На охоту я правда не пошел, но по другим, более приятным причинам, так как нашел дупло, когда полз вдоль дерева, прижимаясь к коре и выискивая более удобный маршрут к нижнему ярусу и соседнему дереву. Рука неожиданно оторвала кусок коры и провалилась в пустоту. Сначала я дернулся, решив, что там гнездо какой-нибудь страшной твари, но затем, аккуратно проверяя щупом, не нашел ничего живого, зато там было совершенно пусто.

Вход оказался совсем узким, хотя, казалось бы, гнилое дерево я должен был ломать одной левой, но оно сопротивлялось моим усилия так, словно было сделано из титана. Пришлось протискиваться, и сделал я это с трудом, чуть не ободрав бока. Бабая пришлось снять с перевязи и просунуть отдельно, за что он выразил неудовольствие коротким рыком. Мне поначалу казалось, что он просто уже лентяйничает, так как рана затянулась, но возвращаться в строй он не спешил, и я понял, что дело серьёзней.

Внутри же обнаружилось пространство размером с небольшую комнату, если комнатой можно назвать полость в живом дереве, стенки которой были покрыты затвердевшей смолой, стекавшей потёками по внутренней части. Потолок низкий, я мог сидеть, но не стоять. Пол, вернее дно дупла, был завален трухой и сухими листьями, которые я сгрёб в угол, выкидывая наружу всякую гадость типа гусениц, которых тут была тьма.

Главное преимущество заключалось в том, что вход был один и он был узкий. Ничего крупнее Бабая сюда не пролезет, а мелкое я как-нибудь переживу. Второе преимущество, это, конечно сама смола. Насекомые, которые за полдня успели меня достать до печёнок, сюда почти не совались, видимо, что-то в составе смолы их отпугивало. Ну и самое важное, внутри было прямо удивительно сухо. После влажности среднего яруса, где воздух, казалось, можно было пить, сухость дупла казалась подарком.

Я затащил внутрь доспех, сумку и копьё, устроил Бабая на подстилке из листьев и сел, прислонившись к стенке, закрыв глаза. Минуту просто дышал, наслаждаясь настоящей безопасностью. Правда неожиданно возникла мысль что это дерево вполне может питаться такими как мы, но, внимательный осмотр показал, что огромное дерево в моменте было раздвоено и почти перебито невиданной силой, и из-за этого и образовалась данная пустота, дерево словно сжали с двух сторон, выгибая наружу волокна, а потом она нарастила толщину, но саму дыру заделать не смогла. Вопрос о том, кто это мог сделать повис в воздухе, тем более, мне было о чём подумать и помимо таких кошмаров.

Во-первых, Бабай не просто так лежал, ему было откровенно плохо несмотря на то, что внешне рана то зарастала, и поможет тут только одно, ядра. И их у меня в наличии четыре. Одно я сожру сам, прейдя наконец на закалку кожи, а вот три придётся отдать Бабаю, да и всю мелочь тоже, кажется нашему щеночку придётся подрасти. А если не хватит, то придётся всё-таки пойти на охоту.

— Бабай, давай-ка сюда. — я вытащил горсть ядер из сумки и принялся как семечки засовывать в пасть байшоу, который ими и хрустел с видимым удовольствием, он сожрал всё мелочёвку и отказался от крупных, закрыв глаза.

Кажется, процесс пошел как надо, будем растить дитенка. И мяса ему будет надо, много мяса.

Потом я вспомнил, известный мне принцип закалки. Этер проникает в ткани, перестраивает их и делает прочнее. Ну а чем чище этер, тем эффективнее процесс. Камень Бурь, который я использую, фильтрует этер духовных ядер, превращая грязную энергию в чистую и однородную. Поглотитель же позволяет усваивать огромные объёмы, судя из того что я чувствую. Хотя куда он тогда идёт, мне совершенно не понятно.

Я открыл интерфейс, и понял, что был не прав, куда идёт этер стало понятно.

Этер: 384\384

Четыре единицы, меньше чем за сутки, ого! И производительность должна расти, а ведь сколько… Получалось, что место, которое меня убивало, одновременно могло меня усилить. Если я проживу достаточно долго, чтобы тело привыкло, если Поглотитель продолжит расти, если каналы выдержат нагрузку и не порвутся к чертям, то прогресс в закалке здесь может оказаться в разы быстрее, чем где-либо ещё.

Получается, можно тут и остаться на какое-то время.

Это как смертельно опасный тренировочный зал, на тренировке в котором тебя могут сожрать и даже не заметить

Мысль была настолько абсурдной, что я тихо рассмеялся, привлекая внимание Бабая.

