Венедикт, придя домой, позвонил Алексею и попросил его срочно с Дарьей приехать к нему на дачу, прихватив с собой пистолеты на всякий случай и записывающую аппаратуру. По дороге он попросил заехать в антикварный магазин и приобрести металлическую статуэтку, высотой около двадцати пяти сантиметров. Машины он попросил оставить подальше от его дачи, чтобы ненароком не привлечь к себе внимание посторонних.

Через три часа Алексей и Дарья предстали перед Венедиктом.

Проинструктировав своих помощников, кто и где должен находиться в эту ночь, и приказав не вмешиваться в происходящие события без крайней нужды, Венедикт с наступлением темноты отправился в дом погибшего, прихватив с собой электрический фонарик, а его помощники разошлись по своим местам согласно его указаниям.

Собаки во дворе уже не было. Добросердечные соседи забрали собаку к себе, чтобы не обрекать несчастное животное на голодную смерть.

Дверь была закрыта. Венедикт обошел дом вокруг. Все окна были темными. Обойдя весь дом вокруг и, не обнаружив ничего подозрительного, он достал отмычки и, повозившись немного с простеньким замком, открыл входную дверь. Аккуратно закрыв дверь, чтобы шумом не привлекать внимания бдительных соседей, Венедикт отправился к буфету. Включив фонарик, внимательно осмотрел буфет. Ага, вот та доска, за которой находится тайник. Еще когда Пелагея доставала божка, Венедикт обратил внимание на необычное расположение на ней сучков. И сейчас он начал пытаться надавить на них в различных местах.

После многочисленных попыток послышался легкий щелчок. Он поднял руку и нажал на доску. Она легко подалась усилию, и слегка отошла от стены. Он прихватил ее и поднял ее вверх, как это делала Пелагея. Доска вышла из пазов и за ней образовалась ниша. Венедикт сунул в нее руку и сразу же нащупал небольшой сверток. Он достал его, со всей аккуратностью положил в принесенную сумку, обмотав для надежности еще куском ткани, принесенным с собой. Достал из нее приготовленную соответствующим образом статуэтку, приобретенную помощниками и, положив его в карман своей куртки, вернул доску на место.

Он поднялся на второй этаж и спрятал свою сумку в старый резиновый сапог, который засунул в кучу тряпья, валяющегося на полу. Покончив с этим делом, Венедикт начал спускаться с лестницы. Подходя к дверям, он услышал, как тихо скрипнула калитка. Венедикт замер с уже занесенной ногой, и со всеми предосторожностями выглянул в окно. В неверном ночном освещении он увидел темную фигуру, крадучись пробирающуюся по дорожке к дому.

— Так, представление начинается, рыбка клюнула на приманку, — прошептал едва слышно Венедикт. Он быстро повернулся и, неслышно ступая, подбежал к лестнице и начал по ней подниматься на второй этаж. Едва слышно скрипнула третья ступенька. Ругнувшись тихо, почти неслышно, поднялся на лестничную площадку и замер почти в полной темноте. Он услышал, что кто-то возится с замком на двери.

Вскоре дверь заскрипела, впуская в дом незваного посетителя. Кто-то включил электрический фонарь. Вспыхнул яркий свет. В затемненном пространстве он увидел знакомую, слегка сутуловатую фигуру профессора Волошина. Тот подошел к буфету и начал простукивать стены. Дойдя до доски, за которой скрывалась ниша профессор замер, и начал давить на нее в поисках заветного места, открывающего доступ к тайнику. Венедикт услышал, как доска едва слышно стукнула, и вскоре увидел на стенке буфета темную полосу ниши. Профессор запустил в нишу рук, пошарил ею в поисках артефакта и не найдя, негромко выругался. Поставив доску на место, профессор замер в задумчивости.

