Первым, кого я вижу на руководящем этаже – это широкую спину Рафаэля Адамовича.

Мужчина склонился над столом Марины и что-то ей объясняет по работе. Девушка при этом светится от счастья. Её лицо я прекрасно вижу в этот момент.

— Где носит Петренко?.. — смотрит на часы он. — Клиент будет с минуты на минуту.

— Опять пришлёт эту деревенщину, чтобы не выполнять свою работу.

Деликатно прокашлявшись в кулак, привлекаю к себе внимание.

— Варвара, это вы? — мужчина склоняет голову набок, медленно скользя, как мне кажется, потрясённым взглядом от нысков моих новых туфель до макушки.

Утвердительно кивнув, не тороплюсь с ответом. Уверена, что отвечать на него мне не нужно, чтобы подтвердить свою личность. Вопрос, скорее всего, риторический.

— Хорошо выглядите, — взмахом руки указывает на свой кабинет.

— Спасибо.

В кабинете застываю перед столом Алмазова. Ранее мне не приходилось сидеть за ним и участвовать в активных переговорах с клиентами. Тот случай с Леонидом был моим первым и единственным, как и он сам во всём, что касается тактильных контактов.

Как же хочется его услышать. Тоскую по нему и каждую свободную минутку проверяю телефон на наличие входящих. В последний раз там было сообщение от Стеши. Сестра хочет для меня счастья и просит не переживать за них.

— Почему пришли вы, Варвара? — Рафаэль Адамович откидывается на спинку кресла, внимательно наблюдая за мной.

— Галина Семёновна… Она… Она… — ну, не про туфли же ему говорить. — Она неудачно подвернула ногу.

— А бывает так, что удачно подворачивают ногу на работе? С парковки до вращающихся дверей ваш руководитель проследовал без происшествий. Значит, травму она получила здесь. Не хочется, чтобы трудовая инспекция меня засудила за чрезмерно чистые полы.

— Неудобные туфли, — тяжело вздохнув, опускаю взгляд себе под ноги.

— Новый проект полностью ложится на вас, Варвара, — непререкаемо.

— Рафаэль Адамович, к вам пришли, — механическим голосом произносит Марина, стоит ей пересечь порог на высоких каблуках, демонстрируя подтянутое тело в облегающем платье.

— Пропусти, Марина, и организуй нам кофе на троих.

— На троих? — взлетают вверх тонкие брови.

— Да, ты не ослышалась, — теряет к ней весь интерес, переключаясь на другого человека. — Располагайтесь, Антип. Вы вас ждали.

Внутри рвётся натянутая струна, удерживающая равновесие моего тела. Увидеть человека, который меня чуть не изнасиловал – омерзительно и ничего другого он не вызывает.

— Рафаэль Адамович, можно я приглашу Галину Семёновну? Думаю, что я не справлюсь с таким важным заданием.

Антип мне рассказывал, что хочет воспользоваться услугами нашей типографии. Ему нужна интеграция рекламной кампании для продвижения товаров и услуг на рынке, где вращаются другие «игроки». С обновлённым и качественным дизайном можно встать на ступеньку выше, чем те, кто по каким-либо причинам не в состоянии воспользоваться грамотным подходом в маркетинге.

— Я вам отказываю, Варвара. Садитесь, — Рафаэль Адамович жёстко приказывает занять место напротив Антипа.

— Здравствуй, Варя, — у меня всё дрожит внутри от его приветствия.

— Вы знакомы? — Алмазов вместо удивления сужает глаза, будто пытается мне пробраться в голову и найти там незамедлительно ответ.

— Да, — сжимаю шариковую ручку до побелевших костяшек.

— Хм… Приступим к обсуждению проекта, — Рафаэль Адамович кладёт перед Антипом папку с работами нашей типографии.

Взяв техническое задание на выполнение заказа, выхожу из кабинета на ватных ногах. Толкнув локтём Марину, у меня не нашлось слов извинений перед девушкой, подавленная своим внутренним состоянием.

— Варя, что случилось? — Галина Семёновна отставляет чашку чая в сторону. — Ты бледная, девочка моя.

— Наш новый клиент – человек, за которого хотели мои родители выдать замуж. Я ему отказала, а он… А он чуть меня не изнасиловал.

Говорю и говорю. Когда вместо слов я начинаю горько плакать, закрываю лицо ладонями.

— Варенька, если бы я только знала… — ругает саму себя женщина, успокаивая меня. — Давай тебя на больничный отправим, а я возьму на себя твою работу?

