Уже новым составом мы обсуждали план действий.

— Клык, — сказал я и обвёл взглядом стол. — Мы работаем отдельной группой. У нас высокий уровень сработанности, уже проверенный в разломе. Давать нам кого-то из твоих ребят — это грозит лишними сложностями.

Клык кивнул раньше, чем я закончил.

— Согласен. Это будет и проще, и эффективнее. Хорошая боевая четвёрка стоит десяти мужиков, которые в первый раз друг друга в деле видят. Но командую операцией всё равно я. Свою школьную команду ведёшь ты, Мертвец, но в общей структуре подчиняешься мне. Договорились?

— Договорились.

— Молот, — сказал Клык. — Дай полный расклад по силам.

Молот подался вперёд и уперся локтями в столешницу. Не знаю как, но сейчас он перестал ощущаться как здоровяк «здоровяк-байкер». Перед нами был мастер-сержант восьмой штурмовой бригады императорской морской пехоты, и в его голосе слышалась сухая армейская подача без лишних слов.

— Работаем следующим образом. Мой сквад с пулеметами и огнеметом закрепляется заходит внутрь и берет на себя левое крыло. Мертвец, со своими уходят на право. На тебе, Клык контроль территории объекта, если кто-то оттуда вырвется, то на вас зачистка.

— Принято, — Клык. — Дальше.

— Две пятёрки на перехват. Одна — на южной развязке, прикрывает подъезд к промзоне с города. Вторая — на восточной, прикрывает выезд в сторону болот. Они одновременно и второй эшелон обороны и наша страховка от вражеского подкрепления.

— Работаем по протоколу. Никто не должен остаться в живых. Брать языков только если на сто пятьдесят процентов уверены, что обойдетесь без ранений. Любое сомнение стрелять на опережение. Заходим, когда снаружи будут сняты часовые. Судя по их активности они меняются два раза за ночь. Скрытно убираем выродков и начинаем вечеринку. Снимаем выживших в служебных помещениях, обыскиваем кабинет, забираем бумаги и любую электронику. Плюс закладываем термитные заряды, после нас все должно гореть так, что никто даже не подумает искать. С вероятностью девяносто процентов спишут на взрыв бытового газа, к которому незаконно подцепились бомжи.

— А если нет?

— То нас там не было, как и ребят. После термитов, не один эксперт не найдет ничего, кроме того, что кто-то использовал термитные заряды. Дело отдадут наверх, но только из-за самого факта термитных зарядов. Но честно Клык, ты реально думаешь, что местная администрация будет заморачиваться и делать полную экспертизу?

— Уверен, что нет. По планам, промзону должны были снести еще пять лет назад, а воз и ныне там.

— Вот именно, так что за это не паримся.

Молот посмотрел на меня.

— Заходим вместе через крышу. С северной стороны типографии есть пожарная лестница. На крыше находится слуховое окно, через него на чердак, оттуда внутрь. Этот маршрут самый тихий. Окна и двери — с сигнализацией, крыша — нет.

— Понял.

— А дальше начинаем зачистку. Готовьтесь к тому что будет жопа. Моя чуйка говорит, что будет много крови. Девочки, может все-таки останетесь?

— Сидеть дома ты будешь учить свою дочь, Молот. Мы идем.

— Как скажете госпожа Чен, но я не в ответе за вашу жизнь и сохранность.

— Да будет так. — Эйра церемониально поклонилась байкеру.

— Гремлин, — Клык повернулся к механику. — Выдай нашим союзникам стволы.

Гремлин кивнул и ушёл в подсобку, чтоб через минуту вернуться с длинным деревянным ящиком и двумя картонными коробками набитыми патронами. Поставил всё на стол, открыл и начал говорить.

— Револьверы самый лучший расклад для новичков, — сказал он коротко. — Шестизарядные, надёжные как топор, эта модель не клинит, плюс достаточно тяжелые, чтобы в ближнем бою проломить башку. Усиленный бронебойный патрон, обычную тварь Д-ранга остановит наверняка с двух-трех выстрелов. Против С уже лотерея, но один шанс из десяти есть, особенно если попадёшь в уязвимые точки. Разбирайте, тут по одному на каждого, плюс по паре запасных обойм для быстрой перезарядке.

Я посмотрел на огнестрел, простые рабочие стволы. Словно гарнизонные тесаки, что вечно лежат на складе, пока не наступит время устроить рубку. Благородные сражаются вычурным оружием, а пехота берет дешовый надежный клинок и просто делает свою работу. И сейчас мне нужно было чтобы на моем поясе был не пистолет, а старый добрый тесак.

