Уникальный памятник русского деревянного зодчества периода классицизма был построен по проекту С.Л. Шустова в 1827 г. В 1842–1844 гг. архитектор А. Кавос провел обширные реставрационные и строительные работы, изменив при этом решение фасадов и планировку зрительного зала. С 1882 по 1900 г. театр использовался как склад декораций, причем обветшавшее здание в 1900 г. дирекцией театра решено было снести. Вмешательство «Общества архитекторов-художников» предотвратило это варварское намерение, но ремонта за этим не последовало. В 1914 г. с болью и горечью Г.К. Лукомский писал: «Из сохранившихся театров XIX столетия значительный интерес представляет Каменноостровский деревянный театр, построенный зодчим Смарагдом Шустовым; его портик и прекрасная арматура во фронтоне являются украшением, достойным лучшего театра. К сожалению, больше в нем не идут спектакли, очевидно, дни его сочтены… Каменноостровский театр – (надо приложить все старания!) – следует предотвратить от неминуемо угрожающей ему гибели, если вовремя он не будет серьезно ремонтирован. Хотя бы на сто лет можно было отодвинуть срок его разрушения»⁷¹.

Но лишь в 1932 г. появилась возможность провести реставрационные и реконструктивные работы. Автором проекта был главный архитектор Петроградского района Е.И. Катонин. Под его руководством внесли изменения в планировку зрительного зала, выполнили заново роспись плафона, на месте разобранных боковых крылец построили новые. Весной 1967 г. были закончены реставрационные работы по проекту архитектора И.Н. Бенуа.

Каменноостровский театр находится между двумя дворцовыми комплексами – Каменноостровским и Елагиным. В конце 1826 г. была закрыта основная сценическая площадка города – Большой театр на Театральной площади (неудачно восстановленный после пожара 1818 г. архитектором А.К. Модюи). Сооружение летнего театра, расположенного в дачной местности (только при этом условии могли быть обеспечены полные сборы в летний период), стало насущной необходимостью.

Первоначальное намерение Дирекции императорских театров устроить новый театр на Елагином острове вызвало не предвещавшую ничего хорошего резолюцию царя: «Повременить вплоть до повеления». Поиски места привели на Каменный остров, на участок у Елагина моста.

К опубликованной в основных чертах истории строительства театра на Каменном острове сделаем несколько документальных дополнений, которые помогут детально представить этапы осуществления замечательного проекта архитектора С.Л. Шустова. Ассигнование 40 тысяч рублей заимообразно из Департамента уделов на построение театра выделено 27 апреля 1827 г. «Операция построения Каменноостровского театра», то есть проверка всех смет и расходов, присутствие на торгах, была поручена 11 мая 1827 г. графу П.И. Кутайсову⁷².

С.Л. Шустов представил две сметы, одну из них в феврале, что позволяет именно этим месяцем датировать проектные материалы, и вторую, расширенную, – в мае 1827 г. В смете учитывались расходы:

«– на возвышение места под театр и площади,

– на построение дома для служб с печами, забором и навесом,

– на обмеблировку театра, оркестра и уборных,

– на освещение внутри и снаружи театра и большую люстру,

– на сделание механики, декораций, подземных труб и т. д.». Распоряжением от 12 мая 1827 г. строительные работы поручались С.Л. Шустову, устройство механических приспособлений – «шихтмейстеру Тистрову и пенсионеру охтинскому плотнику Фаддею Кононову, в случае нужды употреблять и плотника Кирьянова»; должность «комиссара при устройстве сего театра – капельдинеру Исакову, который обязан вести верный счет работам и материалам, нанять без упущения времени людей на пересажение деревьев и вырытие канавы».

Более 80 лодок (с 24 мая по 9 июня) со строительным мусором от «разломки старого строения на Эрмитажном дворе» прибыло на Каменный остров. Из рапорта комиссара Исакова на имя Кутайсова от 27 мая выясняются подробности, свидетельствующие о развернувшихся работах: «Вашему сиятельству долгом поставляю уведомить, что сегодня поутру, в 5 часов, при установке колонн один плотник упал сверху и расшибся. Архитектор отправил его в Придворный конюшенный лазарет».

