— Забыла закрыть дверь, — медленно, с ледяной улыбкой, протянул ректор. — Как мило. Как… человечно. Люди такие рассеянные, такие слабые.

— И такие вкусные, — добавил Дионисий.

Я не ответила. Сердце билось так, что, казалось, вот-вот прорвет грудь. Я попыталась придумать что-то, хоть какое-нибудь оправдание.

— Я давно за тобой слежу, Лили, — сказал Дионисий.

— Как будто я этого не знаю, — хмыкнула я, отчаянно пытаясь придумать, как же выпутаться.

Все зависит от того, что именно они слышали. Еще можно как-то отвертеться. Как жаль, что меня выследил не Носфератум, падкий на лесть.

— Ты не знаешь, что следить мне велел сам Князь, — с важным видом продолжил Дионисий. — Наш великий Князь сразу почуял, что с тобой что-то не то.

— Вот как, — я пожала плечами. Князь проявляет ко мне какой-то больной интерес, и меня сейчас совсем не удивило, что это он отправил Дионисия. — И что же из того?

— Князь не напрасно подозревал тебя. Ты человек! — выкрикнул Дионисий.

— Глупости. С чего ты это взял? — я пыталась сохранить лицо. Меня могла спасти наглая, уверенная ложь. Надо все отрицать.

— Твой медальон! — усмехнулся Дионисий.

— Что мой медальон?

Я все еще пыталась выглядеть возмущенной, но мое дыхание замерло.

— Ты все время носишь этот медальон. Медальон с очень странными символами, — голос ректора был необычайно холоден. Полон яда. — И я попросил Дионисия получше его рассмотреть.

— Это наглость! — крикнула я.

— Это суровая необходимость! Я обязан знать все, что творится в стенах моей академии.

Однажды я потеряла медальон, думала, что потеряла. Так неужели это они... Они похищали его?

— Я уже снимал его с твоей шеи, — сказал Дионисий. — Однажды, когда ты отвлеклась. Ты даже не заметила, как я подкрался к тебе. Снял медальон, рассмотрел его очень внимательно и потом подбросил тебе.

— Нахал! Как ты посмел! — возмутилась я.

Но на мое возмущение никто не обратил внимания.

— Это — не просто украшение. Там хранится частичка Тьмы, — закончил свою речь Дионисий.

— Что? Глупость!

Там не может быть Тьмы, это древний медальон охотников. Мы всегда боролись с Тьмой. В медальоне должна быть заключена частичка света, магия древних охотников. Этот медальон дал мне отец. Он заполучил его от какого-то другого, сильного охотника.

— Именно поэтому в тот раз я и вернул тебе медальон, — вздохнул Дионисий. — Я не увидел в нем ничего подозрительного. Ты потомок великого древнего рода и ты можешь носить такой великий медальон. Вандер — очень древний род. Предки сражались бок о бок с самим Князем еще до того, как он погрузился в свой великий сон.

Какая-то чушь! Что он несет?!

— Но потом меня взяли сомнения, — холодно сказал ректор. — Я разузнал, в роду Вандеров нет детей женского пола. Лили Вандер просто не существует.

— Что? — я не поверила своим ушам.

— Древний род предателей Князя. Князь никогда не любил вас. Вандеры всегда сторонились общения с другими вампирами. Всегда жили изолированно. Даже я мало что знаю про этот род. И я готов был принять в академию Лили Вандер, когда вдруг увидел это имя в списках.

Мне совсем не нравилось, что он говорил. Я не понимала, как все это может произойти. Обвинения сыпались, а отбиваться от них я не могла.

— Я и сам не понял, кто вписал тебя в список, — продолжил ректор. — Но пробуждение Князя отвлекло меня от этой мелочи. Потом же я снова задумался о том, кто мог внести твое имя. Задумался, как тебе удалось подписаться и почему твоя подпись была принята. Ведь Лили Вандер не существует.

— И к какому выводу вы пришли? — спросила я.

Чем больше он сейчас выдаст информации, тем у меня больше шансов будет выбраться из этих обвинений.

— Объяснение может быть только одно, — ректор холодно улыбнулся. — Ты украла медальон, чтобы притвориться вампиршей.

— Нет!

— Ты смогла раздобыть медальон Тьмы, ты стала похожа на одну из нас и ты явилась сюда, чтобы предать нас.

Это медальон охотников, он всегда хранился у нас. Тьма тут совсем не при чем. Вот только я не могла сказать это ректору.

— Сейчас, когда медальон на твоей шее, я вижу перед собой обычную вампиршу, — сказал он. — Но я не знаю, как изменится твоя аура и твой запах, если медальон снять.

— Все меняется, — сказал Дионисий. — Я это чувствовал, когда снимал с нее медальон.

— Чувствовал, но ты не дал мне самому посмотреть! — зло сказал ректор. — Когда ты снимал с нее медальон, ты должен был позвать меня. Я бы учуял ее ауру.

Дионисий хмуро отступил в сторону.

— Вообще-то я и сам могу понять многие вещи, — пробубнил он.

— Ты еще слишком молод, — возмутился отец. — Тебя легко обмануть.

— Вообще-то меня выбрал сам Князь, чтобы следить за Вандер... за ней, — Дионисий обиженно ткнул в меня пальцем. — Меня князь выделил среди всех других!

— Успокойся, сын. Мы сейчас снимем с нее медальон и узнаем истину. Я смогу распознать человеческий запах.

Я отступила на шаг, потом еще на одни.

Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот вырвется из груди. Рука инстинктивно схватилась за медальон.

— Не приближайтесь! — выкрикнула я, стараясь, чтобы голос звучал властно. — Вы не имеете право, это наша семейная ценность.

— Вот это мы и проверим, — сказал ректор. — Если ты вампирша, тебе нечего бояться. Ты останешься здесь учиться, и мы с извинениями вернем тебе медальон.

— До медальона нельзя дотрагиваться другим, — попыталась выкрутиться я. — Там очень сильная, смертельная магия.

— На меня она не действует, я уже брал в руки твой медальон, — сказал Дионисий.

Я отступила еще, вжалась спиной в холодный камень.

— Ну же, не заставляй меня ждать. Сама сними медальон и протяни его мне, — сказал ректор.

Я покачала головой.

Дионисий двинулся сбоку. Он был быстр. Быстрее, чем я. Я попыталась ударить его, но он с легкостью уклонился.

— Не заставляй нас делать это грубо, Лили, — сказал он.

— Ты не имеешь права! — Я пнула его в колено,

Удар достиг цели.

Дионисий взвыл.

Я бросилась к двери. Но ректор оказался быстрее. Он схватил меня за запястье. Я выгнулась, закричала, пыталась вырваться, но он прижал меня к стене, одной рукой скрутил обе мои руки над головой.

— Держи её, — приказал он Дионисию.

Тот подскочил, схватил меня за плечи, очень больно вцепился, мстил за удар в колено.

Я извивалась, била ногами, пыталась укусить — но вампиры сильнее. Гораздо сильнее. И их было двое.

Ректор потянулся к цепочке. Я изогнулась, пытаясь удержать медальон зубами, но Дионисий резко ударил меня по руке — и я вскрикнула от боли.

Цепочка натянулась.

Щелкнула.

И в следующее мгновение медальон был в руках у ректора.

— Теперь посмотрим, кто ты на самом деле, — прошептал он.