Винченцо не спал всю ночь.
Он сидел в своей комнате, перед мониторами, перебирал фотографии, письма, отчёты. Бумага была обычной — купить можно в любом магазине. Конверт — тоже. Почерк — мужской, правша, уверенный. Фотография — старая, сделана в саду особняка Корлеоне.
— Кто ты? — прошептал он.
Мониторы молчали.
Он взял телефон. Набрал номер Луки.
— Нужна твоя помощь, — сказал он.
— Где ты? — спросил Лука.
— В своей комнате.
— Иду.
Через пять минут Лука вошёл. Без стука. С пистолетом в руке.
— Что случилось? — спросил он.
— Джульетте пришло письмо.
— От кого?
— От Марко. Телохранителя.
— Того, с кем она...
— Да.
Лука сжал челюсть.
— Где он?
— В Милане.
— Что он хочет?
— Не знаю. Но я узнаю.
— Как?
— У меня есть знакомые в Милане.
— Кто?
— Не важно.
Лука смотрел на него.
— Ты доверяешь им? — спросил он.
— Нет.
— Тогда зачем?
— Чтобы проверить.
— А если они предадут?
— Тогда я убью их.
Лука усмехнулся.
— Ты прав, — сказал он.
— Всегда прав.
— Не всегда.
— Сегодня — да.
Винченцо повернулся к мониторам.
— Иди, — сказал он. — Я позвоню, когда что-то узнаю.
— Хорошо.
Лука вышел.
Через два часа Винченцо нашёл его.
Марко жил в Милане, в маленькой квартире на окраине. Работал в частной охранной фирме. Не был женат. Не имел детей. Жил один.
Винченцо смотрел на его фотографию. Высокий, темноволосый, с руками, которые пахли кожей и оружием. Он не изменился.
— Что тебе нужно? — прошептал Винченцо.
Фотография молчала.
Он взял телефон. Набрал номер Лоренцо.
— Я нашёл его, — сказал он.
— Где?
— В Милане.
— Что он хочет?
— Не знаю. Но я узнаю.
— Когда?
— Сегодня.
— Я еду с тобой.
— Нет.
— Винченцо...
— Лоренцо. — Винченцо говорил твёрдо. — Если ты поедешь, ты сделаешь только хуже.
— Почему?
— Он хочет, чтобы ты приехал. Чтобы ты увидел его. Чтобы ты ревновал.
— Я не ревную.
— Врёшь.
— Да. — Лоренцо помолчал. — Но я не поеду.
— Хорошо.
— Что ты сделаешь?
— Поговорю с ним.
— О чём?
— О Джульетте.
— Что ты скажешь?
— Чтобы он забыл дорогу в Палермо.
— А если не забудет?
— Тогда он умрёт.
Лоренцо молчал.
— Ты согласен? — спросил Винченцо.
— Да.
— Тогда жди.
Винченцо повесил трубку.
Он прилетел в Милан через три часа.
Один. Без охраны. Без оружия — или хорошо спрятал.
Марко ждал его в маленьком кафе на окраине.
— Винченцо Корлеоне, — сказал он.
— Марко.
— Ты пришёл один.
— Зачем мне кто-то?
— Чтобы убить меня.
— Если бы я хотел тебя убить, ты был бы уже мёртв.
Марко усмехнулся.
— Ты прав, — сказал он.
— Всегда прав.
— Не всегда.
— Сегодня — да.
Винченцо сел напротив.
— Зачем ты прислал письмо? — спросил он.
— Хотел, чтобы она вспомнила.
— О чём?
— Обо мне.
— Она не вспомнила.
— Врёшь.
— Да. — Винченцо смотрел на него. — Вспомнила. Но ей всё равно.
— Ты не знаешь.
— Знаю.
— Откуда?
— Она любит другого.
Марко сжал кулаки.
— Кого? — спросил он.
— Лоренцо Бьянки.
— Сын врага?
— Её жених.
— Она не выйдет за него.
— Выйдет.
— Не выйдет.
— Выйдет.
— Я не позволю.
Винченцо усмехнулся.
— Ты не можешь запретить, — сказал он.
— Могу.
— Как?
— Убью его.
— Убьёшь — убьют тебя.
— Пусть.
— Ты готов умереть?
— За неё — да.
Винченцо смотрел на него.
— Ты глупый, — сказал он.
— Я знаю.
— Ты не достоин её.
— Знаю.
— Тогда зачем?
— Потому что я люблю её.
— Она не любит тебя.
— Знаю.
— Тогда оставь её.
— Не могу.
— Можешь.
— Не могу.
Винченцо встал.
— Убирайся, — сказал он. — Из Милана. Из Италии. Из Европы.
— А если не уйду?
— Тогда ты умрёшь.
— От твоей руки?
— От руки моего брата.
Марко смотрел на него.
— Ты не шутишь? — спросил он.
— Никогда.
— Хорошо, — сказал Марко. — Я уйду.
— Когда?
— Сегодня.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Винченцо кивнул.
— Смотри, — сказал он. — Если ты вернёшься...
— Не вернусь.
— Докажи.
Марко встал. Протянул руку.
Винченцо не пожал.
— Не сейчас, — сказал он. — Может быть, никогда.
— Я понимаю.
— Тогда иди.
Марко вышел.
Винченцо остался один.
Смотрел на пустую чашку кофе.
— Ты идиот, — прошептал он.
Ветер унёс слова.
Он вернулся в Палермо вечером.
Джульетта ждала в холле.
— Ты жив, — сказала она.
— Да.
— Ты видел его?
— Да.
— Что он сказал?
— Что любит тебя.
— А ты?
— Что ты любишь другого.
Она смотрела на него.
— Ты прав, — сказала она.
— Всегда прав.
— Не всегда.
— Сегодня — да.
Она обняла его.
— Спасибо, — сказала она.
— Не благодари.
— Почему?
— Я сделал это не для тебя.
— А для кого?
— Для него.
— Почему?
— Чтобы он не мучился.
Она смотрела на него.
— Ты добрый, — сказала она.
— Я стратег.
— Одно и то же?
— Нет. Добрый прощает. Стратег просчитывает.
— А ты?
— И то, и другое.
Она поцеловала его в щёку.
— Пойдём, — сказала она.
— Куда?
— Ужинать.
— Я не голоден.
— Сегодня голоден.
— Почему?
— Потому что мы живы.
Он усмехнулся.
— Хорошо. Пошли.