У меня по ногам пробежали мурашки. Воздух прогрелся, и я была одета достаточно тепло, но под кожей расползалось ощущение холода. 16:00. Все заняли свои места: начиналась реконструкция преступления, на том самом месте, где погиб Марсо. Прокурор подошел к Дельмасу. Жандармы подтолкнули Рейно в наручниках к месту преступления. Я уже не знала, кто передо мной. Друг на всю жизнь? Человек, заменивший отца и мне и Марсо? Отшельник из бункера, двадцать лет одержимый одной идеей и заставивший меня опасаться за свою жизнь? Защитник моих детей? Я ничего больше не понимала.

Алексис встал рядом со мной, Роллен – немного поодаль, с Карен. Перед нами на земле, там, где нашли Марсо, белел контур его изломанного тела. Желтые пронумерованные метки обозначали места, где были в тот день взяты образцы. Дельмас проверил точность их положения по фотоснимкам. Присутствовали два профессиональных альпиниста в экипировке: страховочные обвязки, ледорубы, веревки, мешочки с магнезией, карабины, закладки. Прокурор прочистил горло и объявил:

– Месье, можете приступать. Реконструкция начинается. Смерть жертвы произошла примерно в те же часы и при схожих погодных условиях. Это так, капитан Дельмас?

Дельмас кивнул.

– Будьте добры, подтвердите это вслух.

– Да, судмедэксперт констатировал смерть жертвы около шестнадцати часов, и погодные условия были такие же.

Один из альпинистов начал подниматься по стене. Он передавал свои комментарии напарнику по портативной рации, закрепляясь на склоне при помощи скальных крючьев и веревки. Чего никогда не делал Марсо. Ни он, ни его любимые герои фри-соло: Бред Гобрайт, погиб, Остин Хауэлл, погиб, Алекс Хоннольд… пока жив, но надолго ли?

Второй альпинист повторял и пояснял для всех замечания напарника, полученные по рации. Я вспоминала, как Марсо вел себя в горах. Его движения были плавными, как у кошки, сильными и точными. Мои руки сами собой сжались, дыхание участилось. Меня затопила боль, передо мной возникло видение из ночных кошмаров: он поворачивает ко мне лицо и безвозвратно падает в пропасть. На вершине замаячила фигура жандарма. У меня кровь застыла в жилах при виде этой тени, стоящей против света. Альпинист прекратил восхождение в том месте, где, вероятнее всего, сорвался Марсо. На высоте сто семьдесят метров, примерно в тридцати метрах от вершины. Альпинист установил там якорь, который должен был послужить меткой. Марсо посвятил меня в детали в свое время. Когда он еще пользовался снаряжением.

Альпинист наконец достиг вершины: для этого ему понадобилось пятьдесят долгих минут. Он на секунду пропал из виду, переговариваясь с напарником, оставшимся внизу.

– Маршрут зафиксирован.

Прокурор замахал рукой. Дельмас объяснил:

– Давайте, парни, воспроизводим сцену.

Два жандарма достали манекен из багажника своей машины. На нем был пояс со свинцовыми грузилами и еще множество утяжелителей по всему туловищу. Балласт. Марсо весил семьдесят два килограмма. Я вдруг почувствовала силу его рук и его объятий, и у меня сжалось сердце. Жандармы донесли манекен до альпиниста, оставшегося внизу. Он прикрепил его к одному из тросов, тянувшихся к вершине. Альпинист внизу повернулся к прокурору и взглянул на него.

– Поднимайте! – приказал тот.

Альпинист снова взял рацию и отправил команду своему напарнику. Манекен начал подъем, скользя и задевая за скалу. Достигнув отметки на высоте сто семьдесят метров, он замер.

– Всем отойти за границы участка, за шестьдесят метров от места удара.

Альпинист на вершине держал манекен на конце веревки. Жандарм, стоя вплотную к нему, поднял над головой камень весом примерно три килограмма. Он как мог прицелился в манекен. В момент удара альпинист отпустил веревку, и манекен упал вниз, в точности как в моих кошмарах. Голова закружилась, я пошатнулась, Алексис удержал меня, подхватив под локоть. Я заметила, как Роллен уронил голову, а Карен закрыла лицо руками. За долю секунды манекен пролетел сто семьдесят метров и под возбужденные возгласы собравшихся рухнул на землю. Приглушенные вскрики, дрожь, потом тишина – тишина внезапной смерти и тупой боли. Голова оторвалась от тела, покатилась и остановилась метрах в десяти от нас. Дельмас, не спуская глаз с Рейно, подобрал пластмассовый череп.

– Ну что, Рейно, так все и было? – прошипел он.

– Вы больной, Дельмас, и ошибаетесь по всем пунктам!

Прокурор сухо вмешался:

– Довольно. Мне нужно точное описание всех фактов и обстоятельств гибели. Истину будем устанавливать позже. Когда у нас на руках будут необходимые улики для предъявления обвинения.

Преступник был сейчас среди нас? Или, может, прятался где-то рядом, в лесу? И подчищал за собой следы? Прокурор и Дельмас о чем-то разговаривали с экспертом и альпинистом, остававшимся внизу.

Карен, похоже, хотела подойти ко мне, но я отвернулась. И не по тем причинам, о которых она подумала. Всему свое время. Как же все было запутанно, как больно!

Кажется, моей последней опорой остался Алексис. Я думала, что эта реконструкция мне поможет, но стало еще хуже. Она придала сил чудовищу – моему пробудившемуся кошмару. Почему он так упорно преследовал меня? С таким остервенением? Зачем? Мне хотелось выбросить все из головы, пока это не закончилось еще хуже.