Кто взойдет на гору Господню?
Гора Эверест, высотой в 8848 метров, не только вершина мира. Для народов, живущих вблизи нее, она олицетворение Высшего, божественного. Недаром у горы три имени: европейское – Эверест, в честь Джорджа Эвереста, главного геодезиста Индии с 1830 по 1843 год; Джомолунгма (Чомолунгма) – по-тибетски «божественная Мать жизни»; и Сагарматха – по-непальски «Мать богов» (есть перевод – «голова земли, соприкасающаяся с небом», Бабурам Ачарья).
Путь к Эвересту – это старинная тропа, проложенная еще несколько веков назад, когда эмигранты – племена шерпов, перевалив Высокие Гималаи, пришли в эти места из Тибета в XVI–XVII веках.
Весь северный пояс Непала на южных склонах Главного Гималайского хребта и в высокогорных долинах за ним занимают племена, называемые в научной литературе «бхотиями» (по-непальски, «ботами»). Для непальцев «бот» – «тибетец» или «выходец из Тибета». В Непале в этой северной полосе таких выходцев примерно 100 тысяч. Считается, что бхотии представляют собой «разношерстный конгломерат различных малочисленных этнических групп», переселившихся в Непал из разных районов Тибета в разное время: они проживают в отдельных замкнутых уголках и долинах, рассеянных вдоль северной границы на протяжении около 80 км.
«Земледелие здесь играет второстепенную роль, – отмечает этнограф М. Габорио, – на скудных полях выращивают пшеницу, ячмень, гречиху, картофель, рапс и репу, но этого недостаточно для пропитания населения. Основным остается разведение яков, овец и коз, которые дают дополнительные продукты питания и шерсть для изготовления одеял и теплой одежды … Однако, все эти источники недостаточны – приходится их дополнять за счет торговли. Ею здесь занимаются в мертвый сезон.
Для бхотиев год делится на две половины. В конце весны они переходят вместе со стадами на высокогорные летние пастбища. К этому времени поля в деревнях убраны и вновь засеяны, и наступает период большой торговли. Осенью происходит великое передвижение. Часть жителей самых высокогорных западных деревень спускается к подножию Гималаев и даже на равнину со своими стадами яков, овец и коз, … навьюченные всем необходимым для кочевой жизни, а также товарами для продажи: солью, одеялами, шерстяной одеждой, лекарственными травами.»
За последние несколько десятилетий привычная жизнь высокогорных непальских Гималаев все же изменилась. Развитие туризма, особенно трекингового к великим вершинам, позволило многим непальцам уйти от тяжелого крестьянского труда и полностью погрузиться в туриндустрию: стать гидами, носильщиками, поварами, владельцами гостиниц, специалистами по логистике и управлению рекреационными территориями, после запуска аэропорта в поселке Лукла – даже пилотами.
Все те, кто прибывает в Непал в надежде отправиться в знаменитый на весь мир трек к базовому лагерю Эвереста, должны быть готовы к экстриму практически с самого начала. Обычно, это день, два в Катманду, а потом невероятный полет на небольшом самолете в аэропорт Луклы на 2860 метров над уровнем моря с потрясающими видами на часть Гималаев и с адреналиновой посадкой на взлетно-посадочную полосу одного из самых опасных аэропортов мира.
Аэропорт имени Тенцинга и Эдмунда в Лукле
Ах! Шасси стукаются об асфальт, и самолет подкатывается к скальному выступу для разворота. Все счастливы – приключения начались!
Высокие Гималаи отзываются в голове и в легких: голова может побаливать, дышать может быть трудновато. Но ощущение невероятных по масштабу и красоте видов уже захватило; сейчас надо искать портеров и быстрее, вперед к высочайшим вершинам мира!
Основную массу населения прилегающего к Эвересту района Солукхумбу составляют всем в мире известные шерпы, чье этническое название довольно часто неправильно используют, приравнивая его к понятию носильщик, то есть портер.
Шерпы прославились как незаменимые помощники альпинистов, и их именем зачастую пользуются другие племена бхотов для поднятия собственного престижа.
Шерпы относятся к определенной этнической группе, чье название означает «люди Востока». Изначальных четыре клана шерпов впоследствии дополнились другими переселенцами, в результате чего число представителей этой народности сейчас колеблется между 15 и 20 тысячами.
По некоторым данным до середины XIX века среди шерпов не особо замечалась религиозность, и только в последнее столетие под влиянием тибетских монаховронгпху буддизм разлился внутри шерпских общин. В это же последнее столетие отмечается и строительство монастырей с пышными церемониями праздников. Например, хорошо известный шерпский буддийский монастырь в деревне Тенгбоче (3867 м над у. м.) был основан ламой Гулу из тибетского монастыря Ронгбук в 1916 году.
