Началось всё прям неплохо. Объяснила Камизуру, что им всего-то надо сдать водопадникам мой фальшивый труп и те приняли мой план. Мы распаковали марионетку.

– Похожа, очень даже, – прокомментировала Сузу, сравнив Йоко и меня. – Только у вон у нее, мертвой, грудь больше, чем у тебя.

И это ведь мы даже не стали никакой пушап организовывать. Может, взять и сравнить? Не. Я знаю, что красивее дохлой шлюшки, превращенной в марионетку.

– Спасибо, Сузумебачи-сан, – чуть хрипловато произнесла мертвая девушка, а точнее, управляющая ей Хотару. Шутники би… джашинитовы. А если бы у Сузу нервы сдали и она какой техникой живой труп приложила? Нет, не дошло до такого. Сузу-тян разве что дернулась и пальцы печатью тигра сложила. Понятия не имею, под какую технику.

Короче, особо пчеловоды не кипишили. Отнесли Йоко на пост шиноби мудацкого Водопада и потребовали награду. Там дали ответ в духе “нам надо убедиться, что тело подлинное” и унесли “мой” труп с собой.

– Сузумебачи-сан говорит “Это она, Оками, по прозвищу принцесса, я училась вместе с ней в академии”, – Кацую я на марионетке прятать постремалась и потому наблюдение шло через органы чувств Йоко, а уже поделившая сознание Тару своими словами доносит до меня и всех вовлеченных в операцию обстановку.

Система книг бинго – странная штука. Во многом работает на доверии. Если ты публикуешь розыскную запись – будь добр соблюдать неписаные правила и не пытаться налюбить того, кто принёс тебе чужую голову, честно с ним расплачивайся, причем баблишком, а не кунаем в печень. Иначе потеря лица и зашквар. Хотя в случае с Такигакуре я бы этому и не удивилась, они совсем конченые.

– “Нам надо время, чтобы убедиться в отсутствии ошибки”, – подражая мужскому голосу, продолжила передавать чужой диалог Тару, – “Вернитесь через неделю”.

– Я тогда, хм, отбываю на Узушио, – сообщил мне Дей, когда Сузу подтвердила. И, собственно, отбыл обратным призывом. В грядущей операции нам потребуются все силы, включая Дейдару, поэтому я осталась во временном лагере одна. Миссия будет ночью, это самое время шиноби, а потому есть дофига времени полюбоваться закатом, точнее тем, как солнце прячется за горным хребтом на западе, продолжая светить Стране Земли и Ивагакуре. Облом.

– Йоко несут по тоннелю под водопадом. Джонины Такигакуре смеются над тем, что знаменитую разрушительницу закусали насмерть пчелы. Обсуждают, не пригласить ли клан Камизуру к себе в деревню, раз те доказали свою полезность, – держала всех Хотару в курсе происходящего.

Глаза “моему трупу” никто прикрыть не потрудился, так что девушка не только слышала все вокруг, но и видела окружение. Лишь бы зрачками не шевельнула, но у нее хороший самоконтроль, не должна.

– Центр деревни, самый большой дом, на тело смотрит мужчина с козлиной бородкой, кажется, это тот самый старейшина Суйен. Есть еще люди, но мне мало кого видно. Кто-то говорит “наконец-то эта плохая недостойная женщина, лишенная чести, умерла. Сожалею, что не убил ее лично”.

– Чё, так и сказал? – не поверила я.

– Не совсем. Я со стыда сгорю, если повторю его формулировку, – призналась Тару. – Не любят тебя в Скрытом Водопаде, сенсей. Еще он Джашина возблагодарил. Ублюдок! Несут в подвал. Тут темно, но что-то различаю. Старейшине и его собеседнику весело. Обсуждают способы проверки того, что это по-настоящему ты и способы нападения на Страну Водоворота, если ошибки нет. Рассуждают, получится ли точно так же избавиться от Цунаде, раз на тебе пчелиный яд работает.

Не то, чтобы вот прям облегчение, скорее подтверждение того, что всё правильно сделали и не на пустом месте войну устраиваем. Правило “бить первой” логично и разумно не только в рукопашной схватке, но и в геополитике. После того, как водопадники готовились напасть на моих корешей из Страны Мороза, оставалось лишь делом времени, когда они выберут себе новую жертву. И мы под ее профиль подходили бы прямо неплохо, если бы не два фактора – аномальное количество S-ранговых шиноби. Причем на виду только я и наставница.

