Гавриле уже много лет не было так радостно. Пожалуй, с тех пор, как он покинул родную державу в поисках новых знаний. Забавно получилось — он искал знания, а в результате нашёл только клетку и смерть. Он долго продержался на руднике. Дольше, чем кто-либо другой из его товарищей по несчастью. Ведь он не привык сдаваться, и умел терпеть.

В день, когда там появился наглый юный гоблин, Гаврила уже успел распрощаться с жизнью. Он понимал, что шансов выжить нет, несмотря на троллью живучесть, и уже смирился с тем, что бесславно погибнет на чужбине, так и не вернувшись на родину. Да и нужен ли он там? О нём давно все забыли. В державе его считают преступником, а те немногие, кто помнит, для чего на самом деле он отправился в Малондо, страну жёлтого вулкана… да полно, живы ли они ещё? Столько лет прошло!

Гаврила Геннадьевич смирился со скорой смертью. Последние годы, с тех пор, как он попал на этот проклятый рудник в качестве раба, заставили окончательно избавиться от иллюзий и надежд, так что скорый конец существования он воспринимал отчасти как освобождение. Когда же пришёл Дуся, и в своеобразной гоблинской манере, легонько попинывая его умирающее тело, начал задавать свои бестактные вопросы, Гаврила вдруг остро захотел жить. Ещё до того, как окончательно поверил, что не наблюдает предсмертный бред.

Дуся действительно помог. Сначала обеспечил умирающее больное тело пищей, чтобы бороться, а потом и вовсе освободил.

Тролль всегда был флегматичен — особенности характера. Последние годы ещё усугубили эту черту, сделали его ещё медлительнее. Физиология, ничего не поделаешь. Большому телу требуется много энергии, чтобы жить. Нужно много еды. Работников рудника держали впроголодь, и оттого Гаврила привык экономить. Не нужно делать лишних движений, если без них можно обойтись. Не нужно нервничать и переживать, ведь это требует усилий и ресурсов, которых и без того недостаточно.

И вот, теперь, когда недостатка еды не стало, троллю хотелось компенсировать годы экономии. Хотелось жить по-настоящему, и даже потеря ноги не мешала этому желанию. Что плакать по одной лишь ноге, если он должен был вовсе умереть? Тем более, их мелкий и шебутной предводитель просто фонтанировал энтузиазмом.

Наглый, весёлый, и бесшабашный, он напоминал Гавриле молодого хорька. Так же, как и хорёк, Дуся не умел унывать, не помнил плохого, и не очень-то стремился продумывать свои действия наперёд. Прежнего Гаврилу, пожалуй, это раздражало бы, но сейчас… Где он оказался со своей любовью всё предварительно обдумать? Гаврила решил, что у Дуси есть, чему поучиться и с энтузиазмом принялся впитывать новую науку. Благо учиться он всегда любил.

Они отправятся в гости к Карнистиру Морьо?

Почему бы и нет? Да, это выглядит глупо. Соперничать с магом второй ступени, на его территории может только более сильный маг, это известно всем. Но Гаврила не стал спорить, и с готовностью отправился вместе с мелким непоседой.

Нужно отвлечь Морьо, чтобы появилась возможность выкрасть всё-таки попавшегося Дусю? Устроить такой беспорядок в городе, чтобы генерал-губернатору было не до экспериментов?

Отличный план, и плевать, что это звучит совершенно идиотски. Логоваз, кажется, с удовольствием перенял образ мысли их товарища, вот и Гаврила не станет спорить. К тому же, глядя на океан, он поймал себя на мысли, что ему очень хочется поплавать. Сколько лет прошло с тех пор, как он видел большую воду! Так стоит ли себя удерживать?

Плыть несколько километров до порта было откровенно плохой идеей — так ему показалось сначала. Но постепенно тело разогрелось, и даже лёгкое волнение, которое поднялось на море, не мешало наслаждаться водными процедурами. Это было прекрасно и восхитительно, океан будто сам держал его, наполнял своим спокойствием и могуществом. Гаврила впервые по-настоящему осознал, что он свободен. Больше не нужно каждый день идти в шахту. Он захотел поплыть — и он поплыл.

В порту было грязно, плавал всякий мусор, а один раз он столкнулся с трупом енота. Прямо лицом, а ведь труп был уже не первой свежести. Но даже это не смогло поколебать прекрасного настроения. Тем более, он вдруг увидел свою мечту.

