40. Марго

Из глубокого сна меня вырывают теплые губы на внутренней стороне запястья. Вытягиваю ноги под мягким тяжелым пледом и, моргая, открываю глаза. Чувствую губы уже на ладони и в тот же момент замечаю, что у моей кровати стоит на коленях Бэк.

Я улыбаюсь, от его взгляда внутри тут же становится горячо.

– Привет, – почти бубню я, стараясь проснуться окончательно.

Он ласково на меня смотрит, нежно гладит пальцами лоб:

– Привет, малыш.

Мне всегда казалось, что ласковые прозвища в отношениях – это пошлое клише, но так было, пока я не услышала «малыш» из уст Бэка. Теперь я готова отказаться от собственного имени, лишь бы он продолжал так меня звать. Я думала, что он использовал «малыш» только в порывах страсти, но сейчас в этом ласковом прозвище кроется что-то совсем другое.

Он держит меня за руку, покрывает ее нежными поцелуями. Эта ласка сжимает мое хрупкое сердце, которое уже начало надеятся на что-то, что для нас с Бэком не предназначено.

– Долго я спала? – Поворачиваюсь к нему лицом, Бэк крепко обхватывает меня за талию. Осматриваю его тело и вижу, что он переоделся в костюм. Видимо, я спала настолько долго, что он успел привести себя в порядок. Он был таким забавным в пижаме, купленной в гостинице, а в специально для него пошитом костюме Бэк сшибает с ног своей красотой.

Только когда он опускает поцелуй на мой безымянный палец, я замечаю, что что-то изменилось. Я задыхаюсь от удивления, вскакиваю на кровати, выхватываю у него свою руку и подношу к лицу.

На моем пальце красуется кольцо с огромным овальным бриллиантом. Это самый большой драгоценный камень, который я когда-либо видела. И он теперь надет на мой палец!

– Бэк, – напряженно говорю я, – что это? – Не могу перестать пялиться на красоту простого золотого колечка, на котором устроен прекрасный, идеальный бриллиант.

Он тянется к моей ладони и снова целует ее.

– Твое помолвочное кольцо, Вайолет. Я выбрал его для тебя.

Я изучаю кольцо. Классика, но современная. Камень вычурный, но я же сама сказала, что хочу огромное кольцо. Бэк сдержал свое слово, хотя я скорее шутила.

– Ничего красивее не видела, – говорю я и не знаю, кем любоваться: подарком или Бэком.

– А я видел, – его голос такой глубокий, взгляд такой проницательный, что живот сжимается в узел. Еще никто до Бэка не мог расплавить меня одним взглядом. Не говоря ни слова, он может сказать так много, но при этом оставить достаточно загадки, чтобы моя голова сходила с ума, расшифровывая взгляд синих глаз.

Я провожу большим пальцем по металлу – еще непривычное ощущение.

– Ты делаешь мне предложение?

Он приподнимает мое лицо за подбородок, чтобы я оторвала взгляд от кольца и заглянула в его глаза.

– Я могу встать на одно колено прямо здесь и сейчас, если ты этого хочешь, Марго. У меня есть множество красноречивых и необычных идей, как и что сказать. Бессчетное количество раз я обдумывал, как сделаю тебе предложение, пока носил это кольцо в кармане, решал, наступил ли правильный момент. Но ни один момент не будет по-настоящему особенным, таким, каким ты заслуживаешь. Если честно, и мне тошно это говорить, но я не хочу отнимать у тебя это волшебное чувство, пока кто-то настоящий не встанет перед тобой на одно колено. Ты согласилась стать моей невестой на год, лишь на год. Если бы я решил делать тебе предложение так, как ты этого заслуживаешь, я бы убедился, что ни один мужчина не сможет сравниться с моей задумкой. Так что, справедливости ради и ради твоего следующего мужчины, я отложил масштабное предложение.

Я сглатываю. Слезы вот-вот начнут катиться из глаз.

– Ты прав, наверное, – хрипло выдаю я, но эмоции встают комом где-то в горле. Как бы сложно ни было это слышать, он прав. Уже не могу представить, как скажу «да» кому-то другому. Бэк уже завладел моим телом и сердцем. Стараюсь не думать о «сроках годности» и о том, что когда-то он перестанет вот так страстно на меня смотреть.

