— Вы хотите, чтобы доспехи не блокировали магические способности носителей, — сразу же догадался искин. — Искра пиромант. Олеся приручитель. Варягин паладин. Его навыки, насколько мне известно, связаны с очищением, защитой, снижением урона и магическим усилением физических атак, а также с артефактным оружием.

— Именно. Обычные металлы плохо проводят ману. Они слишком инертны. Для простого бойца это нормально, но для мага катастрофа. Представь, Искра попытается запустить «Огненный Шар», а доспех рассеет поток. Или того хуже, замкнёт его внутри.

— Это может привести к травмам, — согласился андроид. — Вплоть до летального исхода. Необходимо интегрировать в структуру доспехов материал, обладающий высокой магической проводимостью.

— Для этого служит Эфириум, — сказал я. — У меня получается свободно управлять техникой в силу класса. Ты тоже нормально функционируешь, хотя я не добавлял в сплав твоей брони этот материал. Полагаю, что причина в Системе. Вероятно, она создаёт закрытые каналы, которым плевать на любые преграды. Или же дело в самой специфике моей магии. Возможно, мне не стоило тратить на собственный доспех так много Эфириума. На текущий момент, хорошая проводимость мне нужна только когда я использую навык «Магнитный Захват».

— Этот навык помог вам победить «Небесного Левиафана», — напомнил Прометей.

— Я не посыпаю голову пеплом. Просто размышляю. У меня нет достаточного количества Эфириума, чтобы проводить эксперименты и опытным путём добиться идеальных пропорций. У меня есть только инструкция от Системы, а она говорит, что для доспеха требуется ноль целых одна сотая процента Эфириума. Но я вижу, что это не оптимально.

Прометей помолчал, его процессор явно перебирал данные.

— Согласно вашим записям, после создания собственного доспеха у вас осталось ровно шестьдесят пять граммов Эфириума. На ваш доспех было затрачено тридцать пять граммов. Это обеспечило полную проводимость и интеграцию с вашими навыками. Пользуетесь вы ими или нет.

— Верно, — я выпрямился и развернул окно инвентаря. Там, с пометкой «Редкие ресурсы», мерцала строка:

Предмет: Слиток Эфириума (65 гр.)

— Мне нужно оставить себе неприкосновенный запас, — продолжил я. — Минимум десять граммов. Они пойдут на критически важные разработки. Возможно, на техномагическое оружие или на создание ключевых компонентов для фракционной инфраструктуры.

— Вычитаем десять граммов, — констатировал Прометей. — Остаётся пятьдесят пять граммов доступного для использования Эфириума.

— Именно. Этого хватит на два полноценных доспеха с хорошей проводимостью. Но не на три. Даже с учётом того, что доспех для Олеси значительно меньше по размеру и потребует не так много материала.

Я активировал «Разработку Чертежей» и вывел на панель упрощённые расчёты. Цифры поплыли перед глазами.

— Смотри. На один взрослый доспех уходит примерно двадцать пять граммов Эфириума, если мы хотим обеспечить проводимость на уровне семидесяти-восьмидесяти процентов. Для Олеси около пятнадцати граммов, учитывая меньшую площадь покрытия. Итого: двадцать пять плюс двадцать пять плюс пятнадцать — это шестьдесят пять. У нас только пятьдесят пять. Дефицит составляет десять граммов, которые я оставил прозапас.

— Вы можете снизить процент проводимости, — предложил андроид. — Например, до пятидесяти процентов для всех троих. Это уменьшит расход Эфириума.

— Нет, — покачал я головой. — Пятьдесят процентов слишком мало. Магия будет проходить с потерями, заклинания станут нестабильными. В бою это риск. Нужно найти баланс.

Андроид замер на несколько секунд, его оптика интенсивно замигала. Признак глубокого анализа.

— Я смоделирую распределение материала, — произнёс он. — Моя задача: подобрать такие значения проводимости для каждого из трёх доспехов, которые будут достаточными для стабильной работы их магии, но при этом уложатся в лимит пятьдесят пять граммов Эфириума.

