– Нам нужно туда, – указала я на далекие огни. – Точно говорю.

Мы вглядывались в темноту, испещренную серебристыми нитями дождя. Кемп зажег фонарик, и капли в белом круге света стали походить на тысячи мельтешащих насекомых. Глянув в сторону хижины, Спир кивнул.

– Она права. Там кто-то есть.

От этого простого «кто-то» вокруг сгустилось нервное напряжение. Несмотря на все наши теории, отсутствие тела Нейта и пропажу Джесс, мы понятия не имели, что ждет впереди. На этот раз никто не предлагал разделиться. Нами овладел страх.

Низко нависшие над холмами черные тучи немного разошлись, и в прореху выглянул мраморный лик луны, бледный свет которой на мгновение скользнул по воде. Высоко вздымавшиеся волны с шумом обрушивались на берег.

Мы двинулись в путь, неспешно пробираясь через заросли травы. Замерзшие ноги ныли от усталости. С каждым шагом идти становилось все труднее, словно бы сама погода гнала нас прочь от холмов, к морю, подальше от скопления ведьминых огней.

– Вы уверены, что Джесс вышла из дома вместе с нами? – тяжело дыша, спросила тетя Шарлотта и стерла рукавом с лица капли дождя.

– Конечно.

– Откуда такая уверенность, Пандора? Вдруг пока мы тут умираем, она в доме, живая и невредимая?

– Не волнуйтесь, пусть мы наги перед ликом природы, от переохлаждения так быстро не умирают, – попытался успокоить ее Кемп.

– Молодой человек, я ни в коем случае не собираюсь обнажаться, какой бы жуткой ни стала ситуация. – Тетя Шарлотта зашагала вперед с таким видом, будто нашла для себя некую новую мотивацию.

Дождь прочерчивал воздух короткими струями, периодически прерывающимися, как строки азбуки Морзе. Из-за порывов ветра капли падали под странными углами, обдавая мне лицо со всех сторон, холодными бусинами катились по щекам и проскальзывали под воротник.

Я взглянула на раскрасневшееся от холода лицо мамы, в каждой черточке которого сквозила решимость. Она посмотрела на меня и нахмурилась. Неужели беспокоилась? Когда мама отвела глаза в сторону, я проследила за ее взглядом. Она с обычным недоверием воззрилась на Спира, пусть теперь он и меньше походил на подозреваемого.

– Мама, – тихо позвала я. – Все нормально?

– Определенно, нет. – Даже не повернувшись ко мне, она продолжала сверлить глазами затылок Спира.

– Вообще-то он не видит, как ты на него смотришь.

– От него одни проблемы, – бросила мама, обратив свой фирменный взгляд на меня.

– Я даже не пытаюсь тебя понять, – заметила я, и разбушевавшийся ветер хлестнул по горлу порывом холодного воздуха. – Где-то здесь бродит подросток, притворявшийся мертвым – вероятнее всего, убийца. А тебя беспокоит тот, кто, возможно, сумеет вызволить нас отсюда, поскольку ты надумала…

– Что я надумала, Урсула? Что он совсем недавно потерял жену и наверняка пребывает в жутком отчаянии? Мы до сих пор не можем с уверенностью утверждать, что он не убийца, а теперь еще и похититель трупов!

– В отчаянии? Я просто не…

– Сейчас не время, Урсула.

– О, для таких разговоров никогда нет времени…

– Отстань от нее, – поравнялась с мамой Мирабель. – Ты в этом ничего не смыслишь.

– А что смыслишь ты, черт возьми?

– У вас все нормально? – подошел Кемп.

Мы кивнули. Спир, не замедляя шага, повернул голову в нашу сторону.

– Они вообще без конца спорят. Никогда такого не видел.

– Оставь в покое свою мать. Просто поверь: она знает, о чем говорит. Понимает, когда мужчина несет с собой проблемы. И ее шрамы – тому доказательство.

Мама предупреждающе посмотрела на Мирабель.

– Да в чем дело? – рявкнула я. – Если хочешь что-то сказать, так не молчи. Хватит ходить вокруг да около.

Мама повернулась к Мирабель и покачала головой. Как обычно, они вели между собой один из тех скрытых разговоров без слов, в которых мне не было места.

– Пойдем, дорогая. – Тетя Шарлотта с беспокойством взглянула на меня, затем подхватила под руку и крепко прижала к себе. – Помоги старенькой тетушке.

Она целенаправленно потянула меня прочь. Мама с Мирабель снова обменялись многозначительными взглядами.

