Придя в себя, я увидела перед собой лицо незнакомого мне мужчины. Все это время меня не покидала мысль, что я где-то уже видела его.

— Джил, любимая, с тобой все в порядке? Ты упала в обморок.

— Джил? Кто такая Джил?

— Господи, доктор, что с ней?

Другой незнакомый мне мужчина подходит к моей кровати:

— Джиллиан Робинсон, вы помните, какое сегодня число?

— Нееееет, — прошептала я, чувствуя, как волосы на моем затылке встают дыбом.

Почему они называют меня именно этим именем?

— Не волнуйтесь, так бывает, — обратился врач к первому незнакомцу. — Она ударилась головой при падении, возможно, у нее легкое сотрясение и временное помутнение рассудка, но думаю, что это скоро пройдет.

Мужчина проводил доктора до двери и вновь вернулся ко мне. И вот сейчас я узнала его темно-карие глаза.

— Найджел?

— Нет же, любимая. Это я, Дэвид. Не волнуйся, ты скоро поправишься, — он нежно касается моей руки и заключает ее в своих больших ладонях.

Вспышка…

Я стою в ванной комнате и пишу на запотевшем зеркале такую знакомую мне фразу: «Беги...»

Дурочка, беги от него. Ты же не любишь его. Он убьет тебя, если узнает про вас с Дэвидом.

Безумно яркая вспышка...

И вот уже я чувствую, как чьи-то сильные руки сомкнулись на моей шее и не дают сделать вдох.

— Помогите! — сдавленно сиплю я.

— Подлая шлюха, никто тебе уже не поможет! Думала, сможешь обманывать меня и дальше с этим твоим слюнтяем? Он получил свое сполна, сейчас и ты свое получишь тоже! — обезумевшие голубые глаза принадлежат моему мужу.

— Марк, пожалуйста, не надо, — хриплю из последних сил, и за фразой следует болезненный удар в лицо.

— Ты и с ним мне изменяла? — кричит мой обидчик. — Я проучу тебя раз и навсегда!

Он бросается к столу и возвращается с ножом.

«Я сделаю так, что никто на тебя больше и не взглянет. Без омерзения уж точно!»

Я, хватая ртом живительный воздух, пытаюсь отползти в безопасное место, но он настигает меня. Лезвие касается лица, обжигая кожу леденящим холодом.

Снова вспышка…

Бездыханное тело моего обидчика лежит на полу. Тот самый нож в его груди загнан по рукоятку. Я стою перед зеркалом. Лицо изрезано, а из ран течет кровь. Мое когда-то красивое милое кукольное личико обезображено и изуродовано так, что на него невозможно смотреть, а физическая боль просто невыносима.

Вспышка...

Я на мосту. Стою на перилах. За убийство мужа я сгнию теперь в тюрьме. Дэвид мертв. Мой любимый мужчина. Его больше нет. Мне все равно. Я просто хочу, чтобы эта невыносимая боль, разрывающая меня изнутри на части, наконец-то прекратилась. Зачем мне жить? Просто шаг и все закончится.

«Что вы делаете, мисс?» — слышу последнее и делаю шаг. Ощущение полета в вечность. Острая боль.