Мой телефон завибрировал в сотый раз, поэтому, как и до этого, я открыла смс и закрыла его. Не готова читать то, что напишет Рук. Прошло два дня с тех пор, как я пришла в гараж, и, хотя я уже не такая злая, как после разговора с Харпер, но все еще не была уверена, как поступлю с Руком.

Прошла еще минута, прежде чем его имя снова всплыло. На этот раз позвонил.

— Пожалуйста, перестань мне звонить! — процедила я сквозь стиснутые зубы. — В чем твоя проблема?

— Ты, — сказал он, растягивая слово. — Ты — моя проблема. Ты продолжаешь быть моей проблемой.

Слова были настолько невнятными, что я остановилась, прежде чем закончить разговор.

— Ты пьян?

— Немного.

— И почему ты мне звонишь?

— Потому что я хочу, чтобы ты пришла сюда.

— Куда?

— Бар Адского пламени.

— А если я не приду? — спросила я, уже зная, что у него будет план на любой случай.

— Я пойду и найду свой байк на парковке, приеду сам, потому что все хотят, чтобы я уехал.

— Ты не можешь садиться за руль пьяным. И какого черта ты напиваешься так, что тебя пытаются вышвырнуть из бара? — спросила я. Это место печально известно своими разборками, несложно представить сколько для этого требуется усилий.

— Могу и сяду. А владелец злится, потому что я хочу, чтобы он расплатился по счету со мной, прежде чем я заплачу по его счету.

— Если я приеду за тобой и отвезу домой, ты перестанешь названивать?

— Если я не забуду этого не делать.

— Ладно. Буду через двадцать минут. Не шевелись.

Я быстро надела джинсы и толстовку с капюшоном, схватила ключи и выехала из гаража, направляясь прямиком в бар. Я хорошо знала, где он находится, но никогда не заходила внутрь.

Я вошла, предвкушая проблемы, но все оказалось хуже, чем ожидалось. Музыка гремела, куча людей танцевало, девушки кричали, а парни хватались за них, чтобы подтащить поближе. Темный свет не позволял достаточно четко все разглядеть, что начинало меня беспокоить. Мне не нравилось находится там, где я плохо ориентировалась, а то, что я была здесь одна, только усугубляло ситуацию. Я оглядела толпу, но не увидела Рука.

Мне потребовался еще один круг вокруг бара, прежде чем обнаружить его, спрятавшегося в угловой кабинке. Рук подпирал голову рукой, глядя на человека напротив себя. Я не могла разглядеть собеседника, когда подошла к кабинке сзади, высокие спины полностью скрывали их. Рук казался немного скучающим, и я подумала, не сидел ли с ним кто-то из его друзей. Я повернула за угол, кровь отлила от моего лица, когда увидела прекрасную женщину напротив него.

Сегодня вечером она нарядилась так, чтобы заполучить любого мужчину, которого пожелает, и было совершенно очевидно, что она хочет Рука.

Я остановилась в нескольких футах, слушая, как Рук говорит, слова были еще более невнятными, чем, когда я говорила с ним по телефону. Перед ним стояли три пустых стакана, уверена, что их было еще больше.

— Как я уже сказал, у меня есть девушка. Мне не нужна незнакомка, чтобы намочить мой член, — сказал Рук, его темные волосы упали на лоб. — Разве я тебе этого уже не говорил?

Трудно было скрыть свой смех.

— Ты думаешь, я твоя девушка? — спросила я, и его внимание переключилось на меня. — Думала, это мы расстались пару дней назад.

— Реган, — сказал Рук, подталкивая себя вверх и целуя меня, прежде чем я успела его остановить. Даже пьяная, я не возражала против поцелуев, но все еще была немного зла, и хотелось, что так оставалось дальше.

— Пойдем, — сказала я. — Я не в настроении тусоваться сегодня вечером, а наша машина ждет у входа.

— Ты все еще злишься на меня? — спросил он, не давая мне времени ответить. — Ты должна злиться. Я использовал тебя, детка. Это не имеет никакого отношения к Харпер. Я даже не знал Харпер, пока она не вошла в твою комнату.

— И как же ты меня тогда используешь?

Рук ухмыльнулся, проигнорировав мой вопрос и обняв меня за плечо, прежде чем снова посмотреть на женщину в кабинке.

— Я же говорил тебе, что у меня есть девушка. — Я постаралась не рассмеяться, его насмешливый тон звучал так, словно он вот-вот покажет язык.

