Мы в обнимку прошли через все подземелье. Мне нравилось ощущать, как меня обнимают его сильные руки, нравилось чувствовать его могучее тело. Я была защищена. Мне больше ничего не угрожало.

Появилось ощущение безмятежного счастья. Глупо, наверное, так чувствовать себя в темных подвалах. Но именно это я и ощущала.

— Я всегда с тобой, — шептал он. — Больше никогда не отпущу тебя, моя принцесса.

— Я тебе верю, — ответила я.

Мы выбрались на улицу, на ослепительно яркий свет солнца. Мир ворвался резко. После кромешной тьмы подземелья вдруг появилось солнце. Ослепительное, жестокое, золотое.

Я зажмурилась, и даже вскрикнула. Глаза стало резать с непривычки.

— Не бойся, — прошептал он, прижимая меня к себе.

Я медленно открыла глаза. Сквозь ресницы увидела его лицо. И замерла.

Передо мной стоял Князь вампиров Эриад. Настоящий. Высокий, с чёрными, как смоль, волосами, собранными в хвост. Черты лица — резкие, благородные. Красные глаза в изумлении уставились на меня.

Он смотрел на меня, и в его взгляде читался тот же шок.

— Лили Вандер… — произнес он. — Ты?

— Я...

— Но почему ты другая. Ты не такая как раньше. Ты изменилась.

Я пошатнулась. Всё внутри перевернулось. Всё, что было между нами — в темноте: страсть и признания — вдруг обрело новое значение.

— Твой запах... Твоя аура... Ты! — бормотал он. — Почему ты теперь пахнешь иначе? Больше нет чужого запаха. Ты моя принцесса.

Я вдруг поняла, что тоже больше не чувствую страха, больше не чувствую запаха, который раньше исходил от Князя. Теперь он стал другим. Его запах был такой родной, такой любимый как и при наших свиданиях.

— Так это был ты! — сказала я. — Всегда был ты. Все три свидания в темноте. Со мной был ты. Но я не понимаю.

Мне действительно было не понять. Мой возлюбленный был всегда таким нежным, таким страстным. А Князь... Князя я боялась. И вдруг оказывается, что это он, что я всегда была с ним. Вот только его невозможно было узнать.

— Вот почему меня так тянуло к тебе, Лили Вандер, — сказал Эриад. — Мое тело знало, что это ты. Чувствовало тебя. Хотело тебя. Вот только почему у тебя был такой ужасный чужой запах. И аура.

— И у тебя, — прошептала я. — Твой запах пугал меня. Я боялась подходить к тебе.

— Запах и аура, — сказал Эриад. — Словно кто-то подменял их. Словно кто-то прятал нас, чтобы мы не могли узнать друг друга. Моя принцесса. После тысяч лет разлуки, кто-то пытался снова разлучить нас, не давал нам встретиться.

Я опустила глаза.

Как сказать ему, что я не его принцесса. Как сказать, что я охотница на вампиров. Казалось совершенно не мыслимо это сделать сейчас.

Мне не хотелось отпускать его.

Мы стояли посреди двора. Где-то в отдалении появились вампиры, они не смели к нам приближаться. Я увидела и целый отряд вампиров и студентов этой академии.

— Я чувствую твою любовь, — сказал Эриад. — Это наша любовь, которую мы сохранили через века. Только теперь ты ответила мне взаимностью. Ты признала меня.

Я не могла ответить. Не знала, как ему сказать, что я не Эрина. Я всего лишь Лили, я не его принцесса.

Но отвечать мне и не пришлось.

Внезапно раздался крик. Длинный протяжный — крик охотников. Я сразу узнала его.

Но это невозможно! Охотники? Они здесь?

Они напали на академию.

— Нас выследили! — раздался чей-то крик. — Они как-то узнали наши координаты. Они смогли подобраться вплотную к нашим стенам.

Вампиры подошли к нам ближе. Они ждали приказа.