Венедикт дернулся, все у него дрожало внутри, словно это он, а не профессор, только что пытался ограбить дом. Он включил фонарь и, уже не скрываясь, стал медленно спускаться по лестнице, освещая ошеломленного профессора. Яркий свет фонаря ослепил профессора. Одной рукой с тростью он прикрыл глаза от яркого луча фонаря, в другой холодно блеснул пистолет.

Венедикт был спокоен. Его пистолет приятно оттягивал пояс. Он знал, что в любой момент с его подготовкой-то он успеет выхватить его раньше, чем профессор поднимет руку. Венедикт улыбнулся.

— Как мило. Профессор собственной персоной пришел в чужой дом за божком. Это уже сверх наглость, являться на место преступления. Вам не кажется профессор, что три убийства из-за Эрлика, так, кажется, вы его называли, это перебор. Уберите пушку профессор!

— Заткнись детектив. Или я проделаю в тебе незапланированную природой дыру.

— Профессор, вам все же лучше убрать пистолет. Или, по крайней мере, обращайтесь с ним аккуратнее. Насколько я понимаю у вас небольшой опыт общения с этой штучкой. Она может и выстрелить. Зачем вам четвертый труп?

— Ты слишком много болтаешь, — все так же грубо ответил профессор. — Закрой рот и передай мне тот предмет, который лежит в твоем правом кармане куртки.

Сунув руку в карман, он достал сигару и прикурил ее от зажигалки, не сводя с Венедикта внимательного взгляда.

— Профессор, я так понимаю, вы очень нервничаете в сложившейся ситуации, иначе, почему вы закурили свою сигару.

— Заткнись недоносок. Я еще раз требую вернуть мне вещь, которая тебе не принадлежит.

— Ну, вам, судя по всему, она тоже не принадлежит. Если уж кому и принадлежит, так это всему научному сообществу. Надеюсь, что так оно и будет. Пожалуй, мне пора покинуть это несчастливое место, а вам пожелать большего уважения к закону.

Венедикт сделал шаг вперед, намереваясь выйти из дома.

— Замри. Я еще не готов тебя убивать, но я буду вынужден это сделать, если ты не отдашь мне божка.

Профессор сделал неуловимый жест.

Венедикт слишком поздно уловил его маневр. Он лишь почувствовал какую-то угрозу, и в следующую минуту что-то тяжелое обрушилось на его голову. Свет в его глазах померк, и он рухнул на грязный пол.

— Не бей его больше, — услышал, приходя в себя, Венедикт издалека голос профессора. — Нам лишние трупы не нужны. В этом детектив прав. Забери у него божка, и нам пора сматываться отсюда, пока кого-нибудь не привлекли своим шумом.

Венедикт почувствовал, как кто-то выворачивает его карманы. И вскоре он почувствовал, что лишился дубликата божка. А руки продолжали шарить по его телу. Вскоре Венедикт почувствовал, что его любимый пистолет медленно покидает свое законное место.

Окончательно придя в себя, открыв глаза, Венедикт заметил наклонившееся над ним темное тело. Присмотревшись, он к своему неудовольствию обнаружил, что это была Анжела. Девушка была одета в коротком легком платье и тонких летних сапогах. Через плечо на кожаном ремешке висела дамская сумочка, небольшая, но вероятно весьма тяжелая. Она выпрямилась и стояла над ним, широко раздвинув ноги и предоставляя ему возможность напоследок полюбоваться своими стройными ножками и дорогим нижним бельем. Лицо ее было на этот раз совершенно равнодушным.

— «Вот черт! Такого развития событий я не предусмотрел. А еще считаю себя первоклассным детективом», — мелькнула в его голове запоздалая мысль. — «И как она смогла так бесшумно подойти ко мне сзади, что я ее не услышал», — продолжал терзать себя Венедикт.

Детектив повернул голову. Профессор стоял, по-прежнему направив в него пистолет.

