На месте я все равно надолго не осталась и рванула обратно в горы, периодически ускоряясь при помощи шуншина, сразу же, как убедилась, что Шизуне занялась ранами Кими. Типичный джонин себе такого позволить не может, все же это затратная по чакре техника, а одна ошибка – и тебя размазывает о препятствие, с каким столкнешься. Но не окутанную алым покровом биджевой чакры джинчуурики.

По пути успела задуматься. Не откусили ли мы больше, чем способны проглотить? Мы – в смысле, Шинигакуре. Нет однозначного ответа. Может, и да, но альтернатив-то никаких. При следующем покушении не факт, что всё так же удачно сложится. Будешь пассивной – тебя отлюбят. Бить надо первой, короче.

Какого джашинита Мадара решил прикончить Суйена, в теории понятно – подчищает хвосты. Мертвецы не болтают, а водопадовец мог замазаться с ним по полной.

Зачем похищать Какузу – тоже ясно. Ублюдок – намного более важная часть сборища нукенинов, чем очередной боевик. Он бухгалтер и финансист. Крутит всем баблом Пейна и довольно-таки успешно, насколько я понимаю, раз Аме всё еще на плаву. Зачем такого человека, ну, то есть не вполне человека, вообще выпускать в поле? Скорее всего дело в том, что он больной на всю голову психопат и не может без чужих смертей. Две страсти – убийства и бабло. Это не маньячина Хидан, а личность, стоявшая у истоков организации. Он кучу тайн наверняка знает, включая истинное имя Пейна.

Мне они так-то тоже известны. Еще один повод меня устранить. И как-то всё подходит к тому, чего я не очень хочу – столкновению с богом садизма. После экзамена в Кири еще был шанс его избежать, взаимно извиниться и забить на трупы третьесортных нукенинов. Хотя, мы же все-таки цивилизованные люди и можем договориться? Наивная надежда, но вдруг. Я верну Нагато Хидана. Он мне назовет имя заказчика. А если…

“МАДАРА!” – прозвучало у меня в голове, сопровождаемое волной страха хвостатого. По рассказу Исобу, его джинчуурики уже однажды промыли мозги и взяли под управление. Тут как бы не та же цель у Мадары была – контроль над хвостатыми. Обломались с Фуоки и решили попробовать на мне? Так-то не лучший для них вариант. Но с иной стороны – сестренка со своим биджу с рождения и полностью освоилась, а я наоборот, пока что на дне возможной формы. Ягуру, вероятно, обработали как раз таким, вскоре после запечатывания. Интересно, он решил захватить власть до промывания мозгов или после?

С этим вопросом я и обратилась к хвостатому, поделив сознание. Для бега довольно и половины мыслительных мощностей.

– ПОСЛЕ! ЯГУРА НЕ БЫЛ ЗЛЫМ… СНАЧАЛА! МЫ ДРУЖИЛИ, ПОКА НЕ ПРИШЕЛ КРАСНЫЙ ГЛАЗ! – ответил Исобу. – ОКАМИ, УБЕГАЙ И ПРЯЧЬСЯ! НЕ СРАЖАЙСЯ!

– Не, я не ссыкло какое-нибудь, – напоказ отмахнулась от его совета, неприменимого по причине того, что есть не только я, но и Фуоки, и Утаката, и Наруто. Чё я, позволю ублюдку похитить пацана и промыть ему мозги? Не дождется!

На поле схватки с плетеным человеком глобальное изменение наметилось только одно – отсутствие Какузу, на месте его недавней темницы – куча обломков.

В голову пришла нифига не своевременная идея – дзюцу кристаллизации надо использовать не так. Это крутецкая способность для мирного времени. Строить мосты, дороги, дома. Возвести на Узушио целый коралловый город. И построить целый кристаллический флот – основу экономической мощи Узушио. Обучить тому же методу других джинчуурики! Хотя именно что кораллы – это, скорее всего, особенность чакры Исобу. У шестихвостого мыльные пузыри, у семихвостого крылья, то есть хитин… тоже своего рода строительный материал.

И тогда я, может быть, войду в историю, как созидающая королева, а не разрушительница. И к биджу отношение поменяется. И пора завязывать с наивными фантазиями.