Шизуне за угрозу наверняка никто не считает. Всего лишь ирьенин, ага-ага. Чико малоизвестна, как и Наоми – он вообще официально мертв. Утаката – тот еще тюфяк. Фуоки – ребенок. Дедуля Эн – старик. Ну и остальные тоже не кажутся угрозой мирового масштаба. Короче, с точки зрения ублюдков, убрав всего двух женщин, они получат нашу забогатевшую страну на блюдечке, еще и за все обиды заодно отомстят. Это би… джашинитски логично.

Уже немного за полночь управление оперативной обстановкой взяла на себя Шизуне. Она у нас умная, тактически грамотная и всё такое. Целую бизнес-империю на ограниченных ресурсах построила. Не мне же командовать? У меня на грамотное боевое управление мозгов не хватит.

– Выполняю призыв… – докладывала Тару.

Всё. Сработало. Мы без единого броска куная проникли в самое сердце враждебной деревни и теперь всех там нагнем. Волки в очередной раз безупречно сработали таксистами и целая куча S-ранговых шиноби Водоворота находилась в подвале под типа-ратушей.

Когда я утратила эхолокацию, поначалу это прям нервировало. Ну вот какому нормальному человеку понравится не видеть, кто там у тебя за спиной? Постепенно привыкаю к сенсорной слепоте. Однако чувство чужого взгляда никуда не делось. Оно не зависит от контроля чакры и вообще чакры. Просто навык.

А потому я почувствовала, что кто-то сверлит глазами мне спину и резко повернулась, мгновенно узнав, кто именно вышел к моему огоньку. Которого не было. Светомаскировка и всё такое.

Широченные плечи, смуглая кожа. Глаза с красной склерой и ярко-зеленой радужкой. Маска, закрывающая нижнюю половину лица. Черный плащ с красными облачками. Все цветные детали я додумала. Под техникой ночного зрения всё казалось серо-зеленым. Но не узнать моего “старого приятеля” Какузу нереально. Фиговая я шиноби, раз такой здоровенный амбал подкрался ко мне на расстояние броска куная.

– Ничего личного, только деньги, – пробасил нукенин. Голос у него не стал менее жутким или более приятным с момента последней астральной конференции, где я исполняла роль Пейна, – ты…

Бить всегда нужно первой. Быстро, жестко, без пощады и без жалости. Не базар на пустом месте разводить, как у многих слишком сильных и самоуверенных S-ранговых заведено, а атаковать.

Пачка сенбонов ушла из специальных кармашков на моих перчатках с громкими хлопками, возникающими при преодолении звукового барьера. Точно в голову! Я не зря тренировалась с того момента, как биджу обломал мне контроль и хотя бы стрельбу иголками наладила на приемлемом уровне.

Казалось бы, маленькая тонкая иголочка массой в половину грамма. Я проверяла на моих извечных жертвах – арбузах. Вполне себе модель головы. Так вот, мякотка изнутри получалась настолько в кашу, что раздавленная мной башка Фуридо покажется относительно целым и не пострадавшим образцом. Гидродинамический удар – это вам не шутка, знаете ли. Или он по правильному гидростатический? Да пофиг! Главное, что иголка, может быть, и маленькая, а импульс у нее биджевый.

Даже слишком просто! Хоть бы увернуться попытался. Голову урода просто на куски от трех иголок порвало. Еще две в тело угодили и кавардак с внутренними органами. Но не положить ли с высокой башни на органы тому, кому только что башку к хренам оторвало и заметало. И это тот самый типа-бессмертный Какузу, бахвалящийся тем, что его даже Хаширама приконить не смог? Тут бы что-нибудь пафосное сказать, типа… Зависла не придумав подходящей фразы. Но она и не потребовалась.

Фигасе? Он вообще человек?! Люди ведь обычно падают оставшись без котелка. А тут. Сотни длинных черных нитей на месте шеи расплескались, вызывая ассоциации с рассказом генинов о том, что Фуука оказалась волосяным монстром, и только огонь и смог ее упокоить. Нитки Какузу именно что на волосы похожи мало, слишком толстые и грубые, свитые в бечевки. Больше мышечные волокна напоминают, хотя бы тем, что шевелятся, собирая оторванную голову обратно, в грубое ее подобие.

