На следующий день рано утром меня разбудила Арина. Она открыла дверь и громко сказала в комнату:

— Игорь, вставай! Пора браться за дело!

Я открыл глаза, с тоской вспомнил вчерашний день. «Как было бы здорово, — подумал я уныло, — если бы все случившиеся со мной накануне было бы всего-навсего кошмарным сном». Но нет, реальность брала за горло, заставляла сильнее биться от страха сердце, чувствовать себя одиноким, никчемным, никому не нужным. Разве что за исключением Арины, которая по неизвестной мне пока причине взяла надо мною шефство.

Я надел джинсы, прихватил с собой рубашку, покинул гостиную и, чуть прихрамывая — травма все еще продолжала давать о себе знать — двинулся в ванную комнату. С кухни доносился запах кофе, тостов.

— Я тебе положила на раковину новую зубную щетку. Бритвы, к сожалению, нет. Так что придется тебе сегодня идти небритым.

— И на том спасибо, — поблагодарил я, вошел в ванную комнату, оглядел себя в зеркало. Вид у меня был заспанный, осунувшийся, вызывающий жалость у меня самого к себе. Я взял щетку, надорвал упаковку и принялся чистить зубы. Глядя в зеркало, подбадривал сам себя. «Ладно, Игорёк, встряхнись еще не все потеряно. Если ты распустишь нюни, никому, в том числе и тебе, не будет лучше. Надо крепко сжать зубы и идти к намеченной цели, разыскивая настоящего убийцу Маши Горбуновой».

Я прополоскал рот, сунул зубную щетку в стаканчик, затем умылся, вытерся полотенцем и, надев рубашку, отправился в кухню-столовую завтракать. Девушка не кушала, дожидалась меня. На столе стояли две чашки с дымящимся кофе, на тарелках тосты, колбаса сыр, конфеты и печенье.

— Доброе утро! — сказал я, усаживаясь за стол.

— Утро доброе! — с улыбкой ответила Арина. — Завтракай плотнее, сегодня у тебя тяжелый день, неизвестно когда обедать придется, и придется ли.

— Это точно, — я подавил вздох.

— Я позвонила на работу, — откусывая от бутерброда, изрекла девушка, — и сказала, что сегодня на работу не приду. Так что весь сегодняшний день я в твоем распоряжении.

Я хлебнул горячего кофе и сказал:

— Спасибо, Арина! К счастью мне не нужно звонить на работу, отпрашиваться, потому что я сейчас в отпуске.

— С чего начнем поиски преступника? — Арина тоже сделала глоток кофе. Она, очевидно, вошла во вкус сыскного дела и готова была вступить с неизвестным нам пока убийцей Маши в бой.

— До того как начать поиски мне нужно как-то изменить свою внешность, затем побывать у меня дома, и если там нет засады, то надеть другую одежду, взять кое что из предметов первой необходимости, а уж потом думать о том как найти преступника.

— Что ж, давай завтракай, да пойдем. Сам говоришь, что дел невпроворот.

Честно говоря, кусок в горло не лез от уныния, но я заставил себя проглотить пару бутербродов и выпить кофе. После завтрака, Арина быстро убрала посуду, оставшиеся сыр, колбасу сунула в холодильник и пошла одеваться.

Несколько минут спустя мы уже выходили из дома девушки. На улице от прошедшего вчера дождя было по-летнему тепло, по-утреннему свежо, по-московски многолюдно. Мы дошли до автостоянки сели в машину и тронулись в путь. У ближайшего же магазина сотовых телефонов Арина остановила автомобиль, я вышел и купил новую sim-карту. Мы снова с девушкой обменялись телефонными номерами и снова двинулись в путь. Примерно сорок минут спустя мы подъезжали к моему дому.

— А вон мой дом, — указал я на девятиэтажку, стоявшую за троллейбусной остановкой на возвышении.

— Я думаю, тебе не следует самому заходить в квартиру, вдруг там полицейские, — сказала Арина, притормаживая у обочины. — И не вздумай возражать, — заявила она, когда я попытался было открыть рот. — Я сама пойду и посмотрю, нет ли там засады.

Предложение было разумным, и я его принял.

— Живу я во втором подъезде не восьмом этаже, квартира семьдесят один. Вот ключ от хаты. — Я достал из кармана ключи, вручил девушке.

— Ты пока прогуляйся, а когда я освобожусь, то позвоню тебе, и мы с тобою встретимся.