— Мне не понадобится ствол, я привык решать вопросы холодной сталью.

Клык посмотрел на меня той смесью уважения и удивления, с которой старый солдат смотрит на молодого, когда молодой принимает решение, идущее против инстинкта и разум.

— Уверен, Мертвец? Со стволом оно как-то сподручнее будет.

— Уверен. Я не умею пользоваться этими штуками, а когда ты внутри узких коридоров, то огнестрел — это рикошеты и шальная пуля может полететь куда угодно. У вас есть холодняк подлиннее моего ножа? — Я выдернул из ножен клинок забранный с тела Давида и Молот уважительно присвиснул, узнавая сталь разлома.

— Найдём, но это будет не такая крутая игрушка как у тебя. — Клык кивнул Молоту, и тот ушёл во вторую подсобку.

Эйра молча взяла револьвер, разрядила его одним движением, проверила барабан, защёлкнула обратно, крутанула на пальце и быстро нацелилась на меня.

— Интересные у вас таланты, мисс Чен. — Произнес Клык с усмешкой.

— Дедушка Цао считает, что каждый из Ченов, должен владеть оружием. Не важно мужчина ты или женщина. Главное, что ты Чен.

— Мудрый у тебя дедушка, — сказал я, а ледяная королева лишь усмехнулась.

Алиса подошла к столу, посмотрела на оставшиеся револьверы. Один взяла, подержала в руке, привыкая к весу. Эйра подошла, забрала у неё оружие и за две минуты быстро провела ей экспресс обучение: разрядка, зарядка, прицел, спусковой ход, первый выстрел двойного действия. Алиса слушала молча, повторяла без вопросов. К концу инструктажа её хват выглядел уже уверенным — у Зрящих обучение идёт быстро, потому что они видят правильное движение, а не подбирают его на ощупь. Завидная особенность.

— А это тебе сын егеря… — Гремлин открыл ящик, внутри которого на чёрном бархате лежал пистолет. Тяжёлый, матово-чёрный, с деревянной рукоятью и пахнущий опасностью. На цевье ствола было выгравировано лишь два слова Каратель, а чуть ниже Хаммерсет.

— Именной пистолет, — сказал Дэмион тихо.

— Именно парень. Бери, — кивнул Молот, который как раз вернулся. В руках у него лежало мачете. Он положил его передо мной и развернулся к Дэмиону. — Калибр сорок пять, экспансивные «цветочки», два запасных магазина по семь патронов плюс один в стволе. Пристрелен еще со службы, это мой второй наградной. Бери.

Дэмион поднял на него глаза.

— Молот, я не могу. Это слишком.

— Можешь.

— Спасибо, но отец говорил, что наградные это личное. Я обойдусь своим копьем и револьвером.

Молот вздохнул и сел на край стола напротив Дэмиона.

— Парень, послушай. Я прошел сорок две операции на границах империи, ещё двадцать за ее пределами. и одна вещь, которую я там понял, — это что дар даром, а ствол штука точно надёжная, особенно Каратель. Стихия может закончиться. Каналы могут забиться. Ядро может опустеть, а Каратель в кобуре всегда с тобой. Я его чищу каждую неделю. У тебя будет семь патронов, что дает тебе семь дополнительных шансов выжить, если твой дар подведёт.

— Молот…

— И ещё одно, парень. Мне будет спокойнее, если у вас в команде будет хоть одна серьёзная игрушка. Не у меня, а именно у вас. У меня будет в руках моя винтовка, и брат близнец этого друга за поясом, а еще со мной будет пара крутых ребят с пулемётами на перевес. Ствол в твоей руке — это страховка для всей четвёрки, понимаешь?

Дэмион молчал три удара сердца.

— Понимаю, мастер-сержант.

— Тогда бери.

Дэмион взял. Положил на стол перед собой, разобрал, проверил пружину, ствол, ударник, собрал. Каждое движение было идеально выверенное. Глядя на его действия Молот довольно улыбался, похоже думая, что сына егеря, учили правильно.

— Спасибо.

— Не за что, парень. Береги его, но главное береги своих и себя береги.

Пока они общались, я подхватил со стола мачете. Длинный, сантиметров пятьдесят клинок, толстая обуховая часть, баланс смещается к концу, таким удобно превращать людей в бездыханные куски мяса. Кожаная оплётка рукояти лежала в руке как влитая, так сразу и не скажешь, что это хозбыт, а не оружие. По сути отличный тесак, к которому стоит взять щит и вот ты уже опаснее половины идиотов взявших в руки оружие.