— Отлично. Пока ты считаешь, я займусь остальным.

Активирован модуль: «Верстак Инженера».

Загружен чертёж: Дрон-разведчик боевой «Пессимист-1» (10 шт.)

Загружен чертёж: Дрон-охотник «Комар-1» (10 шт.)

Все компоненты в наличии.

Стоимость: 2000 маны.

Начать сборку?

Да/Нет

Я перекачал ману из кристаллов в крафтовый буфер и подтвердил запуск. Подвал наполнился гулом. Слева от моего стола шла сборка «Пессимистов», справа «Комаров». Компоненты плавно подтягивались друг к другу, словно намагниченные. Детали корпусов из AlSi10Mg смыкались со стальными затворными группами. Стволы вставали на место, соединяясь с ударными механизмами. В носовые отсеки «Комаров» плыли баллончики сжатого азота.

Теперь нужно доработать бронекостюмы.

Я развернул на голографической панели откалиброванный чертёж доспеха Олеси. Система уже подогнала базовые пропорции, и передо мной висела уменьшенная, более изящная версия моей собственной брони. Теперь предстояла кастомизация.

Для начала обязательные модули. Я открыл каталог чертежей и перетащил нужные иконки на схему предплечий. В левую руку «Энергетический щит (наручный)». Придётся сделать его более компактным. В правую альпинистский модуль «Коготь».

Теперь оружие. Нелетальное, разумеется. Убивать ей ни к чему, а вот оглушить или дезориентировать противника, дав время своим питомцам, это идеальный сценарий. Я интегрировал в нагрудную пластину ультразвуковой излучатель «Банши-2». Короткий, направленный импульс высокой частоты, вызывающий у цели головокружение и тошноту.

И, наконец, вишенка на торте. Ушки.

С тяжёлым вздохом я развернул перед собой шлем.

Добавил два треугольных выступа на верхней части, симметрично относительно центральной оси. Высота семь сантиметров. Угол наклона тридцать градусов от вертикали. Внутри каждого полость. Я задумался, барабаня пальцами по столу. Полость… Пустое пространство… Которое можно использовать.

Приблизил модель и начал заполнять пустоту компонентами. В каждое ухо отправилось по паре микрофонов. Один всенаправленный, для общей звуковой картины, второй узконаправленный, с параболическим отражателем внутри корпуса. Треугольная форма «ушка» идеально подходит для фокусировки звуковых волн. Она работает как акустическая линза, собирая шумы с фронтальной полусферы и отсекая лишнее с боков. Олеся сможет услышать шёпот или щелчок взводимого курка за полсотни метров.

Помимо микрофонов, добавил миниатюрный датчик движения. Твердотельный радар с фазированной решёткой, упакованный в керамический корпус размером с ноготь. Он сможет сканировать сектор в шестьдесят градусов, засекая перемещение любых объектов крупнее крысы… ну, обычной крысы, если такая вдруг попадётся…

Осталась мелочь, превращавшая игрушку в инструмент. Я добавил в основание каждого «уха» микроскопический пьезопривод, позволяющий конструкции поворачиваться на пятнадцать градусов в горизонтальной плоскости. Управление через нейро-интерфейс шлема. Захотела Олеся прислушаться к подозрительному скрипу слева, уши сами довернулись на источник, усиливая сигнал с микрофонов и наводя датчик движения.

Получалось… нелепо и гениально одновременно.

Кошачьи уши, которые реально слышат. Которые ловят шорохи, засекают движение и поворачиваются к источнику звука, как уши настоящего хищника.

Олеся будет на седьмом небе.

Модификация чертежа: Доспех тактический, модель «Кото-воин».

Анализ проекта завершён. Структура логична. Компоненты совместимы. Технологический процесс реализуем.

Опыта не накинула. Как обычно жадничает и за переделки с мелкими доработками награждать не спешит. Ладно, не очень-то и хотелось.

Ну-с, а теперь перейдём к менее радостной теме.

