Офис Зинаиды находился в центре, в старом особняке. Высокие потолки, лепнина, тяжёлые шторы. На стенах — фотографии девушек, клиентов, вечеринок. Мебель дорогая, но старая — кожаные кресла потёрты, дерево столов поцарапано. Зинаида сидела за столом, курила, смотрела на Тину.

Тина сидела в кресле напротив, сжимала в руках чашку с зелёным чаем. Чай давно остыл, но она не пила. Просто держала.

— Ты хочешь уйти, — сказала Зинаида.

— Да.

— Почему?

— Устала.

— Все устают. Это не причина.

— Я больше не могу.

— Можешь. Ты сильная.

— Я не хочу быть сильной. Я хочу быть живой.

Зинаида затянулась, выпустила дым.

— Ты думаешь, там, снаружи, тебя ждёт рай?

— Нет.

— А что?

— Не знаю. Но это моё.

— Ты даже не знаешь, куда идёшь.

— Знаю. Отсюда.

Зинаида усмехнулась. Потушила сигарету.

— Деньги есть?

— Есть.

— Надолго?

— На первое время.

— А потом?

— Потом найду работу.

— Какую?

— Не знаю. Но не эту.

— Ты умеешь только это. Улыбаться, молчать, терпеть.

— Научусь другому.

— Поздно.

— Никогда не поздно.

Зинаида наклонилась вперёд. Положила руки на стол.

— Тина, я знаю тебя пять лет. Ты лучшая. Не потому, что самая красивая. А потому, что ты умеешь слушать. Ты умеешь быть рядом. Ты умеешь молчать. Это дорогого стоит.

— Спасибо.

— Не благодари. Я не комплимент делаю. Я говорю: если ты уйдёшь — ты не вернёшься.

— Я знаю.

— Дверь будет открыта. Всегда. Но ты не вернёшься. Потому что гордая.

— Я не гордая. Я уставшая.

— Одно и то же.

Тина поставила чашку на стол. Встала.

— Спасибо за всё.

— Не спеши.

— Мне пора.

— Посиди ещё пять минут.

— Не могу.

— Почему?

— Потому что если я посижу — я останусь.

Зинаида смотрела на неё. Долго.

— Ты глупая, Тина.

— Возможно.

— Ты бросаешь всё. Деньги, связи, безопасность. Ради чего?

— Ради себя.

— А ты себя найдёшь?

— Найду.

— Уверена?

— Уверена.

Зинаида вздохнула. Открыла ящик стола, достала конверт.

— Здесь твои деньги. За последний месяц. И премия.

— Я не брала премию.

— Берёшь сейчас.

Тина взяла конверт. Не открыла. Положила в сумку.

— Спасибо.

— Иди уже. Пока я не передумала.

— Позвоню.

— Не позвонишь.

— Позвоню.

— Нет. Ты забудешь. Как все.

— Я не все.

Зинаида усмехнулась. Откинулась на спинку кресла.

— Посмотрим.

Тина пошла к двери. Остановилась.

— Зинаида.

— Что?

— Ты была хорошей наставницей.

— Была.

— Я не жалею.

— А зря.

— Не зря.

— Как скажешь.

Тина открыла дверь. Вышла.

Зинаида осталась одна. Сидела, смотрела на закрытую дверь. Достала новую сигарету. Закурила.

— Вернёшься, — сказала она в пустоту. — Все возвращаются.

Тина не вернулась.