Иногда природа брала свое и он, поддаваясь инстинктам, занимался любовью со своей секретаршей Анжелой, не отходя от рабочего места, закрыв на ключ свой кабинет. Девушка охотно шла на контакт. И из-за денег, и из-за возможности занимать высокооплачиваемую не пыльную работу. Иногда профессор подкладывал свою секретаршу под нужных людей, чтобы решить свои проблемы личного или институтского характера. Приходилось ей доплачивать за предоставляемые услуги, делать дорогие подарки и прочее. Но эффект от ее использования оправдывал эти дополнительные расходы. Его коллекция за последнее время пополнилась несколькими весьма интересными экземплярами.

Сегодня у него был выходной. Он сидел в своей уютной столовой, попивая коньяк и закусывая тонкими, аккуратно нарезанными и разложенными на серебряном блюдечке, ломтиками лимона.

Он допил коньяк и, встав из-за стола, выглянул в окно. В двадцати метрах от дома он увидел одиноко стоящую машину. Машина была довольно потрепанная, производства отечественного автопрома. Но от этого суть вопроса не меняется. Что-то часто эту машину он стал замечать у своего дома.

— Неужели кто-то занялся слежкой за мной? Но кому это надо? Неужели эту слежку организовал тот детектив, что приходил недавно к нему в институт? Но что он хочет узнать? Я чист перед законом и людьми. Мои скромные увлечения ограничены археологическими артефактами. Может это ревнивый муженек одной из моих любовниц?

Мысль его переметнулась на Анжелу. Она, конечно хорошая любовница. И никогда не отказывалась от предоставления дополнительных услуг интимного характера и ему и необходимым ему людям. Но в последнее время Анжела стала проявлять непонятный интерес к его коллекции. Особенно интенсивно это стало проявляться после посещения его детективом. Вот совсем недавно долго его расспрашивала о раритетах, разысканных в алтайских курганах. И вопиющий случай, когда очень неуклюже пытаясь скрыть свой интерес, как бы случайно, завела разговор о божке. Фальшь настолько явно чувствовалась в ее голосе, что даже профессор, который не считал себя специалистом в этом вопросе, почувствовал ее. Больше всего ее интересовало его возможное местоположение. С чего это вдруг его секретарь заинтересовалась археологией? Раньше за ней что-то этого не замечалось. Может она что-то разнюхала о его действиях по поиску Эрлика? А если за ней кто-то стоит? Это будет совсем плохо. В тот раз он отделался от любопытной секретарши самыми общими словами. Но само стремление секретарши получить информацию о божке, насторожило Волошина.

Всеволод Сергеевич подошел к массивному столу, на котором с аккуратностью старого педанта были расставлены настольная лампа, большая массивная серебряная сигаретница, специальная зажигалка для сигар. Украшением стола была массивная стеклянная чернильница, вся отделанная резным серебром, с крышкой из толстой серебряной площадки, на которой вальяжно разлеглась обнаженная женщина, опираясь правой рукой на подушечку из зелено-красного гелиотропа. Чернил никаких в чернильнице не было, и стояла она на столе исключительно как украшение.

Всеволод Сергеевич, полюбовавшись чернильницей, взял в руки сигарницу. С удовольствием провел пальцем по искусно обработанной, украшенной сложным орнаментом, крышке.

— «Вот настоящее искусство» — подумал он. — «Это тебе не новодел какой-нибудь современный».

Открыл крышку, долго выбирал сигару и, выбрав, поднес к носу, вдыхая аромат хорошего табака. Уютно устроившись в кресле, закурил сигару, пуская вверх кольца дыма.

Внимательно, ни о чем не думая, понаблюдал, как кольца, поднимаясь, увеличивались в диаметре и вскоре рассеивались легким туманом под потолком.

— «Я ведь не ради корысти разыскиваю это божество. Как истинному ученому, божок мне нужен для изучения, и, в конечном счете, для утверждения правильности моих изысканий. Чтобы этим открытием утереть нос всем скептикам, которые смеют обвинять меня, одного из виднейших археологов современности, в антинаучности», — пришла к нему нескромная мысль. — «А если мои предположения верны, и божок в определенные моменты оживает, и всем своим могуществом начинает помогать своему владельцу то, обладая им, человек может получить неограниченную силу. И еще неизвестно к кому он попадет, и какие у него планы».

Волошин поднялся с кресла и подошел к окну. Машина с затемненными окнами по-прежнему стояла на своем месте.