— Нападение надо отбить! — коротко сказал Эриад.

И в этот момент к нам подбежал ректор, хотел что-то сказать, потом у него резко вытянулось лицо, когда он заметил меня в объятиях Князя.

— Князь... — забормотал ректор.

— Это моя принцесса Эрина, — рыкнул Эриад. — К ней никто не должен прикасаться. Разорву любого, кто дотронется до нее. Разорву, если непочтительно будете смореть на нее. Разорву, если посмеете что-то плохое сказать про нее.

Ректор вначале открыл рот, словно хотел возразить, но потом благоразумно захлопнул рот и закивал.

Воцарилась тишина.

Вампиры смотрели на меня. Я видела недоверие, ярость, зависть. Завидовали, разумеется, вампирши. Но никто не пошевелился. Никто не посмел ничего сказать Эриаду.

Странно, но лишь в глазах Таи, так страстно влюбленной в Эриада я не увидела зависти. Она смотрела на нас с легкой мечтательной улыбкой.

Один из старших вампиров, с серебристыми волосами кивнул.

— Если ты говоришь это, Князь, значит, она — под твоей защитой.

Эриад обнял меня за плечи, притянул к себе.

Я смотрела на него, дрожа. Всё рушилось. Всё, что я знала, вдруг оказалось другим. Мой мир перевернулся. Я была охотницей. А теперь — стояла среди тех, кого должна была уничтожить. И они признали меня невестой своего Князя, теперь я для них неприкосновенна.

— На нас напали, — проговорил ректор. — Охотники окружили академию.

— Так давайте отобьем это нападение. И будете гулять на моей свадьбе. Вы все приглашены.

Тишина длилась лишь мгновение. Потом, как гром после бури, Эриад поднял руку — и мир вокруг взорвался движением.

— Закройте все ворота! — прорычал он, и его голос, низкий и властный, прокатился по двору. — Активируйте древние печати! Пусть попробуют войти — и узнают, что значит вторгаться в мои владения!

Вампиры метнулись в разные стороны. Кто-то бросился к башням, кто-то — к подземным ходам. Воздух наполнился гулом, как перед грозой.

Эриад повернулся ко мне. Его глаза горели — не просто красным, а глубоким, пылающим огнём.

— Останься в академии, иди в мои покои и никуда не выходи, — сказал он, касаясь моего лица. — Это место защищено. Но ты должна быть в безопасности.

— Я хочу быть с тобой, — прошептала я, сжимая его руку.

Он замер. В его взгляде промелькнуло что-то хрупкое — боль, страх, любовь.

— Я не хочу снова потерять тебя. Уходи и сиди там.

Он прижал меня к себе, коротко, страстно.

— Я не дам тебе погибнуть еще раз. Я смогу защитить тебя, — он обернулся. — Эй, ты сын ректора, иди сюда.

К нам подбежал Дионисий.

— Отведи принцессу в мои покои и следи, чтобы с ней ничего не случилось. Ей не место в этой битве. Я разорву тебя на части, если с ней что-то случится.

— Все сделаю, ни о чем не беспокойтесь, — пообещал Дионисий.

— Активируй барьер, — приказал Эриад. — Пусть весь периметр академии станет смертельным для живых.

Ректор побледнел, но кивнул. Он поднял руки, и из камня под его ладонями вырвались чёрные молнии. Земля застонала. По периметру стены вспыхнули символы — древние руны вампирской крови. Воздух задрожал.

— Барьер активирован, — прошептал ректор. — Ни один живой не пройдёт сквозь него.

Я почувствовала, как по коже побежали мурашки.

— Пошли, — сказал Дионисий. — Князь приказал.

Снаружи раздались крики. Звон стали о камень. Где-то внизу, у восточных ворот, охотники пытались прорваться — и сталкивались с барьером.

Дионисий за руку увел меня со двора. Он старался быть вежливым, старался не причинять мне боли.