— Да, отец?

— Послушай, я понимаю, что... — отец запнулся, а потом продолжил бодрым голосом. Мне казалось, что он стал говорить вовсе не то, что собирался сказать изначально. — В подвалах томятся люди. Но пока не пытайся их освободить. Так ты подставишь себя, и не поможешь им. Мы уже скоро придем, и спасем их.

— Но...

— Это приказ!

— Хорошо, — буркнула я.

Отец покашлял, прочищая горло. Так он всегда делал перед тем, чтобы сказать что-то по-настоящему важное.

— А теперь, слушай! Ты должна постараться подобраться поближе к их Князю. Это опасно, но это наш единственный шанс. Узнай все его слабые места. Узнай, как удалось его отправить в долгий сон тогда, тысячи лет назад. Нам это очень поможет. Надо вновь его загнать в сон.

— Серебро!

— Что?

— Он чувствителен к серебру, также как и остальные вампиры. Ему в сердце вонзили серебряную иглу, и он уснул.

— Вот как. Значит, все-таки серебро. — Отец в задумчивости почесал подбородок. — Как и прочие вампиры, он чувствителен к серебру.

Да, так и было Эрина стояла в развивающимся на ветру платье, на замковой стене. Она не чувствовала холода, она чувствовала боль.

Душевная боль терзала ее.

Она рыдала, рыдала безостановочно. Она не хотела убивать его, не хотела причинять ему боль. Она знала, что Эриад любит ее, это было единственное светлое чувство в его темной душе.

Но она чувствовала, что должна остановить Тьму. Должна спасти людей, которые погибнут от войска вампиров.

Я тряхнула головой. Опять появилось видение. В этот раз оно было еще ярче. Я чувствовала боль Эрины. Эрины... Да, это возлюбленная Эриада. Его вечная любовь.

Откуда же я все это знала?!

— Дочь, — послышался голос отца из зеркала. — Что с тобой?

— Ничего, — поспешно заверила я. Еще не хватало его волновать тем, что меня стали посещать какие-то галлюцинации. — Все хорошо отец. Наверное, это от голода.

— Держись! Уже недолго осталось. Теперь, когда мы знаем, что происходит. Когда ты будешь добывать информацию для гильдии охотников, мы сможем победить их.

— Хорошо, отец. Я продержусь. Я все сделаю.

Поверхность зеркала затуманилась, изображени отца исчезло.

Я схватилась за виски. Что же такое со мной происходит. Почему я вдруг стала видеть галлюцинации... или это чьи-то воспоминания? Не знаю. Только что они были настолько яркими, будто я и в самом деле видела эту девушку Эрину. И одновременно я чувствовала все ее эмоции, будто была ею самой.

Хватит!

Все это скоро закончится. Мне надо поесть.

Я решительно развернулась к двери. И увидела, вошедшего в кабинет профессора Носфератума. Я запирала дверь, чтобы во время разговора с отцом сюда никто не вошел. Но все же профессор с легкостью смог открыть дверь.

— Лили Вандер! — зло ухмыльнулся он. — Ты пропустила сегодняшние лекции у Оливии. А ведь она рассказывала, как использовать отснятое видео для запугивания людей

Так все-таки сегодня были лекции. Конечно, не помешало бы узнать, как они используют это видео... Но не так уже это для меня и важно. Конечно, вампиры будут запугивать. И конечно, мы сумеем им противостоять.

Я вежливо склонила голову. Помню, как Носфератум расправился с не проявившим уважение рыжим студентом.

— Ты пропустила отъезд Князя, — продолжил профессор.

Так Князь куда-то уехал?! Обязательно надо будет узнать куда. Но, пожалуй, сейчас не стоит об этом расспрашивать Носфератума.

— И ты залезла в мой кабинет без спроса! — возмутился он.

Ага, вот теперь пора действовать, чтобы не получить затрещину.

— Все верно, профессор Носфератум. Я это сделала из уважения к вам, — я снова склонила голову.

— Какое же тут может быть уважение? — зло спросил он. Но в голосе появилась заинтересованность.

— Знаете о чем мне говорил Князь, когда мы с ним рука за руку шли на город? — спросила я.

Лицо у Носфератума стало заинтересованным, глаза расширились, рот приоткрылся. Разумеется он, как и остальные вампиры, видел, что Эриад обхватил меня за талию, и всю дорогу держал возле себя.

— О чем же говорил великий наш Князь?

— Он сказал, что если я хочу стать настоящей вампиршей, то должна учиться у лучших. Например у вас.

Лесть была очень грубая, придуманная на скорую руку. Это была отчаянная лесть. Но профессор купился.

— Неужели он так и сказал?

— Разумеется, — как можно более уверенно произнесла я. — Он много о вас говорил.

Снова грубая лесть, и снова прямое попадание в цель. У Носфератума задрожали уши. Он как-то глупо захихикал, пригладил волосы и приосанился.

Как же мне повезло с ним!

— И, разумеется, я выполнила приказ Князя. Я вместо лекций пошла к вам. Только вы сможете обучить меня всем тонкостям. Вы — настоящий вампир.

Он заглотил наживку полностью.

— Конечно, я знаю все! — Носфератум гордо выпятил тощую грудь. — И, пожалуй, если сам Князь велел, я смогу обучить тебя.

— О, вы исполните мою мечту. — Сейчас, когда я сняла с себя подозрения, надо было быстрей уходить из этого кабинета, пока он и в самом деле не начал что-то вещать. Мой голодный желудок просто не перенес бы этого.

Пока профессор хорохорился, я сделала как можно более покорное выражение лица.

— Я понимаю, что все хотят учиться у вас и ваше время очень дорого. Поэтому готова сначала заслужить ваше уважение и выполнить какую-нибудь работу.

— Эээээ, — профессор несколько расстроился, ему нетерпелось блистать своим умом перед глупой студенткой.

— Я готова выполнить какую-нибудь неприятную работу прямо сейчас. Я даже готова готовить еду для пленников, — ляпнула я.

Вампиры не любят человеческую еду, она вызывает у них тошноту.

— Весьма похвальное рвение, — сказал профессор.

— Лишь бы учиться у вас.