— Ты этого не сделаешь, — сказала я, подталкивая его к двери.

Стало понятно, что его мотоцикл где-то рядом, и остановилась, схватив телефон Рука. Я ввела пароль, который запомнила, и быстро нашел его сообщения с Эйденом.

Рук: Это Реган. Рук пьян, и я отвезу его домой, потому что его выгнали из бара. Можешь забрать байк? Полагаю, его нельзя здесь оставлять.

ЭЙДЕН: Да, блять. Ага, будем через минут двадцать.

Рук: Спасибо

ЭЙДЕН: Нужна помощь с ним? Я слышал, ты не самый его большой поклонник в последнее время.

Рук: Я справлюсь. Возможно, он проснется с синяком под глазом, но я справлюсь.

ЭЙДЕН: Поставь сразу два.

Рук не часто напивается, поэтому я бы сказал, будь с ним помягче, но он этого не заслуживает. Можешь не убивать его?

Рук: Если я не ошибаюсь, то это вы убийцы, а не я.

ЭЙДЕН: Ты удивишься, как легко это происходит, когда угрожают кому-то, кто дорог тебе. Не исключай такую возможность. Напишите мне, если понадобится помощь.

Какой-то парень протиснулся мимо меня, его плечо сбило меня с ног, и я упала на Рука.

— Эй, какого хрена? — закричал Рук. — Смотри, куда идешь. — Он хотел отстраниться от меня, но я схватила его и резко дернула к двери.

— Садись в машину, Рук, — крикнула я, выталкивая его на тротуар по направлению к машине.

Рук послушался, нырнув на пассажирское сиденье, ждал, пока я побегу к водительской двери. В ту секунду, когда дверь закрылась, он снова схватил меня.

— Блять, моя девочка, — пробормотал Рук, прежде чем укусить меня за шею. Он поцеловал и облизал до уха, прежде чем спуститься обратно. Мой живот заныл, я откинулась назад, предоставляя ему больше доступа.

— Хватит, — сказала я, переводя дыхание, когда оттолкнула его обратно на сиденье. Рук откинулся назад, фыркнув. Я закатила глаза, прежде чем включить передачу.

К тому времени, как мы добрались до следующего квартала, Рук наклонился ко мне. Его рука скользнула между моих ног, пока я везла нас домой.

— Я за рулем. Тебе нужно остановиться.

— Ты меня лапаешь, когда я еду на байке. В чем разница?

— Разница в том, что я не знаю, как тебе удается удерживать мотоцикл в вертикальном положении. Я не буду удерживать машину прямо, — сказала сквозь стиснутые зубы, пока Рук продолжал.

— Ты сможешь, Бунтарка. Дай мне поцеловать тебя. У меня такое ощущение, будто прошли месяцы с тех пор, как я последний раз целовал тебя.

— Прошло несколько дней, Рук. Не прошло и недели.

— Я все еще уверен, что прошло слишком много времени.

До моего дома ехать было недалеко, но я остановилась, чтобы взять воды и кофе, прежде чем снова сесть за руль и передать ему напитки.

— Вот. Начинай пить их сейчас, чтобы я могла завести тебя в дом.

Десять минут спустя я припарковалась в гараже, пристроенном к моему дому, и заглушила машину. Рук оживился, уже вылезая из машины, приближался ко мне. Он обхватил меня руками под задницей и приподнял, целуя.

— Не знаю, насколько ты пьян, но поднимать меня — не лучшее решение.

— Тогда отведи меня в постель, иначе я уложу тебя прямо здесь.

— Сейчас я уложу тебя в постель, потому что, если этого не сделать, боюсь, что вообще не смогу уснуть. Пошли.

Я помогла ему подняться по лестнице в свою комнату, губы Рука все это время не отрывались от моей шеи, что не помогало моим усилиям удержать нас обоих в вертикальном положении.

— Я пиздец как скучал по тебе, — пробормотал Рук мне. — Я думал о тебе каждую чертову секунду последние два дня.

— Ты преследовал меня, Рук. Не думаю, что ты дал себе достаточно времени, чтобы соскучиться по мне.

— Наблюдать за тобой через окна и с расстояния в сто футов — это совсем не то же самое, что это. — Он повернулся, чтобы поцеловать меня, заставив остановиться. — Я помог Харпер, потому что она твоя подруга и просила о помощи. Тот парень приставал к ней, и, было понятно, что собирался приставать еще активнее.