– Сузу, ты далеко? – оказавшись на кристаллическом поле над кислотой, я спиной почувствовала взгляд и нужно было понять, чей.

– Да, я тут, – Камизуру, как оказалось, неплоха в маскировке и успешно притворялась булыжником.

– Давай, выкладывай подробности об этом одноглазом…

Сведя вместе словесное описание из двух источников, убедилась – он. Форменный плащ, овальная оранжевая маска со спиральным рисунком, так-то отсылающим к символике Водоворота. То есть ублюдок еще и нашу интеллектуальную собственность присвоил. Описывалось его появление на местах схваток, как реальная телепортация. Вот реально взял и возник из воздуха, а потом исчез. В случае с Какузу – вместе с нукенином.

“Простите, сенсей, он появился рядом с пленником и я физически не успевал ему помешать, мне нужно стать быстрее,” – самобичевал себя Кими, хотя понятно, что кто угодно на его месте зевнул бы. Ну, может, Наоми что-то успел бы. Или Минато. Да. Вот кто не только сохранил бы мудилу Суйена для допроса, но и надавал бы Мадаре по заднице. Потому тот от него и избавился? Как от реальной угрозы? Скорее всего, все сложнее. Вероятно, ублюдку хотелось взять под контроль не только мизукаге, но и хокаге, и… о биджу, что если ему удалось? Не с Минато, а с его предшественником-преемником, с сандайме! Что, если все странности налюбщика Хирузена объясняются именно тем, что он был под внешним контролем? Что, если и Наруто в деревне гнобили по указке Мадары? Понятно, в этом случае почему АНБУ никак не пытались помешать вырезать клан Учиха.

И кто в этом случае еще скомпрометирован? Кому вообще можно верить? Ринго Амеюри? Раса? Ооноки-сама? Райкаге?

Не-не-не… это у меня уже паранойя разыгралась. Так дойду до того, что и Пейн – марионетка Мадары. И, может быть, меня саму он тоже дергает за ниточки. Не обязательно же напрямую промывать мозги для воздействия. Если бы параноидальные мысли имели что-то общее с реальностью, Мадара бы уже правил миром. Даже к одному каге подобраться не так просто. Что уж говорить о нескольких?

– Химе, ты как будто призрака увидела, – окликнула меня Сузу.

– Скорее придумала. У твоей королевы богатая фантазия, знаешь ли.

– Ты мне пока не королева. Клан Камизуру еще твоей деревне не присягал. Хотя демонстрация силы, надо признать, впечатляющая.

– Я девчонка простая, не верю во все эти присяги. Постоянно их кто-нибудь нарушает, – чет меня на какую-то философию прям пробило. Отходняк после адреналинового всплеска. То, что я вся такая сильная и уверенная в себе, не значит, что мне не было страшно сражаться с Какузу. И ублюдок Мадара меня тоже пугает. Особенно его телепортация. Что, если море ему не преграда? Что, если уже сегодня объявится на Узушио? Появился, похитил Фуоки, исчез. Не успеет лучевую болезнь схлопотать, особенно учитывая, что мы в самой чистой зоне острова обосновались. Наверняка у его способности есть ограничения. Просто если бы их не было, он уже давно забрал бы малышку, еще из Такигакуре. Или тогда ему одного подконтрольного джинчуурики хватало? Говоря словами мелкой сестренки: “Столько вопросов, столько вопросов!”.

– Сенсей, мы нашли! – с точно такой же интонацией тогда еще более мелкий братишка Дей оповещал об обнаружении бункера под Узушио.

– Бабло? – спросила я через Кацую.

– Да нет же, голову ублюдка, что не выстоял перед поразительной мощью моего искусства!

– Её что, оторвало? Но как он в этом случае матерится?

– Эээ… – Дейдара очевидно подзавис. – Да биджу его знает! То, что он воздух без легких сотрясает, не страннее того, что не сдох от моего искусства. То был лучший взрыв в моём портфолио и я наблюдал его из эпицентра. Тебе хватит фантазии это представить, сенсей? Когда обыватель видит взрыв на расстоянии, он не понимает и сотой доли истинной красоты!

– Быть в самом сердце моего искусства... это ни с чем не сравнимое чувство, хм. На одно мимолетное мгновение всё замирает. Тишина становится оглушительной, воздух сгущается в ожидании. А потом... рождается шедевр!