7 июня С.Л. Шустову сообщили, что заключенные им условия на лепную, малярную, стекольную работы, изготовление мебели, кресел и стульев были одобрены графом П.И. Кутайсовым. В то же время условия на печные работы долго не утверждались, так как цены (195 рублей за голландскую печь и 210 – за русскую) Кутайсов счел завышенными. После долгих колебаний он приказал большую часть печей делать не изразцовыми, как значилось в проекте, а простыми, оштукатуренными.

К 21 июня 1827 г. строительные работы подходили к концу. С.Л. Шустов для проверки прочности конструкции театра и качества слышимости в разных местах зрительного зала просит Кутайсова обратиться «к военному начальнику об отряде, хотя бы полбаталиона нижних служителей, которые вместе с имеющимися при постройке плотниками и прочими рабочими людьми будут помещены в этот театр. Причем нужно быть полному оркестру, хору певчих и кого еще будет угодно для солистского пения или разговора – таковой же опыт был сделан в прежде строившемся при Чернышевом театре нижними служителями конюшенной команды. Для этой пробы все будет приготовлено к вечеру 23-го числа сего месяца, т. е. в четверг, после же того необходимо нужно начать красить масляною краскою стены».

25 июня по распоряжению императора Николая I «надежность и прочность театра» проверила комиссия, в которую вошли архитекторы Стасов, Михайлов, Беретти, Соколов и городской архитектор Филиппов. Прибыв к 12 часам на Каменный остров, члены комиссии нашли, «что театр совсем построен, покрыт и обшит как снаружи, так и изнутри досками и все внутреннее устроение приведено почти к окончанию».

Комиссия заявила, что «1) театр построен довольно крепко; 2) по качеству материала… надежность его для представлений в семь лет достаточна». Единогласно признана необходимость «устроить с боковых длинных сторон покрытые подъезды или крыльца, в которых установить бы можно было подкосы, могущие служить контрфорсами стен». Это предложение было принято С.Л. Шустовым. Комиссия архитекторов рекомендовала дважды повторить опыт «помещения людей во всех ложах и партере и действием всех машин и музыки. Сверх того на будущее время поставить театральной дирекции непременным правилом, чтобы пред каждым представлением и после оного осмотр: не сделалось ли в каких частях здания движения или изменения. Каковые осмотры особенно нужны после больших бурь и перемене времен года».

М. Иванов. Каменноостровский театр. 1830-е гг.

Из рапорта С.Л. Шустова в Контору императорских театров от 13 августа известно, что все подрядчики обязанности свои выполнили и им можно возвратить представленные при заключении контрактов залоги. Среди подробного перечисления определенных С.Л. Шустовым работ упомянуты «набивка 125 свай, длиной 3 саж., с зарубкой на сваях шипов с насадкой с двух сторон тесаных брусьев из 6 или 7-вершкового леса». Таким образом, распространенное мнение, что спешно организованное строительство велось без подготовки фундамента, опровергается документами.

Подрядчики плотничных работ Т. Фарафонтьев, Г. Кисарин, М. Быков, И. Панфилов обязались «по всему театру, где понадобится, всю плотницкую работу с механиком скрепить скобами, хомутами, болтами, веревками и всякого рода железом и вообще всю работу, какая касается до плотничьего искусства с механикою, сделать самым лучшим образом». Начав работу 10 мая, закончили ее 25 июня. Кроме того, они строят из дерева театральный дом на берегу Средней Невки (автором проекта также был С.Л. Шустов).

Упомянем о таком устройстве, как «маскарадный пол подъемный наподобие Большого театра, действующий на брусьях с контрфорсами, так чтобы мог обеими концами подыматься и опускаться». Вся плотничья работа оценивалась в 14 тысяч рублей, которые выдавались понедельно. Работали, по требованию архитектора, одновременно до 200 человек.

