Я пробормотала пару ругательств и побежала в лес. Не собираюсь уходить далеко, только обогну дом и вернусь с другой стороны. Нет смысла рисковать заблудиться в этих лесах, но я все равно собиралась подыграть Руку. Я хотела поиграть. Хотела почувствовать, как сильно он хочет меня поймать.

Позади меня было тихо, хотя все, что было громче, чем стук моего сердца, исчезло.

Обойдя дом, я наткнулась на старый комод, стоявший у одной из стен, с тремя длинными выдвижными ящиками и высоким зеркалом — идеальное место для укрытия. Я присела за ним на корточки. Дышала неглубоко, сердце колотилось как барабан. Я напряглась, пытаясь уловить хоть какой-то намек на приближение Рука, но тишина окутала все вокруг. Предвкушение того, что он поймает меня, скрутило желудок, смешиваясь со страхом и радостным возбуждением.

Ветка хрустнула, заставив меня затаить дыхание. Теперь я слышала его шаги, медленные расчетливые движения заставляли бояться еще больше. Он не бездумно бежал за мной. Он делал осторожные шаги, пока я спотыкалась в лесу. Рук был хищником, а я всегда буду добычей.

Это должно отталкивать и пугать, но нельзя было отрицать, как я радовалась каждый раз, когда Рук хотел меня поймать. Он всегда приходил за мной.

Я выглянула из-за комода как раз вовремя, чтобы увидеть, как мужчина заходит за угол и сузившимися глазами осматривает окрестности. Наши взгляды встретились, и Рук улыбнулся.

— Привет, Бунтарка.

Не раздумывая, я выскочила из своего укрытия и пронеслась мимо Рука, его рука схватила меня. Одна обвилась вокруг моей талии, притягивая к себе и поворачивая так, что я ударилась спиной о его грудь. Другая рука обвилась вокруг моей шеи.

— Рук! — Крикнула я, но он прижал меня к себе. Мое тело находилось так близко к нему, что оставалось только сдаться.

— Попалась, — прошептал он, а губы уже тянулись к моей шее. Рук прикусил, заставив меня выгнуться дугой. Все тело окутало тепло, бедра плотно прижались друг к другу, когда он еще немного сжал мою шею. — Я всегда буду тебя догонять. Насколько сильно ты испугалась?

— Настолько, что, если ты меня отпустишь, я закричу.

— Ты все равно будешь кричать, Бунтарка.

Он расстегнул мои джинсы, стянул их до колен и толкнул меня вперед. Теперь мой лоб почти касался зеркала туалетного столика, и я видела в отражении, как Рук проводит руками по моим бедрам.

— Тебе понравилась шалость на байке?

— Какая шалость? — Спросила я, как можно невиннее.

Он рассмеялся, и от этого глубокого раската я замерла. Из дома донесся крик, ветер свистел в одном из разбитых окон, усиливая страх и заставляя меня дрожать.

Рук опустился на колени позади меня.

— Тебе понравилась попытка потрахаться на байке, Бунтарка? Или ты просто разочарована, что мы не задержались, чтобы потрахаться на байке?

— Да, — ответила я, почти затаив дыхание, когда его пальцы прошлись по моим бедрам.

— Да, на что?

— На все.

Он застонал и зацепил пальцем резинку моих трусиков, стянув их вниз и потянув за собой джинсы до щиколоток. Рук расстегнул куртку, снял ее и задрал мою футболку.

Холодный воздух обдал мою грудь так, что было тяжело сделать вдох.

— Нагнись, — сказал он. Я наклонилась над комодом, Рук заставил меня раздвинуть ноги шире.

Я ахнула, когда его голова оказалась у меня между ног. Язык скользнул вдоль моих складок, а пальцы впились в попку, чтобы раздвинуть ее еще больше. Каждое движение языка заставляло меня желать большего.

Рук подтолкнул меня, прижимая к комоду. Сердце бешено колотилось в груди, когда я выгнула спину. Он продолжал, но я хотела большего, чем просто его рот. Он снова нежно посасывал и облизывал меня, прежде чем отстраниться.

— Теперь ты готова для меня, Бунтарка? — Спросил он глубоким от вожделения голосом.

— Да, — почти простонала я, чувствуя его теплое дыхание на своей пояснице. Рук снова приподнялся, его пальцы прошлись по моему бедру и оказались между ног. Я застонала, когда кончики пальцев коснулись чувствительного клитора, заставляя меня напрячься. — Мне это нужно больше, Рук. Пожалуйста.

Он засмеялся, но я услышала, как зашипела молния на его джинсах.

— Обожаю, когда ты умоляешь. Тебе, наконец, нравится быть моей хорошенькой маленькой шлюшкой?

— Только если ты доставишь мне хоть какое-то облегчение, а не будешь просто дразниться.

Теперь я почувствовала, как его член прижимается ко мне. Он скользил им взад и вперед по моей киске, дразня еще больше.

— Я хочу услышать это, прежде чем сделаю что-нибудь еще.