— «Интересно, неужели за мной стали следить. Раньше, до появления у меня новой секретарши, я что-то не замечал этой машины у нас во дворе», — размышлял профессор.

Настроение его в конец испортилось и, чтобы отвлечься от грустных мыслей, он отправился в гостиную заняться систематизацией своей коллекции. Нужно было, наконец, посмотреть и недавно приобретенный японский меч синунто.

Ему, вероятно, лет триста будет. Вообще-то Волошин не интересовался холодным оружием. Это было вне области его интересов. Но уж очень привлекательной оказалась цена игрушки, запрошенной залетным мужичком с Дальнего Востока. Пусть уж и он украшает его коллекцию.

В понедельник, только расположившись за своим рабочим столом, Волошин услышал стук в дверь. Он удивленно поднял голову. Обычно в столь ранний час никто не смел беспокоить профессора. Это время было посвящено научным работам. Дверь открылась и появилась Анжела. Секретарша вошла в кабинет, спокойной походкой подошла к столу и, сложив руки на пышной груди, облокотилась об него бедром.

Всеволод Сергеевич расплылся в улыбке. Все-таки секретарша у него чертовски хороша. Он поднялся с кресла, обошел стол и протянул руку, чтобы обнять любовницу. К его удивлению на этот раз Анжела резко отбросила его руку, и ее лицо исказила маска гнева.

— Что случилось, Анжела? У тебя какие-то проблемы? — забеспокоился Волошин. — Я могу тебе чем-нибудь помочь?

— Нет, Всеволод Сергеевич, проблемы возникли у вас. И я могу вам помочь в их разрешении.

— У меня? И какие же это проблемы, позвольте узнать? — улыбка сползла с лица профессора и брови сошлись на переносице.

— Я знаю о ваших намерениях раздобыть таинственного божка. И вы предполагаете, что божок находится в известном вам доме. Я предлагаю вместе отправиться в дом Морозова и перерыть его в поисках божка. Если надо будет, мы этот дом на щепки разберем, но нужный нам артефакт раздобудем. Он стоит так много, что после его продажи, нам троим хватит.

Профессор в волнении вскочил с кресла.

— Ты, что, с ума сошла. Это артефакт, который должен принадлежать всему ученому миру, — запальчиво сказал он, не обратив никакого внимания на названное число претендентов на доход от продажи божка.

— Ой, да бросьте вы! Кому он нужен этот ваш божок. Никакой магической силой он не обладает. Он представляет интерес разве что для коллекционера. А я знаю людей, которые готовы заплатить за него хорошие деньги.

— Перестаньте говорить чепуху. Этот артефакт имеет общемировую ценность и его при всем желании нельзя будет кому-либо продать.

— Профессор, это уже не ваша забота. Нам нужно только разыскать божка. И получить за свои труды хорошие деньги.

Волошин почувствовал, как из-под его ног уходит опора, опираясь на которую он существовал много лет. Он почувствовал, как адреналин мощной волной захлестнул все его существо.

Перестав себя контролировать, он бросился на Анжелу, пытаясь схватить ее за горло. Однако она неожиданно оказалась достаточно сильной, и не так-то просто было ее победить. Анжела отскочила от бросившегося на нее профессора и, уйдя от его рук, подставила ногу и сильно толкнула его в спину.

Профессор, сделав несколько шагов вперед, не удержавшись на ногах, упал на пол, больно ударившись больной ногой. Она уселась на него и, схватив за волосы, подняла голову высоко вверх, резко повернув ее вправо. Голова профессора прижалась подбородком к плечу. Дикая боль от ударенной изувеченной ноги быстро разрасталась, волной захватывая все тело, прорываясь через него к его воспаленному мозгу. Неловко повернутая голова не добавляла комфорта в его положении. Он открыл рот и хотел завыть умирающим волком, но вместо этого из его горла вышел лишь горловой рык.

Анжела, слегка запыхавшись от возни, прошипела рассерженной кошкой, глядя ему в лицо.

— Ну, ты, старый козел. Ты еще не понял, что ты полностью в моих руках. Только дернись и я своими руками сверну тебе голову, как ты свернул голову несчастному Александру, так его, кажется, зовут? А мать и отца его ты тоже убил?

— Ты что, бог с тобой. Я их пальцем не тронул, — испуганно прошипел Волошин. — А что, отец Морозова тоже убит? — не удержался Всеволод Сергеевич.

