Такого трудного разговора с генералом он не припомнит. Начальник тяжело сопел в трубку и после каждого произнесённого Шагановым слова чеканил: «Так… так… так…» Паузы увеличивались в то время, когда генерал затягивался своим любимым «Беломором», и в трубке было хорошо слышно, как шипит папиросная бумага, сгорая от табачного уголька.

Оказалось, что высокое начальство уже в курсе. Ещё бы! Столько глаз и ушей вокруг… И ещё Шаганов узнал, что за два дня он из отличников боевой и политической подготовки опустился на нижнюю строчку рейтинга особого отдела округа. Чтобы Алексей Васильевич «не наломал дров», ему на помощь направлен «опытный сотрудник Центра» подполковник Дятлов. Большего невежи и бездельника Шаганов за всю свою долгую службу не встречал. Отец Дятлова пребывал в высокой должности на Лубянке, но даже его покровительство не уберегло нерадивого лейтенанта, выпускника Донецкого военно-политического училища, от должности командира взвода в стройбате ЗабВО[19], однако не прошло и года, как Игорь Дятлов оказался в числе оперативных сотрудников военной контрразведки округа. Алексей Васильевич дал ему нелицеприятную, или, как он сам говорил, объективную характеристику, когда «талантливого офицера» направляли на повышение в Минск. И вот судьба свела их снова, и чувствовал Шаганов, что та честная характеристика именно сейчас выйдет ему боком.

После многочисленных «так-так» и представления Дятлова генерал положил трубку. Никаких уточняющих вопросов, ни единого комментария, только Дятлов и междометия. Это означало одно: Шаганову больше не доверяли. И вполне вероятно, что это дело ему не дадут довести до конца, а значит, необходимо торопиться.