Огни города размывались в ночи, пока я выкручивал газ, а рев мотоцикла заглушал хаос в голове.

Я убью их, всех до единого, за то, что они свалили на меня эту чертову работу прямо перед закрытием!

Весь день в мастерской пошел к чертям, а теперь, кажется, я еще и руку сломал, когда дал тому парню по физиономии. Я бил его снова и снова, выпуская ярость, которая была во мне. Помогло. На целых пять минут. Потом я сел на байк, и реальность накрыла с головой.

Работы было столько, что и суток не хватило бы, чтобы все успеть. Я едва мог мыслить здраво. У меня было все: две успешные мастерские, уютный дом для нас с Иви, деньги текут рекой. И все же мне было недостаточно.

Мне хотелось власти. Управлять этими уродами, на которых нам еще приходилось работать, разрушать их больные, извращенные жизни. Властные мерзавцы — директора, чиновники, люди, мимо которых вы проходили на улице и махали им рукой, и которые по ночам занимались отвратительными и незаконными делами. Все сходит им с рук.

Я мечтал спустить их всех с небес на землю, сжечь до тла их маленькие миры и посмотреть, смогут ли они что-то построить из обломков.

Я подъехал к нашей мастерской, дверь гаража была приоткрыта, так что я мог заехать прямо внутрь, дал газу на прощание. Головы разом повернулись на звук, двигатель огласил помещение эхом.

— Походу ты злой, — фыркнул Эйден, потирая ухо.

— Какой херней вы тут занимаетесь?! — рявкнул я, срывая шлем. — Я весь вечер по городу мотаюсь, а протираете свои задницы! Вы хоть понимаете, сколько у нас работы?!

Нога и бок ноют, старая ожоговая рана давала о себе знать после долгой езды. Я попытался размять ногу, уже зная, что это бесполезно. Боль будет усиливаться. Вечером, когда, наконец, завалюсь на диван, она станет невыносимой. Я не усну, промучаюсь до утра, немного вздремну и начну все сначала. Работа, боль, притворство, бессонница — круг замкнулся.

Но я все равно ебашил. У нас были деньги. Власть в городе росла. Иви казалась счастливой, она была в безопасности, а это главное.

— Проблемы? — Спросил я, заметив, как Эйден закатил глаза и Иви тоже.

— Ты всегда жалуешься, что тебе приходится делать всю работу, а потом сам же за все хватаешься. Определись уже: либо отпусти контроль, либо не ной, — усмехнулась Иви.

— У Хиро и Мейсона байки сломаны, — вставил Эйден, не дав мне огрызнуться. — Они занимаются их ремонтом. Зак с новичком на задании, но они еще не готовы к тому, что делаешь ты. Зак — так себе допросчик, а Кейн в прошлый раз блеванул, когда пришлось угрожать ножом.

— А ты? — прошипел я.

— Нянчусь с ребенком. Хочешь поменяться? — Эйден кивнул на Иви, которая развалилась в кресле, уткнувшись в телефон.

— О, давайте, меняйтесь! — оживилась она. — Я устала от этого балбеса!

— Ты вечно жалуешься, что тебе приходится все делать, — ухмыльнулась она. — Но первым же и рвешься в бой. Определись уже: либо отпусти контроль, либо смирись.

— Тогда перестань, блядь, писать мне смс, когда я прямо перед тобой, — Он покачал головой и отвернулся, чтобы не смотреть на нее.

Иви мило ему улыбнулась.

— Тогда мне придется смотреть на твою отвратительную физиономию, когда я говорю.

— Ладно, — он обратился ко мне. — Что у тебя осталось? Что бы ни было, я возьму это на себя.

— Нужно найти Эллиота и пару раз врезать, пока он не будет готов заплатить, — ответил я.

— Идет. Я сделаю. А ты сиди тут со своей психованной сестрицей.

— О, бедный Эйден! — проворковала Иви, кокетливо закатив глаза. — Ему пришлось спасать меня от неудачного свидания, а ему даже секс не перепал.

— Плохое свидание? — Переспросил я.