— Услышать что?

— Услышать все подробности о том, как тебе нравится быть моей. Как тебе нравится быть использованной и наполненной, моя хорошенькая шлюшка.

— Мне это нравится. Нравится, когда заставляешь меня кончать на твоем байке, и ты. Мне нравится вставать перед тобой на колени. — Мое дыхание стало прерывистым, сердце бешено колотилось, когда я встретилась с его взглядом в отражении зеркала. Дикий взгляд заставил меня продолжить. — Мне нравится быть обнаженной и лежать на этой штуке, зная, что я буду наполнена и растянута так, что мне захочется плакать.

Рук подался вперед, его головка скользнула в меня, и я выгнулась, желая большего. Он схватил меня за бедра, удерживая контроль, пока входил глубже.

Мои пальцы впились в комод, тело напряглось, когда он медленно заполнил меня. От его размера я зажмурилась.

— Твоя идеальная киска растянута, детка. Она принимает меня так хорошо. — Рук продолжал двигаться, а мое тело сжалось, когда он вошел немного глубже, чем я планировала. — Ты такая чертовски тугая. Тебе больно, Бунтарка?

Я кивнула, пытаясь отдышаться, пока Рук продолжал. Моя голова упала на комод. Почему-то боль была приятной. От того, как я обхватила его, напрягаясь от желания, внутри стало еще более влажно.

Рук вышел, входя в меня еще быстрее. — Хочу, чтобы тебе было больно, детка. Я хочу, чтобы ты страдала из-за меня. Хочу, чтобы ты помнила, что я похоронен в тебе, с каждым шагом, который ты будешь делать завтра.

— Да, — выдохнула я. — Сделай это.

— Я хочу долбиться в тебя, но мне слишком нравится этот вид. — Его рука пробежалась по моей заднице, палец прижался к отверстию. — Это тоже мое. Я хочу все это, Реган. Хочу всю тебя.

Я ничего не ответила, не желая думать о его словах, кроме того, что он хотел меня всю целиком. Лунный свет падал на зеркало, отражаясь и давая мне полное представление о том, чем мы занимались. Тени плясали на его лице, оставляя половину в темноте, а половину — в жутковатом сиянии.

Он снова вошел в меня, на этот раз сильнее. Рук не остановился и не замедлился. Каждый толчок сопровождался стоном, срывавшимся с моих губ, и я подстраивалась под его темп. Удовлетворение от того, что Рук наполнял меня, только сильнее заводило. Ощущения были ошеломляющими. Он застонал от удовольствия, когда его рука скользнула мне между ног, дразня и без того чувствительный клитор.

Пока я хватала ртом воздух, оргазм нарастал. Я выгнула спину, схватившись за комод для опоры, а мои глаза снова нашли его отражение в зеркале. Рук выглядел прекрасно при свете луны, на его лице отражалось явное удовольствие, отчего мое сердце подпрыгнуло, потому что я была причиной этого. Оргазм был все ближе, а я не могла с этим справиться. Мне хотелось большего. Должно быть, Рук прочитал мои мысли, потому что ускорил темп, входя в меня все сильнее и быстрее.

Я застонала, когда его рука обвилась вокруг моей шеи, притягивая тело обратно к нему.

— Ты вся моя, Бунтарка. Кончи на мой член и сделай меня своим.

Я задохнулась от его слов, мой оргазм теперь было не удержать. Я выкрикнула его имя, когда меня отбросило за край, чувствуя, как обрушиваются волны удовольствия, заставляя затаить дыхание.

Ногти впились в комод, в попытке удержаться, когда мир исчез. В моих глазах вспыхнули звезды, тело затряслось, когда я кончила. Я посмотрела на него в зеркало. Темные волосы упали на его лоб, а рот приоткрылся в стоне.

Его бедра задвигались сильнее, дыхание стало прерывистым. — Ты такая блять узкая, Бунтарка, — сказал он хриплым голосом. — Я больше так не могу.

— Хорошо, и не надо, — сказала я.

Рук ухмыльнулся, его глаза были полны желания вновь завладеть мной. С последним толчком он издал глубокий стон, полностью заполняя меня.

Мое тело содрогнулось, пробежала еще одна дрожь, когда Рук наклонился ко мне.

— Блять, Реган. Мне следовало лучше все спланировать, чтобы после этого я мог прилечь.

— Лучше бы тебе отвезти меня домой, потому что это я не смогу ходить, и тебе придется возвращаться на байке.

Рук застонал, выходя из меня и поправляя джинсы.

— Даже не напоминай мне об этом прямо сейчас. Все, что мне нужно сделать для начала, это побыть с тобой и посмотреть фильм. — Он снова проворчал. — И теперь, когда я это сказал, жалею, что не спланировал все заранее, чтобы можно было заняться этим и в постели.

Рук развернул меня лицом к себе, прежде чем попытаться помочь привести себя в порядок и натянуть на меня джинсы.

— Ты в порядке, можем идти в дом?