Особенно интересны сведения о декоративных росписях. В торгах участвовали живописцы Беггров, Брандуков, однако кондиции были оставлены за А. Ширяевым, который в июне 1827 г. обязался «потолок расписать цветами по рисунку… ложи расписать арабесками». Для реставраторов важны и такие сведения: «Все сие писать мне на собственном моем коленкоре, своими людьми и материалами, и прежде сего все обтянуть своею же холстиною на клею». Живописные работы были завершены к 11 июня 1827 г., за что получил мастер 1600 рублей. Вся работа велась под присмотром архитектора.

Следовательно, орнаментальные композиции в виде языков пламени на плафоне и бортах лож, появившиеся после реставрации 1967 г., не имеют с первоначальным его убранством ничего общего.

В отделке интерьера театра значительная роль отводилась декоративным тканям, это так называемые «обойные работы»: голубым бумажным бархатом были обиты борта лож, скамьи 3-го яруса – шерстяной тканью, а сверху холстом. Вел эти работы мастер П. Слушанский.

Театральная мебель из карельской березы – 213 кресел и 108 стульев для 1-го яруса – была создана по проекту С. Шустова: «Кресла из березового дерева, жженного крепкой водкой, с принадлежащими им подушками, кои набиты шерстью, а обиты черною чистою кожею».

Лепные работы на главном фасаде велись подрядчиком А. Соколовым и мастером К. Балиным. Все орнаменты, капители колонн, «лира с сиянием» в тимпане фронтона были окончены к 11 июня.

Самую высокую оценку этой работы дал В.Я. Курбатов. Он писал: «Смарагд Шустов был, по-видимому, ближе всего к К. Росси. Лучшее его произведение – Каменноостровский театр с эффектным коринфским портиком во всю ширину здания и со скромным украшением стен – по простоте и ясности замысла и по благородству пропорции принадлежит к выдающимся произведениям эпохи»⁷³.

Противоположный фасад прямоугольного, удлиненного в плане здания украшал фронтон с полуциркульным окном. Первоначально стены театра были гладкими, разделка под руст появилась после перестройки его А.К. Кавосом. Зрительный зал «имел форму не усеченного эллипса, как в большинстве театров того времени, а скорее напоминал параболу. Такой план обеспечивал лучшую видимость для всех посетителей лож»⁷⁴.

Работа С.Л. Шустова на Каменном острове – особая страница в истории русской архитектуры. Младший современник К. Росси, А. Воронихина, Тома де Томона, он развивал в своем творчестве принципы классической архитектуры в ее поздний период. Его творчество до сих пор остается малоизученным и почти неизвестным.

Смарагд Логинович Шустов родился в 1789 г. в Петербурге. Выходец из обедневшей офицерской семьи, в 1810 г. он окончил Академию художеств с аттестатом I степени, был принят на службу в Канцелярию петербургского военного генерал-губернатора помощником архитектора, где занимался разнообразной строительной деятельностью. В придворном Конюшенном ведомстве он работает с 1822 г., занимая уже ведущее положение. Чуть позже, с 1827 г., С. Шустов зачислен архитектором в ведомство Дирекции императорских театров и строит по своим проектам театры у Чернышева моста и на Каменном острове, «дежурные каменные конюшни» на Эрмитажном дворе, выполняет проекты зданий Сената и Синода, Нового конюшенного двора в Московском Кремле и многое другое. Не имея влиятельных покровителей, Шустову приходилось рассчитывать только на себя, вступая в борьбу с чиновниками Гоф-интендантского ведомства за осуществление каждого замысла. За «неприличный отзыв» о них, причиной которого были растягивание сроков работ, умышленное возвращение счетов за выполненные работы, передача строительства по его проектам другим архитекторам, ему объявили выговор. В 1835 г. Шустова вынудили подать в отставку, а его место в театральной дирекции занял архитектор А.К. Кавос (1800–1863).

