Язык царапал небо, словно наждачная бумага.

Я моргнула, пытаясь прийти в себя, и поняла, что снова нахожусь в своей постели, но, что еще важнее, я была не одна.

Я перевернулась и... уж точно не ожидала увидеть ее.

— Харпер? А где Рук?

Она подняла голову, зевнула и растерянно огляделась:

— Кажется, ушел, после того как подбросил тебя в мою кровать.

— Это было ночью?

— Я пришла около двух, а что было после? Без понятия. Я не смотрела на часы.

Сейчас было уже восемь. Значит, он провел со мной почти всю ночь. Я не слышала мотоциклов, поэтому выскользнула из комнаты и прошлась по дому. Везде было пусто, но кровати выглядели так, будто здесь ночевала банда енотов. Видимо, друзья Рука тоже остались на ночь.

На заднем дворе ни одного байка, зато мусора после вечеринки — хоть кино снимай про апокалипсис. Я застонала. Почему я вообще решила, что вечеринка — хорошая идея? Чтобы не быть одной? Или чтобы насолить отцу, который вечно уезжает, когда он мне нужен?

Но Рук остался. Даже когда я была занята… скажем так, опустошением желудка. Это должно было быть мило, но, если честно, меня это скорее нервировало. Что ему от меня нужно?

Я вернулась в комнату, чтобы переодеться и толкнула Харпер в плечо.

— Я отлучусь ненадолго. Ты в норме?

— Мхмм… — пробормотала она, зарываясь в подушки.

Я схватила сумку и направилась к машине. Ездила я редко, но свою красавицу обожала. Ярко-розовый BMW M4 был ровно тем, что я хотела. Отец подарил его мне еще на выпускной, но в колледже он почти не был нужен. А когда я вернулась домой, папа настаивал, чтобы меня всюду возили, и машина просто стояла в гараже.

Но теперь все иначе. Если я хочу управлять своей жизнью, начать стоит хотя бы с того, чтобы водить самой.

Сначала я заехала в город, а потом припарковалась перед Maverick Moto. Мастерская уже открылась. В одной руке я держала коробку с пончиками, в другой — телефон и ключи.

Когда я вошла, Мейсон расплылся в ухмылке. Рядом стоял Эйден, и у него на лице была точно такая же глупая улыбка.

— О, кого я вижу, — протянул Мейсон, хохоча. — Слышим, у тебя была шикарная ночка.

— Просто великолепная, — поддакнул Эйден. — Это что, пончики в качестве извинения за то, что ты блеванула на Рука?

— Я на него не блевала! — возмутилась я, выпучив глаза. Надеюсь, он шутит.

Они одновременно потянулись к коробке. Я тут же шлепнула их по рукам. Оба уставились на меня с открытыми ртами.

— После таких шуточек пончиков вы не заслужили.

— Не будь такой жестокой, — заныл Мейсон. — У нас похмелье, а еще нас заставили работать.

Они скорчили страдальческие лица и терпеливо ждали угощения.

— Ладно-ладно, — сказал Эйден. — Мы просто шутим над тем, что Рук всю ночь нянчился с тобой.

— Такой вариант меня тоже не устраивает. Вы все еще без пончиков.

— Хорошо, тогда давай по-другому, — ухмыльнулся Эйден. — Рук настолько по тебе сохнет, что предпочел нянчиться с тобой, пока ты блевала, а не поехать кататься с нами. Это уже серьезно. Мы имеем полное право издеваться над ним, пока он не попытается нас убить.

Он протянул руку, надеясь, что я все-таки отдам ему коробку, и натянул свою фирменную улыбку.

— Думаешь, что твоя милая улыбка сработает?

— Если дашь мне пончик, я не расскажу Руку, что ты считаешь мою улыбку очень милой, — усмехнулся Эйден.

Как будто почувствовав, что его обсуждают, Рук вышел из мастерской.

Я застыла. Щеки вспыхнули, а между бедер неприятно кольнуло от напряжения. Как он вообще мог выглядеть так хорошо после бессонной ночи? Темная рубашка плотно облегала его торс, джинсы сидели низко на бедрах. Руки в татуировках, узоры, тянущиеся к шее, казалось, заводили меня еще больше. И почему я так нервничала, что напилась, вместо того чтобы рискнуть и переспать с ним?

