает тихое спасибо и садится. Я сажусь рядом, скалюсь на брата, чтобы он понял – меня не волнуют стрелы, которые он пускает в меня глазами.

Картер отпивает своего бурбона.

– Я не знал, что мы теперь ассистенток приводим на семейные ужины.

– Я не знал, что ты приглашен.

– Мальчики, – шипит мама, в голосе больше мольбы, чем ей, наверное, хотелось бы.

Я смотрю на нее и смягчаюсь:

– Прости, мама. Меня просто удивило, что Картер решил почтить нас сегодня своим присутствием.

Бросаю взгляд на Марго. Должен признать – по ней не видно, что всего минуту назад она сходила с ума от волнения. Голову она держит высоко, ни тени напряжения на лице.

– Интересно, связано ли это как-то с моей ассистенткой? – Наверное, жестоко так оттягивать новости о нашей помолвке, но я не могу удержаться. Мне нравится, что Картеру не по себе, нравится, что он мозг ломает, пытаясь понять, какие у нас с Марго отношения.

Темные волосы Картера блестят под желтым светом люстр. Он очень внимательно на меня смотрит. Если он ищет на моем лице ответы, то он их там не найдет. Картер откидывается на спинку своего стула и решается бросить взгляд на Марго. Потом снова смотрит на меня:

– Мне уже нельзя поужинать со своей семьей?

– Знаешь что? – Я беру в руки винную карту и притворяюсь, что изучаю ее, хотя и так прекрасно знаю, что возьму. – Ты прав. Мы очень рады, что ты сегодня с нами. Как там дела у твоей девушки? Напомни, как ее зовут?

Картер бросает на меня взгляд, а потом переводит его на Марго.

– Мы расстались, – объявляет он, жадно разглядывая ее.

Та широко ему улыбается. Я даже не осознаю, насколько ревную, наблюдая, как они изучают друг друга, пока она не кладет руку мне на ногу.

– Не важно, есть у тебя девушка или нет. Я бы с удовольствием с ней познакомилась, если она есть.

Черт. Почему я испытываю такое облегчение?

– Она – не ты, – тут же отвечает Картер.

Ну нет.

Я отмахиваюсь от официанта, который подходит к нашему столику. Он тут же убегает, видимо, спасая свою жизнь, потому что ревность исходит от меня горячими волнами.

– У меня есть хорошие новости, – объявляю я, проигрывая этому чувству. Под столом переплетаю наши с Марго пальцы.

Глаза мамы начинают светиться. Они с папой переглядываются, он, кажется, испытывает облегчение от перемены темы. Облегчение, которое я сотру своими следующими словами.

Я смотрю на Марго, чувствую, как лицо расслабляется от ее красоты. Она сжимает мою руку, убеждая продолжать. Я смотрю на родителей и делаю глубокий вдох.

– Мы с Марго влюблены.

– Ага, рассказывай! – тут же плюется Картер.

Марго смотрит на него, на ее лице не отражается ни одной эмоции.

– Такое бывает, когда постоянно работаешь вместе.

Я готов расцеловать ее прямо здесь и сейчас за такие слова. Я не думал, что она решится много говорить. Вообще-то я даже предполагал, что она будет молчать, пока я объясняю, что изменилось в наших отношениях. Когда увидел за столом Картера, часть меня испугалась, что при нем она не сможет придерживаться плана. Марго честно говорила мне, что он сделал ей больно. Не знаю, осталась ли в ней еще эта боль, хотела ли она Картера обратно.

Ее уверенный взгляд, изучающий его заплывающее яростью лицо, говорит мне все, что я хотел знать. Она не вернется к нему. Она больше ему не принадлежит. Она моя.

Весь наш столик напряжен, пока Марго и Картер смотрят друг на друга. Она первая отводит взгляд, переводит его на меня. Она поднимает руку и ласково гладит меня по щеке.

– Мы этого не ожидали, – мастерски врет Марго.

– Шалава, – бросает Картер и бьет ладонью по столу. Бокалы звенят от удара.

– Картер! – восклицает мама.

– Сын, – рычит папа.

Я поднимаю ладонь, пресекая все, что хотят сказать родители. В груди закипает злость. Я смотрю на это жалкое создание, с которым, к сожалению, делю одну кровь. Я чувствую, как Марго смотрит на меня. Тело все стянуто в узел от злости. Я наклоняюсь и разглаживаю скатерть.