Это была любовь с первого взгляда. Корабль был прекрасен и хищен. Форма намекала на то, что он быстрый, очень быстрый. Поворотная бронированная башенка со спаркой зенитных пушек и ещё одна, с пулемётом намекали: он не только быстр, но и зубаст. Гаврила всё понял ещё до того, как добрался до пирса и смог немного отдохнуть, держась за висящую на цепи шину — чтобы не повреждались борта швартующихся кораблей.

— Надо брать, однако. — Зрение у тролля всегда было отличное, и он нынче прекрасно видел, что на палубе никого нет. Очевидно, корабль не пустой, кто-то там есть, но основная часть команды на берегу. А значит, нужно ловить момент, пока возможно.

Он представил, как стоит за штурвалом, на капитанском мостике. Гордо смотрит вдаль, и отдаёт команды.

— Попугая надо, — констатировал Гаврила, насладившись воображаемой картинкой. — Нога искусственная есть, а попугая — нет. Без попугая — не то. Но сначала — корабль.

Он не стал даже выбираться на берег — какой смысл, и что там делать троллю? Увидят, суета начнётся. И вообще — самое главное он уже увидел, больше здесь смотреть было нечего.

Оставалось убедить Логоваза в том, что им нужен корабль. Но ничего. У него ещё обратная дорога — плыть и плыть. Успеет что-нибудь придумать.

А по возвращении оказалось, что к ним присоединились ещё товарищи. Это было хорошо. Но было и плохое. Логоваз тоже полезно сходил, и у него тоже был план, что делать. Очень хороший план, Гавриле он нравился, вот только в этом плане не было пункта с захватом «Ласточки». Так тролль про себя прозвал заветный корабль — ему показалось, что это имя ему очень подходит.

Признаваться в том, что ему очень хочется корабль, Гаврила стеснялся. Все, кроме Дуси воспринимают его как старика — мудрого и спокойного. Наверное, если он расскажет о своих фантазиях, решат, что он на старости лет сошёл с ума. Хотя он и не старый, тролли просто долго живут. А в душе и вовсе молод. К тому же корабль — это возможность отойти от берега подальше, если их будет искать Карнистир Морьо. О его возможностях на суше Гаврила уже имел некоторое представление, и надеялся, что на воде он не так всемогущ. На это он и стал напирать, аргументируя своё предложение.

Убедил. Друзья захотели выполнить оба плана, причём приступать к выполнению решили сразу же, чем только обрадовали Гаврилу. Он, правда, немного устал плавать туда-сюда, но ради корабля был готов и не на такое. Впрочем, снова плыть на дальнее расстояние не пришлось. Логоваз предложил доехать до города на грузовике — всё равно их никто не досматривает. Даже ночью.

— Заодно меня подбросите. Я пока что займусь листовками, а потом присоединюсь к вам. Или нет, это вам меня ждать придётся. Лучше давайте договоримся о месте встречи…

Так и вышло, что уже через несколько минут Гаврила сидел в надоевшем кузове, как мешок с картошкой. Впрочем, страдать долго не пришлось — тот путь, который по воде и силой собственных рук занимает не один час, машина проходит очень быстро. Совсем немного времени прошло, и они притормозили, выпуская Логоваза. Он так и не рассказал, каким образом собирается размножать листовки, но Гаврила был уверен — эльф справится. Он себя очень уверенно чувствует во враждебном городе, даже немного завидно.

— А если нас остановят? — Задумчиво проговорила Илве. Девушка явно немного нервничала — человеческие города ей, в отличие от Логоваза, не нравились. Она тоже ехала в кузове, как и Айса — девушек в кабину сажать опасно, могут внимание обратить. Так что за рулём сейчас оставался Киган, благо уже успел научиться вождению.

— Я думаю, никто нас не остановит, — предположила Айса. — Смотри, вон, не мы одни едем, — она, не высовываясь из кузова ткнула пальцем в точно такой же грузовик, который проехал через перекрёсток и повернул им вслед. — И, наверное, он тоже в порт едет. Раз порт — там часто всякие машины нужны, чтобы выгружать и загружать всякое. Дуся же рассказывал — главное, вести себя уверенно и буднично, тогда на тебя никто обращать внимания не станет. Надо Кигану сказать, чтобы вместе со всеми ехал…

Гаврила с уважением посмотрел на Айсу. Девчонка всю жизнь провела в племени, никогда ничему не училась. А соображает здорово. Правильно Дуся к ней так неровно дышит. Очень приятная девочка!