Огонь, говорите? С пирокинезом я раньше была неплоха, но после того, как биджу мне обгадил все техники, как-то даже не испытала его ввиду общей бесполезности огненных дзюцу. Ну то есть от них не то чтобы совсем никакого толка нет, но вот “здоровенный огненный шар”, фирменное дзюцу клана Учиха, меня ни разу не впечатляет, к примеру. Да и сама я предпочитаю что-то пооптимальнее, то, где энергия не тратится на ненужный обогрев внешней среды. Куча лишних мыслей успела пролететь за доли секунды перед тем, как приняла решение и воспламенила воздух впереди себя, придав тому направление в сторону нукенина.

Девочкой-детонатором я уже была, теперь же я женщина-огнемет. Потоки раскаленного добела пламени окутали Какузу, моментально спалив его плащ. Заодно света добавила, пришлось даже ночное зрение отменить. Гори, ведьма, гори! Ну то есть, “гори, ублюдок”! Тут бы еще захохотать, как Фуоки прикалывается, когда ее никто не видит. Мне Кацую передавала. И инфернальный смех был, но не в моём исполнении.

Добавила вдогонку рубящую технику. Да-да, мои стандартные режущие плоскости не работают из-за проблем с контролем, но у меня есть меч и я ученица самурая. И там подход в разы проще – влил чакры в клинок сколько поместилось, прицелился и отпустил. Пылающую фигуру едва ли не располовинило по диагонали , но это считай нулевой результат. Черные нити тянулись друг к дружке и склеивались, связывались, соединялись, в общем.

– Я Какузу, я бессмертен! Ах-ха-ха! Тебе меня не убить, девчонка. Не такой низкой ценой! Просто смирись и я оставлю тебя в живых, – прозвучало сквозь гул пламени.

Где у него вообще язык и связки находятся, что он голос почти без изменений сохранил?

Вступать в дискуссию с монстром из ночных кошмаров я не стала. Я сейчас и сама в некотором роде монстр. По крайней мере квартира для чудовища. Для ожившей звезды, ужатой в форму зашуганной черепашки. К нему я и обратилась, поделив сознание.

Часть меня осталась с нукенином и впечатала его в склон ближайшей горы, выдав самый мощный кинетический импульс на моей памяти. Даже не всмятку, а в блинчик, в черную однородную массу змей-ниток-червяков, какая продолжала шевелиться и с поразительной скоростью восстанавливаться.

Поняв, что разговор не заладился, Какузу перешел в атаку. Ползучий хаос двигался неожиданно быстро, огромными прыжками. В два приема оказался напротив меня… чтобы снова улететь в гору, когда я перекатом ушла от тянущихся ко мне тентаклей и шибанула новым импульсом. Я так долго могу. Но не бесконечно. Чакры до биджевой задницы, хоть залейся, а выносливость больше не бесконечная. Казалось бы, всего парочка сильных техник, наполненных энергией так, как я никогда и мечтать не могла, а энергоканалы уже гудят от микроповреждений. Сколько раз я еще смогу мудилу так приложить? Десять, двадцать, пятьдесят? Нифига мне не нравится идея соревнования на выносливость. Кроме того, где-то тут обязан бродить его напарник. Потеря единственной капли крови – и мне реальная хана, если мудацкий ритуал Хидана сработает на джинчуурики.

– Оками, что там у тебя такое? – спросила Кацую голосом Цунаде.

– Биджев Какузу! Я справлюсь! Нашла решение! Предупреди остальных, что там где-то еще и Хидан! Такой же неубиваемый! – я, дура, не догнала, что за матерящегося джашинита упомянула Тару. А сейчас вот прям щелкнуло что-то в моей тупорылой тыкве. Интересно, как давно парочка бессмертных ублюдков нас тут дожидается. Нукенин Водопада вроде как ненавидит свою старую деревню. Чё, ему пообещали достаточно бабла, чтобы потерпел и пригасил эмоции?

Ответ наставницы был нифига не цензурным. Это она что, от меня научилась? Такая культурная интеллигентная женщина с медицинским образованием была и так грязно ругается. А потом Фуоки про значение всяких слов спрашивает.

Короче, пока одна часть меня убивала неубиваемое ночью в горах, вторая я, мысленная, стояла на веселеньком пляже напротив черепашки-гиганта, косящей красным, как недавний неувиденный мной закат глазом.

– Короче… – начала я, чувствуя себя полной дурой, – видел, чё там снаружи? Думаю, я смогу его прикончить, но это затянется, а где-то там его двинутый напарник. Помоги, черепаха… Исобу, а? Была у Ягуры одна техника… – я сказала ему, что мне требуется. – Это то самое!