— Реган? Что ты тут делаешь? — Он обошел стойку, подошел ко мне и сразу открыл коробку. — Доставка?

Я кивнула, и он без лишних вопросов взял пончик.

Мейсон и Эйден застонали.

— Нам она чуть руки не поотбивала, а тебе просто отдала пончик? Ясно, кто здесь твой любимчик, — проворчал Мейсон.

— Конечно, все ясно, — фыркнул Рук. — Если вы правда думали, что у вас есть хоть один шанс стать моими конкурентами, вам пора лечиться.

Он подтолкнул меня к выходу, оставив коробку парням, и повернулся ко мне.

— Так что ты тут делаешь?

— Я… пришла извиниться.

— За что?

— Эм… — я оглянулась, чтобы убедиться, что нас никто не слышит. — За то, что напилась в хлам и не смогла сама дойти до кровати?

Он снова улыбнулся, и эта улыбка была такой настоящей, такой теплой, что у меня подогнулись коленки.

— Тебе не за что извиняться. Ты имеешь полное право веселиться.

— Но ты вроде как дал понять, что мы могли бы заняться… чем-то другим.

— И тебя это так встревожило, что пришлось напиться, чтобы избежать этого? — Он рассмеялся, и я ударила его по руке.

— Рук, да ни за что! — прошипела я. — Я не пила из-за этого!

— Все в порядке. Ты слишком увлеклась игрой в бунтарку. Что делаешь сегодня вечером?

— У меня свидание, — ответила я.

Вранье. Не знаю, зачем вообще соврала, но мне хотелось увидеть его реакцию. Чтобы понять, чего он от меня хочет — просто переспать или чего-то большего.

Он нахмурился, и я невольно расхохоталась, представляя, какие жуткие мысли сейчас роятся у него в голове. И, честно говоря, мне даже нравилось, что он злился из-за того, что я иду на свидание с кем-то другим.

— С кем?

— Не твое дело.

Рук схватил меня за затылок и притянул ближе.

— Ты постоянно приходишь сюда и ведешь себя как несносная девчонка, — проворчал он, качая головой. — Конечно, это мое дело. Какого хрена ты вообще идешь на свидание?

— Я свободная женщина.

Я хотела отстраниться, но в глубине души, в какой-то темной и извращенной ее части, мне нравилась его одержимость. Мне хотелось быть нужной, быть желаемой, и Рук давал мне это сполна. Опасная игра. Игра, в которой я явно не могла победить, но все равно ее продолжала.

— Может, но тебе не стоит этого делать, — прорычал он.

Его рука обвила мою талию, и он приподнял меня так, что пальцы ног едва касались пола, потащив куда-то вглубь гаражей.

Страх вспыхнул где-то внутри, хотя я его тут же подавила. Я знала, на что способен Рук. Знала, что он может быть жестоким. Убивать. И я слишком привыкла к этой мысли, слишком расслабилась рядом с ним. Но прошлой ночью он заботился обо мне. Его прикосновения были нежными. Его присутствие — успокаивало. Я не верила, что он сделает мне больно. Но сейчас, когда он волоком тащил меня по коридору, было похоже, что он хочет причинить мне боль.

Его пальцы впивались мне в бедра, другой рукой он все еще держал меня за шею. И впервые за несколько дней я снова задалась вопросом, не ошиблась ли я в нем? Мы ведь просто тусовались несколько раз. Он не впустил меня в свою жизнь по-настоящему.

Мысли о том, на что он способен, что хотел бы сделать, одновременно пугали и заводили.

Он затащил меня в офис и, не говоря ни слова, смахнул все вещи со стола.

— Ложись, — приказал он.

— Зачем? Что ты собираешься делать?

На его лице появилась та самая зловещая ухмылка, что и в день нашего знакомства.

И мое сердце заколотилось еще сильнее.

— Ложись, Реган.

Я послушалась. Честно говоря, было страшно узнать, что случится, если я этого не сделаю.

Рук достал черный маркер, задрал мою футболку и стянул леггинсы.

— Сегодня я добрый, так что начнем с этого, — сказал он, заставляя меня снова откинуть голову, когда я попыталась посмотреть. — Но если ты смоешь это перед «свиданием», в следующий раз оно останется навсегда.

Он наклонился, и я почувствовала, как маркер скользит по коже на моем животе. Щекотно, но он нажимал достаточно сильно, что мне пришлось затаить дыхание.

