Из окон знаменитого Московского училища живописи, ваяния и зодчества была хорошо видна церковь Святых Флора и Лавра, стоявшая на Мясницкой, почти у самых Мясницких ворот. Главы ее, осененные крестами, и шатровая колокольня запечатлевались не только на ученических холстах, но и на картинах известных художников.

Теперь будущие художники уже не рисуют в стенах Юшкова дома, где находилось училище – оно давно покинуло его, – да если бы и случилось чудо, и Перов, Саврасов, Левитан, Нестеров оказались бы в стенах alma mater, то они сочли бы вид, открывшийся из окон, дурным сном: вместо красавицы-церкви теперь на грязной, неухоженной площадке стоят вонючие грузовики, по краям площадки – разнокалиберные ларьки и прямо за ними, на другой стороне бульвара – уродливая стена недавно возведенного административного здания, полностью перекрывшая перспективу Мясницкой улицы.

Церковь Святых Флора (в народе часто говорили Фрола) и Лавра была сооружена в 1657 г. вместо старой деревянной, стоявшей к востоку от нее. Возможно, что старая церковь, как и новая, была приходской для слободы мясников, поселившихся у Мясницких ворот (сами ворота и улица получили свое название от этой слободы). Старая же церковь упоминалась в известии о пожаре, случившемся 21 июня 1547 г.

Новую каменную церковь выстроили на земле, подаренной тяглецами слободы Александром Марковым и Никитою Гавриловым. Приверженность слобожан к этим святым – Флору и Лавру – объяснялась тем, что они считались покровителями скота и особенно лошадей: «Умолил Фрола и Лавра – жди лошадям добра». Это было чисто русское поверье, ибо ничто в житиях святых не указывало на то, что они были как-то связаны со скотоводством.

С давних пор установился обычай приводить к церкви 18 августа, в день поминовения святых, празднично украшенных лошадей. Секретарь при шведском посольстве Э. Кемпфер, посетивший Москву в конце XVII в., записал: «В субботу 18 августа был праздник св. Флора, покровителя скота и лошадей, почему привели бесчисленное множество лошадей к главному входу церкви сего Святого у Мясницких ворот, где одетый в красные ризы священник окроплял их по нескольку раз святою водою». Значительно позже, в 1836 г. о том же обычае оставил запись в своем дневнике москвич, известный историк Иван Михайлович Снегирев: «Я поехал на праздники к Св. Фролу и Лавру, где встретился с матушкой своей. Окропив лошадей своих по примеру других св. водой…»

Церковь Святых Мучеников Флора и Лавра у Мясницких ворот. 1882 г.

Церковь была настолько известна и уважаема в Москве, что после окончания ее строительства и освящения царь Алексей Михайлович указал переименовать Мясницкие ворота и впредь называть их Фроловскими, но, правда, название это в народе так и не привилось.

При осмотре церкви до революции архитектор В.П. Десятов писал, что она представляет «прекрасный памятник русского искусства». Здание церкви внешне хорошо сохранялось, а внутри ее стоял замечательный резной золоченый иконостас, современный церкви, с иконами XVII в. Интересно отметить, что на клиросах церкви были изображены греческие философы со свитками в руках: Платон, Аристотель, Солон. В церкви были похоронены многие ее прихожане, и в их числе Дмитриевы-Мамоновы и Бахметьевы.

Попытки снести церковь Святых Флора и Лавра предпринимались еще в 1925 г.: 8 августа Московский совет народного хозяйства просил разрешить снос церкви для постройки здания машиностроительного треста, так как, видите ли, здание церкви было ветхим и, по мнению чиновников, «малоценным».

Тогда удалось отбиться: Главнаука Наркомпроса решительно воспротивилась вандализму. В письме, направленном в президиум Моссовета, говорилось, что здание церкви «отлично сохранилось во всех почти деталях», особо отмечались фигурный портал со старинными дверями, низкие шлемовидные купола и отличная по форме колокольня. Главнаука настаивала на сохранении церкви, отмечая, что она вместе с соседним зданием бывшего училища живописи, ваяния и зодчества составляет «чрезвычайно интересную группу».

В 1930-х гг. церковь стали приспосабливать для нужд Метростроя – рядом строилась станция метро «Кировская»[23]. При этом пробили алтарную стену церкви и обнаружили колодец, дно которого находилось на метр ниже уровня фундамента, там начинался подземный ход, который через шесть метров разделялся еще на три коридора, засыпанных землей. По предположению археологов, ходы вели в тайники, где хранили ценности.

После окончания строительства первой очереди метро, когда прямая необходимость в сохранении церкви отпала, ее просто разрушили, а место, где она стояла, заровняли асфальтом. Случилось это в 1934 г.