Бэк открывает рот, будто хочет что-то сказать. На мгновение я позволяю себе надеяться на то, чего точно не случится. В его глазах столько тоски, будто он разделяет все мои чувства, будто наша вчерашняя ночь тоже много для него значила.

Бэк проводит пальцем по моему лбу.

– Хотел бы я знать, что происходит в этой голове, – шепчет он хриплым голосом.

– Аналогично.

– Ты можешь спросить меня о чем угодно, и я отвечу.

Очень хочется спросить, изменилось ли для него что-нибудь. Чувствует ли он ко мне что-то, хоть чуточку. Почти выпаливаю эти вопросы, но все же сдерживаюсь и оставляю их при себе. Если честно, я не хочу знать правду. Я травлю себя ложными надеждами, что смогу изменить Бэка. Но вообще-то он в принципе задумал все это только ради своего желания не останавливаться на одной женщине. Мне не хватит наивности полагать, что одна жаркая ночь что-то изменит. Я бы даже не смела надеяться, если бы не его теплые взгляды. Взгляды, говорящие мне одновременно все и ничего.

– Ты хочешь меня поцеловать?

– Я много чего с тобой хочу. Но поцелуй – прекрасное начало.

Он сокращает между нами расстояние, соединяет наши губы. Никогда от этого не устану. Я запускаю пальцы в его аккуратно уложенные пряди и притягиваю за волосы к себе. Все вопросы оставим незаданными, лучше утону в его поцелуе.

Бэк встает с колен, забирается на кровать и прижимается ко мне всем телом. Мне нравится ощущать на себе его вес, нравится просовывать руки под его пиджак и чувствовать, как его мышцы напрягаются под моими ладонями.

Он меня завораживает очередным поцелуем, заставляя отчаянно желать всего, что он готов дать. Из-за этого поцелуя я забываю, что по ту сторону тоненькой двери находится целый экипаж. Когда мы взлетали, я спала, но если это та же команда, что привезла нас в командировку, то в салоне сейчас достаточно много людей.

В процессе поцелуя рука Бэка находит мою, прижимает ее к кровати. Он переплетает наши пальцы, проводит по бриллианту большим пальцем.

– Это значит – да?

Его губы переходят от моего рта на шею. Бэк всасывает нежную кожу, и все мое тело покрывается мурашками.

– Ты знаешь ответ, – говорю я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. Бэк задирает мое худи и видит, что на мне вчерашнее белье.

– Я куплю тебе море таких комплектов.

– У меня их и так целая куча. – Я издаю стон, когда его язык начинает ласкать сосок через ткань бюстгальтера.

Он смотрит на меня с соблазнительной улыбкой, лицо между моих грудей.

– Я хочу увидеть тебя во всех существующих цветах. В каждой ткани. В каждой модели. А потом проверить, как эти вещички смотрятся на полу.

Я выгибаю спину, подставляя грудную клетку его поцелуям. Я уже мокрая, тело трепещет от предвкушения, зная дальнейший маршрут Бэка.

– У меня и так их много.

Я знаю, что поблизости целая толпа, но когда он сует пальцы под резинку моих штанов, я невольно поднимаю бедра, чтобы ему легче было их снять.

– Капец, как хочу увидеть все.

Утром, пока одевалась, я поленилась надеть трусики. На мне были спортивные штаны и худи – они не очень-то требуют белья. Я решила обойтись без трусов и просто запихнула их на дно одной из сумок.

– Господи, малышка! Я тебя еще даже не трогал, а ты уже такая мокрая и готовая.

– Бэк, – стон вырывается сам, когда Бэк движется поцелуями ниже пупка. – А что, если нас услышат?

Чувствую его смешок на коже.

– Тогда все будут знать, что я хорошо забочусь о своей девочке.

Внутри я визжу от слов «своей девочке». Бэк проводит пальцем по моим мокрым складкам.

– Или, точнее, о своей невесте.

Еще никогда в жизни я не занималась ничем подобным, зная, что кто-то может услышать. Наверное, я и никого так не хотела, чтобы аж не было сил дожидаться возможности остаться наедине. Сейчас я с Бэком. Плевать, если они услышат. Может, потом мне будет стыдно смотреть Эзре или членам экипажа в глаза, но пока я слишком отчаянно хочу почувствовать его губы на себе, чтобы переживать о таком.