– Сначала ослепительная, чистейшая вспышка! Это не просто свет, нет! Это душа печатей и глины, высвобожденная в своём первозданном великолепии. Она обнимает тебя, сотрясает каждую клетку твоего тела чистой энергией разрушения. Ты не просто видишь взрыв, ты становишься им!

– Жар, который следует за ней – это поцелуй моего искусства. Он сжигает всё профанное, всё скучное и долговечное, оставляя лишь на долю секунды идеальную форму. Форму абсолютного, мимолетного совершенства!

– Истинное искусство – это момент! Это краткий, ослепительный миг, когда творение достигает пика своей красоты и тут же исчезает навсегда, оставляя след лишь в памяти тех, кому посчастливилось его узреть и не сдохнуть.

– Тот взрыв, та симфония разрушения стала моим величайшим произведением. Гимн эфемерности, поэма, написанная огнём и ударной волной! Это и есть настоящее искусство! Искусство – это ВЗРЫВ! Ай! Тару, ты чего?

Похоже, подружка наградила энтузиазм парня как минимум подзатыльником.

– Голову нукенина откопали и убрали в банку, – сообщила Чико, – с дырочками, чтобы не задохнулся. Рот заткнули кляпом, так как постоянная ругань всем надоела.

Ну да, асфиксия – это именно то, что угрожает Хидану сильнее всего! И вот куда мне его теперь девать? Послать Пейну по почте? Точно нет. Для начала стоит допросить. Дальше будет видно.

Под утро хаос в Такигакуре как-то успокоился. Я вместе с Сузу уже находилась в деревне и определила Камизуру в охрану гражданских. Их, полного мирняка, в селении шиноби не так много, но есть. Детишки, обслуга и всё такое. Среди них тоже джашиниты или еще какие ублюдки могут затесаться, потому надо присматривать и пчеловоды с их мелкими летающими насекомыми тут неплохо подходят. А за самой Сузумебачи и ее кланом пока присмотрит Кацую. Королева улиток – это ведь не только надежная связь на больших расстояниях, но и моя любимая шпионка. Полного доверия новичкам, ясное дело, нет. Но какая-то наивная часть меня хочет, чтобы едкая и саркастичная деваха, потомок первого цучикаге, у нас прижилась. Импонируют мне ее самоуверенность, наглость и стремление держать лицо, несмотря на ту задницу, куда интриги Скрытого Камня их клан завели.

В доме старейшины слегонца прибрались, удалили оттуда всех лишних, там и самоорганизовался оперативный штаб, с Шизуне во главе и помощью Цунаде через Кацую. Мне выделили комнату, куда Дей при помощи освобожденного от рухнувшей крыши Окамимару принес мне голову пленника в стеклянной банке с толстыми стенками. Раньше в ней какие-то специи хранились, судя по запаху.

– Вы бы хоть обрезали ему шею поровнее, – проворчала я, глядя на нифига не эстетичные края плоти. Джашинитский мудила в ответ что-то яростно промычал. Наверняка матерное, описывающее меня не в самом лучшем виде.

– Слышь, ублюдок, закрыл варежку. Мы с тобой сейчас или договоримся, или определю твою башку в портовый бордель, отрабатывать расходы на содержание. Там всяких извращуг хватает. А могу не заморачиваться и в кашицу тебя перетереть. Если и это тебя не прикончит – существование будет весёлым. Чё, услышал меня, мудила? Братишка, выдерни ему кляп.

И чего я только ожидала? Что фанатик проявит благоразумие и начнет вежливо и доходчиво рассказывать секреты Акацуки, появившиеся после моего увольнения? Что извинится? Попросит его нанять? В любви мне признается?

Не, ну как раз о любви он много чего сказал. Про плотскую ее сторону. Я узнала, что в борделе самое место мне, но такую стремную бабу туда не возьмут и потому мне придется приплачивать каждому клиенту и даже так с желающими будет напряженка. Какую-никакую логичность и последовательность своему словесному поносу Хидан придать не пытался, а вот в красочности и цветастости эпитетов себе не отказывал. Но если вырезать из его речи всю нецензурщину, то по сути он ничего не сказал.

– Эй, Дей это у тебя что, блокнотик? – спросила у ученика, не пожелавшего оставить меня со страшным S-ранговым ублюдком наедине.