Чистейших прозрачный воздух Гималаев дает возможность рассмотреть окрестные горы и деревенские поселения. Легкий уличный шум Луклы с маленькими кафешками и магазинчиками создает почти праздничное настроение и кажется, что ты поднялся на высоту не на самолете компании «Йетиэалайнс» («Yetiairlines»), а каким-то чудом воспарил самостоятельно. Мир пыльных дорог и сигналящих машин остался далеко внизу, и теперь ничто не нарушает единения с миром высоких гор (народ шерпа – это составляющая) и мистической реальности осуществляемой мечты.
Образ жизни местного населения определяется не только суровым климатом, но и тибетскими обычаями. Дома строятся из камня или кирпича-сырца с плоскими крышами, продолжающими веранду, где можно отдыхать или сушить зерно. Жилые помещения на втором, третьем этажах. Внизу – хлев. Центральный очаг, где зимой постоянно поддерживается огонь, обогревает весь дом.
Одежда шерпов как и у всех ботов однотипна: шерстяные штаны, шерстяная или х/б рубаха и шерстяная накидка у мужчин, длинные шерстяные платья и штаны у женщин. Сапоги у всех матерчатые на кожаной подошве, часто с вышивкой. По сложной женской прическе можно определить не только этническую принадлежность, но и социальное происхождение хозяйки.
Мало кто останавливается в Лукле больше, чем на пару часов. Обычно небольшой перекус в одной из кафешек, сопровождаемый попыткой найти портеров или проводника, иногда попутчиков на неделю, а по возможности, на весь путь к базовому лагерю альпинистов у горы Эверест. Быстро-быстро все бегут к следующему за Луклой поселку, спят и совершают еще один дневной переход к Намче-Базару.
Намче-Базар – жилая подкова в горах на магистральной тропе к Сагарматхе – многозначимая столица шерпов в Кхумбу (верхней части района Солукхумбу). Здесь и гостиницы, и магазины, и торговая площадка, и обзорные точки, и старые буддийские святыни. Шум толпы сливается с топотом яков и звоном караванных колокольчиков, разные языки и представители различных народов смешиваются с местным наречием и шерпскими одеждами, – небольшой пятачок современной жизни посреди снежного безмолвия огромных вершин, полуотвернувшихся и отрешенных от людей с их маленькими заботами повседневной жизни. Горы устремляются ввысь, и люди, смотря на них, тоже отрывают свои взгляды от обыденных нужд, от земного, от привычного, поднимают глаза к вершинам, утреннему солнцу, белизне снегов, иссиня-синему небу и замирают, ловя тишину и всемирную гармонию – «ом-мане-падме-хум», и запах сжигаемого священного можжевельника разгоняет тоску и злых духов. Вдали виднеется белая ступа на фоне громады Ама-Даблама, а на весенней тропе яркими красными вспышками мерцает древесный рододендрон – один из самых узнаваемых символов Непала.
Рододендрон древесный – вечнозеленое дерево с хорошо выраженным главным стволом. Кора красно-коричневая, растрескивающаяся на мелкие хлопья. Соцветие густое, состоит из 10–20 цветков. Обычно для цветения требует повышения температуры до 15–20 °C, но иногда цветет рано, побивая всякие рекорды. Ранней и средней весной образуются кисти колокольчатых цветков шириной 5 сантиметров и длиной 3–5 сантиметров красного, розового или белого цветов. Встречается в Бутане, Индии, Мьянме, Непале, Шри-Ланке, Пакистане, Тайланде.
Недалеко от Намче в 1971 году был открыт четырехзвездочный отель «Эверест Вью» (Everest View), занесенный в 2004 году в Книгу рекордов Гиннеса как самый высоко расположенный отель в мире – 3880 метров. Отель воздвигнут на одном из Гималайских хребтов в национальном парке Сагарматха, внесенном в список Всемирного наследия ЮНЕСКО. Этот курорт, упомянутый в многочисленных путеводителях и получивший освещение в средствах массовой информации, стал самостоятельным местом отдыха. «Эверест Вью» был спроектирован японским архитектором Ёсинобу Кумагая и оборудован куполом и кислородным снабжением комнат. Как пишет основатель отеля, японец Такаши Мияхара: «Этот отель был построен с мечтой о том, чтобы гости со всего мира могли приехать и насладиться панорамным видом на Гималаи, полюбоваться на гору Эверест из каждой комнаты и насладиться гостеприимством. Именно это беспрецедентное расположение и впечатления делают посещение отеля Everest View уникальной поездкой в жизни».
Гора Тамсерку и деревня на пути к базовому лагерю Эвереста, Кхумбу, национальный парк Сагарматха
Действительно, виды из отеля сногсшибательные! Впрочем, и вне отеля панорамы захватывают дух.
Треккинг как вид спортивного туризма все же требует некоторой доли упорства и напряжения, ведь идущий не только отталкивается палками и переставляет ноги. Километр за километром, вверх-вниз, в промежутке – панорамы, пропустить караван, поздороваться со встречным, сфотографировать, – вот и накапливается усталость, а идти необходимо, хотя бы до ближайшего к тебе поселка, а в идеале до того, который запланирован как конечная точка дневного перехода. Но и в ней есть смысл: самые разные мысли – суетные, городские уходят, выветриваются и замещаются сказочными панорамами хребтов, глубокими ущельями со змеями рек, расписанными монастырями, окриками погонщиков яков. Стресс городского безумия выдавливается физическим и эмоциональным, и чувствуешь пустоту сосуда души, куда можно теперь наливать новые впечатления и новые мысли. Хотя мысли … может быть, и не стоит ни о чем задумываться, так глубоко проникает внутрь человеческого существа этот запредельный мир, таинственная Шамбала, так долго скрываемая от тебя.