— Знаю, Рук, я не злюсь. Ты помог ей. Это было мило с твоей стороны, на самом деле. Харпер объяснила все той ночью.

— Тогда какого хрена ты не отвечала?

— Мне просто нужно было… врем.

— Время для чего?

— Чтобы понять, что мне с тобой делать.

Его глаза на секунду прояснились. — Ты можешь ненавидеть меня, Бунтарка. Злись на меня за то, что я использовал тебя, за то, что трахал тебя, за то, что я отнял у тебя.

— Почему? Что ты сделал?

Туманная, пьяная улыбка вернулась, и он качнулся ко мне. — Я пытаюсь разрушить твою жизнь, и я преуспеваю. Теперь накажи меня за это. Оставь мне шрам на всю жизнь, за то, что я пошел против тебя. Разрушь меня. Заставь меня пожалеть об этом. Заставь меня остановиться.

— Рук, о чем ты? Ты не портишь мне жизнь. Я имею в виду, что история с Харпер немного открыла мне глаза, но не испортила мне жизнь. Я даже не так уж зла, просто в шоке.

— Но ты должна меня ненавидеть, — снова сказал он. Сначала Рук снял футболку, затем принялся возиться с джинсами и обувью.

— Тогда мне отвезти тебя домой?

Он оглядел мою комнату, принимая все во внимание, прежде чем снова посмотреть на меня.

— Я не дома?

— Нет, ты в моей комнате.

Рук пожал плечами, прежде чем упасть на кровать. — Теперь это может быть моим домом.

— Нет, не может. Я могу отвезти тебя домой, — снова сказала я, понимая, что на самом деле не знаю, где он живет. Рук затих. Что-то мне подсказывало, что сегодня вечером не смогу снова поставить его на ноги.

Я переоделась в шорты и футболку, прежде чем лечь рядом, не удивившись, когда Рук притянул меня ближе. Его рука скользнула вниз по мне, под пояс шорт.

— Ты пьян, Рук. Мы не можем этого сделать.

— Нет, можем, — прорычал он. — Воспользуйся мной. У тебя есть полное право использовать меня для своего удовольствия. Я едва ли заслуживаю того, чтобы меня так использовали. Я даже не заслуживаю того, чтобы кончить. Пожалуйста, трахни меня, сделай мне больно.

Его руки обхватили мои бедра. Рук перекатился на спину, приподняв меня и переместив на себя. Он схватил мои запястья, поднеся их к своему горлу.

— Ты мне нужна, — сказал он.

— Стой, — сказала я, отдергивая руки. — Ты здесь не главный, и если хочешь, чтобы я наказал тебя за то, что ты ужасный человек, не командуй.

Его руки упали на кровать над моей головой.

— Ладно. Ты главная.

— Ты вот так просто отдашь мне контроль?

— Тебе? Да. Только тебе. Я поклонюсь твоим ногам, Реган. Контроль всегда у тебя.

Он застонал и толкнул бедра вверх, поднимая меня вместе с собой. Я вскрикнула, но быстро успокоилась, когда почувствовала, насколько он уже твердый.

— Это для меня?

— Да, — сказал Рук, и у него перехватило дыхание. — Все для тебя.

— Этот член принадлежит мне, не так ли? Это то, что ты говорил той девушке в баре, да? Что он должен быть похоронен только во мне и больше ни в ком.

— Да, так что позвольте мне, черт возьми, сделать это, — сказал Рук сквозь стиснутые зубы.

— Я не могу. Ты сказал, что ты плохой. Что ты использовал меня. Что собираешься разрушить мою жизнь. Это правда?

— Это правда, — простонал он. Рук потянулся, схватил меня за бедра и попытался натянуть на свой член, но я остановила его. — Я заберу у тебя все.

— А что если я прикажу тебе не делать этого?

На секунду он, казалось, задумался об этом, но челюсть Рука напряглась, а глаза прикрылись.

— Мне все еще придется это сделать.

Я потянулась и достала наручники, которые Харпер подарила мне ради прикола. Раньше считала, что это все глупости, даже ради шутки, но теперь мне придется ее поблагодарить.

Розовые пушистые наручники скользнули по изголовью моей кровати и защелкнулись на его запястье. Их едва ли можно было назвать металлическими, но они сработали. Он резко открыл глаза и секунду боролся с наручниками, а потом улыбнулся.

— И что теперь? Мне лежать здесь и верить, что ты меня не убьешь?

— Да.