— Раф… Рафаэль Ада… Рафаэль Адамович сказал, что это мой проект от технического задания до полной сдачи проекта. Он лично проследит, чтобы его выполнила я.

— А ему какое дело, кто его выполнит, а?.. Ты же кровью не расписывалась?

— Не-е-ет, — всхлипываю.

— Когда хочешь минимизировать контакт с клиентом, то можно пойти на хитрости. Сейчас я тебя научу…

Помимо мудрых советов, женщина посоветовала обратиться в полицию и носить на всякий случай в сумочке перцовый баллончик.

Рабочее настроение трансформировалось в апатию. От вдохновения остались тлеющие угольки, и только мысли о Леониде согревают душу.

Когда он будет дома, я попрошу его прояснить мой статус в его жизни. Для меня он стал всем с того момента, когда забрал мою невинность и дал повод считать его своим мужчиной.

Леонид мне писал сообщения. Я отвечала односложно, чтобы его не волновать.

Моя работа – это мои заботы и моя зона ответственности.

— Здравствуй, — переступаю порог его квартиры.

— Как твои дела, Варенька?

— Уже намного лучше, — наклонившись, снимаю туфли.

— Почему голос грустный?

— Тебя не хватает, — честно признаюсь на волне эмоционального потрясения. — Леонид, возвращайся скорее.

— Тебя обидели?!..

— Я хочу, чтобы ты был дома, — понимаю, как жалко звучит мой собственный голос, но ничего с этим поделать не могу.

— Мне через десять минут нужно быть на конференции. Телефон будет на беззвучном. Хорошо, Варенька?

— Спасибо, что предупредил.

— Не нравится мне твой голос… Мне пора.

— У тебя всё получится.

— Рад, что ты в меня веришь.

Наши диалоги я разбираю по косточкам. Смакую его ответы, наслаждаясь его мудростью и спокойствием.

Не раздеваясь, прохожу на кухню. В холодильнике много продуктов, но ничего из того, что я вижу – не хочу. Открываю свой покупной йогурт и пью прямо так.

— Всё будет хорошо… Всё будет хорошо… — повторяю для внутреннего успокоения. — Леонид приедет и всё будет хорошо.

Накрутив на голове гульку из косы, думаю, чем займу этот вечер. Можно дорисовать картину или… Опять домработница пришла?..

Наблюдаю, как в квартиру вкатывается лакированный чемодан цвета сочного персика. Следом заходит девушка в солнцезащитных очках на половину лица.

— Вы ещё одна домработница Леонида? — подаю голос, тем самым, пугая её.

— Что?! — ключи из её ладони падают на пол.

— Екатерина… Екатерина Степановна не говорила, что придёт её напарница, — рассеянно произношу.

— Совсем ох*ела, тварь?! Я – его жена! Жена, бл*ть, законная! — тычет мне в лицо кольцом на безымянном пальце.

— Я позвоню Леониду, — быстрым шагом направляюсь в спальню, где на постели лежит мой бюстгальтер и трусики. Собиралась постирать их перед сном.

Делаю дозвон под отборные ругательства девушки.

— Не отвечает… Он на конференции! Здесь какая-то ошибка! Леонид не женат! Кольца нет!

— Наивная простота, — половина её лица искажается в брезгливом оскале. — Пока я осматриваю квартиру, чтобы тебя здесь больше не было. Даю пять минут – уйдёшь целой.

От девушки тянет перегаром. Она пьяна.

Набираю и набираю Леонида. Он меня предупреждал!.. Может быть, это его бывшая жена?

— Простите, — шепчу задушено. — Но я вам не верю.

— А в это ты поверишь, шлюшка?!

Покровская Белла… Ему звонила Белла, только Леонид разговаривал так холодно с ней. Я помню его стальной взгляд и вздувшиеся желваки при этом разговоре.

— И сюда смотри! — штамп о браке.

Заливаясь горькими слезами, прошу у неё прощения.

Я же ничего не знала! Не знала я!

— Снимай! Всё снимай, что он тебе подарил или купил! — толкает меня в спину. — Трусы тоже! Дарит этим тварям подарки, а мне… Сволочь!

Одеваюсь в то, в чём сюда пришла. Меня убили только что. Вырвали сердце, позволив мозгу выполнять поставленную задачу.

— Аркадий, как вы работаете?! — кричит жена Леонида на консьержа. — Впускаете в дом, где живут приличные люди, проституток! Запомните её лицо, — сжимает мои скулы до пульсирующей в груди боли. — И никогда, чтобы здесь этой шлюхи не было!