А.К. Кавос. Каменноостровский театр. Разрез

В прошении о назначении пенсии Шустов писал, что в начале своей службы в театральной дирекции он имел под надзором два театра и получал 2 тысячи рублей в год, по прошествии 25 лет он имеет под надзором пять крупных театров, по-прежнему работает без помощников, «отдавая все силы и время этой работе за то же жалованье, которое по строгой справедливости следовало быть удвоено». Пенсию назначили в 1333 рубля в год, но постепенно ее уменьшили почти в четыре раза. Содержать большую семью – шесть дочерей и двух сыновей – стало невозможно. Напряженная работа, болезни заставили его обратиться за помощью в совет Академии художеств, куда он был избран в 1853 г. почетным «вольным общником»: «…с прошлого, 1868 года, дойдя до окончательного истощения сил, потерявши зрение, вынужден был отказаться и от частных занятий своей профессии, служащих дополнением скудной пенсии на существование с семьею… Я же провел жизнь свою в неусыпных деятельных трудах на пользу отечества и ближних… не обеспечив себя даже на старческие годы и те недуги, которые ныне овладели всем существованием моим на 80 году жизни». Академия запросила список его работ и лишь в марте 1870 г. возбудила ходатайство о выдаче пособия «на уплату долгов». Это известие пришло слишком поздно: 17 апреля 1870 г. С. Шустов скончался. Из всех сооружений С. Шустова, дошедших до нас, Каменноостровский театр сохранился в наименее искаженном виде.

Каменноостровский театр был построен за 40 дней. Торжественное открытие состоялось 1 июля 1827 г. В этот день зрителям была представлена комедия В.А. Каратыгина «Двое за четверых»; вечернюю программу составил известный деятель музыкальной культуры М.Ю. Виельгорский. Зал театра, рассчитанный на 750 мест, был переполнен. На галерке, где могли разместиться 300 зрителей, скамьи стояли в три ряда. Необычайно большие для того времени размеры сцены позволяли постановку любых спектаклей: опер, драм, комедий, балетов. С момента открытия до 1839 г. на сцене театра прошло более 400 спектаклей, причем особой популярностью пользовались балеты и музыкальные вечера.

А.К. Кавос. Каменноостровский театр. Боковой фасад

В июле 1843 г. в связи с обветшанием здания казна открыла финансирование строительных работ по проекту и под руководством архитектора А.К. Кавоса.

Каменноостровский театр со всем оборудованием передали подрядчику купцу 1-й гильдии М. Тарасову, чьи рабочие провели демонтажные работы, т. е. убрали на склад все, что могло быть повреждено или утрачено. Затем стены театра разобрали, сохранив театральный зал. Из кирпича соорудили ленточный фундамент, облицованный с внешней стороны известняковой плиткой в восемь рядов. Новые стены построили из вертикально установленных сосновых брусьев 20 х 20 см, снаружи обшитых горизонтальными досками толщиной 20 мм, щели между брусьями проконопатили. В нижнем этаже стены изнутри оштукатурили по дранке.

Под внутренний объем зала, как предлагал Л.И. Шарлемань, подвели столбы из тосненской плиты. В сентябре все каменные работы были приняты архитектором Ф.И. Руской и каменных дел мастером А. А. Адамини⁷⁵. Фасады театра украсили рустом, имитировавшим каменную кладку. Окна теперь располагались не в два, а в три яруса. В интерьере деревянные лестницы по обеим сторонам сцены перенесли к ложам бенуара. Плафон вновь укрепили на подвесном потолке, вернулась на свое место большая люстра зрительного зала. В соответствии с модой, борта лож обили пурпурным трипом, барьеры министерской и императорской лож украсили резьбой по дереву, а остальные – орнаментальной росписью на белом фоне. Лимонно-желтый занавес заменили на пурпурно-красный с геометрическим орнаментом.

Каменноостровский театр. Фото 1995 г.

4 июля 1844 г. комиссия в составе архитекторов К.И. Росси, Ф.И. Руски, каменных дел мастера А. А. Адамини вынесла решение: «Устройство и отделка этого театра во всех частях в нынешнем его положении совершенно окончены». 11 июля вновь состоялось торжественное открытие. На этот раз французская труппа представила «Опасное средство» И. Оже и водевиль «Феи Парижа».