– Я просто хочу с этим покончить. Пусть уже все скажет. Хватит постоянных намеков.

– Не обращай на нее внимания, милая. Это же Мирабель, ты ее знаешь. Она испугана, как и все мы, но испуг проявляется у нее иначе. Как и у твоей матери.

– По-прежнему ссоримся, дамы? – Нас догнала Бриджет, сжимавшая Мистера Перезвона так крепко, словно он был единственным средством спасения.

– Отвали, Бриджет, – огрызнулась я.

Она рассмеялась, потом что-то зашептала собаке, пристально глядя на Кемпа и Спира – словно накладывала на пса некое заклятие, – а после нетерпеливо повернулась к нам.

– Давайте же поймаем убийцу!

Мы все дальше углублялись в темноту, и вскоре на фоне неба нарисовались очертания камней друидов. Это древнее место год за годом подвергалось воздействию непогоды и ощущало на себе ярость моря, ставшего его постоянным спутником. Я вспомнила рассказы Бутылконоса о погребенных под камнями людях. Возможно, они до сих пор лежали там, глядя на нас из своих изъеденных временем могил. Тяжелые тучи, как и на протяжении всех этих веков, низко нависали над массивными древними монолитами, вдавливая их в землю. Какое дело этому острову до того, что здесь погибли еще несколько человек? Мы ничего не значили в его истории. Возможно, мама права, называя это место островом смерти. В конце концов, мертвеца мы сейчас и преследовали.

Свет мерцал на горизонте, как отражавшаяся в море низкая звезда, однако до него уже было рукой подать. С каждым шагом он становился все ближе. На краю поля начали вырисовываться очертания хижины, сложенной из грубого камня. Вместе с ветром долетали обрывки той же насвистываемой мелодии.

Страх сдавил внутренности, превращая их в комок под ребрами. Я схватила тетю Шарлотту за руку.

– Все будет хорошо, детка, – твердо произнесла она, глядя на меня. – Мы просто войдем, заберем девчонку и зададим трепку мальчику. Если хочешь, можем даже бросить его обратно в море, к дьяволу.

Из тети Шарлотты тот еще герой, но меня отчего-то радовало, что она рядом.

Дождь все не прекращался. Мы подошли уже так близко к хижине, что слышали, как капли барабанят по шиферной крыше. Сквозь тени внутри пробивался свет, двигаясь, будто им кто-то управлял.

В какой-то момент Спир сделал нам знак остановиться, однако в такой темноте было трудно оценить, сколько осталось идти. Приложив палец к губам и предупреждающе широко раскрыв глаза, он поманил всех к себе.

Когда мы сгрудились рядом, Спир указал на хижину, затем на себя, после обвел жестом остальных и решительно ткнул пальцем в землю, недвусмысленно давая понять, что нам нужно оставаться на месте.

Заметив, как растерялась тетя Шарлотта, я наклонилась к ней и прошептала:

– Он хочет, чтобы мы остались здесь. А сам пойдет внутрь.

– Ладно, – кивнула она. – Принято, Рудокоп.

Спир нахмурился.

– Она имеет в виду «Робокоп», – пояснил Кемп.

Спир, явно раздраженный, набрал в грудь воздуха и повернулся, намереваясь уйти.

– Будь осторожен, – не знаю почему, выпалила я. Как-то вырвалось само собой. По лицу беспрепятственно стекали капли дождя.

Он оглянулся и чуть скривил губы, а после, ссутулившись и низко опустив голову, побежал к небольшому строению. Кемп двинулся за ним, хотя это, похоже, не входило в изначальный план.

Теперь, когда мы остановились, холод начал пробирать до самых костей. Стуча зубами, я переступила с ноги на ногу и обхватила себя руками. Мы стояли в темном поле, открытые всем ветрам, но единственным убежищем здесь была молчаливо взиравшая на нас маленькая серая хижина.

– Только не начинай драматизировать, – предупредила Мирабель.

Я закрыла глаза.

– Мистер Перезвон замерзнет. – Бриджет плотнее укутала собаку складками пальто. – Предлагаю пойти туда и постучать в дверь. Посмотрим, кто внутри, а потом обсудим все как цивилизованные люди.

Мы потрясенно уставились на нее.

– Да ты никак шутишь? – покачала головой Мирабель. – Это не та проблема, которую можно решить в гостиной, попивая коктейли.

Мама тоскливо посмотрела в сторону хижины, как будто в глубине души надеялась, что в этой каменной лачуге и впрямь может найтись коктейль «Эспрессо мартини».