Каждая клеточка моего тела хочет броситься на него через весь стол и зарядить ему по лицу за то, что он посмел так сказать о Марго. Рука дергается под столом, я пытаюсь держаться. Моей семье не нужно, чтобы мы с Картером попали в заголовки газет, потому что сцепились за ужином.

– Картер, – выдавливаю я сквозь зубы, смотря ему прямо в глаза. Надеюсь, он видит, как в моих плескается ярость. – Еще раз назовешь так мою невесту, и я испорчу тебе жизнь. И не вспомню, что мы родственники.

Он дергается, глаза его округляются:

– Невесту?

– Да, невесту. Извинись перед ней.

– Нет, – злобно отвечает он.

– Картер, – умоляющим тоном говорит мама. Я не так представлял себе наше объявление, но и не думал, что здесь будет Картер.

Картер отворачивается от меня и смотрит на Марго:

– С члена одного брата на член другого, да?

Я вскакиваю из-за стола и за мгновение обхожу стол. Тарелки падают на пол, когда лицо Картера впечатывается в скатерть. Мама визжит. Марго что-то говорит, но я не слышу. Я придавливаю щеку Картера в белоснежную ткань. Гнев кипит в крови, я крепче сжимаю ладонь на его шее.

Игнорирую мольбы семьи и возгласы окружающих. Я могу думать только о брате. Этот кусок дерьма даже находиться рядом с Марго не заслуживает, и уж тем более не заслуживает быть с ней. Я вжимаю пальцы в его кожу и наклоняюсь.

Зубы скрипят, я могу их переломать, так плотно сжимается моя челюсть от ярости.

– Тебе повезло, что вокруг люди. Были бы мы вдвоем, твое лицо уже все было бы синее.

– Ты бы не посмел, – выдавливает он.

Я хватаю его за волосы, поднимаю голову Картера и разворачиваю его лицом к Марго. Он пытается меня отпихнуть, но его жалкие попытки бесполезны. Я бросаю взгляд на окружающих, все пялятся на наше маленькое представление. Ненавижу быть в центре внимания, но больше ненавижу, что он позволил себе такое сказать про Марго.

Когда он пытается отвернуться, я второй рукой хватаю его за челюсть и заставляю смотреть на Марго.

– Извинись перед моей невестой, Картер.

Он дергается, но высвободиться не может. Я слишком горю от ярости, чтобы отпустить его просто так. Он извинится. Любой ценой.

– Ни за что, – он визжит как ребенок, потому что я сжимаю его челюсть сильнее.

– Попробуй еще раз, – требую я, еще мгновение, и я бахну его головой об стол.

– Прости, – бубнит Картер, смотря себе под ноги.

– Будь мужиком и извинись ей в глаза!

– Прости! – кричит он. – Ау! – кряхтит он, потому что мои пальцы уже настолько сжали его шею, что Картер синеет.

– И раз уж мы начали, извинись заодно, что изменял. За то, что был жалким и глупым.

На мой бицепс опускается большая ладонь. Я поворачиваюсь и вижу предупреждающий взгляд папы. Ему придется отрывать меня от Картера, потому что, пока он не выполнит мою просьбу, я его не отпущу.

– Что ты несешь? – умудряется выдавить Картер, пока не хватает жадно воздух.

Только Марго может вырвать меня из хватки ярости. Сквозь приступ я слышу ее голос.

– Бэк, – шепчет она, – это не важно. Мне не важно, что он обо мне думает. Мне плевать.

Я смотрю на нее, пальцы чуть расслабляются, брат может сделать вдох поглубже.

– Мне на него плевать, – повторяет она и неуверенно улыбается. – Мне важен только ты.

На меня обрушивается облегчение, и я отпускаю брата. От этого резкого движения он падает вперед. Картер стонет и потирает отпечаток моей руки на шее.

Я подхожу к маме и целую ее в макушку.

– Люблю тебя, мама. Поболтаем, когда его не будет рядом. Прости, что испортил ужин.

С папой просто обмениваюсь понимающим взглядом. Он не спорит со мной и не уговаривает остаться. Нам не нужны слова, чтобы понять друг друга. Мы поговорим потом. Но рядом с Картером я больше оставаться не могу, если хочу держать себя в руках.

Прежде чем уйти, я поворачиваюсь к нему и смотрю сверху вниз.

– Больше никогда не заговаривай с моей будущей женой. А лучше – вообще не дыши в ее сторону, если это не слова извинения.