— Хорошо, — согласился я, открыл дверцу и выскользнул из машины на улицу.

Автомобиль уехал, а я остался один на один со своими проблемами, в своем районе, ставшим мне вдруг враждебным. Я пошатался по улицам, дошел до метро, от него до моего дома было всего лишь две остановки. Зашел от нечего делать в книжный магазин, полистал книги. Глянул на часы, с того момента как мы расстались с Ариной, осталось тридцать минут, а от нее ни слуху ни духу. Неужели что-то произошло с девушкой, и ее загребли в полицию? Испытывая беспокойство, я вновь вышел на улицу, послонялся по бульвару, зашел в торговый центр. Беспокойство мое все росло и росло, но наконец, спустя час десять минут девушка позвонила.

— Ты где, Игорь? — спросила она.

— Шатаюсь по торговому центру, — откликнулся я. — Жду тебя. У тебя все в порядке?

— В относительном, — ответила девушка. — Выходи на центральную улицу, я буду мимо ехать, заберу тебя.

— Хорошо. — Я нажал на кнопку разъединения связи, сунул мобильник в карман и, спустившись на первый этаж, покинул торговый центр.

Несколько минут спустя рядом со мной на обочине остановился автомобиль.

— Садись быстрее, — сказала девушка, когда я открыл дверцу, — и двигаем отсюда подальше!

Я плюхнулся на переднее пассажирское сиденье, и машина рванулась с места.

— Что произошло? — с любопытством спросил я.

Девушка резко свернула на боковую улицу, помчалась по ней.

— Я поднялась, как ты сказал, на восьмой этаж, едва нажала на кнопку звонка у твоей двери, как откуда ни возьмись, рядом со мною появился молодой мужчина. Он показал мне удостоверение сотрудника полиции, спросил кто я такая, и что мне нужно от хозяина семьдесят первой квартиры. К счастью, этот парень не был из тех, кто вчера вместе с опергруппой приезжал на дачу Маши. Иначе точно бы заинтересовались тем фактом, с чего это вдруг свидетель по делу об убийстве Горбуновой притащилась в дом к подозреваемому в преступлении, и уж нет ли между ними связи. К такому обороту событий я была не готова. В этом же случае я сказала парню, что я давняя знакомая Игоря Гладышева, зная, что он сейчас в отпуске, пришла к нему, потому что никак не могу дозвониться ему по телефону. А у меня есть к Игорю важное дело. Допытываться, какое именно дело, полицейский не стал, и я ретировалась. Тем не менее, когда вышла на улицу и пошла к автомобилю, заметила, что из подъезда вышел еще один мужчина и двинулся за мной следом. По-видимому, в подъезде дежуривших у твоей квартире было двое. Я не стала приближаться к своему автомобилю, прошла мимо него, чтобы полицейский не засек номер машины и по нему не вычислили бы владелицу машины. Я села в троллейбус, и мужчина увязался за мною. Через две остановки вышла, спустилась в метро, соглядатай держался от меня на некотором удалении. Мне пришлось сесть в электропоезд, проехать несколько остановок и выскочить из вагона в самый последний момент, перед тем как состав тронулся. Мужик поехал дальше, я же вышла из метро, поймала такси и вернулась к своему автомобилю. В общем, вот такие у меня приключения, — закончила свой рассказ девушка, сворачивая на очередную улицу.

— Ты действовала как опытный разведчик, — похвалил я, — который умело избавляется от хвоста.

— Да уж, — усмехнулась девушка, — читать детективы я люблю. И люблю смотреть фильмы с детективным сюжетом. Так что кое-какие представления о работе сыщиков я имею.

— И это здорово, — подхватил я. — Только жаль, что моя квартира под колпаком полиции. Мне теперь в своем доме даже переодеться нельзя. Хорошо хоть пластиковая карточка с собою оказалась. На ней, правда, немного денег.

— А зачем тебе много? — девушка скосила на меня огромный глаз.

— Мало ли зачем. Раз в дом нельзя попасть и переодеться, то хотя бы какие-нибудь шмотки себе купить. В своей одежде, в которой я вчера у Маши был, уже засветился перед ментами. Она наверняка фигурирует в полицейских ориентировках. А в этих потрепанных шмотках, что я вчера на даче прихватил, я как бомж выгляжу.

— Но на одежду много денег потребуется. Купим тебе рубашку и джинсы… они не так уж дорого стоят.