Они и правда легко проникли на территорию. Порт охранялся, но так… очень формально. Охранник, на шлагбауме, даже не глянул на проезжающий мимо поста грузовик — слишком увлечён был своим занятием. А именно — бутылочкой чего-то крепкого, и нарезанной кусочками копчёной скумбрией, разложенной на газете. Да и с чего бы ему обращать внимание на одну из сотен машин, проезжающих в порт? Грузовики, время от времени, проезжали туда даже ночью — вот за одной из таких машин, с Киган, который был за рулём, и пристроился.

— Всё-таки Дуся — гений, — пробормотала Илве, когда их финт прошёл без осложнений. Она тоже ехала в трюме, как и Гаврила, потому что Кигана под человека замаскировать всё-таки проще. — Никогда бы не подумала!

— Дуся, однако, хорошо в психологии разбирается. И не слишком верит в людей… и всех прочих.

— Почему? — Тут же заинтересовалась Айса, которая наотрез отказалась ждать на стоянке.

— Потому что считает разумных невнимательными безалаберными раздолбаями, так-то. Всех скопом. И чаще всего оказывается прав. Хотя и сам — тоже раздолбай.

— Дуся не такой! — Тут же бросилась его защищать Айса, хотя Гаврила вовсе и не в упрёк сказал. Наоборот, он этой чертой в Дусе искренне восхищался. Превратить недостатки натуры в преимущество — это очень дорогого стоит!

Ехать прямо к пирсу не стали, остановились возле складов. Нечего возле пирса, когда не разгружается и не загружается ни один корабль, делать грузовикам, слишком подозрительно бы смотрелось. Впрочем, склады были недалеко от берега, а рассвет уже близился, так что из тени приземистого строения прекрасно было видно всю акваторию порта. Корабли пока выглядели сонно и пусто, а вот на территории порта жизнь уже кипела. Она здесь вообще никогда не замирает, всё-таки — главная артерия, соединяющая колонию с остальным миром.

— Правда, красивая? — Шёпотом спросил тролль, указав на корабль? Он, к стыду своему, так и не определил класс, к которому этот корабль относится. Не крейсер, точно. Крейсеры — большие. Но и не катер — те совсем маленькие. А что находится между ними Гаврила просто не знал, всё-таки он по образованию мостостроитель, а не моряк.

«Но это только пока!»

Илве с Киганом нашли взглядами его ласточку, молча переглянулись. Только Айса закивала активно — ей тоже очень понравилось.

— Гаврила, — тихо, но очень недовольно прошептал Киган. — Ты специально выбрал самый дальний корабль? Зачем? Как мы туда доберёмся, ты подумал? Вон, смотри, прямо возле пирса стоит! Чем он тебя не устраивает?

Прямо возле пирса стоял небольшой каботажник — пузатый и вместительный. Гаврила его ещё в прошлый раз приметил, но даже не стал надолго заглядываться. По сравнению с «Ласточкой» каботажник смотрелся откровенно бледно. Нервно курил в сторонке, как любит выражаться Дуся.

— Так-то это не боевой корабль, — Возразил тролль. — Посмотри, пузатый какой. Как ты на нём прятаться собираешься? И от погони уходить?

— А нам прямо надо будет на нём от погони уходить, — Проворчал Киган. — Ты, я смотрю, серьёзно настроился в боевых действиях участвовать. Ну ладно, согласен. Ну тогда хотя бы вот тот! — Он ткнул пальцем в катер, который тоже стоял возле причала.

Катер, кстати, тоже был красивый и боевой, и Гавриле тоже нравился, но ему хотелось большего. Поэтому пришлось срочно придумывать причину, по которой катер — не подходит.

— Маленький! Если катер пропадёт, никто и не почешется. Медийного эффекта не будет, — вспомнил он непривычную фразу, от кого-то недавно услышанную. — И мы все на него не поместимся. То есть, поместимся, но долго ходить не сможем. Слишком маленький. Хотя… можно его тоже захватить.

— Гаврила, рассказывай, — строго посмотрела на него Илве. — Я впервые вижу, чтобы ты был таким упрямым. Почему тебе надо именно тот корабль?