— Они все мертвы! И ты, конечно, не причем. Они сами упали с лестницы и свернули себе шею.

— Откуда ты знаешь эти подробности? — несмотря на необычность своего положения, почти спокойно удивился Волошин.

— Ну, ты и идиот. Я знаю все о тебе и о твоих махинациях. И потом, ты думаешь, почему я спала с тобой? Ты что, красавец мужчина? Ты посмотри на себя в зеркало. Старый, изувеченный мужик с весьма посредственной сексуальной силой. Ты же почти импотент. А за мной стоит могущественный человек. Я с тобой и спала только по его указанию, чтобы следить за каждым твоим шагом в истории с божком. Он и снабдил меня этой информацией.

Профессор лежал на полу, не имея сил даже пошевелиться.

— «А может действительно взять в сообщники эту девицу», — размышлял он, лежа на полу. — «Она молодая здоровая. К сожалению, мое здоровье уже не настолько хорошо, как было когда-то. С такой помощницей сделать задуманное будет значительно проще. Главное добыть артефакт. А уж после того, как божок будет в моих руках, с Анжелой можно будет разобраться и радикальным способом. Насколько я знаю, никого близких у нее нет, кроме спившейся матери, место которой давно в сумасшедшем доме. Если она и исчезнет из жизни, никто особого внимания и не обратит. В крайнем случае, можно пустить слушок, что я дал девочке денег и отправил жить за границу. В нашей стране, мол, молодым жить не перспективно. Вот только неизвестный третий… Может попробовать раздобыть с ее помощью божка, а там разберусь».

— Хорошо, хорошо, отпусти меня. Давай нормально поговорим, — принял решение Волошин.

Запыхавшаяся Анжела слезла с профессора. Волошин с трудом, неуклюже поднялся с пола. Травмированная нога вполне ощутимо напоминала о себе. Прихрамывая сильнее обычного, он подошел к своему креслу, выбрал из коробки сигару и, прикурив, уставился на девушку, с трудом восстанавливая дыхание.

— А кто этот таинственный покровитель? — поинтересовался Волошин, выпуская изо рта ароматный табачный дым.

— Он большой человек, но тебе пока рано о нем знать. Я могу только сказать, что он давно разыскивает божка и готов заплатить за него хорошие деньги.

— Хорошо, давай посетим дачу Морозова и попытаемся разыскать божка там. Я уверен, что это он забрал божка, при этом убив несчастного Чернякова. Я уже был на этой даче. Приезжал как-то днем, посмотреть на дом и участок.

И я действительно встречался с Александром в ту трагическую ночь. Да, мы слегка поспорили. Я просил его вернуть Эрлика научному миру. Но он все отрицал — и наличие у него божка и убийство Чернякова. Мы так ни до чего не договорились. Я ушел, а на следующий день узнал о смерти Морозова. Но я его и пальцем не тронул. Да и смог бы я справиться с молодым, полным сил, мужчиной?

Волошин в волнении заходил по кабинету.

— С матерью Морозова я тоже встречался. В первый свой визит к Александру Николаевичу мне удалось сделать слепок с ключа от входной двери, поэтому проникнуть в дом, особой проблемы у меня не было. Я долго стоял на первом этаже в ожидании, когда Пелагея соизволит спуститься на первый. Как я ее не уговаривал отдать мне божка, она как заведенная твердила, что ничего об этом не знает. Я так и ушел ни с чем. А днем узнал, что она мертва.

Совсем недавно я узнал, что и отец Морозова был убит. Перед убийством он подвергался пыткам. Даже не знаю, остался ли Эрлик в этом доме или уже находится на другом конце света?

Меня сейчас очень волнует вопрос, кто совершил все эти убийства. Кроме всего, меня волнует, что и моя жизнь в те ночи подвергалась опасности. Это, случайно, не твой таинственный покровитель?

Анжела внимательно слушала профессора, одновременно приводя в порядок перед зеркалом растрепанные волосы. Приведя их в относительный порядок, девушка повернулась к профессору.

— Я могу сказать, что Эрлик находится в доме, если он вообще существует. Про убийства я ничего не знаю. Да мне это и не интересно. Но нам дано указание в ближайшее время посетить этот дом и любыми способами раздобыть божка.

Анжела помолчала несколько мгновений и добавила с нотой грусти в голосе:

— В противном случае и тебе и мне будет очень плохо. Тот, чей приказ я выполняю, очень страшный человек. Если честно, я его панически боюсь.