Многие столетия ищут подвижники страну счастья, ту самую Шамбалу, а она, оказывается вот где. По крайней мере, именно здесь, в Солукхумбу, появляется это ощущение необычайного восторга, граничащего с вечным блаженством, когда улыбаешься просто от состояния переполняющей тебя свободы – от мыслей, забот, каждодневной рутины и несбывшихся надежд.
Может быть Шамбала у каждого своя? А вполне вероятно, мы просто не осознаем, что счастливы?
– Бум! – звонит монастырский колокол. Ом-мани-падме-хум – крутится в голове.
Скоро вечер, очередной гостевой дом по дороге, сколько еще пути – день, два, три? Сон-целитель восстановит уставшее тело, и завтра опять в путь, туда, где виднеется из-за стены Лхоцзе треугольник Эвереста.
Через несколько утомительных дней пути оказываешься в каменной пустыне, своеобразном земном Марсе, где растительности практически нет – долина, обжигаемая ярким Солнцем, вокруг которой каменные великаны, известные всему миру вершины.
Вершина Ама Даблам, 6814 метров
Кала Паттар, кажущаяся небольшим бугорком на фоне окружающих ее каменных монстров, имеет тем не менее достаточно впечатляющие для простых смертных характеристики: по последним измерениям японцев высота этой «горки» превышает высоту Эльбруса. Кала Паттар – обзорная точка 5650 м над уровнем моря.
В паре часов ходьбы от горы маленький поселок Горак Шеп с несколькими холодными гостевыми домами. Тем не менее, крыша над головой и горячая еда в наличии.
Дошедшие до этих мест счастливчики поднимаются на Кала Паттар и зачастую сидят там до самого вечера, снимая на камеры удивительной красоты пейзажи, в том числе закат над Эверестом, когда гора как будто разогревается до красно-вишневого цвета, и видны малейшие ее изгибы, ступени и выступы.
Некоторые не просто сидят у вершинки, но и забираются на самый-самый верх Паттара, туда, где нагромождение камней, и исполняют танец счастья. Один такой подвижник, исполнивший джигу-дрыгу на данной высоте, мне лично известен.
Для многих пришедших в это место окончательной целью является достижение базового лагеря альпинистов, раскинувшегося неподалеку на леднике Кхумбу, покрытом местами чернотой наносов. Огромные иглы ледяных сераков как бугры позвоночников доисторических животных торчат там и тут. Издали кажется, что они невелики, однако, подойдя к ним, можешь оценить их поистине немалые размеры.
Около 700 альпинистов уходят за год на восхождение к Эвересту со стороны Непала, преодолевая в первую очередь шершавый растрескавшийся язык ледника Кхумбу. Каждый год гора забирает чьи-то жизни, как неизменную плату за желание подняться на запредельную высоту.
Вид Эвереста завораживает, и хоть от Кала Паттара видна только часть Великой горы (поворот семитысячника Нуптце закрывает обзор), тем не менее, ощущение прикосновения к чему-то необъятному и великому не покидает.
Желающие продолжить приключения отправляются назад в Луклу через озера Гокьо и перевал Чо Ла (5420 м). Часть туристов силятся подняться на еще одну обзорную точку – вершину Гокио Ри, 5360 м, с которой открывается совершенно безумный вид не только на Эверест, но и на окружающие горы, обзор на 360 градусов: видны Лхоцзе, Макалу, Чолацзе, Тау Че, Кантега, Тамсерку, Чо-Ойю, а под ногами три зеленых озера Гокьо!
Возвращаться всегда сложно. Как пел в свое время Владимир Высоцкий: «лишь немного завидуешь тем, тем, у которых вершина еще впереди». Наверное, так и есть. Приключение с незабываемыми впечатлениями заканчиваются, – опять самолет и возращение в столицу.
Осознать то, что произошло, трудно. Необходимы масала, момо, покупка фотографий и сувениров, и опять момо и масала. Появляется странное ощущение бесцельности хождения по улицам Катманду. Несколько дней назад ты встретился с вечностью, с чем-то запредельным.
Большой Самолет, вылетающий завтра, – лишь этап перехода к периоду осознания случившегося. Еще год или два, и ты не сможешь удержаться, – Непал выдернет тебя из цепких рук европейского мегаполиса и поместит внутрь себя. Снова и снова ты будешь разглядывать искусную резьбу неварских мастеров, впитывать запахи Долины Катманду и ждать дня, когда твой самолет компании «Йетиэалайнс», на который билет уже куплен, взлетит к уже ставшими твоей частью Великим горам.