Конечно я не верила в его слова… Но очень надеялась на то, что он исполнит своё обещание… Не смотря на то, что он уже однажды нарушал эти свои обещания. Я до сих пор помню сто долларов, которые мне тыкнули после трёх ночей с Яром. Это было похоже на издевку, хотя тогда он дал слово, что позаботится о моей возможной беременности и даст мне денег на аборт.

Тогда мне эти деньги не понадобились, но сам факт, что он поступил со мной так, был оскорбителен и неуважителен. Он посчитал, что я сама могу справиться с проблемой (если она появится), и я прекрасно понимаю, почему он так поступил. Мужчина сильно изменился после того, как я сказала, что меня устраивает жизнь с мужем и слишком остро ответила на его вопрос о моей никчемной жизни. Он разозлился, и будто озверел… И конечно я поняла, что те сто долларов, были для меня наказанием.

- Ты слышишь меня? – говорит Змей, когда видит, что его слова не возымели никакого эффекта. Меня продолжали душить слёзы, а моё тело била мелкая дрожь. – Ами…, - он потянулся ко мне своей рукой, прикасаясь пальцами к ладони. Я тут же сжалась вся в комок, и резко одернула свою руку. Его прикосновения сродни эклектического разряда – так же неожиданно, сильно и больно.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍- Не нужно…, - прошу, отворачиваюсь к окну и вытирая слёзы.

- Его найдут, и я верну тебе ребёнка до полуночи! – повторяет он. – Ты мне веришь?

Я молчу. Потому что не верю. Но не хочу, чтобы он разозлился из-за этого и снова начал кричать, психовать или наказывать меня…

Дальше следует легкий стук в боковое от меня окно, и я вижу папу. Он отвлекает нас, спасая меня от ответа.

Глава 20

Змей снимает блокировку двери, и я сразу открываю её, выбираясь на улицу… И только там, возле папы, я начинаю дышать на полную грудь и немного успокаиваюсь.

- Всё хорошо? – спрашивает папа, взяв меня за плечи и посмотрев на моё заплаканное лицо. Я замечаю, как темнеют его глаза и как сильно он стискивает челюсть. – Что произошло? Почему ты плачешь? Это он?..., - спрашивает, кивнув на Змея, который к счастью находился ещё в машине.

- Нет…, - быстро обрываю его, пока он не напридумывал себе лишнего и не сделал хуже. - То есть, не совсем так… Яр нашел фото той женщины и запустил процесс поиска… Поэтому я начала паниковать, - ответила.

Папа облегчённо выдохнул, а затем обнял меня за плечи и прижал к себе.

- Всё будет хорошо… Вот увидишь, - мягко сказал он, погладив меня по волосам. – Если Ярослав Дмитриевич взялся за это, он быстро всё решит…

Я просто киваю, хотя не была уверена в этом.

Тем временем Змей покидает машину, и бросает на нас какой-то странный, непонятный мне взгляд.

- В дом! – коротко приказывает он, направляясь внутрь.

- Пойдём, - мягко говорит папа, подталкивая меня в нужном направлении. Мы идем следом за Яром.

Заходим внутрь, где нас сразу встречает несколько горничных.

- Мария, пусть подадут кофе моим гостям, и распорядись, чтобы приготовили комнату для девушки, - говорит он на ходу, ведя нас в центр гостиной, где размещался стеклянный стол и два огромных белых дивана в форме полумесяца. – Присаживайтесь, - приглашает он, размещаясь на одном диване. Мы с папой садимся напротив. Всё это время я держу его за руку, не отпускаю. И я это делаю, не только потому, что страшно, но и из-за того, что я очень долго не видела папу, поэтому сейчас не хочу отпускать.

Папа видимо тоже не хочет со мной разлучаться, поскольку сразу пытается оспорить приказ Змея, который он только что отдал своим горничным.

- Ярослав Дмитриевич я очень благодарен вам за беспокойство и то, что вы всё же решили помочь нам. Но, нет нужды в том, чтобы моя дочь оставалась у вас… Я заберу её в свой дом, и она будет жить со мной…

- Нет! – резко отрезает Яр, заставляя меня напрячься. Конечно, он не отдаст меня отцу, ведь после того как он мне поможет, я буду ему должна. И пока он не получит свою плату, вряд ли меня выпустят из этого дома. – Ами останется здесь! В моём доме! И это не обсуждается!

- Но… Зачем? Я смогу о ней позаботится… Она же моя дочь! – не уступает папа. Я невольно напрягаюсь всем телом. Было страшно, что Змей мог рассказать о том, что между нами было и почему. А я не хотела, чтобы папа знал об этих позорных моментах моей жизни.

- Раньше об этом нужно было думать! – жестко бросает Змей, смерив моего отца мрачным взглядом. – До того как вёл её ко мне… Ты знаешь как сейчас обстоят дела с моим отцом… Тебе прекрасно известно, что он убивает всех, кто находится рядом со мной. Амелия уже засветилась возле меня, а значит, пока я не решу вопрос с отцом, она останется под моей защитой!