– На свободе разгуливает чертов маньяк с ножом, который притворялся мертвым, чтобы убивать людей!

– Ну, Мирабель, мы не вправе утверждать это наверняка, – в попытке приободрить нас заметила тетя Шарлотта, но стало лишь хуже. – Возможно, эта девушка, Джесс, в самом деле спятила и украла тело мальчика, чтобы замаскировать его под своего умершего жениха.

Никто не проронил ни слова.

– Разве не проще было бы использовать тело своего парня? – спросила Бриджет.

– Может, ей понадобилась модель помоложе?

– Тетя Шарлотта, я тебя умоляю! – Я прижала ладони к голове. – Совершенно неуместное предположение!

– И когда это ее беспокоило? – вздохнула Мирабель.

– Может, лучше начнешь приставать к моей маме?

– Не смей так со мной разговаривать! – немного помолчав, шагнула ко мне Мирабель.

– Отстань от нее, Мирабель! – вышла вперед тетя Шарлотта.

– Почему? Объясни, с чего мы все снова должны ходить на цыпочках вокруг вашей мисс Хрупкость? Опасность грозит всем! – прошипела Мирабель и кинула взгляд на маму, которая выглядела очень расстроенной. – Тут людей убивают, а вас беспокоит только одно: как бы бедная девочка не узнала, что ее отец был алкоголиком и завел любовницу.

Мир вокруг меня замедлил ход. Я уже не ощущала бьющего в лицо холодного ветра и едва ли видела бегущих к хижине двоих мужчин и мерцающий в окне свет. Все мои мысли занимала темная тень с низко опущенной головой и согбенными плечами, маячившая на краю зрения. Ему не требовалось говорить, чтобы дать ответ, и все же я безмолвно спросила:

«Это правда?»

– Что? – где-то там, на заднем плане, продолжала Мирабель. – Почему вы так на меня смотрите? Пора бы ей уже прозреть. Я больше не могу выносить эту чушь о святом мученике.

Рядом вдруг появилась мама и протянула ко мне руку. Я инстинктивно отшатнулась.

– Урсула?

– Это правда, мама? – Я смотрела на нее, ожидая ответа.

– Послушай, мы стоим перед домом убийцы. – Тетя Шарлотта попыталась взять меня под локоть, но я вырвалась. – Давай сосредоточимся на происходящем. Нам нужно…

– Нет никаких «нас», – отрезала я. – Мы просто жалкая группа людей, связанных друг с другом.

– Как и большинство семей, милая. – Тетя Шарлотта вновь попыталась взять меня за руку.

– Она мне не семья. – Я бросила взгляд на Мирабель. Мама тоже посмотрела на нее, хотя ничего не сказала.

– Пандора… – Мирабель вдруг утратила весь пыл. – Прости, я нервничаю и устала. К тому же я устала выслушивать, каким он был замечательным. – Подруга мамы повернулась ко мне. – Не обманывайся, в его жизни существовали не только вы. И лучше тебе узнать обо всем сейчас, пока мы еще живы!

– Не слушай Мирабель, – сжала мне руку тетя Шарлотта. – Она пытается…

– Что? Солгать?

Мама вздохнула и закрыла глаза, а когда открыла их снова и взглянула на меня, я могла бы поклясться, что в черных бусинках ее зрачков отразилась тень отца.

– Мирабель зашла слишком далеко.

– Что?

– Помолчи, Мирабель. Ты уже достаточно сказала.

Дождь быстрыми струйками стекал по моему лицу. Призрак наблюдал за мной сбоку, я к нему не поворачивалась.

– Тебе не следовало это знать, – склонив голову, проговорила мама.

Я закрыла глаза. По щеке скатилась одинокая теплая слезинка, более массивная, чем дождевые капли.

– Уходи, – прошептала я. – Иди прочь.

– Что за нелепость, – бросила Бриджет. – Мы здесь, в дикой местности, в разгар бури охотимся на убийцу, а вы снова затеяли семейные разборки. Ради бога, очнитесь! Сейчас не время для этого.

– Согласна.

– Мирабель, это ты все начала! – указала на нее пальцем тетя Шарлотта. – Ты всегда… вечно ты…

Она замолчала, и теперь тишину нарушал только мой собственный шепот:

– Уходи.

– Нам необходимо сосредоточиться, – наконец заговорила мама. – Посмотри на меня, Урсула. Спир и Брендан почти добрались до хижины. Нужно быть готовыми к любой неожиданности, а с этим разберемся позже.