Гремлин посмотрел на нас всех и постучал по часам намекая, что нам надо ускориться.

— Мертвец, какие позывные у твоих ребят? Дэмион, как я понимаю Отморозок, а дамы?

— Ледышка, — спокойно ответила Эйра и следом прозвучал голос Алисы:

— Четырехрукая. — Механик вопросительно поднял бровь но не стал заострять на этом внимание, а просто сказал:

— Принято.

— Теперь самое важное, — сказал Клык. Он подошёл к карте, развёрнутой на углу стола, и обвёл пальцем три точки на территории типографии. — Часовые. По данным разведки Гремлина — две пары на земле, один на крыше северо-восточного угла. И они наша главная проблема. Если хоть один из них увидит нас или подаст сигнал, то операция превращается в осаду. Поэтому снимаем всех одновременно.

Я кивнул соглашаясь с его логикой.

— Распределение. Молот ты и твои парни снимете первую пару, работаешь тихо, ножами. Очень прошу тебя без пальбы.

— Обижаешь, не первый раз замужем. — Молот оскалился в жуткой усмешке.

— Вторую пару возьму на себя я.

— Возражаю. — Я посмотрел на Клыка. — Ты старший над операцией, твоя задача общий контроль. Мы с Дэмионом снимем вторую пару. Шума не будет. Как сделаем, так Эйра и Алиса заходят за нами.

— Принимаю возражение. Хорошо. Остается крыша.

— Не беспокойся, часовой на крыше моя задача. — Гремлин хищно усмехнулся. — Я тут не так давно протестировал дрон, снаряженный флешетой. Разброс пять сантиметров с двухсот метров. Для верности скину со ста. Стальной дротик пробьёт его черепушку насквозь и застрянет в теле. Шуму почти не будет.

— А тело? — спросил Дэмион.

— Тело останется на крыше, вы все равно заходите сверху. Так что на труп будет уже плевать. Увидеть его снизу не увидят. Зато будет свободный путь.

Клык кивнул принимая вводные.

— Принято. Сигнал к одновременному снятию — мой голос в эфире: «Внимание, тишина по всем». От этой команды — десять секунд на занятие позиций. Потом я скажу «Работа». От «Работы» — шесть секунд. Все часовые должны быть мёртвы за шесть секунд, не позже. Понятно?

— Понятно, — за всех ответил я.

— Тогда поехали.

Полночь подошла как подходит эффектная женщина, без лишнего шума и пафоса, но так, что её попросту невозможно не заметить. На часах в кабинете щёлкнуло двенадцать. Гремлин коротко произнёс в эфир:

— Поехали.

Четыре машины тронулись четырьмя разными маршрутами. Мы вчетвером ехали с Клыком и его пятёркой в большом фургоне. Молот со своими — впереди, в чёрном грузовике без опознавательных знаков, волки угнали его буквально пару часов назад. Гремлин остался в Логове за пультом, перед стеной мониторов. На крыше Логова уже взлетел его дрон-ретранслятор. Второй дрон, с подвесом для флешетты, Гремлин держал на крыше нашего фургона, готовый запустить его, как только мы подойдём к объекту.

Я сидел у окна и смотрел, как мимо проплывают чёрные здания промзоны Блэкфена. Эйра сидела напротив и от нее исходила упрямая готовность. Госпожа Чен безумно злилась и теперь эта злость обрушится на наших противников. Дэмион рядом с ней, сидел с закрытыми глазами, дышал ровно и медленно постепенно погружаясь в боевой транс.

Алиса сидела рядом со мной прижавшись ко мне плечом. Она была уверена в своем выборе и в том, что она делает. Но она все равно нервничала и поэтому поглаживала рукоять револьвера.

Семьсот метров до объекта. Шестьсот. Пятьсот.

— Стоп, — сказал Клык.

Фургон встал в тёмном переулке между двух заброшенных ангаров. Мы вышли.

Восточная промзона начиналась за железнодорожной развязкой и тянулась узкой полосой вдоль канала километров на пять — облезлые ангары, ржавые трубопроводы, бетонные плиты, поросшие травой по пояс. Запах болот смешивался с запахом сладковато-гнилостным запахом, который всегда появляется там где бездна пускает свои корни. Это когда разлом вырастает он развеивается, а вначале эта мерзость забивает твой нос. Алиса сделала маленький шаг назад, она почувствовала в этом запахе угрозу.