— Послушай, придурок, — четким голосом проговорил он, — мы забрали то, что нам надо и будет лучше для твоего здоровья, если ты сейчас и навсегда забудешь о божке. Мы уже давно следим за тобой. Мы давно начали подозревать, что ты начал догадываться обо всей нашей комбинации. Ты сходил в тюрьму к этому недоумку Ивану, и что-то там узнал, что натолкнуло тебя на правильный ход мыслей. Напоследок мы хотим знать, ты по своей воле занялся поиском божка или кто-то стоит за тобой, и ты выполняешь чей-то заказ?

Венедикт перевел взгляд на Анжелу, которая равнодушно стояла перед ним, лениво двигая челюстями, пережевывая жевательную резинку. Она надула большой пузырь. Он с громким хлопком лопнул. Профессор неодобрительно посмотрел на нее.

— Анжела, я думал ты настоящая женщина, а ты просто профессорская подстилка, и не только его, как оказалось, — пробормотал Венедикт, еще окончательно не придя в себя от ее удара.

Лицо Анжелы стало злым. Оно исказилось ненавистью. Она подбежала к Венедикту и довольно ощутимо ударила его ногой под ребра. Венедикт охнул от боли и сжался, ожидая очередного удара. Но его не последовало.

— Заткнись, — прохрипела она, — и отвечай на заданный вопрос.

— Увы, — покачал Венедикт головой, — я не могу ответить на ваш вопрос.

— И это все, что ты имеешь нам сказать? — Анжела с презрением уставилась на Венедикта.

Она размахнулась и со всей силы ударила Венедикта по ноге. От боли Венедикт застонал сквозь стиснутые губы.

Потом повернулась к профессору.

— Ну, а ты чего молчишь? Выколоти из него всю правду и пошли, пока нас здесь не накрыли. Ты сегодня что-то добреньким стал. Нам нужен его заказчик, ты, что не понимаешь? Надо сейчас же довести все дело до конца.

— «Вот, сволочь», — подумал Венедикт. — «А еще совсем недавно она казалась мне вполне приличной девчонкой. И в постели она была чертовски хороша».

Она снова размахнулась для удара.

— Хорошо, хорошо, — простонал Венедикт. — Я сообщу вам все, что вы хотите. Только не надо меня бить. Вы мне все ребра уже переломали.

Венедикт, постанывая сел, тряся головой, чтобы окончательно прийти в себя.

— Давай рассказывай все и быстрее. Нам некогда с тобой вести долгие разговоры, — проговорила Анжела и для большей убедительности ногой еще раз ударила по ребрам.

— За неделю до убийства Николая мне в офис позвонил неизвестный, — начал сбивчиво рассказывать Венедикт, держась рукой за ушибленное место и стараясь придерживаться ранее разработанной легенды. — Он представился коллекционером древних артефактов и предложил мне заняться поисками божка. Он же сообщил мне и ваши контакты, как реальных его конкурентов. Мне обещана приличная сумма за выполнение заказа. А мне деньги ой, как нужны. Детективное агентство содержать ныне не дешево. А вы, что, отказались бы от работы? — задал детектив риторический вопрос.

— И есть у этого коллекционера фамилия? — поинтересовалась Анжела, проигнорировав вопрос Венедикта.

— Вероятно есть, но мне она не известна. Я только знаю, что его зовут Игорь Александрович.

Услышав имя, Анжела заметно вздрогнула. Почти беспомощно оглянулась на Волошина. Но быстро справилась с охватившим ее волнением.

— И как ты с ним связываешься? — продолжала допрос девушка.

— Никак. Он не оставил мне ни адреса, ни телефона. Сказал, что сам при необходимости будет связываться со мной. Вот сегодня в три часа ночи он должен ко мне приехать за божком, которого вы у меня отобрали. Даже не знаю, что мне теперь делать? Я ведь не выполнил заказ. А для детективного агентства это большой урон в репутации.

Профессор все это время внимательно наблюдал за их разговорами, настороже держа в руках пистолет. Наконец, он дулом пистолета почесал подбородок, и вероятно, окончательно приняв решение, проговорил:

— Ладно, ты можешь идти. Да! Не советую обращаться в милицию. У нас там все схвачено. Своим обращением ты только осложнишь себе жизнь.