Я посмотрел на Черничку.

Паучиха по-прежнему сидела в своём углу. После угощения Олеси она немного сместилась. Теперь находилась не в самом дальнем тупике, а чуть ближе, примерно на метр, и методично плела новую нить вдоль стены, прикрепляя её к крюку вентиляционной трубы. Ничего, потом соберу всю паутину на материалы.

Но мне нужно больше. И качественнее.

Операция по имплантации катетеров в паутинные железы не отменяется. Хотя понятно, что Олеся будет против, да и много кто ещё обвинит меня в жестокости. Гринпис так вообще взвоет белухой, но его мнение я точно учитывать не собираюсь.

Идея поначалу казалась безумной, но теперь… блин, она один фиг безумная. Но необходимая. Я не могу синтезировать её паутину. Не могу воссоздать магический белок. Единственный способ получить ресурс — это подключиться напрямую к биологической фабрике.

Я активировал навык, которым ещё ни разу не пользовался, а очень хотелось.

Активирован навык: «Создание имплантов»

Внимание! Для проектирования импланта требуется сканирование организма-носителя!

Навык тут же запросил цель. Я указал на Черничку.

Цель: Мутировавший Паук — Уровень 3

Стоимость: 300 маны.

Начать сканирование?

Да/Нет

Это оказалось небыстро. Система сканировала Черничку добрых восемь минут, и всё это время над паучихой мерцала едва заметная голубая сетка. Она скользила по телу мутанта, проникая сквозь хитин и мягкие ткани. На голографической панели начала проявляться сложная анатомическая схема. Черничка сначала насторожилась, потом привыкла и продолжила плести. Видимо, это что-то вроде магического МРТ, может пригодиться в медицинских целях.

Сканирование биологического объекта «Мутировавший Паук»…

Прогресс: 1 %… 5 %… 12 %…

Схема становилась всё детальнее. Проступили очертания внутренних органов: сердце, лёгкие-книжки, разветвлённая сеть трахей. Затем паутинные железы. Семь типов, как и говорил Прометей. Они располагались в задней части брюшка, каждая соединена с собственным протоком, ведущим к паутинным бородавкам.

— Прометей, как там расчёт по Эфириуму? — спросил я, не отрываясь от схемы.

— Завершён, Создатель. Оптимальное распределение: доспех Искры двадцать граммов Эфириума, проводимость семьдесят процентов. Доспех Олеси двенадцать граммов, проводимость шестьдесят процентов. Доспех Варягина двадцать три грамма, проводимость шестьдесят восемь процентов. Суммарно пятьдесят пять граммов. Все значения находятся в допустимых пределах для стабильной работы магии, но при одном условии.

— Каком? — я с интересом поднял глаза на робота.

— Необходимо распределить Эфириум в пластинах доспеха неравномерно. Большая часть должна сосредоточиться в шлеме и сегментах верхних конечностей. Предплечьях и перчатках.

— Хм… а ведь ты прав, — согласился я. — Голова и руки. Это действительно основные зоны излучения магической энергии. У Олеси уклон в голову, у Искры в руки. Но Варягину нужно создавать защитную ауру. Полагаю, что ему потребуется всё же больше баланса с остальными частями доспеха. Возможно, стоит забрать пару граммов Эфириума у девочек.

— Принято. Внесу корректировки, — сказал Прометей.

Сканирование завершено.

Создана анатомическая модель объекта «Черничка».

Доступна детализация по системам органов.

Я увеличил изображение паутинных желёз. Они выглядели как гроздья полупрозрачных пузырьков, наполненных вязкой жидкостью. Большие ампуловидные, самые крупные, именно они производят тот самый сверхпрочный спидроин. Рядом малые ампуловидные, грушевидные, ациниформные, жгутиковидные, агрегатные. Сложнейший химический комбинат, уместившийся в брюшке живого существа.

Внутри каждого протока находился тончайший клапан из мышечных волокон. Паучиха управляла ими индивидуально, каждым независимо, выбирая тип секрета в реальном времени. Схема выглядела гораздо сложнее, чем я предполагал. Настолько сложнее, что несколько минут я просто сидел и молча восхищался.