— Эх, Арина, кто знает, сколько мне еще денег потребуется для расследования этого дела.

— Ладно, не ной. В крайнем случае, я тебе еще займу.

— Ни в коем случае, — сказал я категоричным тоном. — Ты и так для меня многое делаешь.

— Я же тебе не насовсем деньги дам, а в займы, — улыбнулась Арина. — Потом отдашь.

— Нет уж, попробую обойтись теми деньгами, что у меня есть на карточке.

Мы заехали с Ариной в торговый центр, я снял в банкомате с карточки деньги, и мы купили мне недорогие черные джинсы, неброскую серого цвета рубашку, в которые я тут же в магазине и переоделся. В соседнем отделе магазина купили бритву и пенку для бритья.

— Что у тебя с ногой? — поинтересовалась Арина, когда мы с нею шли к автомобилю. — Ты же вроде вчера ходил нормально.

Я подавил смешок.

— Да ты не волнуйся, я не хромой от рождения. Вчера, пока убегал от ментов, упал и немного повредил колено.

— Сильно болит? — посочувствовала Арина.

— Есть немного, — признался я. — Но вчера было хуже.

— Что будем делать дальше? — спросила девушка, когда мы с нею сели в автомобиль.

— Надо бы раздобыть адреса мужа и жены Сафроновых, а также четы Балагуровых.

Арина тронула автомобиль с места.

— И где мы можем их раздобыть?

— Наверное, у супруга Маши Бориса Скобликова, — предположил я. — Но сначала нужно узнать, где он работает. Домой он меня к себе вряд ли пустит. А на работе можно было бы с ним побеседовать.

— Игорь, но ты понимаешь, что даже если он даст тебе адреса, то сразу же стукнет в полицию, и тебя уже будут ждать у дома или работы будь то Сафроновых, будь то Балагуровых.

— Это я понимаю, — вынужденно согласился.

— Потому-то мне придется говорить со Скобликовым, — решительно сказала Арина.

— А ты что ему скажешь, зачем тебе нужны адреса, места работы и проживания Балагуровых и Сафроновых?

— Наплету что-нибудь, — беспечно отозвалась девушка. — Скажу, полицейские просили передать им кое-что, он и скажет, где они живут.

— Думаешь получится?

— Как говорится, попытка не пытка, попробуем.

— Но я не уверен, что он знает, где живут Сафроновы и Балагуровы.

— А я уверена. Маша плотно общалась с теми и другими, они наверняка ездили друг к другу в гости, так что, думаю, Борис может помочь с адресами. Что попробуем?

— Давай! — не стал артачиться я.

— Я думаю, Скобликов сейчас дома, а не на работе. У него много проблем с похоронами супруги. Так что поехали к нему домой.

Арина, как и я, впрочем, знала о том, где проживает Склобликов Борис со своей, ныне покойной, супругой и поехала туда. Ехать пришлось немного, учитывая малозагруженность транспортом дорог, — минут сорок пять. Не доехав остановку до дома Скобликова, Арина высадила меня и наказала дожидаться ее на другой стороне улицы. Я перешел дорогу, сел на остановке на скамейку и стал ждать девушку. На сей раз Арина обернулась быстро уже через пятнадцать минут ее автомобиль притормозил рядом со мною. Я скользнул на переднее сиденье, пристегнул ремень.

— Ну, как? — спросил я, не скрывая любопытства.

Девушка молча протянула мне листок бумаги. На нем округлым женским почерком (несомненно, девушка писала сама), было написано: Сафроновы, улица Высоковольтная дом 5 квартира 53. Балагуровы, улица Вишневая дом 26, квартира 195.

— Огромное тебе спасибо! — сказал я с чувством, сложил листок и сунул его в карман рубашки. — Как удалось добыть?

— Легко, — ответила Арина. — Скобликов был в полной прострации, там сейчас родственники занимаются организацией похорон. Сам Борис мало что соображает. Я попросила у него адреса Сафроновых и Балагуровых, он мне их дал, даже не поинтересовавшись, зачем они мне нужны.

— Жаль, конечно, Машу, — тяжело вздохнул я. — Да и супруга ее тоже жалко. Такое горе.

— Это точно, — согласилась девушка и свернула на боковую улицу. — Куда теперь?

— Давай прокатимся до дому Балагуровых, посмотрим, что там за обстановка.

— Давай, — без возражений согласилась Арина и свернула на светофоре на очередную улицу.