— Ничего, лохматый. Просто подумал, что вселенная имеет своеобразное чувство юмора. Когда-то я мечтал о месте, где можно спокойно тренироваться. Получи, теперь и распишись.

Но раз этера у меня много, и вокруг его тоже много, то сидеть совсем без дела смысла не имело, философия подождёт, как и упаднические настроения, сначала нужно обустроиться, так как дупло, это конечно хорошо, но эта защита все равно минимальна. Если какая-то тварь расколола его в своё время на части ударом, то что мешает повторить это, в попытке добраться до вкусного мяса? Может тут дятлы водятся размером с самосвал. Будет такой долбать клювом в поисках червячка, а наткнётся на меня. Вот обрадуется.

В общем, мне точно не нужна лишь иллюзия безопасности, значит будем что-нибудь вытворять.

Я достал одну из игл из сумки и осмотрел стенки дупла, заодно проверяя возможность работы с деревом, и да, пропитанное этером до последнего корня, оно вполне могло служить основой для рунной магии.

— Ну посмотрим, чего я достиг. — задумчиво протянул я вслух, больше для Бабая, которого успокаивал мой голос, и принялся творить.

Смола затвердела до состояния камня, и резать по ней было удобнее, чем по сырой коре. Линии ложились ровно, без сколов, и я начал вырезать формацию, которую теоретически разработал в еще в долине и собирался поставить на кузню мастера.

Штука эта называлась Тихий Порог. И изначально была создана ради шутки, чтобы не слышать, как мастер работает, а то порой он очень сильно отвлекал своим кузнечным ремеслом от мыслей и записей новых идей. Вот, блин, всё это осталось там, с той стороны портала. Ладно хоть, радует, что шкатулка и тубус со мной, спрятаны в доспехе в укромном потайном кармашке пространственного рюкзака. Там как раз хватило места поместить их, и они не мешали крыльям.

С собой я их таскал по одной причине, я никому не доверю такие сокровища, никому. Три капли крови дракона, и конструкт были моей дорогой к силе, как бы не эгоистично это звучало. Знать, что можно однажды повторить сцену, всех убью один останусь, дорогого стоило, пусть перезарядку тубуса ждать еще долго.

Тихий Порог из шутливой связки, очень быстро превратился в настоящую мини формацию, если я правильно понимаю значение этого слова. Она не была идеальной, и ее задача стояла как раз не в том, чтобы защититься от сильного, наоборот, задача была спрятать с глаз долой и из ушей вон.

На чертежи рун ушёл целый час. Когда я закончил и влил этер в контур, руны мигнули бледно-голубым и погасли, впитавшись в смолу. Работает. Я щёлкнул пальцами внутри дупла и прислушался, снаружи звук не прошёл. Потом высунул голову наружу, посмотрел на вход и почувствовал, как взгляд сам соскальзывает в сторону, к соседней ветке, к лиане, к чему угодно, только не к тёмной щели в стволе.

Конечно, никакой авторизации или полноценной аутентификации здесь не было, такой штукой мог воспользоваться любой. Для зверей, которые полагаются на слух и зрение, этого должно хватить. Для тех, кто охотится по следу или чувствует этер, нет, но от всего сразу не защитишься.

Потом пришло время копья, надо из поделки превратить его в настоящее грозное оружие, для этого пришлось повозиться, вспоминая малоиспользуемые руны и создавая связку прямо в голове. Задача простая, сделать так, чтобы наконечник не спадал с древка и сам удар был усиленным руной. Связка сцепления, легко легла на древесину, затем с добавлением руны на наконечник я получил дополнительное усиление. Пришлось вспоминать рунное детство и писать кровью, а потом подключать накопители и впитывать руны в наконечник, это стоило мне почти пять сотен этера. Многовато за три руны.

Получилось не идеально, но, когда я влил этер в контур руна приняла заряд, наконечник чуть нагрелся и по его поверхности пробежала еле заметная рябь, как по воде, в которую бросили камешек. Работает, пусть немного криво, с потерями процентов двадцать на том самом смещении, но работает.

Копьё легло в руку непривычным весом, и я сделал несколько пробных выпадов, сидя в дупле, что выглядело, наверное, комично, взрослый человек тычет палкой в стенку изнутри дерева. Баланс был далёк от того, к чему я привык, древко слишком лёгкое для такого наконечника, но после пары минут рука запомнила новый центр тяжести, и выпады стали точнее.