— Прометей, — позвал я.

— Слушаю, Создатель.

— Смотри на схему, — я кивнул на голограмму. — Мне нужен катетерный коллектор, как мы уже обсуждали. Семь катетеров из биосовместимого полимера. Наружный диаметр каждого двенадцать миллиметров, внутренний просвет восемь миллиметров. Длина от кончика катетера до коллекторного блока не менее четырёхсот миллиметров, с запасом на изгибы при движении.

— Это сложная задача, — заметил андроид. — Секрет паутинных желёз предназначен для мгновенной полимеризации при контакте с воздухом. Даже внутри катетера, если там окажется пузырёк воздуха, начнётся образование нити. Трубка забьётся.

— Знаю, — я устало потёр лоб. — Нужна замкнутая среда от кончика катетера до накопителя. Ноль контакта с воздухом. Внутри системы будет давление инертного газа. Аргон подойдёт, его у нас «Синтезатор» уже производил. Минимальное избыточное давление, ноль целых пятнадцать сотых атмосферы. Этого достаточно, чтобы жидкий спидроин не полимеризовался в системе и свободно вытекал в накопитель.

— Принято, — сказал Прометей.

— Катетеры мягкие, паучиха не будет их чувствовать после заживления. Необходимо создать систему, при которой она сможет свободно пользоваться своими железами, как сейчас. Иначе возникнут проблемы, ведь она точно попытается плести паутину.

— Каким образом вы предлагаете стимулировать железы? — спросил андроид.

— Электрическими импульсами, — ответил я, уже видя решение. — Паутинные железы окружены мышечной оболочкой, которая сжимает их и выталкивает секрет в протоки. Эти мышцы управляются нервными сигналами. Если мы подведём к мышечной оболочке каждой железы микроэлектрод, то сможем подавать слабые импульсы, имитирующие команду на сжатие.

— Теоретически возможно. Однако потребуется очень точная калибровка. Также необходимы датчики давления. Они покажут, когда начинается выделение секрета.

Передо мной открылось окно проектирования. Слева анатомическая схема Чернички с выделенными паутинными железами. Справа библиотека стандартных компонентов: трубки, клапаны, электроды, датчики, микроконтроллеры.

Мы начали собирать чертёж. Спорили, заходили в тупик и начинали сначала.

Моделирование устройства…

Расчёт гидродинамики…

Анализ биосовместимости…

Я работал, погрузившись в процесс с головой. Пальцы летали по виртуальной клавиатуре, перетаскивали компоненты, соединяли их линиями. Прометей помогал, советовал, полностью брал на себя часть работы. Схема росла, усложнялась, обрастала деталями.

Система проверяла каждый узел, выдавала предупреждения, предлагала оптимизацию. Я вносил правки, пересчитывал, снова моделировал.

В какой-то момент поймал себя на мысли, что это напоминает проектирование топливной системы для двигателя. Только вместо бензина животный белок, а вместо цилиндров паутинные железы.

ВНИМАНИЕ!

Анализ проекта завершён. Структура логична. Компоненты совместимы. Технологический процесс реализуем.

Создан новый чертёж: «Микро-катетерный коллектор (паучий)»

Чертёж добавлен в вашу базу данных.

Получено опыта: 500 × 3 = 1500

Я облегчённо вздохнул и откинулся на спинку кресла. Глаза устали от напряжения, в висках пульсировало. Но я чувствовал удовлетворение. Основа заложена. Осталось только изготовить имплант, провести операцию и надеяться, что Олег Петрович справится с ролью ветеринара-хирурга… И что Олеся когда-нибудь простит меня.

— Хирургическое введение потребует миниатюрных инструментов, — напомнил Прометей. — Стандартный скальпель не подойдёт.

— Знаю, — выдохнул я. — Хирургический манипулятор для тонкой работы. Нано-принтер справится с иглами. Но сначала уточню у Петровича, какая ему нужна длина… и вообще, что ему потребуется… кроме валерьянки для себя.