В декабре 1844 г. по требованию Кавоса были сделаны дощатые плиты и ставни для укрытия от снега балконов и дверей.

Альберто Камилл (Альберт Катаринович) Кавос⁷⁶ (1 1800–1863) происходил из художественной династии Бенуа – Кавосов – Лансере. Окончил Падуанский университет со степенью доктора математики. В 1820-х гг. сделал рельефный план Петербурга, который демонстрировал в самом Петербурге, а также в Берлине и Париже. Работая под руководством К. Росси, стал крупным театральным архитектором. Построил Мариинский театр (1860) и заново оформил зрительный зал Михайловского театра (1859) в Петербурге, реконструировал Большой театр в Москве (1855–1856). Известный исследователь архитектуры И.А. Бартенев отмечал, что у Кавоса «обработка зрительных залов императорских театров отличается сугубой декоративностью и «барочной» пышностью»⁷⁷, тогда как в композиции фасадов автор следовал приемам Возрождения.

Каменноостровский театр. Восточный фасад. Фото 1995 г.

А.К. Кавос служил при Пажеском корпусе и в Почтовом ведомстве, за это время перестроил московский и петербургский почтамты, возвел новые своды в коридорах Смольного монастыря, построил служебный дом для Пажеского корпуса, устроил ипподром в Царском Селе, восстановил после пожара Петровский театр в Москве (1852–1859). Выполнил проект православной церкви для Большой оперы в Париже – за эту работу награжден орденом Почетного легиона. В Париже выпустил два издания: «ТгаИё de la construction des theatres, acec un atlas» (1847) и «Grand Theatre de Moscou dit Petrocsci, acec 20 photolitogr» (1859). А.К. Кавос – автор больницы имени принца П.Г. Ольденбургского, которую построил с учетом «научных требований к удобству и изяществу помещений».

Звание академика от Императорской Академии художеств получил в 1857 г. «без исполнения особой программы, за произведенные по собственным проектам постройки в течение девятилетней службы при Пажеском корпусе и в Почтовом ведомстве». В 1849 г. от бразильского императора получил звание почетного архитектора.

В опубликованном В.Г. Исаченко списке работ Кавоса неточно сказано, что он «в 1840-х гг. осуществил восстановление Каменноостровского театра»⁷⁸. В действительности Кавос реконструировал театр, сохранив объем зрительного зала. Более значимым был вклад в решение фасадов – здание стало монументальным, лаконичным, более выразительным. В то же время в оформлении зала были сохранены основные черты первоначального замысла.

В качестве театра здание использовалось до 1859 г., эпизодические постановки продолжались до 1881 г. Поскольку летние месяцы императорский двор стал проводить в Петергофе и Царском Селе, театр оказался убыточным, но ежегодные ремонтные работы обеспечивали нормальное техническое состояние здания. С 1882 г. Каменноостровский театр использовали как склад декораций, театральное оборудование и мебель стали передавать другим театрам.

Из ремонтных работ отметим: в 1907 г. – восстановление паркета из дуба, в 1915 г. – реставрацию фасадов.

После революции театр оказался бесхозным: в 1926 г. дирекция Ленгостеатров отказалась от него «как совершенно ненужного для производственных целей и вызывающего большие расходы на содержание». От Музея города и отделения Главнауки на запросы о передаче им здания был получен неутешительный ответ: «Здание вследствие своей ветхости не годится для размещения в нем экспонатов».

Из служебной переписки этого времени:

«25 ноября 1928 г.

В Ленинградскую Государственную Реставрационную мастерскую.

Управление Елагиноостровского дворца-музея, доводя до сведения Реставрационной мастерской, что в здании Каменноостровского театра выломаны щиты тамбура, выломано несколько стекол в окнах 1 этажа и по донесению мостового (т. е. дежурившего на мосту. – В. В.) милиционера в здание театра и дачи балетной школы, расположенной против театра, проникают бездомники, просит сообщить Учреждению, в ведении которого они состоят, принять соответствующие меры.