— Мне это не нравится.

— А мне нравится, — сказала я, ухмыляясь и наклоняясь, чтобы поцеловать его. Он потянулся, чтобы встретиться с моими губами, но не смог сесть полностью из-за наручников. — Ты уверен, что хочешь этого, Рук?

— Я никогда ничего не хотел больше. Это все твое. Все, что захочешь. Я блять твой, Бунтарка. Я не должен быть, но я весь твой. — Я переместила его к своему входу, позволяя члену двигаться внутрь меня. Рук застонал, приподняв бедра. — Пожалуйста, Бунтарка.

— Может быть, мне стоит воспользоваться той игрушкой, которую ты мне подарил, и просто заставить тебя смотреть?

Рук рассмеялся, теперь звук был трезвее, чем раньше, но было понятно, что он все еще немного под кайфом.

— Кажется, я навсегда застрял между тем, как люблю, когда ты берешь контроль, чертова королева, и желанием сделать твою задницу красной за то, что ты пытаешься указывать мне, что делать.

— Я все еще злюсь на тебя, поэтому могу указывать тебе, что делать. Не смей кончать, пока я не кончу, Рук.

Я опустилась, медленно принимая член, пока мое тело растягивалось вокруг него. Его руки возились с наручниками, отчаянно пытаясь дотянуться до меня.

Я провела руками по Руку, оценивая каждый шрам, татуировку и мускул.

— Мне это нравится. Все это, — сказала я, двигаясь обратно вверх по его животу к груди.

— Тебе не нужно обманывать. Я заставлю кончить тебя в любом случае.

— Я не обманываю. Мне все это нравится.

Рук извивался подо мной, его бедра вздрагивали в отчаянной попытке забрать контроль. Но я была той, кто контролировал, я наслаждалась его подчинением. Когда я увеличила темп, мои бедра раскачивались быстрее и сильнее, а дыхание Рука становилось прерывистым.

— Ты чертовски красива, — проворчал он, а голос стал хриплым от желания.

Слова Рука только подогревали мое желание, заставляя двигаться навстречу ему, дразня каждым медленным, рассчитанным толчком.

Его дыхание стало прерывистым, а мышцы бедер напряглись, когда Рук поднял бедра, чтобы навстречу моим. Я замедлила темп еще больше, наслаждаясь тем, как удовольствие разрывало меня с каждым движением.

Я приподнялась, прежде чем опуститься, медленно продвигаясь на дюймы. Затем снова ускорила темп.

— О, черт. Пожалуйста. Если ты продолжишь это делать, я кончу.

— Нельзя.

Рук едва не заскулил и опустил бедра вниз, пытаясь вырваться от меня.

Я снова опустилась, принимая его целиком с довольным стоном.

— Что ты делаешь?

— Стараюсь не кончать, — процедил он сквозь стиснутые зубы.

— О, я не разрешала отстраняться.

Я снова поднялась, теперь уже быстрее.

— Реган, пожалуйста. Я не смогу остановиться, если ты продолжишь. — Он звучал так, будто был в агонии, и мне это нравилось.

Контроль, свобода и знание того, что Рук сделает все возможное, чтобы слушаться меня.

Я наклонилась, прижавшись к его груди.

— Тебе нельзя кончать, Рук, — сказала я. — Пока я не разрешу.

Его руки рванули вниз, разрывая наручники, тогда Рук перекатился на меня. Он поднял мои ноги, жестко врезаясь, и застонал.

Такая мощь заставила меня желать большего, я потянулась вверх, обхватив его горло рукой.

— Ты не кончишь, пока я не кончу.

— Блять, детка, пожалуйста, — умолял Рук, все еще не прекращая толчки бедрами.

— Заставь меня кончить, тогда и ты сможешь, — сказала я, улыбаясь, когда его голова опустилась мне на плечо.

Рук снова приподнял меня с низким рычанием. Он входил в меня сильнее, каждый толчок посылал искры удовольствия по всему моему телу. Его член полностью заполнил меня, а затем Рук потянулся вниз к чувствительному клитору, растирая его кругами.

Мое тело напряглось, прежде чем я наконец нашла освобождение. Мои ногти впились в его спину, я держалась за него, теряя дыхание, звезды взрывались в моих глазах. Я выгнулась, принимая глубже, когда он снова ускорился.

— Пойдем, — сказал он, поднимая меня с кровати. — Я умираю от ужасного похмелья, и только что у меня был лучший секс в моей жизни. Мне нужно умыться и лечь спать.