– Ага, сенсей. Я, хм, записываю. Хочешь, предложу, что с ним сделать? Давай превратим его в марионетку! Шикарный, хм, материал. Он, очевидно, не способен умереть и потому будет всё чувствовать, но не сможет шевелиться без участия кукловода.

Новый поток брани касался уже Дейдары и особенностей его личной жизни, а также извращенных способов самоудовлетворения, какими парень промышляет. Вот прямо реально хоть записывай и публикуй.

– Слышь, братишка, а палец с его кольцом уже нашли? – уточнила я, сосредоточившись на главном. Абстрагироваться от ругани было непросто и если бы не практика разделения сознания, то наверняка бы ничего не получилось.

– Нашли руку. Палец на ней.

– Снять и притащить мне. Ему будет больно, но потерпит.

Не знаю, требует ли использование астральной проекции какой-то целостности энергосистемы, но чтобы Хидан начал барабанить Пейну, мне не очень нужно.

Постоянные потоки брани уже начинали утомлять. В былые времена я бы его уже пыточной техникой приложила, но сейчас она накроет всю деревню разом. Удалиться куда-нибудь в глушь вместе с головой? Ну… вариант. И приглашение для Акацуки сделать еще одну попытку. Готова я к ней? Не уверена. Джинчуурики тоже устают, а я еще так и не пожрала нормально.

– Заткни его и верни обратно в банку, передай на Узушио и запрячь куда-нибудь под землю. В самый глухой угол убежища, посоветуйся с Цунаде, в какой. Обычные пытки в его случае, скорее всего, не сработают. Попробуем гендзюцу, если не выйдет – запихаем ублюдка в печать и будем ей задницу подтирать. Как все сделаешь, жду тебя настоящего.

Дей выполнил мою задачу – то есть смотался домой при помощи волков и где-то заныкал голову Хидана. Я к моменту его возвращения успела перетереть с местными, такининами. И, надо признать, не все они ублюдки. Два из трех рядовых ниндзя признавались, что к Суйену и его идеям “сделать Скрытый Водопад великим, как раньше” они равнодушны и хотели бы вести спокойную размеренную жизнь наёмных убийц, не связанную с сектантством, а что за храм тут возвели в последние месяцы – даже не задумывались. Про похищения и жертвы не знают, и вообще они белые и пушистые. Биджева эмпатия подтверждала, что не врали. Статистики по ее точности у меня так-то нет, но короткое дознание с иглами в болевых точках на первом же неискреннем мудиле показало точное попадание во врунишку. Пожалуй, эмпатия – самая полезная из способностей джинчуурики. Для королевы. Больше меня ни один ублюдок так запросто не разведет.

– Сенсей! Мы пришли! – окликнули меня Дей и Тару. Я только парня вызывала, но, по понятным причинам, парочка всюду вместе ходит.

– Побудешь моим извозчиком, знаешь ли, – распорядилась я, – покатаешь еще на своей большущей птице.

– Моей шедевральной летающей птице! И куда мы полетим, сенсей? Захватим еще одну, хм, деревню? Можно мне в этом случае выбрать, какую именно? Скрытая Трава мне совсем не нравится. Давай их! Соединим моё искусство и технику уничтожения деревень!

Заманчиво! Но с политической точки зрения неприемлемо. Коноха не позволит обижать свою любимую марионеточную деревню. И не так важно, кто там ромбовидную шапку носит. Старый налюбщик Хирузен или уже его преемник-извращенец. Хотя, конечно, тут вопрос – а не вертит ли Мадара еще и их старейшинами. Насколько глубоко в заднице у Суйена вообще была его рука?

– Нет, мы полетим в бывшую страну мудацких рисовых полей, сегодня Страну Звука. Попробуем перетереть с Орочимару.

После того, как Акацуки показались на стороне Водопада, вероятность того, что их нанял змеиный ублюдок, серьезно просела, но осталась ненулевой. Да и вообще повод перетереть оставался. Саннин дофигища всего знает, собственно, знания – его главный интерес. В том числе он был в курсе того, что клан Учиха вот-вот вырежут. Откуда? А расплатиться с ним смогу… частями тела Хидана, к примеру. Змеюку интересует бессмертие? Вот, получит образцы для исследований.