Управляющий Елагиноостровским дворцом-музеем

Е. Медведев»⁷⁹.

5 февраля 1929 г. отмечено: здание, находящееся под государственной охраной, продолжает разрушаться и ему грозит полная гибель от возможного пожара.

5 апреля 1929 г. директор Ленинградских гостеатров Любинский констатировал: «Никакая поддержка и никакие расходы не спасут здание, обреченное в конечном результате на слом»⁸⁰.

Таким образом, с 1926 по 1929 г. театр находился вне ведомственной принадлежности, пустующее здание заселили беспризорники и разводили там костры. По-видимому, в это же время театр потерял статус охраняемого объекта.

В октябре 1931 г. Петроградский райсовет обратился в Президиум Ленсовета с предложением о целесообразности разборки театра. Однако создание Центрального парка культуры и отдыха (ЦПКиО) на Елагином и Крестовском островах изменило ситуацию в лучшую сторону: в 1932 г. здание передали дирекции ЦПКиО.

Проект его восстановления и приспособления сцены для аттракционов выполнили архитектор Е.И. Катонин и инженер В.П. Экскузович. В ходе реконструкции 1931–1932 гг. живописный плафон на холсте с цветочными орнаментами был снят. Новые росписи плафона – в виде языков пламени и борта лож с геометрическими орнаментами выполнили темперными красками по проекту Е. Катонина. Зрительный зал увеличили за счет перекрытия оркестровой ямы. Разобрали боковые ложи для устройства сквозного поперечного прохода через зрительный зал. Экскузович разработал проект вращающейся сцены. Колосники были сняты. В царской ложе устроили кинобудку. Таким образом, театр приблизили к «запросам отдыхающих», и он стал напоминать большой сельский клуб. Правда, авторам проекта удалось сохранить первоначальную конструкцию пола: во время действия специальным устройством его делали наклонным, так что зрительный зал напоминал амфитеатр, затем вновь переводили в горизонтальное положение.

Для сохранности здания укрепили подиум и стены, фермы и перекрытия, заменили базы и капители колонн портика; возобновили историческую окраску фасадов – под серую известь с белыми декоративными элементами. Тогда же в тимпане фронтона реставрировали композицию с лирой, сиянием и театральными масками.

С 20 марта 1935 г. Каменноостровский театр вновь стал памятником архитектуры, охраняемым государством.

До 1938 г. его использовали в основном для показа кинофильмов, иногда для проведения вечеров отдыха. Изредка ставились спектакли, но, поскольку на Елагином острове уже выстроили новый летний театр, Каменноостровский пришлось закрыть. При передаче его Управлению домами отдыха в мае 1940 г. была создана комиссия из архитекторов С.С. Некрасова и Е.И. Катонина. В своем отчете они писали: «По вопросу о приспособлении здания Каменноостровского театра под зимнюю эксплоатацию для культурного обслуживания стахановцев города Ленинграда и области, отдыхающих в домах отдыха Кировских островов.

Комиссия установила:

1) благодаря ненормальной эксплуатации в течение ряда лет здание пришло в значительное обветшание, а именно: крыша протекает, испорчен плафон зрительного зала. Деревянная наружная обивка стен местами сгнила и разошлась по швам, облупилась, лепка нуждается в реставрации. В процессе передачи от Управления культуры Управлению домами отдыха (УДО) было снято все пожарное оборудование, театральное сукно со сцены, разрушены санузлы, элетрооборудование, расхищена мебель зрительного зала;

2) возможно использование в зимнее время для отдыхающих стахановцев при условии выполнения проекта утепления, отопления и вентиляции, устройства тамбуров и гардеробов;

3) необходима самостоятельная котельная, построить ее на соседнем участке;

4) прилегающая территория должна быть благоустроена, ее следует рассматривать как фойе с включением существующих объектов – один как буфет, другой – площадка для музыкантов;

5) для полного восстановления архитектурного объекта Комиссия считает необходимым вернуть изъятые у театра театральные сукно, мебель и чертежи.