Я рассмеялась, обнимая его за шею, пока Рук нес меня в душ. Он включил воду, дал ей нагреться, прежде чем зайти, все еще держа меня в руках. Вода омывала нас, когда он опустил меня.

— Спасибо, что пришла, — сказал Рук. — Не помню, приходилось ли мне когда-либо звонить девушке, чтобы она меня спасла, но, возможно, мне придется делать это чаще. — Он улыбнулся, поцеловав меня, а затем провел следующие несколько минут, приводя нас в порядок.

Вскоре Рук понес меня обратно в постель, не уверена, чувствовала ли я себя когда-либо настолько удовлетворенной.

Я лежала в постели, а рядом со мной спал Рук. В комнату проникал утренний свет. Я взяла планшет и продолжила работать над одним из своих рисунков, пока он спал. Было приятно делать что-то обыденное, но в его компании. Прошел час, прежде чем он перевернулся, застонал и поднял голову, протирая глаза.

— Реган?

— Да?

— О, слава богу, — сказал Рук, снова опуская голову.

— Предполагаю, что ты ничего не помнишь?

— Я все помню, но очень волновался, что ты не собиралась меня прощать, поэтому подумал, что мне просто показалось.

— Ты думал, что пошел домой с другой девушкой, и просто представлял ее в образе меня?

— Да, это меня беспокоило.

— Почему?

Рук перевернулся, обнял меня и прижался к моему боку.

— Не хотел бы идти домой ни с кем другим, — пробормотал он.

— Опять же, почему?

— Думаешь, я бы не был верен тебе?

— Тебе и не нужно быть верным, ведь я с тобой не разговариваю.

— На самом деле меня это не особо интересует, — сказал Рук, переворачиваясь, чтобы посмотреть на меня. Он взглянул на планшет в моей руке. Его бровь изогнулась, Рук схватил планшет, прежде чем я успела бы его остановить.

На этом рисунке была изображена груда черепов, сложенных в форме ствола дерева, из которого распускались цветы. Ветви расползлись по экрану, а на них распустились ярко-розовые цветы.

— Ты создаешь очень мрачные рисунки для девушки, которая так любит яркие вещи. Так отвратительно. Мне это нравится, — сказал Рук, его голос звучал искренне.

— Тебе нравится?

— На сто процентов, и я бы сделал себе такую татуировку.

— Ты бы такую не сделал.

— Сделал, — сказал Рук, снова взглянув на рисунок. — Я набью его.

— Даже не думай об этом, — сказала я, поворачивая планшет обратно к себе.

— Мне не нужно об этом думать. Я уже решил. Который час?

— Около восьми. Я написала Эйдену, что ты можешь немного опоздать.

Рук застонал, переворачиваясь на другой бок и глядя в потолок.

— Я беру выходной и трачу половину его в баре, а не здесь, в постели с тобой. Как глупо.

— Я бы не сказала, что время на этой кровати было потрачено впустую. Мы провели здесь немало времени.

Он ухмыльнулся, перекатывая нас, пока я не оказалась под ним.

— Точно. Если я уйду на работу, смогу ли я вернуться сегодня вечером?

— Или я могу приехать к тебе?

Его лицо вытянулось, а губы сжались.

— Ты приедешь. По крайней мере, в ближайшее время.

— Почему бы и нет? — Мой живот сжался, тревога из-за всего, что он скрывал, заставила меня запаниковать.

— Не по тем ужасным причинам, о которых ты думаешь. Ты просто не можешь сейчас. Может, через неделю или две. — Его пальцы откинули мои волосы назад, но это подействовало не так успокаивающе, как я надеялась.

— Ой, — сказала я, отталкиваясь. — Поняла.

— Не надо. Это не имеет к тебе никакого отношения, это связано с некоторыми проблемами, которые у нас возникли.

— Но я смогу приехать потом?

— Да, можешь. Мне сегодня нужно в магазин, а потом… кое-какие дела вечером, так что я приду поздно.

— Хорошо. Ты знаешь, как войти. Я, возможно, усну.

— Да, я знаю, как взломать двери, — сказал он с ухмылкой. — Напиши мне, Бунтарка. Увидимся позже.

Дверь спальни закрылась за Руком, и я вздохнула, откинувшись на подушки. У меня все еще было много вопросов, но я знала, что уже простила Рука. Простила или нет, было ясно, то отношения с ним только усложнят мою жизнь.