— Собранные данные говорят, что объект «Олег Петрович» предпочитает другие напитки, — педантично сообщил Прометей.

Я невольно улыбнулся.

Таймер пискнул.

Сборка завершена!

Изготовлен предмет: Дрон-разведчик боевой «Пессимист-1»

Количество: 10 шт.

Тип: Боевой разведывательный БПЛА

Описание: Лёгкий квадрокоптер с интегрированным оружейным модулем. Боекомплект: 15 патронов 9×18 мм. Темп стрельбы: 250 выстр./мин.

Получено опыта: 1200 × 3 = 3600

…

Изготовлен предмет: Дрон-охотник «Комар-1»

Количество: 10 шт.

Тип: Нелетальный БПЛА

Описание: Лёгкий квадрокоптер с пневматическим инъектором. Боекомплект: 4 дротика. Газ: сжатый азот. Инъекционный состав: по отдельному рецепту.

Получено опыта: 800 × 3 = 2400

Ещё шесть тысяч опыта как с куста. За один сеанс. Кайрос помогает мне даже сейчас, когда основной работы для него нет.

Я осмотрел одного из «Пессимистов»

Дрон выглядел хорошо, прям фабрично. Четыре ротора в защитных кольцах из углеволокна. Компактный оружейный модуль, интегрированный заподлицо с корпусом. Ствол торчал из носового конца. Чёрный, маскировочный, без каких-либо значков или полос.

Поставил его на пол в центре подвала.

Запущен интерфейс «Техно-Око».

Подключение к устройству: Дрон-разведчик боевой «Пессимист-1» (ID: 33)…

Соединение установлено.

Режим: Тактический интерфейс.

Дрон поднялся плавно, с тихим жужжанием роторов, похожим на шёпот работающего вентилятора. Он завис в полутора метрах от пола и неспешно развернулся вокруг своей оси, сканируя мастерскую. На моём интерфейсе появилась картинка с его камеры: стол, стеллажи, паучиха, робот, я сам… Боже, какой у меня заросший и потрёпанный вид…

Черничка смотрела на дрон. Дрон смотрел на Черничку. Я дал команду приземлиться. Беспилотник снизился и сел туда, откуда взлетел, мягко, без удара.

— Работает, — констатировал я.

Подсоединил все новинки к «Техно-Оку», настроил протоколы патрулирования и убрал в Хранилище фракции. Потом открыл переписку.

Кому: Женя

Текст: «В Хранилище 10 новых дронов. Забери, выпусти на свободу».

Ответ пришёл с задержкой секунд в тридцать.

От кого: Женя

Текст: «Сделаю. Лёх, там этот новый, Степан, просится посмотреть на твою мастерскую. Говорит, ему интересно. Пустить?»

Я задумался на секунду. Степан инженер, пилот. Его знания могут быть полезны. Но пускать его в святая святых пока рановато. Да и устал я хуже собаки. Надо принять душ, поспать пару часов, может, даже побриться.

Я: «Пока нет. Пусть осваивается, отправь его к Геннадьеву».

Женя: «Ок. Понял».

Я закрыл окно сообщений и снова повернулся к голографической панели, где всё ещё висела схема организма Чернички. Программа моделирования имплантов продолжала работать в фоновом режиме, предлагая заменить глаз, лапку, хелицеру. Всё, что угодно за вашу ману и нервные клетки, которые сгорят, пока вы будете снова и снова пытаться соединить живую плоть и гаджет.

Линии соединялись, пересекались, образовывали сложную сеть. В моей голове крутились цифры: диаметры трубок, напряжение импульсов, концентрация стабилизирующего раствора.

И вдруг…

Ослепительная яркость.

Вспышка, заполнившая мозг.

Как удар молнии, заставивший синапсы гнать сигналы между нейронами с бешеной скоростью. Я увидел. Нет, не способ оптимизировать чертёж катетера, а нечто гораздо более важное…