На весь период реставрации иметь постоянного архитектора-консультанта из Отдела охраны памятников».

До начала Великой Отечественной войны успели провести выборочный ремонт крыши, сцены, электропроводки⁸¹.

В связи сначалом войны по распоряжению Отдела охраны памятников от 30 октября 1941 г. наружные стены театра пропитали в качестве противопожарного средства суперфосфатом, полы засыпали песком, частично вывезли оборудование и мебель.

11 декабря 1942 г. на фасаде театра установили охранную доску с текстом: «Здание сносу не подлежит. Находится под государственной охраной.

Справляться: Гос. инспекция охраны памятников Ленинграда. Фонтанка, 65».

В 1943 г. Управление домами отдыха передало театр госпиталю № 107, в июле открыли кинозал для раненых, в связи с этим его расчистили от песка.

1 ноября 1943 г. по поручению Городской комиссии по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков было проведено обследование здания особой комиссией под председательством главного архитектора ГИОП Н.Н. Белехова с участием А.П. Остроумовой-Лебедевой и Г.Г. Гримма. Комиссия зафиксировала повреждение кровли, оконных заполнений и переплетов, облицовки цоколя. Размер ущерба составил 459 400 рублей.

В очередном акте обследования от 14 ноября 1946 г. указано: разрушены модульоны, эмблемы в тимпане, в балках пола зрительного зала появились следы грибковых поражений, кровля протекает в верхних ярусах театра, изношены полы зрительного зала и по ярусам, появились щели, роспись плафона повреждена во многих местах.

В следующем, 1947 г. выявили поражение стен гнилью под водостоками, разрушение плоских перекрытий пристроек, отметили проседание пола партера на 12–15 см из-за загнивания деревянных стоек и лежней, находящихся в сыром грунте подвала, а также разрушение конструкций, поддерживающих сцену; холст плафона свисал кусками, промоченная штукатурка всех ярусов отслаивалась и падала; стропильные фермы были поражены гнилью в опорных узлах.

В августе 1951 г. в ГИОП была составлена опись охраняемых предметов театрального интерьера. Проверка в июле 1961 г. показала, что 88 художественных бра не сохранились, а люстра из папье-маше приведена в полную негодность. Составители описи считали: «Дальнейшее наблюдение за предметами, утратившими возможность быть восстановленными, не целесообразно»⁸².

В 1962 г. дирекция ЦПКиО получила разрешение от ГИОП на разработку проекта реконструкции театра и приспособления его для «зала отдыха молодежи» (проведение танцевальных вечеров, эстрадных концертов). Первые 25 тысяч рублей на разработку проектной документации из спецсредств ГИОП были выданы по распоряжению Ленгорсовета от 16 июля 1962 г. Выявлением и сбором исторического материала «в порядке личной инициативы» в течение двух лет занималась архитектор И.С. Озерова. Работа была закончена в начале мая 1962 г.

Проект реставрации разрабатывала И.И. Бенуа. В архитектурно-реставрационном задании было указано: реконструируются зрительный зал и сцена, внешний облик здания и основные планировочно-конструктивные решения реконструкции не подлежат. За время работы – с 1964 по 1967 г. – работниками Специализированных научно-производственных мастерских были реставрированы фасады, построены боковые крыльца, отремонтированы цоколь, стилобат портика и ступени, восстановлена историческая окраска стен, для тепла установлены спаренные оконные блоки, проведено микологическое исследование древесины, все зараженные грибком конструкции заменены новыми, их пропитали антисептиком и покрыли специальным огнезащитным составом; заменили конструкцию пола, сделали ее незагниваемой, огнестойкой⁸³.

К сожалению, как вспоминала И.Н. Бенуа, в процессе реконструкции ликвидировали все, что еще оставалось от театра Шустова: механизм подъема пола в зрительном зале, оркестровую яму, остатки сцены; разобрали ложи бенуара, сняли двери между ложами 1-го и 2-го ярусов, освободили от кресел партер.