– Уходи.

– Мы не можем. Нам…

– Да не ты! Он! – прокричала я ей в лицо и повернулась к тени. В ответ отец посмотрел прямо на меня. – Уходи, – прошептала я, однако он стоял на месте, по-прежнему не сводя с меня глаз.

Спутники уставились на свободное пространство, куда был устремлен мой взгляд.

– Урсула? – тихо позвала мама.

Я закрыла глаза и отвернулась, а когда взглянула снова, его силуэт исчез. Осталось лишь исхлестанное ветром поле, погруженное в непроглядную тьму.

– Нам пора идти, – проговорила я.

– Хватит, Урсула, – сжала мне руку мама.

– Значит, просто будем ждать здесь, посреди пустоты, пока нас не прикончат, потому что нам так велели двое незнакомых мужчин? Неужели мы не способны спастись самостоятельно?

Мама воззрилась на меня.

– Она права, – решительно поддержала меня Бриджет с Мистером Перезвоном на руках. Пес тоже выглядел решительным. – Нужно идти. Нет смысла торчать в поле и разбираться в семейных проблемах. Я бы предпочла какой-нибудь другой способ умереть.

– Ладно, уходим, – кивнула тетя Шарлотта и сделала пару шагов. – Ну же!

– Я…

– Довольно, Мирабель, ты сказала достаточно. Теперь шевелись. – Тетушка повернулась к нам с мамой. – И вы тоже.

Я сделала глубокий вдох, и легкие наполнил холодный воздух. Не глядя на остальных, я кивнула и зашагала прочь.

Дождь, будто песок, хлестал по лицу и безжалостно барабанил по голове. Низко склонившись, я уставилась в землю и внезапно со всей очевидностью осознала, насколько в этом поле, где нет ни единого укрытия, мы беззащитны перед непогодой. Или перед лицом случайных убийц.

Спир обернулся и бросил взгляд на нашу группу. При виде держащегося рядом Кемпа на его лице отразилось разочарование. Миг спустя Кемп вдруг рухнул на землю и покатился к стене хижины. Возможно, он пытался провернуть некий воинский маневр. Или же просто случайно упал и решил так прикрыть свою оплошность. Так или иначе, Спир пришел в ярость.

Огни внутри хижины замерли, словно ее обитатель нас заметил. Едва мы подошли ближе, оттуда донесся тихий всхлип, который, впрочем, быстро смолк. Теперь окружающую тишину нарушали только стук дождя и рокот моря. Небо озарила еще одна молния.

– А вдруг Джесс пошла с ним добровольно? – спросила тетя Шарлотта у мамы. Та не ответила. – Может, они действовали сообща?

– Давай подождем и посмотрим, ладно? – снова начала раздражаться мама.

– А если Спир заманил нас сюда, чтобы убить? – не унималась тетушка.

Ей никто не ответил.

Спир тем временем медленно подкрадывался к двери. Кемп встал и крадучись шел следом, повторяя все его действия.

Свет в хижине вновь начал двигаться, на этот раз быстрее, в сторону входной двери.

Затем на миг исчез.

– Спир! – крикнула я. – Он возле…

Дверь внезапно распахнулась, и из дома вылетела худая темная фигура. Парнишка перепрыгнул через Кемпа, низко пригибавшегося к земле, и наскочил на Спира, вскинув вверх руку с зажатым в ней ножом. Свет фонаря Кемпа на мгновение высветил пронзающее дождь металлическое лезвие, которое почти тотчас погрузилось в тело Спира. Стало быть, этот нож предназначался для своего хозяина.

– Черт!

Кемп рванул подростка на себя, и худощавое тело повалилось в грязь. На фоне земли его лицо казалось совсем бледным, глаза блестели. Я с трудом узнала Нейта, тяжело дышащего открытым ртом. Потом он улыбнулся. Да, перед нами определенно лежал тот самый мальчик с яхты, чье лицо перепачкалось в грязи, а волосы слиплись прядями из-за дождя. И мы не ошиблись. Он был очень даже жив.

– Спир! – Последние несколько метров я преодолела бегом.

У него из груди гордо торчало лезвие. Кемп сцепился с подростком. К ним, разбрызгивая лужи, неслась тетя Шарлотта. Будто снаряд, она всем весом обрушилась на мальчика.

– Спир! – снова закричала я.

Падавшие сверху струи дождя смывали кровь с тела, и она вместе с водой стекала в грязь. Спир не реагировал.