— Если это значит присесть, то да, — фыркнула я, мое тело все еще гудело от оргазма.

Он обнял меня за плечи и повел в дом, туда, где, как я могла только догадываться, когда-то была гостиная. Рук указал на кресло в глубине комнаты. Кто-то расставил множество раскладных стульев, надувных кресел и даже надувной матрас, на который легла Иви, а Эйден устроился рядом с ней. Мы, очевидно, направлялись к невероятно большому креслу-мешку.

— Ничего себе. Вы, ребята, привезли все это сюда?

— Да, Иви так захотела. Она любит выкладываться по полной, — сказал Рук.

— Выкладываться по полной ради чего? — Я спросила Рука, но Мейсон повернулся к нам, обрывая разговор.

— Ух ты, очень мило, что вы двое присоединились к нам, — сказал Мейсон. — Мы слышали крики, но не были уверены, были ли это вы, кого-то убили или здесь балуются привидения.

— Замечательно, — пробормотала я, готовая свернуться калачиком в объятиях Рука. — Теперь твои друзья будут обсуждать меня весь вечер.

— Скажи ему, чтобы заткнулся, — сказал Рук с улыбкой на лице и обнял меня.

— Что? Нет. Он твой друг. Ты скажи.

— Я бы сказал, если бы ты нуждалась в помощи, но тебе это не нужно. Скажи ему, чтобы заткнулся, иначе ты спровоцируешь меня ударить его. Ты главная, Бунтарка. Скажи ему сейчас. Скажи это так, будто ты имеешь в виду каждое слово и даже больше.

Это был еще один вызов. Еще один способ заставить меня бунтовать, но на этот раз я не стеснялась.

Я повернулась к Мейсону, стараясь, чтобы мой голос не дрожал.

— Заткнись, черт возьми, Мейсон.

Глаза Мейсона сузились, он оглядел меня.

— Или что?

— Или я скажу Руку, как меня это расстраивает, тогда он придет и заставит тебя пожалеть, что ты вообще открыл рот.

Мейсон недолго смотрел на Рука, прежде чем его лицо расплылось в широкой улыбке. — Ты появляешься, и тут же у тебя появляется чертова сторожевая собака. Нечестно, — сказал он, откинувшись на спинку стула и продолжая улыбаться.

— Сторожевая собака? — Спросила я, оглядываясь через плечо на Рука.

— Гав, — прошептал он, дыхание защекотало мне ухо.

— И это все? Я говорю слово, а ты его бьешь?

— Типа того.

— Но он твой друг?

— Ни один из моих друзей не посмеет проявит к тебе неуважение, ведь это повлечет за собой последствия. Мейсон шутит, на этом все должно закончиться, но я обещаю, что, если бы ты почувствовала себя оскорбленной, у нас с ним были бы проблемы.

— А он бы ударил тебя, если бы мы поменялись ролями?

— Могу себе представить.

Я прислонилась к Руку спиной, натягивая одеяло, которое Иви мне подала, повыше на грудь.

— Иви, ты действительно выложилась по полной. Это пугает, но не сильно. Ты справилась на отлично.

Она улыбнулась, откидываясь на подушку, чтобы посмотреть на меня.

— Спасибо. Иногда мне действительно нечем заняться в салоне, поэтому я люблю планировать что-нибудь веселое для нас. Хочется выбраться из дома и из ловушки грязного гаража со всеми этими парнями.

— Чем ты занимаешься в гараже? — Спросила я.

Иви посмотрела на Рука, ожидая одобрения. Она ждала, чтобы узнать, разрешено ли мне узнать подробности или нет. Я затаила дыхание, уже готовясь к тому, что меня снова оставят в стороне.

Рук пошевелился позади меня, и Иви оглянулась на меня.

— Все эти компьютерные штучки. Я действительно хороша в добыче документов, которые нам необходимы, или в получении цифрового допуска в то место, куда нам нужно пройти. Я управляю веб-сайтом, социальными сетями, списком клиентов, всем таким.

Казалось, это две разные вещи, но мне не хотелось задавать сотню вопросов в ту же минуту, как меня кто-то посвятил.

— О, это реально круто. Не понимаю, как вам может быть скучно.

Она пожала плечами.

— Когда начинаешь хорошо в этом разбираться, то это превращается в рутину. — Внезапно начался фильм, Иви повернулась к экрану с улыбкой.

Губы Рука находились у моего уха.

— Она по сути хакер. Иви очень хорошо проникает в любое цифровое пространство, которое нам нужно.

— Интересно. А ты так умеешь?

Он тихо рассмеялся.

— Вообще нет.

Звуки фильма загудели. Обожаю классический фильм ужасов. Как бы я ни ненавидела многие фильмы ужасов, классические слэшеры — хороши. Рук обнял меня сильнее, прижимая к себе.

— Страшно? — Прошептал он.

— Вовсе нет, — сказала я. — Похоже, я теперь сплю с монстром. Чего мне бояться?