Ох, сколько вселенской усталости было в тяжелом вздохе биджу. Вот как когда малые говорили что-то в духе “сестренка Оками, пришло время обучить нас скрытности, давай мы будем тренироваться на вазе с конфетами”. И глаза у всех такие честные-честные.

– Ты хотя бы просишь, – вздохнул еще раз черепаха. – Моя чакра – это не просто энергия, не голая сила. Это сама жизнь океана. Перестань думать, Оками. Почувствуй ее. Ощути как, как она течет в тебе – медленная, мощная, неумолимая. Она помнит, как зарождались рифы. Погрузись в память чакры. Придай ей форму.

Оказывается, гигантские черепахоподобные монстры тоже бредят! Память чакры. Жизнь океана. Но есть ли у меня другой выбор?

Другая я, более умная, та, что выбирает действие, а не тупорылый треп с философским подтекстом, в очередной раз схватилась за катану, напитала чакрой и запулила прямо в средоточие “человека-клубка глистов”. Типа, как большой сенбон. Околонулевой эффект. Меч застрял в скале, предварительно пробив тело Какузу насквозь. Чакрасталь прорубилась через десятки или сотни нитей, те сразу начали обратно сращиваться. Я понадеялась, что пришпилю эту колонию гельминтов к горному склону и получу небольшую передышку. Выиграю время на то, чтобы словиться с ситуацией и узнать у Кацую, что вообще там в Такигакуре происходит. Получается?

БАБАХ! – до меня докатился отголосок мощной взрывной волны, всколыхнувший волосы, стянутые в куцый хвостик на затылке. Слишком слабо для техники уничтожения деревень. Но это и логично, Хотару в эти минуты находится на Узушио в полной безопасности. А вот братишка Дей, походу, развлекается на полную.

Отвлеклась! Зевнула, лохушка! Понадеялась на уловку с катаной-булавкой и оказалась в самом средоточии черных тентаклей, окутавших со всех сторон. Вот, походу, сейчас начнется сцена из кино для взрослых. Про девушку и щупальца. Тут пока до такого не додумались. Даже извращуга Джирайя в своей макулатуре не наваял.

Нифига, ублюдок! Алое силовое поле, покров из чакры Исобу, окружило меня и не позволило черным змеям-нитям-червям сжаться. Интересно, а где у него органы чувств? Глаза где-то болтаются на ниточках и я могу их выбить? Или я всё спалила во имя биджу и за сенсорику отвечают всё те же волокна? То есть они проводят нервные сигналы? Тогда… саданула самым мощным пыточным импульсом, даже Пейн-сама ему бы позавидовал. Нифига! Ноль! Вообще никакого эффекта. Какузу как окутывал меня коконом, лишая хоть какого-то понимания, так и продолжил свое черное дело. Черное и ниточное!

И чё, я позволю вот так вот меня задавить? Да ни в жизнь! Собрала всё своё раздражение, всю обиду на то, что мной попользовались как медиком и выбросили на помойку, едва пациент очухался, всё негодование за время, потерянное в качестве Пейна, злость на то, что ублюдки посмели позариться на сестренку Фуоки и запулила кинетический импульс вертикально вверх, подбросив Какузу на высоту метров, наверное, в пятьдесят. Если кто думает, что это не так много, пусть попытается с десятого этажа спрыгнуть.

Нормальный человек сдох бы от одного лишь импульса и перегрузок. Пейнов человек-сопля, скорее всего, даже неудобств особых не испытал от устроенного мной полета. Ну разве что получил моральные терзания от того, что не пощупал меня во всех местах своим миллионом тоненьких усиков.

– ТЫ УЖЕ УМЕЕШЬ ЭТО! ПОЗВОЛЬ МОЕЙ ЧАКРЕ ВСПОМНИТЬ! – на слегонца повышенных тонах вещал Исобу, а я нифига не въезжала, как это так. Похоже, моя тупость даже флегматичную черепашку до ручки довести способна.

– НЕ ДЕЛАЙ НИЧЕГО! ВСПОМНИ, КАК ТЫ ПОЗВОЛИЛА ПОТЕЧЬ ЧАКРЕ В МЕЧ! – громыхнуло типа древнее и мудрое существо.

И тут я походу поняла, как поступлю дальше. Вот бы получилось!