Пока суть да дело, пилюля сделала то, для чего ее создавали и я понял, что левая рука практически восстановилась, мышцы немного ныли, но это уже было не то что вчера, теперь я мог спокойно, терпя небольшую боль, но тем не менее, работать и бить.

Оставалось главное. Еда. Плод, который я съел утром, до сих пор лежал в желудке тяжёлым комом, и организм, кажется, не мог решить, переваривать его или выбросить обратно. Бабай же не ел нормально со вчерашнего дня, ядра его насытили энергетически, но байшоу, прежде всего оставался хищником, которому нужно мясо. Через связь он мне об этом не напоминал, лежал тихо, свернувшись на листьях, но я чувствовал фоновое, ноющее пусто-внутри, которое нарастало с каждым часом.

— А надо было варанов есть. — буркнул я не со зла, а ради ехидства, и полез наружу.

Корвин Андерс, восемнадцати лет от роду, бывший ополченец Великой Степи, рунмастер шестого класса, человек, способный создавать артефакты, нарушающие законы мироздания, сейчас будет ловить себе обед на дереве. С копьём, которое он сам же и собрал из палки и подручных материалов! Практически удочка. Звучит как начало веселой истории, правда мне совсем весело не было, это включился какой-то режим предвкушения опасности, и я нес чепуху, лишь бы не задумываться о происходящем.

Выбрался наружу и сразу пожалел, что не остался внутри. Средний ярус к полудню превратился в парилку, воздух загустел до состояния киселя, и каждый вдох давался с усилием, словно я дышал через мокрую тряпку. Поглотитель пусть и работал, перемалывая этер, но к жаре и влажности он не имел никакого отношения, тут помогло бы только чудо или хотя бы ветерок, которого в среднем ярусе не существовало в принципе.

Утренние ящерицы, ушли куда-то на восток, и ветвь, по которой они двигались, была совершенно пуста. Я внимательно мониторил окрестности, стараясь не пропустить ничего опасного, и наконец нашел, причем прямо под боком.

На соседнем дереве, метрах в пятнадцати, я заметил кое-что поинтереснее. Крупная тварь сидела на развилке, и я сначала принял её за нарост на коре, настолько хорошо она сливалась с деревом. Потом нарост шевельнулся, повернул голову, и я разглядел существо целиком.

Тварь ковыряла кору, добираясь до добычи под ней, и периодически засовывала морду в образовавшуюся дыру, с чавканьем вытаскивая оттуда длинных белёсых личинок. Судя по всему одиночка.

Придумать бы какие ловушки, но в голове ничего серьезного не было, зато была задача поймать себе еду. Зверюга не нервничала, и я насчитал вокруг нее три возможности сбежать в разные стороны, понятно, хитрая, понимает как надо.

Решение пришло неожиданно и было откровенно дурацким, но другого варианта кроме как воспользоваться лианой и перепрыгнуть пятнадцатиметровый кусок пустоты я не видел. Прыгнуть, пробить зверю голову наконечником и прожарить током левой перчатки. Ну или наоборот, тут как получится.

Подергав одну из лиан, я убедился, что она держит крепко и отойдя на несколько шагов разбежался и прыгнул. Лиана натянулась, врезалась в ладони и рывком выдернула меня из-под собственной ветви. На миг всё исчезло, остались только свист в ушах, пустота под ногами и тварь впереди, которая ещё не поняла, что очередность того, кто кем приходится обедом, немного сместилась не в ту сторону.

Я летел чуть ниже, чем хотелось, поэтому в последний момент пришлось поджать ноги, чтобы не врезаться коленями в развилку. Зверюга всё-таки что-то почуяла. Голова дёрнулась в мою сторону, и когтистые лапы, показались мне весьма серьезными противниками для честного боя.

Потому честно драться я и не собирался, мало ли какой она стадии развития.

Я выбросил левую руку вперёд, раскрыв ладонь прямо ей в морду, и толкнул в перчатку этер. Разряд сорвался почти без задержки. Воздух между нами вспыхнул бледно-синим, шарахнуло тонкой ломаной ветвью молнии, и ее выгнуло дугой.

Расстояние было слишком небольшим, да и я сам влетал в неё следом, но этого хватило, как и последующего удара в голову копьём, причем сделал я это левой рукой, буквально только отцепляясь от лианы и оказываясь на другой стороне.