Остановившись на пару минут, забили в навигатор: улица Вишневая дом 26. И, следуя указаниям механического женского голоса, поехали по нужному нам адресу. Тридцать минут спустя были на месте. Арина притормозила на площадке перед домом. Я огляделся по сторонам, «Ниссана Мурано» Балагурова видно не было. Никак на работе Руслан.

— Ну, что зайдем? — поинтересовалась Арина.

— И что мы скажем, если кто-то будет дома? — задал я встречный вопрос.

— Ну-у, — протянула девушка. — Найдем что сказать, там видно будет.

— О, нет, — покачал я головой. — «Там видно будет» не подойдет. Нужно иметь конкретный план действий. Да и тебе рисоваться перед четой Сафроновых и Балагуровых нечего, сразу поймут, что ты со мной заодно действуешь, а потому сдадут полиции на раз. И тогда и тебя и меня повяжут.

— А что ты вообще рассчитываешь у них узнать? — Арина откинула со лба падающую на глаза челку.

— Надо бы узнать мотив, из-за которого была убита Маша. Но напрямую подойти и спросить, разумеется, не получится. Никто сам добровольно мотив не назовет, тем более мне подозреваемому в убийстве Маши. Так что нужно действовать исподволь.

— Это как? — девушка удивленно распахнула глаза.

— Поговорить с кем-нибудь из окружения Балагуровых и Сафроновых. Но сегодня нам, пожалуй, уже ничего не светит. Все на работе, так что стоит подкатить сюда с утра пораньше, пока Балагуров не ушел на работу.

— Но давай все же прокатимся до дому Сафроновых, — предложила Арина.

— Давай, — согласился я.

Мы поехали на улицу Высоковольтную, отыскали дом 5, но подниматься наверх и звонить в 53 квартиру тоже не стали. В общем, только лишь разведали, где живут интересующие нас личности.

— Теперь домой? — спросила девушка.

— Если я тебе в твоем жилище еще не надоел, то поехали, — улыбнулся я.

— Живи пока, — улыбнулась и Арина. — Ты мне особо не мешаешь.

— Что ж, спасибо на добром слове.

Мы поехали на квартиру Арины. Заказали домой пиццу, пообедали, выпили по пару рюмок коньяку, попили кофе. Потом сели смотреть по телевизору фильм. Кино было так себе — дрянной боевичок, не требующий особого внимания.

Когда прошла половина фильма, и ничего захватывающего я не увидел, я, словно невзначай, положил руку на плечо девушки. Она напряглась, но никоим образом не дала мне понять, что ей неприятно. Тогда я приобнял Арину и, откинув назад волосы с правой стороны девушки, поцеловал ее в щечку. И опять возражений не последовало. Тогда я пощекотал губами за ушком Арины, потом вновь «прогулялся» по щеке девушки, добрался до рта и впился в ее сочные, пахнущие губной помадой со вкусом земляники губы. Арина сначала как-то сжалась, сидела несколько мгновений как статуя, а потом ответила на поцелуй. Я же не сидел, сложа руки. Мои ладони стали гладить шею девушки ее гибкий стан, потом стали спускаться все ниже и ниже, и, наконец, я добрался до джинсов Арины. Расстегивать пуговицы сразу не стал, сначала погладил по внешней стороне бедер, затем по внутренней, добрался до того места, где расходятся ноги… девушка инстинктивно сжала ноги, но сразу же расслабила их, и я понял, что можно действовать более решительно. Расстегнул на тугих джинсах пуговицу, затем замок и, не отрывая губ, стал стаскивать с нее джинсы. На мгновение девушка оторвала свои губы от моих и проговорила:

— Не торопись.

«Ого! — подумал я. — Дама любит долгие прелюдии», а потому торопиться не стал. Медленно расстегнул на блузке все пуговицы, затем снял ее с плеч девушки, расстегнул сзади бюстгальтер и, когда он сполз по рукам Арины, обхватил своей рукой ее девичью грудь. Девушка была чувственной, она выгнулась, явно получая удовольствие от моих прикосновений, затем плотно прижалась своим телом к моему телу. Трусики — последний оплот на пути к заветной цели — я снял одним рывком. Продолжая ласкать тело девушки, я снял с себя джинсы, майку. Когда Арина со стоном откинулась на диван, я лег сверху и осторожно, раздвинув ее стройные длинные ноги, вошел в нее.