Заново устроенную невысокую сцену оградили с трех сторон навесными панелями, заменили паркет зрительного зала, фойе; в служебных помещениях появилась метлахская плитка; темперную живопись плафона и лож обновили в стилистике 1930-х гг. Здание оборудовали системами вентиляции, пожарной сигнализации, центральным отоплением. Великолепные террасы балконов на подъездах северного и южного фасадов, ранее крытые паркетом, заасфальтировали. На главном фасаде заменили лепку тимпана и модульоны.

Тогда же выяснилось, что ни пионерский театр, ни танцевальный зал, ни молодежное кафе размещать в театре нельзя: повышенная вибрация грозила обрушением несущих конструкций. В 1967 г. театр передали Ленинградской студии телевидения, до 1972 г. приспосабливали его для размещения телевизионного театра, вели монтаж звуковой и осветительной аппаратуры. С 1988 г. телепередачи с Каменного острова транслировались все реже и реже и вскоре прекратились совсем: переход на цветное изображение требовал мощной осветительной аппаратуры, а в деревянном театре устанавливать ее было нельзя. Чуть больше десяти лет театр сдавался в аренду Оркестру народных инструментов им. Андреева. Не имея возможности ни ремонтировать, ни реставрировать здание, в середине 1990-х гг. оркестр отказался от аренды. Изменения к лучшему наметились в конце 1990-х гг.: Каменноостровский театр включили в программу КГИОП по реставрации памятников истории и культуры в историческом центре Санкт-Петербурга на 1999–2003 гг. в связи с 300-летним юбилеем города. Финансирование работ – выборочный ремонт сруба, ремонт фасадов и окраска кровли – велось из городского бюджета. В 2000 г. театр передали Школе танцевального искусства, а в 2005-м, в связи с 80-летием К.Ю. Лаврова, – БДТ им. Г.А. Товстоногова для малой сцены.

Расположенная вокруг театра обширная благоустроенная площадь, в XIX в. посыпанная крупным лахтинским песком, получила название Театральной. Она имеет вытянутую с юго-востока на северо-запад форму. С южной стороны к площади подходит набережная речки Крестовки, с западной она соединяется с предмостной площадью 2-го Елагина моста. Здесь в августе 1827 г. со стороны главного и торцевого фасадов театра на специально подготовленных площадках установили алебастровые скульптурные группы на невысоких постаментах – «Аполлон с Паном» и «Кастор с Поллуксом», – выполненные в скульптурной мастерской Академии художеств (не сохранились).

Вместе с Шустовым на Каменном острове работал выдающийся мастер пейзажного паркостроения англичанин Джозеф Буш. Это содружество способствовало воплощению в жизнь единого архитектурного и ландшафтного замысла. Хотя театр был открыт в июле 1827 г., работы по благоустройству его территории велись до весны 1828 г. Из питомника Таврического сада получили 400 экземпляров различных деревьев и кустарников, из сада дачи Опочинина на Каменном острове передали 30 лип, из парка дачи Головина – 110 серебристых тополей. Это были преимущественно 20— 30-летние деревья, которые с наступлением заморозков выкапывали с большим комом земли – он предохранял корневую систему от повреждений. Чтобы земля с корней не осыпалась, их помещали в специально сплетенные ивовые корзины. В феврале – марте деревья пересаживали на новые места.

Как и Каменноостровский дворец, Летний театр стал центром планировочной структуры северо-западной части Каменного острова. На здания театра были ориентированы вновь проложенные аллеи, впоследствии названные Театральной и Полевой. Старая липовая аллея вдоль набережной Большой Невки была продолжена, со значительным отступом от береговой линии, по Средней Невке, соединяясь с аллейными посадками по Невской набережной дороге и речке Крестовке. По контуру Театральной площади (с начала XX в. площадь Старого театра) высадили клены, лиственницы и липы, северо-восточнее театра, где местность была болотистой, – серебристые тополя.

В результате обширных паркостроительных работ район Каменноостровского театра стал одним из самых живописных и привлекательных, а в летнее время – одним из оживленных центров светской жизни.