Хватило одного удара, чтобы зверюга упала замертво, и я смог ее осмотреть. Зверюга оказалась больше, чем выглядела. Это было что-то совершенно мне непонятное, даже сравнения никакого найти в голове не мог. Пятнистая камуфляжная шкура, сросшаяся с древесными наростами, длинные и тонкие передние лапы, явно заточенные для работы с корой и поиском личинок, такая же непонятная тонкая морда, с длинным хоботком-носом, и толстенная задница. С короткими ножками пеньками.

Зато в узкой пасти, помимо длинного языка, еще и тьма зубьев внутри, как у пилы. Не хищник в привычном смысле, скорее всеядная дрянь, которая жрёт личинок, мелкую живность и, если повезёт, зазевавшегося идиота.

С добычей на ветке возиться было глупо, поэтому я первым делом выдернул копьё, вытер наконечник о жёсткую шерсть и прислушался к себе. Этер просел ощутимо, но не критично. На разряд ушло немало, особенно если бить резко и с силой, чтобы гарантированно парализовать цель. Полезная штука, спору нет, только в долгом бою так не настреляешься. Нужно будет снимать накопители и думать, как их таскать на себе.

Тушу пришлось подвязывать лианой. Я закрепил её за задние лапы, пару раз проверил узел и потащил тварь к своему дереву, стараясь двигаться быстро, но без лишнего шума. Внизу, уже кто-то орал, требуя свою долю, но проверять, кто там такой разговорчивый, желания не было.

Обратный путь показался вдвое длиннее, но обошлось. Пришлось выбирать такие дороги чтобы утащить тушку целиком, и не дать ей пропасть. На своей ветке, я немного успокоился, и уже более серьезно смог позволить себе выдохнуть, разделывать её придётся здесь, и Бабая тоже вытаскивать, кормить будем. В дупле точно такого делать не стоит, кровищей всё провоняет, потом тухнуть начнёт. В общем, ну его нафиг.

Сказано сделано, и уже через десять минут, пока я вытаскивал Бабая и свежевал мясо, тот с урчанием жевал огромный кусок филейной части, нисколько не смущаясь что он сырой и не солёный.

— Вот, — сказал я, усаживаясь рядом с добычей. — Учись. Высокое искусство охоты. Сначала план, потом немного магии, потом паника, и, если повезёт, кто-то придёт к тебе на ужин. Ляпота.

Свою часть добычи, срезанную аккуратными ломтями, я пока держал в листьях, и заодно пытался нарисовать себе рунную горелку. Конечно, камень для этого подходил бы больше, но камней у меня, как назло, не было, было только дерево, его я и использовал.

И уже через несколько минут, морщась от не самого вкусного запаха жаренного мяса, отрезая от него по кусочкам попробовал на вкус.

— А ничего. Как будто с орешками. Это он всё же не только гусениц жрал. Хорошая добыча.

Судя по урчанию зверя, тот тоже наконец был доволен. Нажрался ядер и мяса, только молока не хватало. Но где же я тут корову найду? Или козу на худой конец. Впрочем, вроде же существует такая штука как птичье молоко? Хотя я не уверен, что птицы действительно доятся.

Ядро я извлёк последним. Оно лежало в грудной клетке зверя, среди осколков рёбер, которые пришлось раздвигать руками, и когда пальцы сомкнулись на нём, я понял, к чему приводит, когда этера так много. Ядро было размером с куриное яйцо, матово-голубое и тёплое. От него шёл поток энергии, который я ощущал даже без щупа, просто кожей ладони. Серьёзного зверя ядро, посильнее чем у вчерашних варанов, а здесь его носил остроносый пожиратель личинок, который даже не был хищником.

Если у травоядного такое ядро, то что носят в себе те твари, которые орали ночью внизу? Вопрос, на который я не хотел знать ответ. Пока не хотел. Вот подрасту чуток, вместе с Бабаем и тогда вернусь к нему.

Запасы еды были сделаны, завернуты в листья для большей сохранности, кроме того, я сплёл что-то типа фляги-кувшина из листьев и наполнил ее водой, а потом еще один такой же, но Бабаю и мы аккуратно перебрались в нашу берлогу.

Остатки туши я скинул вниз, оставляя правда на ветке несколько костей, после Бабая они выглядели как отполированные куски, и нужно было рассмотреть их на пример работы с рунами, вдруг чего получится путного сварганить, типа нормальной горелки, а не этой фигни, которая за пять минут прогорала насквозь.

— Ну а теперь, друг мой, — я достал ядро варана. — Пришла пора расти, задерживаться тут нельзя, кто больше жрёт, тот дольше живёт, вот не погрешу против истины что местный закон такой. Поэтому не знаю как ты, а я погнал.