«Всё-таки женщины — проницательные», — печально подумал тролль, и признался:

— Просто она красивая. Ласточка! А я бы капитаном был. И попугая можно мне завести…

Гаврила понимал, что его одержимость кораблём выглядит странно, но ему было плевать. Тем более, что бы там ни думали лесные жители, «Ласточка» и в самом деле была прекрасна. И грозна! Хотя сейчас, когда на него так скептически смотрели, было неловко.

«Надо было про попугая не рассказывать, — запоздало расстроился тролль. — Откажутся сейчас. Как пить дать… жалко, Дуси нет, он бы меня понял. И Логоваз — тоже».

— Так бы и сказал, что просто хочется, — вздохнул Киган. — Я тоже в детстве про пиратов читал. Ладно, что тянуть-то. Вон, лодка… давайте её украдём? А то я плавать не умею.

Тролль оглядел товарищей. На дело с ним пошли Киган, Айса, Илве и Бинэси, который, конечно, не мог отпустить возлюбленную одну.

— Вы что, все плавать не умеете? — Ошарашенно спросил он.

Команда дружно кивнула. И они явно не видели в этом ничего странного. Гаврила потёр лицо, и молча зашагал к лодке, на которую показал Киган.

— Может, я сам угоню? Я бы справился. А вы обратно уедете, — растерянно предложил тролль, и подумал, что нужно было с самого начала так и сделать.

— Не говори ерунды, — отмахнулся Киган. — И давайте быстрее. Скоро совсем рассветёт, и тогда нас точно заметят.

Как-то не так Гаврила представлял себе захват и угон корабля. Он-то думал, они все впятёром, тихо, как морские котики, подплывут к «Ласточке». Бесшумно взберутся по якорной цепи, проникнут в каюты, обезвреживая немногочисленных оставленных на вахте матросов…

Лодка для пятерых, из которых один — тролль, оказалась тесновата. Они уместились, конечно, но крохотное судёнышко просело в воде ниже ватерлинии, так что стоит подняться хоть небольшой волне, и они перевернутся. Вёсельная лодка. Ни Гаврила, ни, тем более, кто-то из его товарищей, не умели управляться с вёслами. Впрочем, Гаврила видел, как это делается. Но одно дело — видеть, и совсем другое — уметь. Дважды чуть не перевернулись, когда только расселись по лавкам. Ещё раз — когда Гаврила начал плыть. Потом приноровился как-то, и они медленно и печально отплыли от пристани. Товарищи смотрели вперёд, на «Ласточку», а гребец Гаврила — назад, на огни порта.

Люди плохо видят в темноте, им нужны фонари, чтобы работать ночью. Так что сейчас, когда они тихо плывут в темноте, их никто не увидит. Но небо на востоке уже окрасилось в нежно-розовый цвет, и совсем скоро станет светло.

«Надо быстрее, однако», — Немного занервничал тролль. Дурацкая лодка всё никак не хотела слушаться. Друзья не возмущались, не пытались подсказывать, но он видел по лицам Илве и Айсы, которые сидели на скамейке лицом к нему, что им тревожно.

— Ничего, так-то, — тихонько успокоил их тролль. — Сейчас приноровлюсь. Нам так-то торопиться некуда…

И тут же понял — сглазил. На катере, который они не трогали, зажглись огни.

«Я бы доплыл, да и всё! А потом просто увёл бы корабль! Ничего бы не случилось! А сейчас нас тут заметят! Вот эти самые, которые там чего-то на катере делают. Интересно, что они там делают?»

На катере в самом деле было заметно какое-то движение. Точно не получалось, но, кажется, катер готовился куда-то плыть. Точнее, идти.

— Гаврюш, у тебя сейчас вёсла сломаются, — испуганно сказала Айса. — А мы и так очень быстро плывём. Мне даже страшно немного.

Гаврила обратил внимание, что да — теперь лодка слушается гораздо лучше. Как-то само получилось. Только это уже не радует, потому что у катера вёсел нет — у него винты.