Я положил руку ей на плечо.

— Держись, — сказал я тихо. — Это пройдёт.

Она кивнула. Глубоко вдохнула, медленно выдохнула. И снова вдохнула. Пара ударов сердца и она спокойно посмотрела на меня.

— Готова.

Молодец, девочка.

— Мертвец, как и договаривались начинаете с северной стороны, — Клык в эфире. — Молот, твоя группа на южных воротах. Гремлин, дрон в воздухе?

— Запускаю, — Гремлин и через через десять секунд прозвучало: — Оба в воздухе. Вижу тепловую сигнатуру. Часовой на крыше на месте, северо-восточный угол, сидит спиной к северной стороне. Дрон-сбрасыватель завис в трёхстах метрах над ним. По команде снижаюсь и сбрасываю снаряд.

— Поехали! — раздался в эфире голос Клыка.

Мы подошли к северной стороне забора в полной тишине. Сетка, два с половиной метра, без колючей проволоки сверху. Я повёл четвёрку вдоль забора метров двадцать на запад — туда, где Гремлин на разведке нашёл дренажную решётку. У решётки и должны были стоять вторая пара часовых, по данным дрона.

Он не ошибся. Двое в чёрных куртках стояли по обе стороны от ржавой чугунной крышки дренажа. Один курил, второй ковырял ногтем в зубах. Скучающие дилетанты, которые устали от бесполезной работы. Ну кто полезет в эту дыру. Маленькая фляжка, передавалась из рук в руки и судя по тому как они морщились после глотка, напиток у них был градусов сорок не меньше.

Я опустился на корточки у забора, в траве по колено. Дэмион — рядом. Я показал жестом: я левого, он правого. Дэмион кивнул.

— База, — сказал я в эфир. — Мертвец на позиции. Видим вторую пару.

— Принято, — Гремлин. — Молот, доложить.

— Я тоже на позиции, — голос Молота. — Видим первую пару у южных ворот. Двое. Один на стуле, второй ходит туда-сюда. Готовы.

— Принято. Дрон над крышей, цель захвачена, — Гремлин. — Сброс по команде.

— Внимание, тишина по всем, — Клык в эфире. Голос ровный, без напряжения. Командирский. — Десять секунд на готовность.

Я считал в голове. Десять. Девять. Восемь. Дэмион рядом со мной поднял правую руку — в ней уже сложилось из стихии короткое лезвие. Не копьё для броска, а узкий ледяной клинок, длиной сантиметров тридцать, для удара в горло на близком расстоянии.

Я достал нож Давида готовый сорваться сразу как только прозвучит команда.

Семь. Шесть.

Часовой с фляжкой передал её напарнику. Тот сделал глоток, крякнул, вытер усы тыльной стороной ладони.

Пять. Четыре. Три.

Я сделал бесшумный полушаг вперёд, за пределы тени забора.

— Работа, — Клык в эфире.

Я прыгнул.

Пять метров до часового это два длинных шага, когда ты себя усиливаешь энергией. Левый ничего не услышал, потому что в этот момент его напарник как раз поднял фляжку второй раз. Я нырнул ему под левую руку, нож Давида вошёл под подбородок снизу вверх — через мягкие ткани горла, через язык, в основание черепа. Часовой замер с открытым ртом, фляжка выпала из его руки.

Дэмион в этот же момент встретил второго. Ледяной клинок прошёл часовому через сонную артерию и яремную вену сбоку, одним движением. Часовой попытался вздохнуть, не смог, попытался крикнуть, не смог, и осел на колени. Дэмион аккуратно опустил его на бетон, чтобы не было шума.

Я подхватил фляжку до того, как она звякнула о решётку, пусть тут никого нет, но лучше не рисковать и аккуратно поставил на траву.

— Северная пара готова, — сказал я в эфир.

— Южная готова, — сразу же ответил Молот, а следом:.

— Крыша готова, — подтвердил Гремлин.

— Принято всем. Чистая работа. — в голосе Клыка слышалось удовлетворение. — Гремлин, дрон на наблюдение по периметру. Молот, заводи свой сквад на крышу через северо-западный угол. Мертвец работайте. Удачи и да прибудет с вами Свет!

За шесть секунд пять человек лишились своей жизни. Никто не успел крикнуть, выстрелить, они даже не смогли потянуться к своим рациям. И теперь начинается настоящая охота….