Это просто предлог или действительно всё так опасно?

- Но… Она же никто для вас? Разве после одно короткого разговора он может подумать, что она предоставляет для вас какую-то ценность и обратит на неё внимание? – не соглашается папа.

- Может… Если к нему дойдет, что я взялся за поиски ребёнка твоей дочери. Он знает, что просто так, я ничего ни для кого не делаю, - говорит он двухзначные слова, которые и меня заставляют задуматься. Но я не романтизирую на этот счёт. Он помогает мне за услугу… За какую? Пока не знаю. Но это точно не просто так. И не для того, чтобы обзавести ещё одной головной болью.

Папа взглянул на меня. Я молчала.

Мне всё равно где я буду жить, главное чтобы Дамир был рядом. К тому же я надеялась, что это будет временно.

- Ладно… Спасибо вам, - спустя несколько секунд говорит папа. – Может это и так… Тогда, поскольку вы будете заботиться о моей дочери, прошу высчитать плату за её содержание с моей зарплаты...

Змей ухмыляется, но ничего не отвечает.

Дальше нам приносят кофе, и целую гору сладостей, но никто ничего не пьет и не ест.

Спустя пятнадцать минут, рядом с нами появляется горничная и сообщает что моя комната готова.

- Можешь пойти в свою спальню и отдохнуть, - предлагает Яр, бросив на меня быстрый взгляд. Я тут же отрицательно качаю головой, и сильнее сжимаю руку папы.

- Ты останешься со мной? – спрашиваю у него… Будто он мог что-то решать!

- Нет, - вместо папы отвечает Змей. – У твоего отца много другой работы…

- Не волнуйся, - мягко говорит папа. – Я побуду с тобой ещё немного. А затем буду приезжать к тебе очень часто, - обещает. Я согласно киваю.

- Что на счёт документов, о которых ты говорил? – напоминает Змей, взглянув на моего отца.

- Они на сохранении. Я заберу их завтра и привезу вам.

Яр кивает и переводит взгляд на меня. Смотрит внимательно на мою скулу, шею и волосы, которые высохли без расчески и фена, поэтому торчали в разные стороны. Я до сих пор находилась в капюшоне, поэтому всего ужаса, который творился у меня на голове, он не видел. Но и того что видно, было достаточно, чтобы понять насколько сильно я была потасканной жизнью. Жалкое зрелище… Знаю. Но мне и не хотелось быть красивой перед Змеем. Не хочу вызывать у него никакой симпатии или интереса, чтобы он продолжал смотреть на меня безразличным, незаинтересованным взглядом и не хотел как женщину.

- Почему ты оказалась в больнице? – вдруг спрашивает, и на миг я задерживаю дыхание. – Только давай правду… Раз уж я взялся тебе помогать.

- Это не имеет никакого отношения к тому, с чем ты мне помогаешь! – отвечаю упрямо.

Змей переводит взгляд на моего отца.

- Анатолий?

Папа глубоко вдыхает, а затем с шумом выпускает воздух из легких.

- Ему ничего не известно…, - вмешиваюсь.

- Помолчи! – бросает Змей, смерив меня предупреждающим взглядом. – Раз уж не хочешь отвечать на мои вопросы, тогда лучше помолчи! – повторяет и снова переводит свой взгляд на моего отца, игнорируя моё недовольство. – Я слушаю! – торопит он папу.

- Там длинная история… И я действительно знаю мало. Только то, что рассказывала мне дочь…

- Пап…, - обрываю его.

- Амелия, ещё одно слова и тебя отведут отдыхать в комнату… Хочешь ты этого или нет! – предупреждает Змей. Я резко замолкаю, и, отведя взгляд в сторону, потупляю его в одну точку.

Ладно… Пускай узнает, если так хочется. Будет иметь ещё один повод поиздеваться надо мной.

- Я потерял связь с дочерью давно…, - начинает папа. - После развода, жена переехала в другой город и скрывала от меня Ами. Перед тем как сесть, я нашел с ней связь, но… Мы так и не успели увидеться. Я думал у нее всё хорошо, но оказалось, это было не так. Моя жена выдала Ами замуж, против её воли, для своей собственной выгоды… И, конечно, это понесло за собой ожидаемые последствия… Муж Ами оказался ещё тем ублюдком… Он начал поднимать на нее руку, - говорит и я толкаю его локтем в бок, мысленно приказывая замолчать. Но он продолжает рассказывать. Это МОЯ личная жизнь! - Не знаю, что между ними произошло и как было на самом деле… Амелия мне подробно ничего не рассказывала. Но моя дочь попала в больницу, потому что у нее была разбитая голова и думаю, это была не простая случайность…

21

‍Глава 21

Всё то время, пока папа рассказывал обо мне, я не смотрела на Яра. Боялась. И только когда папа договорил и замолчал, я осмелилась поднять на него взгляд. И то что я увидела… Это было жуткое зрелище… Столько мрака и злости от одного человека, я ещё никогда не видела и не чувствовала.

