— Здравствуйте, — тихо здороваюсь с полноватым розовощёким мужчиной в клетчатом пиджаке, который ему заметно мал.

— О-о-о, — оживляется его лицо. — Отдел кадров решил мне пойти навстречу!

— Да, мне позвонили из отдела кадров и сказали сразу зайти с анкетой в этот кабинет, — переминаюсь с ноги на ногу, смотря ему в глаза.

— Ну, тогда я должен провести вам… — пытливо смотрит на меня.

Имя… Я же не представилась!

— Варя.

— Отлично, Варя, — ухмыляется…

Нужно было спросить, как зовут «его».

— Как вас зовут?..

— Сергей, — бросает на меня ироничный взгляд, а затем придирчиво всматривается в монитор компьютера. — Значит так, Варя. Глазки свои красивые мужикам свободным и не очень запрещаю строить. Тут не программа «Давай поженимся», а я не сваха для незамужних милашек с внешностью фотомодели. Кстати, подумай об этом.

— О красивых глазах? — выдавливаю из себя, растерявшись.

— О карьере модели. Рост у тебя, что нужно. Фигура, конечно… — задерживается взглядом на моей груди. — Фигура, конечно женственная, а там одни высушенные селёдки.

Стеша мне одолжила чёрные джинсы с завышенной талией, купленные на распродаже. К ним подобрала хлопковую рубашку в спокойном светло-сером оттенке. Как она сказала: «Просто, но шикарно». Я на размер «крупнее», чем сестра. Если с нижней частью всё смотрится гармонично, то с верхней – в облипку. Переодеваться мне было некогда. Мама должна была вот-вот прийти.

Сбежала, как трусливая зайчиха.

Умом понимаю, что только оттягиваю момент, и между нами нарастают новые слои льда. И даже в такие минуты, когда нужно думать о семье, все мои мысли направлены на Покровского. Надолго ли я зависну в этом состоянии?

— Хьюстон, вы с нами?!

Опомнившись, фокусирую зрение на изгибе мужских губ.

— С вами, — утвердительно киваю. — Ой, извините.

— Запомни ещё кое-что, — поднимает указательный палец вверх. — Скромность – очень плохое качество в «Независимой газете». Она пагубно скажется на твоей карьере, если каждый раз на неприличное слово или ироничное высказывание твоё лицо будет напоминать наливной краснодарский помидор. Если для тебя это не допустимо – уходи!

Нервная дрожь прокатывается по всему телу.

Куда же я попала, что с порога меня просят не проявлять интерес к мужчинам?!..

Развернувшись на пятках, хочу поскорее отсюда уйти!

— Ещё и шуток не понимает. Ясно-понятно, — летит мне в спину.

Оказалось, что мужчина может быстрее передвигаться при своей полноте, чем кажется на первый взгляд.

— Варя.. Да? Варя, успокойся, — останавливает меня, придерживая мой локоть. — Работы уйма. Народ, как крысы бегут с тонущего корабля. Текучка кадров из-за специфики нашей работы. Мы буквально по кустам сидим, чтобы потешить людей за утренней чашкой кофе.

— Про какую специфику вы говорите? У вас вполне приличная газета.

— Сейчас покажу, — разворачивает меня и ведёт к своему столу. — Как раз занимаюсь новым выпуском… Наконец-то можно вытряхнуть грязное бельё Покровской. Вся такая белая и пушистая, а лечится в наркологической клинике! Что-то в этот раз муженёк не стал заметать следы, используя поддельные данные. Видимо не всё так гладко в их королевстве.

Сергей показывает мне фотографию, на которой изображён Леонид со своей женой. На ней ещё присутствует люди, но я вся, как радиоволна, полностью настроена на их руки. Как он галантно приобнимает её за талию, а она в этот момент прижимает ладонь к низу живота.

Мой мужчина улыбается ей.

Он не мой… Зачем я себя обманываю?.. Никогда не был всецело моим, а я его «да».

— Тоже заметила, да? — указывает на жест Беллы. — Покровский не промах. Поднялся из грязи. Зато сейчас трахает любовниц и имеет всё, о чём другие мечтают в законном браке. Потерпеть можно, конечно… Детёнка жалко.

— Какого детёнка? — сипло спрашиваю, расстёгивая верхнюю пуговку.

— Она же беременна, — усмехается мне в лицо. — Вон, как Макрецкая позеленела! Все знают, что женушка бизнесмена посещает репродуктолога чаще чем косметолога! А тут наркоманка залетела, когда сама на витаминной диете для будущих мамочек.

— Вы смеётесь, а у женщины горе, — сглатываю вязкий ком слюны. — Как вы так можете?..

Шорох за нашими спинами и хриплый женский смешок, немного остужает мой пыл. Обернувшись через плечо, смотрю в глаза девушки с розовыми волосами. Цвет настолько специфический для моего восприятия, что я невольно начинаю любоваться ею.

— Серёжа, Серёжа… — цокает она языком. — Зачем мою девочку забрал?

— Э-э-э, — мужчина переводит на меня вопросительный взгляд. — Она сама ко мне пришла.

— Брысь с моего кабинета, кот блудливый!— сужает гневно глаза.

Мужчина заливается краской и спешно покидает кабинет.

— Лиля, — подходит ко мне вплотную и протягивает ладонь для рукопожатия. — Продезинфицировала. Не бойся.

— Я не боюсь, — дёргаю уголками губ. — Непривычно немного.

После рукопожатия Лиля усаживается за свой стол. Смотрит в монитор компьютера и брезгливо морщится.

— Век бы здесь не работала, но деньги нужны, — бубнит себе под нос.

— Вот моё резюме, — кладу на краешек стола папку со своими работами и заполненную анкету.

Лила моментально всё подхватывает, а через несколько секунд внимательно рассматривает мои проекты.

Макет визиток для Леонида я не приложила. Слишком… Слишком не больно, чтобы обсуждать свою идею для создания именно этого дизайна.

— Очень и очень неплохо, — склоняет голову набок, разглядывая макет рекламы женской одежды.

— Спасибо, — присаживаюсь на стул. — Подскажите, а какой здесь график работы и как с заработной платой?

— Варя… — кладёт перед собой мою анкету. — График ненормированный. Платят здесь хорошо.

— Я вам подхожу?

— О-о-о, более чем, — улыбается широко. — Мне как раз нужен человек с художественным складом ума.

— Извините, — сую руку в рюкзак.

— Всё нормально. Выйди и поговори.

Приняв вызов от неизвестного номера, с волнением вслушиваюсь в тяжёлое дыхание по ту сторону.

— Лео? — привалившись спиной к стене, произношу сиплым шёпотом.

— Доброго дня, Варвара. Вас беспокоит отец Беллы.

— Отец Беллы?..

— Да, барышня. Я – отец Беллы. И мне очень не нравится, что мой зять думает не о том, о чём нужно.

— Чего вы от меня хотите?