— Что ты делаешь? — воскликнула я, уставившись на его имя, размашисто написанное у меня на коже. Потом откинулась назад и тяжело выдохнула. — Черт, Рук, я уже думала, ты собираешься разрезать меня или что-то в этом роде.

Он рассмеялся, запрыгнул на стол и навис надо мной.

— С какой стати мне тебя убивать?

— Не знаю… Может, это твоя комната для убийств?

— Ну, это была бы хреновая комната для убийств. Здесь бумаги, мой байк, столы… Кто потом убирал бы весь этот бардак?

— И все это ты устроил из-за свидания?

— Нет. Потому что я сказал тебе, что ты моя, а ты осмелилась не послушаться.

— То есть я могу пойти на свидание, но, получается, раздеваться перед ним не могу?

Он лениво пожал плечами, целуя меня в шею.

— Теоретически можешь… но у него появятся вопросы. А я буду рядом, чтобы ответить на каждый из них. Хотя есть и третий вариант.

— Какой? — спросила я, краснея. Его поцелуи жгли, отправляя разряды по всему телу.

— Вместо этого ты сегодня вечером куда-нибудь пойдешь со мной.

— Ты… приглашаешь меня на свидание?

— Мы все сегодня вечером поедем кататься, потом в кино. Можешь поехать со мной.

— То есть не свидание.

Он тяжело вздохнул и уткнулся лбом мне в плечо.

— Называй как хочешь, только согласись.

— Это не ответ, — я не собиралась сдаваться. Вот же странно: минуту назад я боялась, что он меня убьет, а теперь требую четкого ответа, пригласил он меня на свидание или нет.

Он снова наклонился, целуя мою ключицу.

— Этого достаточно для ответа. Ты едешь со мной? Или все-таки идешь на свидание, а я буду вынужден следить за тобой всю ночь?

— Ты бы не стал!

— Я бы обязательно так и сделал.

— Ладно. Ладно, я поеду с тобой. Чтобы, во-первых, ты не преследовал меня еще больше, а во-вторых, чтобы завтра я не проснулась с твоим именем, набитым у меня на животе.

Он удовлетворенно застонал, наклоняясь, чтобы поцеловать меня.

— Знаешь, я передумал. Пожалуйста, иди на свидание. Преследовать тебя, убить его, оставить татуировку с моим именем на твоей коже… Звучит как идеальное свидание.

— Я иду с тобой!

— Ладно, — пробормотал он, прижимаясь ко мне своим пахом. — Тогда иди отсюда, чтобы я мог заняться своими делами. Я заеду за тобой позже.

— Ты действительно собираешься пригласить меня куда-нибудь и хоть чуть-чуть впустить в свою жизнь?

— Ага, — сказал он, вставая и оставляя поцелуй прямо на своем имени у меня на коже. Затем он рывком поднял меня на ноги, обнял за плечи и повел обратно к мастерской, а потом к моей машине. — Ты сама приехала? Я был уверен, что тебя ждет водитель.

— Нет, только я и моя машина.

— Ты вообще часто водишь? Никогда ее не видел.

— Смотри-ка, ты удивлен. Как приятно, что на этот раз я застала тебя врасплох. А если отвечать на твой вопрос — нет, я не садилась за руль уже много лет.

— Почему сегодня?

— Бунтарское настроение, — сказала я, улыбаясь, когда садилась в машину. — Увидимся?

— Ты услышишь, как я приближаюсь, бунтарка.

— Или ты просто напишешь мне, как нормальный человек, — крикнула я, опуская окно, когда завела двигатель.

— Нет, — ухмыльнулся он. — И лучше бы твоя новая «татуировка» была на месте, когда мы снова увидимся.

Я не нашлась, что ответить, пока выруливала с парковки. Несколько раз бросила взгляд в зеркало, он все еще стоял там, наблюдая, ожидая, пока я уеду.

Мы увидимся через несколько часов, но мне уже казалось, что это слишком долго.

Я схожу с ума.

Еще недавно у меня была нормальная, спокойная жизнь. А сегодня я ношусь за мужчиной, который может убить без зазрения совести.

Я не знала, схожу ли я с ума медленно или уже давно рухнула в это безумие.

Но мне, черт возьми, нравилось.