Иви исполнился двадцать один пару месяцев назад, и, хотя я не был против ее свиданий, хотелось, чтобы она выбирала с умом. Все вокруг нас уже и так слишком много знали, а кто-то мог использовать ее в целях сблизиться с нами.

— Мудак сбежал, оставив ее в ресторане, — сказал Эйд, бросив на нее взгляд. — Но, может, дело в том, что, вместо помады, ты достала из сумочки пистолет, психованная ты девчонка. И нет, не думал я, что мне «перепадет». Даже не вздумай шутить, Рук меня за это прибьет.

Иви надула нижнюю губу.

— Рук, Эйден сказал, что спасет меня только если я с ним пересплю.

Я сделал вид, что не слышу их, и направился к ящику с инструментами за вторым пистолетом. Их препирательства гудели в ушах, и я стиснул зубы, пытаясь унять головную боль. Последнее время они будто и дня не могли прожить без того, чтобы не сцепиться.

— Нет, серьезно, — повторил Эйден. — Я сделаю дело за тебя.

— Без шансов, — отрезал я. — Ты останешься здесь и присмотришь, чтобы она не пошла выслеживать этого парня. Мне нужно охотиться за другим, и если мы оба уйдем, нам придется всю ночь гоняться за ней и потом еще прятать тело.

Иви расплылась в улыбке.

— Если не хочешь, чтобы я его нашла, могу прислать тебе его адрес. Заедешь по пути.

— Он хоть что-то сделал тебе, кроме того, что сбежал, потому что ты его напугала до смерти?

— Нет, — с раздражением прорычала она, поджав губы. — Вы оба — ужасно бесите.

Наш мотосервис закрылся уже несколько часов назад, и теперь всю ночь предстояло разбираться с другой частью нашего бизнеса. Не совсем легальной, которая, между прочим, приносила основную прибыль.

Я надел шлем и завел свою красавицу — матово-черную R1, которая, без всяких преувеличений, была любовью всей моей жизни. Абсолютно черная, словно сливается с тьмой, для нынешней ночи как раз то, что нужно. Я быстро отправил сообщение парню, который следил за Эллиотом, и он тут же сообщил, что тот решил провести вечер на какой-то выставке с девушкой.

Мои губы тронула усмешка. Семья Эллиота была очень богатой, но он всерьез думал, что ему сойдет с рук пятнадцатитысячный карточный долг перед нами. При этом он, видите ли, в субботний вечер наслаждается искусством и пытается впечатлить какую-то красотку.

Идиот.

Я направился в центр, но, увидев знакомую улицу, свернул на нее, не раздумывая. Передо мной вырисовывалось ночное очертание особняка Кэмерона Флетчера, огни на нем были маяком богатства и величия. Флетчер всегда считал себя королем — настолько, что, пожалуй, мог купить себе этот титул. Наверняка он уже купил, самолюбия ему не занимать.

В памяти всплыл яркий образ дома моего детства, объятого пламенем, и от запаха горящих проводов и дерева у меня скрутило внутренности. В этих запахах было нечто худшее, тяжелее и горше всего остального — запах горящей плоти. А потом удушливый смрад химии, как только мы выбрались из гаража, крики Иви, пытавшейся откашлять дым из легких.

И, пожалуй, самое страшное, самое болезненное воспоминание, которое горело в моей памяти и появлялось в самые неподходящие моменты: я стоял на улице и видел родителей, отрезанных огнем, запертых внутри.

А теперь он здесь. Человек, который устроил поджог, надежно заперся в своем «замке».

Карма так и не настигла человека, который отнял у меня все. Ужасные поступки, которые он совершил сошли ему с рук. Говорят, что люди, живущие в стеклянных домах, не должны бросаться камнями, поэтому Кэмерон Флетчер сделал все наоборот и построил дом из камня, в котором ничего не разбить, и ничто, как он думал, не сможет добраться до него. И пока что это ему удавалось.

До сих пор.

До момента, пока я не повзрослел и решил, что не буду больше ждать милости судьбы. Я стану его кармой.

И ничего не радовало меня так, как мысль спалить его жизнь до основания — точно так же, как он когда-то сжег мою.