Анжела с презрением взглянула на профессора.

— Ты, что сумасшедший? Этот придурок может обратиться в другое отделение милиции, и тогда нам крышка. Нам надо лишать его жизни и убираться отсюда.

Профессор с усмешкой посмотрел на свою разбушевавшуюся подругу.

— Нет, мы сделаем так, как я решил.

— Всеволод Сергеевич, ты, может и прав, насчет пистолета. Звук выстрела привлечет к дому излишнее внимание, а вот сталь, — Вероника достала из сумочки большой складной нож, — действует не менее эффективно, но совершенно не производит шума. Ты сам этот вопрос решишь или мне им заняться? — девушка нажала на кнопку и лезвие, выброшенное мощной пружиной, с металлическим стуком раскрылось.

Профессор проигнорировал слова своей сообщницы. Он уже с улыбкой посмотрел на Венедикта.

— Ты совершил большую непростительную ошибку, отказавшись переспать с ней еще раз. Такого оскорбления ни одна женщина не переносит. А тем более Анжела, — профессор рассмеялся почти искренне. — Ты в ее лице нажил кровного врага. Видишь, как она жаждет твоей смерти. Пошли, Анжела, оставь его. В конце концов, свою работу мы выполнили, — профессор бережно держал в руке сверток, приготовленный Венедиктом.

Волошин, не спеша пошел к выходу, по-прежнему держа в руках пистолет. Анжела наклонилась над Венедиктом и зашипела, едва сдерживая свою ярость.

— Благодари профессора. Он у нас стал человеколюбивым почему-то. Была бы моя воля, я тебя на куски бы разрезала и скормила бы собаке.

Она со всей силы пнула Венедикта по ноге носком сапога и легкой походкой, соблазнительно виляя бедрами, направилась к выходу, помахивая раскрытым ножом.

— И запомни слова профессора. Если ты еще раз попадешься на моем пути, так просто ты от меня не отделаешься, — повернувшись у двери, прошипела она.

— А если я невзначай забуду?

— Ты — идиот. Не понимаешь, что за этим божком стоят большие люди. Они занимают весьма высокое положение. Тебя сметут, не оставив и следа на земле. Они на все способны. И ты сам это прекрасно понимаешь.

— Спасибо за предупреждение. По результатам нашей сегодняшней встречи должен сказать, что в постели ты мне нравилась больше.

Глаза Анжелы заполыхали такой яростью, что Венедикту даже стало не по себе.

Вскоре хлопнула входная дверь и в доме наступила тишина.

— Ну, что ж. Пока они разберутся, что я им подсунул подделку, время у меня есть.

Венедикт, забрал сумку с божком и, стараясь не шуметь, вышел на улицу.

Ребра ощутимо болели. Эта красивая стерва довольно ощутимо по ним врезала. И где она только научилась так больно бить?

Заведя машину, Венедикт выехал в город. Припарковав машину недалеко от офиса, Венедикт туда, однако, не пошел. Его организм настоятельно требовал встряски. Благо в этом же доме совсем недалеко находился ночной кабак. Выпив несколько рюмок коньяка в полупустом зале, Венедикт почувствовал себя гораздо лучше. Во всяком случае, боль несколько поутихла и голова уже была способна трезво оценивать обстановку.

Венедикт задумался, пользуясь относительной тишиной в зале. Последние предупреждения из уст Анжелы, показались ему достаточно убедительными. Если за ними действительно стоят влиятельные люди, то доведение до благополучного конца начатого дела представлялось весьма призрачным. Но с другой стороны своим поведением они затронули его честь. В подобных ситуациях за свою долгую работу в прокуратуре, а позже в частном детективом агентстве, он не раз побывал. Но еще никому не удавалось при подобных ситуациях оставаться долго в кредиторах. Долги он отдавал всегда исправно. Надо, пожалуй, внимательнее понаблюдать за этой парочкой. Совсем не исключено, что они просто блефуют, пытаясь таким образом обезопасить себя. Надо сейчас провести встречу со своими сотрудниками. Если его подозрения оправдаются, то Анжела сказала правду. Но как ему не хотелось, чтобы вышло так, как он предполагает.