Других вариантов, я не видел. Только быстрый переход на новый шаг, который даст мне дополнительных сил и возможностей. И чтобы не говорил мастер Цао, про то, что организм нужно подготовить, сейчас всё решала скорость. А огрехи я поправлю сам, благо опыт уже есть.

Привычно перехватывая Камень Бурь в одну руку и ядро в другую, я привычно запустил процесс. На этот раз процесс чувствовался совершено иначе, Поглотитель, словно подливал масла в огонь, и я чуть не захлебнулся этим огромным потоком, пытаясь правильно его перераспределить.

Мышцы отозвались первыми. Это был финал, конечная стадия, последнее, что оставалось от второго шага. Они просто словно дожимались. Я чувствовал каждое волокно и сухожилие, как они уплотнялись, принимали финальную форму, причем это было не больно. Почти приятно, если честно, как когда мышца болит после хорошей тренировки, но в обратную сторону. Не разрушение, а завершение.

Интересное наблюдение, получается. С Поглотителем, я вижу начало структурированного перехода и завершение старого, раньше такого не было. Затем поток на время смёл моё сознание, и я будто оказался в лаве. Ощущение было такое, будто меня одновременно облили кипятком и обернули в наждак, а затем начали быстро им вытирать, сдирая старую кожу

Это было не похоже на мышцы и внутреннюю перестройку, наоборот, кожа оказалась на удивление болезненной темой. Этер, который камень загнал чистым потоком, добрался до самых внешних слоёв и начал там хозяйничать.

Энергия шла волнами. Первая волна прокатилась от макушки вниз, оставив после себя ощущение, будто кожа слегка поменяла толщину и объем. Затем волна пошла в верх, и я почувствовал, как с меня ее снова сдирают, оставляя без защитного слоя, только посолить не хватало для общей радости. Скрипя зубами, я удержался от того, чтобы не заорать, слишком яркой была боль, которую нужно было перетерпеть.

Третья волна была самой длинной. Она шла медленно, добираясь до каждого участка кожи, который ещё не получил своей порции внимания, и за ней оставалось странное онемение. Меня заворачивали в плотный поток энергии, и я буквально почувствовал, как на мясе вырастает новая кожа. Длилось это не долго и процесс практически быстро пошел на спад, завершая и останавливая мою культивацию.

Я медленно открыл глаза. Проверил интерфейс.

Прогресс развития: Закалка кожи — 1.

Начальная стадия закалки кожи (1%)

Ну и ну. Звучит скромно, пока не вспомнишь, что это только начало, и что я нахожусь в уникальном месте, где каждый шаг буду делать в разы быстрее, чем в том же Шэньлуне. Я осторожно провёл ладонью по предплечью. Разница была едва заметной на ощупь, кожа не стала грубее в привычном смысле, скорее плотнее. Внешне то же самое, но внутри другая структура. Теперь меня, наверное, зарезать ножом не получится.

Полежав ещё минуту, я понял, что понятия не имею, сколько времени прошло. Процесс поглотил меня целиком, и теперь внутри дупла было примерно так же темно, как и было, что не говорило ровным счётом ни о чём. Может час, может сутки.

Бабай тут подсказать тоже не мог, он спал, свернувшись клубком на листьях, и его дыхание было ровным и глубоким, значит всё в порядке, хоть что-то хорошее, но судя по развернутым листьям и приличному отсутствию мяса, собственно байшоу оставил мне буквально один кусок, из тех, что я жарил, а так он сожрал всё, зараза.

Я потянулся к краю входного отверстия, нащупал пальцами кусок коры, который приспособил вместо заглушки, и аккуратно потянул на себя, надеясь, что там будет день. Лежать, не смотря на небольшую слабость не хотелось, хотелось движения, и почувствовать новую силу в себе.

Кора поддалась легко, и я увидел темноту, как мне показалось по началу, потом эта темнота моргнула, и я увидел глаз.

Я не сразу понял, что это глаз. Мозг несколько долгих, бесконечных мгновений пытался найти другое объяснение, что это нарост, или просто натекло смолы. Но нарост не имеет вертикального зрачка, чёрного, как провал, шириной с мою ладонь, окружённого радужкой цвета старой меди с прожилками золота.

Глаз смотрел прямо на меня.

Камень Бурь в руке стал ледяным мгновенно, так резко, что я едва не выдернул руку.

Глаз за щелью медленно сместился, и я наконец понял, что вижу перед собой. Морду огромной змеи, которая нашла себе чем закусить на ночь и теперь видимо думала, как нас достать. И судя по всему, кушать ей хотелось очень сильно.