Теперь все смотрели на меня, и я неуверенно пояснила:

— Тогда, в бальном зале… Когда я зашла с закусками и десертом, почувствовала, что на меня кто-то смотрит. Такой недобрый взгляд. Но когда повернулась, никого не увидела.

Про светловолосого мужчину с короткой стрижкой я упоминать не стала. В конце концов, не было гарантий, что на меня смотрел именно он.

— Думаешь, это кто-то из гостей? — задумчиво произнес Тулун. — На празднике был весь цвет аристократии Пурпурного города.

— Аристократии, которую мы проверяли от и до уже бессчетное количество раз, — раздраженно произнес император. — И ничего не нашли. Ни единой зацепки. Ни тогда, ни за последние четыре года.

Он мрачно посмотрел на дракона, и тот склонил голову, словно принимая ответственность за то, что враг еще не найден. Я натянула рукав, а леди Мейли деликатно кашлянула и с улыбкой произнесла:

— Может быть, присядем?

Она, в отличие от остальных, не покидала своего места. Ее супругу дважды повторять не пришлось — он тут же опустился в соседнее кресло. А вот ректор Бланко взял за руку Марту и попросил:

— Разрешите откланяться. Мы сделали все, что могли, и гораздо больше, чем я хотел. Марта уже дала вашей леди дельный совет. Я приступлю к изучению архивов, как только вернусь в родовой замок.

Поразмыслив, император кивнул. Гости с Запада распрощались и вышли. А я заняла кресло напротив леди Мейли. Совет мне дали, может, и дельный, но совершенно непонятный...

Тулун мрачно посмотрел на дверь и произнес:

— Надо было его продавить.

Но властитель махнул рукой со словами:

— Хватит с них. У этой пары есть другая миссия. Им надо обеспечить наследниками три рода, пусть стараются. Если эта дрянь не отреагировала на прикосновение Марты…

— Три рода? — озадаченно переспросила я.

Но посвящать меня в дела Запада никто не пожелал. Леди Мейли улыбнулась и напомнила:

— Нужно решить, что теперь будет с Астрид.

Я тут же напряглась и спросила:

— Вернусь к своим обязанностям и в Академию, разве нет? Я пропустила неделю учебы! Кстати, что вы сказали наставнице Грете?

— По официальной версии, ты потеряла сознание возле байланга и лежишь в городском госпитале, — ответил Тулун. И раздраженно добавил: — Твои друзья пытались к тебе прорваться уже несколько раз. Лекари уже не знают, под какими предлогами их отваживать. Алхимик этот бедовый еще…

— Хоэль? — удивилась я.

— Да, — кивнул посланник. — И младший Тхан со своей подружкой, и еще эта… твоя неуклюжая однокурсница. Взорвали какую-то дрянь в приемной, чтобы прорваться к тебе под шумок!

А леди Мейли возразила:

— Зато потом они четыре часа ее отмывали и два дня не показывались.

Я подавила усмешку. Мысль о том, что меня потеряли, согрела. И все же легенда, придуманная императором, вызывала у меня беспокойство.

— Мне нужно скорей вернуться в общежитие, — вздохнула я. — Пока не пошли какие-нибудь неприятные слухи…

— Например? — немного озадаченно спросил Тулун.

— Ну… — начала я. — Если кто-то узнает, что меня нет в госпитале и поймет, где я провела все это время, то обязательно подумает что-нибудь неприличное! И пострадает моя репутация.

Дракон непонимающе уточнил:

— На празднике тебя выделил Перерожденный. Что неприличного могут подумать?

Теперь настала моя очередь удивляться.

— Вот именно! — любезно пояснила я. — Подумают что-нибудь неприличное про нас… Запишут меня в фаворитки!

Я не стала добавлять, что Элен первая придет, чтобы повыдирать мне волосы в темном коридоре. Может быть, за ней еще очередь выстроится…

— Фаворитки? Неприличное? — непонимающе переспросил посланник.

А леди Мейли вдруг деликатно кашлянула и обратилась к императору:

— Перерожденный, я тут вспомнила об одном деле. Мы обещали Рилунам, что заглянем к ним на обед. Паола хотела сообщить мне что-то важное. Позвольте нам вас покинуть.

Во взгляде супруга, обращенном на нее, промелькнуло удивление, как будто о приглашении он и не подозревал. Но он быстро взял себя в руки. А властитель махнул рукой, позволяя чете Тулунов покинуть зал.

Только в этот момент я заметила, что император и сам как-то странно смотрит на меня. Когда за драконами закрылась дверь, он встал и неспешно спустился с возвышения. На миг замер возле меня, глядя сверху вниз. На его лице бушевала целая буря чувств, и от этого было немного не по себе.

В памяти тут же всплыл и танец в пустом зале, и, почему-то, поцелуй на вершине башни.

После император резко сел в кресло напротив меня и бесстрастно спросил, откидываясь на спинку:

— И что неприличного в том, чтобы быть моей фавориткой? Большинство девушек в этом городе отдали бы полжизни за это.

— Моя мать была любовницей аристократа, — напомнила я. — Счастья ей это не принесло. Да и мне тоже…

Властитель с чувством произнес, глядя мне в глаза:

— Таких как ты, я еще не встречал. — И говорил он так искренне, что я ощутила толику смущения. Но затем он протянул: — Да, все будет сложнее, чем я думал. Еще эта дрянь вылезла так не вовремя. А я почти уже собрался… — Тут он бросил взгляд на мою руку и решил: — Что ж, в таком случае, начнем издалека. Пока что сделаем так…