На первый взгляд казалось, что Змей сидит себе спокойно и просто слушает, но я-то немного знала его… Эти его сжатые руки в кулаки, тёмный взгляд, плотно стиснутая челюсть и заостренные черты лица… Всё это было хорошо мне знакомо. А ещё его энергетика… Сейчас она была бешеной, безумной, разрушающей… Я остро ощущала её, прекрасно понимая что она ничего хорошего не сулит… Но вот почему он отреагировал именно так, я понятия не имела.

Возможно это жалость или ещё что-то в этом роде… Но я никогда не поверю в то, что Змея вывело так, грубое обращение моего мужа со мной. На это ему точно плевать.

Было плевать раньше, и сейчас ничего не изменилось.

Он сам сказал, что передумал, потому что перегорело… На свободе полно других сук, и теперь он может позволить себе любую.

- Рана на голове ещё свежая, поэтому нужен контроль врача и тщательное обследование, - взволновано добавляет отец, нежно погладив меня по руке. – У меня есть знакомый доктор и если вы позволите, я приглашу его сюда, чтобы…

- Нет! – отрезает Змей. Слишком грубо и жестко. – Здесь не будет посторонних людей. И запомни… Всё что касается Ами, в дальнейшем является только моей заботой, - предупреждает, ещё больше меня шокируя. Какого черта?

Только что Змей дал понять моему отцу что я – его… Во всех смыслах этого слова. И конечно от этого, сразу возникают мысли, почему так.

Папа снова смотрит на меня растерянным взглядом. Я так и не успела ему ничего объяснить на счёт нашего знакомства со Змеем, потому что у нас не было времени наедине, и сейчас я боялась, что он захочет получить ответы на волнующие его вопросы.

- Полагаю… Вы знакомы ближе, нежели я думал, - вдруг говорит он, и мне сразу становится плохо.

- Не так уже и близко, - лгу, избегая пронзающего взгляда Змея. – Просто когда-то встречались…, - добавляю, поднимаясь на ноги. Мне хотелось как можно скорее уйти отсюда, чтобы успокоиться и остановить весь этот ужас. – Я отойду в уборную, - сообщаю, понятия не имея где находиться эта уборная. Но всё равно иду… Иду куда глаза глядят, лишь бы подальше отсюда, от этой энергии и от терзающих душу разговоров. И этот поступок, был моей самой большой ошибкой. Потому что как только я иду, Змей тут же поднимается на ноги и направляется следом за мной.

- Я проведу, - слышу его голос за своей спиной и останавливаюсь, замирая на месте. Он хватает меня за предплечье и продолжает вести дальше, подальше от отца. И когда мы оказываемся в другой комнате, он вжимает меня спиной в стену и нависает надо мной, блокируя своим массивным телом любое мое движение.

Я замираю, отворачивая голову в сторону, чтобы не видеть его и чтобы наши лица были как можно дальше. Но это не помогает мне, когда Змей склоняется ко мне, опаливая кожу моей щеки и шее своим горячим дыханием.

Его близость меня парализует…

Не скажу что эта близость была мне приятна, но точно и не противной… Хотя должно быть противно, после тех трёх ночей, которые я провела в его камере.

Это, скорее всего было похоже на панический страх и… Ещё что-то. И вот именно это «что-то» я не могла понять. Но смесь была до сумасшествия сильной и разрывающей.

- Это, правда? – хрипит Змей.

- Ч-что? – шепчу заикаясь, судорожно сглотнув.

- То, что рассказал твой отец? – напоминает.

- Пусти! – требую, пытаясь оттолкнуть его, но Змей был как нерушимая, каменная глыба… Он был намного выше и сильнее меня. К тому же сейчас я была не в самой лучшей форме, чтобы противостоять ему.

- Отвечай, когда я спрашиваю у тебя! – требует он.

- А то что? Что будет? – срываюсь. – Накажешь меня?

- Накажу, - подтверждает.

- Да мне как-то уже плевать, знаешь… Делай что хочешь, но я не буду ничего рассказывать! – говорю смело. – Это моя жизнь и она никак не касается того, с чем ты мне помогаешь, поэтому не смей лезть мне в душу!

Змей ухмыляется.

- Забыла… Твоя душа теперь моя, - напоминает, но я не теряюсь.

- Будет, если ты вернёшь мне сына! – отвечаю, и в этот момент телефон Яра начинает звонить. Он тут же принимает вызов, продолжая удерживать меня возле стены.

- Да! – бросает, слегка отстраняясь от меня. Я слышу, как ему что-то говорят в телефоне, но слов разобрать не могу. – Отлично! – спустя несколько секунд говорит Змей. – Ребёнок с ней? – вдруг спрашивает, и я перевожу на него взгляд, понимая, что ему звонят на счёт Дамира и санитарки. – Допросили? Ладно… Через полчаса за вами прилетит вертолет… Прими все меры безопасности для перевозки ребёнка! – добавляет, и я задерживаю дыхание… Нашли? Неужели нашли Дамира? – Будь на связи, - говорит, после чего прерывает разговор и переводит взгляд на меня.