— Не сломаются, — успокоил Гаврила девушку, стараясь выглядеть уверенным. — Хорошо идём…

Катер действительно уже отошёл от берега. Обманчиво медленно — казалось, они-то куда быстрее двигаются. Вот только если прикинуть разделяющую их полоску воды — расстояние сокращается. Люди — плохо видят в темноте. Катер освещает воду впереди прожектором, но скоро они его выключат, потому что небо и так стремительно светлеет. Остальные сидят лицом по ходу движения и не видят, а вот троллю очень неуютно. Так что он ещё немного ускорился, хотя вёсла действительно стали чуть изгибаться во время гребков.

Кажется, спутники что-то прочитали у него на лице. Киган обеспокоенно оглянулся, замер на мгновение, и нервно сказал:

— Да, Айса. Не отвлекай Гаврилу. И правда, хорошо идём. Но лучше бы быстрее. Давай, раз-два, раз-два…

Успели, всё-таки, хотя к тому времени уже все, кто сидел в лодке сидели как на иголках, и не подгоняли тролля только потому, что правда опасались за целостность вёсел. Гаврила подпрыгнул, заставив лодку опасно качнуться, ухватился за борт «Ласточки», забрался и сразу же столкнулся лицом к лицу с крайне удивлённым матросом. О том, что на борту должна была остаться вахта, он уже и думать забыл.

Тело действовало автоматически. Матрос только набрал воздуха в грудь, чтобы закричать. Не успел. Кулак тролля мягко, почти нежно опустился ему на макушку. Матрос прилёг отдохнуть. Гаврила сбросил верёвку остальным, дождался, когда Киган и Бинэси с револьверами наперевес рванут в трюм — проверить. А сам сразу же побежал в рубку. И замер, перед панелью управления, не в силах унять восторг.

— Гаврюш, потом полюбуешься. Они сюда плывут! — Сообщила вбежавшая следом Айса. — У них там какая-то пушка большая! Ой! А мы управлять этим кораблём сможем⁈

Пушки на катере не было, там был пулемёт. Но, действительно, очень внушительный.

— Сможем! — Уверенно кивнул новоявленный капитан пиратской шхуны, и ткнул в кнопку запуска двигателя. — Это же военный корабль. Тут везде подписи есть, чтобы не перепутать, так-то!

Нога почувствовала дрожь от запустившегося двигателя, Гаврила потянул рычаг, подавая мощность на винты. «Ласточка» двинулась вперёд и почему-то немного вбок.

— Что не так? — Спросила Айса, обеспокоенно. — Мы куда-то не туда плывём, Гаврюш. По кругу!

— Якорь надо поднять! — Сообразил тролль, и Айса исчезла из рубки. Послышался скрип цепи в клюзе, Корабль перестал крутиться на месте. Гаврила чуть подправил курс — на выход из порта.

— Гаврюш, они, они что-то заподозрили! — встревоженно сообщила девушка. — Кричат что-то! Они свою пушку поворачивают!

— Конечно, заподозрили. Это ведь смена вахты, — флегматично ответил тролль, и ткнул в кнопку с надписью «Связь».

— Боевая рубка, как слышно? Готовьте пушки!

Голос разнёсся по всему кораблю. Слышно было хорошо, причём всем, и обитателям катера в том числе. Кажется, всё-таки перепутал. Это, кстати, оказалось даже хорошо, потому что Айса восторженно взвизгнула:

— Испугались, испугались!

Катер действительно резко отвернул в сторону. Хотя в боевой рубке, как потом выяснилось, никого и не было. Киган и Бинэси только-только закончили проверять трюм и машинное отделение, а Илве сидела возле борта и зачем-то готовилась стрелять из винтовки по катеру. Против пулемёта — очень сомнительно. Но бывшие хозяева корабля об этом не знали. Да и Гаврюша — тоже, так что он снова ткнул в кнопку «Связь», и уверенным голосом добавил:

— Осколочно-фугасный заряжай! Стрелять по готовности!

Катер резко ушёл в сторону, а Гаврила постепенно увеличил ход то полного. Сейчас, стоя в рубке, оглядывая морской простор в свете занимающейся зари, Гавриле казалось, что они летят над водой. Это было пьянящее, восхитительное ощущение свободы. Правда, долго наслаждаться им ему не дали, потому что в рубку зашёл Киган.

— Ловко ты их обманул! Кажется, правда поверили и напугались. А куда мы плывём?

— Говно плавает, — обиженно сказал Гаврила. — А мы — идём. А куда — не знаю, это я не подумал. Надо найти какое-то укромное место неподалёку. И духов вызвать, узнать, как у Дуси дела.