Прежде чем поцеловать там, где я жду, Бэк снова поднимается поцелуями по моему телу и припадает к моим губам. Хочу спросить, почему он остановился, но его пальцы поддевают худи и тянут ткань вверх через голову. Бэк скидывает кофту рядом с нами на матрас.

Я осталась в одном лифчике, а он до сих пор полностью одет.

– Мне он очень нравится, – пальцы Бэка заползают под лямки лифчика, – но ему пора.

Он быстро тянется к моей спине и расстегивает его. Лифчик откинут в кучу остальной моей одежды.

Теперь баланс окончательно нарушен. Я совершенно голая, а он нависает надо мной в костюме-тройке. Может, это неправильно, но мне нравится. Нравится, что на мне ни ниточки, а он весь такой формальный, в деловом костюме.

– Ты хоть знаешь, какая ты красивая? – шепчет он, смотря на меня полными обожания глазами.

– Бэк, – тихо говорю я, его слова уже не просто возбуждают. Я мокрая, готовая, но сердце тоже присоединилось к веселью – трепещет от его комплиментов.

– Каждый дюйм идеален. Ни единого изъяна.

Я верещу, когда Бэк обхватывает мою щиколотку и тянет на себя, пока ноги почти не свисают с матраса. Бэк садится между моих ног на колени.

– Я заставлял тебя умолять, но и сам готов каждый день стоять перед тобой на коленях и молить. – Он раздвигает мои ноги, его пальцы впиваются в кожу. – Вот об этом. – Бэк проводит языком снизу вверх. Я сжимаюсь, мне нравится, как его нежный язык смягчает боль, оставшуюся со вчера. – Я бы умолял и уговаривал, сделал все, что ты попросишь.

Если кто-нибудь решил бы сейчас открыть дверь, то увидел бы меня с широко разведенными для Бэка ногами. Он прижимает ладони к мышцам на моих бедрах, чтобы ноги оставались там, где хочет он. Целует меня там так же мастерски, как в губы.

И вот он уже убирает одну ладонь с бедра. Ему необязательно меня держать. Я буду оставаться в нужном положении, лишь бы он тщательно работал вокруг моего клитора языком. Бэк медленно вводит два пальца в меня и загибает их. Это сводит меня с ума.

Меня точно слышно. Но я не могу сдержаться, ощущения раздирают все тело, я не могу молчать. Все так ярко, а я еще не кончила. Хотя его пальцам осталось работать недолго, а языку – недолго ласкать мой клитор, весь самолет будет знать, чем именно мы тут с Бэком занимаемся.

Я хватаю волосы Бэка в кулак, качаю бедрами навстречу его языку в забытьи наслаждения. Не сдерживаю раздраженного стона, когда Бэк вдруг отодвигается, но продолжает толкаться в меня пальцами.

– Хочу, чтобы каждый человек в этом самолете слышал, как ты кончаешь. Договорились, малышка?

Я прячу лицо в подушку и плотно закрываю глаза от возбуждения. Почему меня так заводит это требование? Мне должно быть противно такое собственничество, такое намерение «оповестить» всех, что мы занимаемся сексом. Но нет. Я хочу его порадовать. Хочу, чтобы все знали, как он радует меня, как разматывают меня до предела его прикосновения.

Бэк вытаскивает из меня пальцы.

– Если не хочешь кричать, то ладно. Попробуем по-другому. Пока я лижу эту киску, мой член будет так глубоко в твоей глотке, что ты не сможешь издать и звука.

Он водит пальцем от клитора до той части, которой не касался еще ни один мужчина. Даже я никогда его не касалась, лаская себя.

– Выбирай, или это сделаю я.

– Хочу, чтобы все слышали, – задыхаюсь я.

– Хорошая девочка, – говорит он и снова прижимается ко мне ртом. – Я тоже хочу, чтобы нас все услышали. Мое кольцо на твоем пальце, а мой рот – на твоей киске. Ты моя.

Бэк доказывает мне свою правоту, заставляя выкрикивать его имя – и не один раз, а три.