Немного еще отдохнув в тишине за рюмкой коньяка, он позвонил Алексею и Дарье и попросил их срочно приехать в офис. Несмотря на то, что стояла глубокая ночь, и они только что приехали с необычного задания, понимая, что руководитель не станет их беспокоить в столь неурочный час по пустякам, помощники вскоре собрались в офисе. Для безопасности, на случай если за ними идет слежка, совещание со своими помощниками Венедикт проводил почти в полной темноте.

— Венедикт, как прошла ваша встреча с подозреваемыми? — поинтересовался Алексей.

Дарья, молча, с жалостью смотрела на своего шефа. Видно было и без расспросов, что ему крепко досталось. Вон он как морщится, делая любое неловкое движение.

— Что тут можно сказать. Встреча прошла весьма удачно. На встрече были профессор и Анжела. Впрочем, вы и сами все это видели. Нашу «куклу» преступники у меня отобрали, как, впрочем, и пистолет. Придется мне покупать новый. А вам, что удалось выяснить? — спросил Венедикт.

— Указанный вами объект, действительно, после рабочего дня отправился в сторону вашей дачи. Как вы и приказали, машину мы оставили в двух километрах от вашего дома, и в полнейшей темноте нам пришлось идти через лес. Чуть головы себе не свернули, — начал докладывать Алексей.

— Что-нибудь заметили? — нетерпеливо перебил Венедикт.

— Конечно, — встряла в разговор Дарья. — Не доезжая трехсот метров до вашего дома, есть развилка, где есть возможность оставить машину. Там и обнаружилась машина Уварова. Самого его в машине не было. Вероятно, в момент вашей встречи с профессором и его секретаршей он был где-то поблизости. Вот только…

— Что есть какие-то нюансы?

Дарья с сомнением смотрела на шефа, не приняв еще решения, стоит ли говорить о своих выводах.

— Понимаешь, мне показалось…

— Крестись, когда кажется, — перебил ее Алексей. — Твоя гипотеза не выдерживает никакой критики.

— Что за гипотеза?

— Ей, видите ли, показалось что за затемненными задними окнами «Лексуса» кто-то находился.

Венедикт повернулся к девушке:

— Ты кого-то видела в машине Уварова?

— Нет, не видела. Скорее я его чувствовала, — совсем смутившись, едва слышно проговорила помощница.

Венедикт с удивлением смотрел на Дашу, не зная как реагировать на это неожиданное сообщение.

— Спасибо Дарья за твое сообщение. Я над ним подумаю. Может оно и соответствует истине. Вот только события сейчас разворачиваются с такой скоростью, что у нас совсем нет времени для сбора дополнительной информации. Хочется надеяться, что ты все-таки ошиблась. Если я не ошибаюсь, то уже сегодня вечером предстоят новые события. Будем надеяться, что все загадки сегодня разрешатся. План наших дальнейших действий будет следующим.

Он подробно рассказал своим помощникам, что каждому предстоит сделать следующим вечером.

— Я думаю, что днем ничего не случится. Не настолько же он обнаглел, чтобы днем проворачивать свои делишки. Но если что, то у меня оружие всегда при себе. Давайте, расходимся. Отдохните, как следует, завтра, если я не ошибаюсь, будет жаркая ночь. На работу можете не выходить. Ваши ревнивые мужья и жены как-нибудь обойдутся без вас одни сутки.

После совещания Венедикт со всеми предосторожностями заехал на железнодорожный вокзал и положил в камеру хранения небольшой кожаный саквояж. С чувством выполненного долга, он направил свой «Форд» за город.

Домой Венедикт добрался глубоко за полночь.