Хэлмираш наблюдал за тем, как Ноат и Ани поднимаются по лестнице. Торжество контраста: золотая в светлом и занесённая в чёрном. Ани была прекрасна, с этим Хэлмираш не спорил, но даже рядом с ней он не сравнивал её с Ноат. Потому что его никто кроме занесённой не интересовал в принципе, а, значит, и оценивать было нечего. Усмехнулся про себя, видя, как Ноат и за подопечной пытается присматривать, и хотя бы вполглаза поглядеть на убранство дворца.

Однако подмечал это страж, пока они поднимались. Стоило приглашенным достичь верха лестницы, как Хэлмираш наказал себе забыть о том, что Ноат рядом: сейчас даже взгляда лишнего на неё нельзя было бросить, чтобы никого из дворцовых не спровоцировать на лишнее любопытство. Список стражей и тот факт, что в него внесена его жена, знал лишь очень ограниченный круг лиц, и страж не собирался его расширять. Правда, принц сам туда затесался, без желания Хэлмираша, но избежать этого было не в силах главного стража, его полномочия так далеко не простирались.

Проводив обеих женщин в зал ожидания переговоров, Хэлмираш столкнулся со взглядом тёмных металлических глаз. Занесённая ещё, как назло, то ли не поняла, кто перед ней, то ли забыла про этикет и глазела на принца совершенно беспардонно, привлекая его лишнее внимание. Нордан в ответ не отказал себе в прямом рассматривании Ноат и тут же попытался спровоцировать Хэлмираша, почти выгоняя занесённую, хотя сам прекрасно видел, что она распределена именно сюда.

— Ступай, там работы хватает, — и снова этот беглый взгляд в сторону главного стража.

Хэлмираш не понимал, за что принц ему мстит, а впечатление складывалось именно такое. Страж никогда не заговаривал с принцем первым, никогда не пытался дать понять, что он знает, что сотворил наследник и что именно он, страж, его спас. Но Нордан, видимо, как-то об этом прознал и почему-то постоянно пытался его уязвить, найти слабое место, словно обвинял мужчину в том, что у него не вышло завершить ритуал. Или в чем-то ещё?.. Раньше Хэлмираш просто терпел, стараясь как можно реже пересекаться с Его Высочеством, но сейчас страж не мог позволить парню отыграться на Ноат.

— Она останется здесь, — тихо, но категорично ответил Хэлмираш.

И по искрам в глазах Нордана понял, что попался. Принц с прищуром словно заново осмотрел Ноат. Сам же страж поймал вопросительно-взволнованный взгляд Артура, который вообще не понимал, что тут происходит.

— Что в ней такого особенного кроме странной любви к татуировкам и твоей фамилии в документах? — принц буквально буравил его взглядом.

Страж дёрнул рассечённой щекой, видя, как нервно сжимается Ноат под словами Его Высочества, уставившись в пол и боясь поднять глаза. Хэлмираш уже собирался банально превысить полномочия, но заставить Нордана переключиться с Ноат на себя, как вдруг голос подала Ани, и уж ей принц не мог возразить. Мгновенно превратившись из противника с металлом в глазах в вежливого и понимающего юношу, Нордан словно забыл о занесённой и страже, однако Хэлмираш прекрасно понимал, что это не так. И если Ноат нынче без проблем вернётся домой, то это уже будет победой для стража. И оказался прав, когда принц вдруг упомянул о присяге.

— Нет, — Хэлмираш шагнул вперёд, борясь с собой, чтобы банально не закрыть Ноат от Его высочества своим телом — это было бы высшим нарушением этикета. Но никакой присяги, никакого служения дворцу, этого страж не допустит.

— Хэлмираш, а это в целом прекрасная идея, если мы будем использовать её магию для дворца… — раздался в голове голос Тальяна.

Конечно, этот лысый аллар не мог не наблюдать за происходящим в сегодняшний день.

— Никто не будет использовать её магию, кроме неё самой! — резче, чем следовало, ответил страж. — Она здесь разово, и больше ноги Ноат здесь не будет!

Тальян промолчал, улавливая категоричное настроение Хэлмираша и пока не считая нужным настаивать.

Нордан пожал плечами, словно его и не волновал особо ответ, но горящий интерес в его глазах страж улавливал, а потому не торопился расслабляться.

— Как знаешь, Хэлмираш, как знаешь…

— Его императорское Величество и представители власти Небесного двора! — раздался вдруг зычный голос от дверей.

Хэлмиаш склонился, оказываясь рядом с Ноат. Понимая, что занесённая от переизбытка эмоций могла забыть обо всех правилах, тихо проговорил:

— В зале встань за золотой. И держи рот на замке.

Ноат еле заметно кивнула, давая понять, что всё слышала. Хэлмираш выпрямился, отошёл к стене, замирая там каменным изваянием. Сконцентрировался на членах делегации, запуская своё изобретение: поисковой покров, стараясь вычислить, что аллары принесли с собой из скрытых амулетов. А то, что не все их артефакты были проверенны и даже найдены, он был уверен.

И словно в подтверждение его мыслей, на поисковом покрове отразилась чёрная точка.

— Плохо, — без зазрения совести снова ворвался в его мысли судья. — Я надеялся хотя бы на красный.

Хэлмираш был с ним полностью согласен — чёрный отсвет означал, что у кого-то из них есть заготовленное смертельное заклинание. Но раз сразу его обнаружить не смогли, как и понять сейчас, у кого именно заряженный артефакт, то сразу предъявлять обвинения будет глупо.

— Ждём, боевая готовность. В танцевальном зале императора отдалить от делегатов максимально, — скупо передал страж по основной сети.

— Он хотел встретиться с генералом Дарсу, — тут же подкинул идею Тальян. — Скажу ему ждать в противоположном конце зала, проведёте императора туда. А алларов займём советниками, хватит с них.

Хэлмираш коснулся канала связи, соглашаясь.

Между тем разговор за столом перестал требовать присутствие золотой, Ани расписалась в документе, и они вместе с Ноат вышли из кабинета. К неудовольствию стража, принц выскользнул вслед за ними.

Дёрнув щекой, Хэлмираш остался на месте, дожидаясь завершения встречи, а потом, как и договорились с судьёй, сопроводил императора вместе с присоединившейся императрицей к генералу, соблюдая приличия приёма, но при этом разрывая дистанцию между ними и алларами. Краем глаза отследил, чтобы Ликаарда и Поли так же держали на достаточном отдалении от делегации.

Связался со всеми постами, собрал отчёты об обстановке. Фоном их выслушивая, нашёл взглядом Ноат и сжал зубы, видя бледное и настороженное лицо жены. Стоящий рядом с ней принц явно действовал занесённой на нервы, но Ноат понимала, что ссориться просто так с венценосным парнем не стоит. Еле заметно поморщившись, страж выделили в гудящей сети место для сигнала от артефактов Ноат, прислушиваясь и к ней, и к подчинённым одновременно. Резерв трещал от подобного, но сил оракула теоретика, пусть и четвёртой ступени пока хватало.

Последней каплей стал полноценный испуг, который занесённая испытала от слов Нордана про магов крови. Хэлмираш решительно приблизился, лавируя между гостями, на ходу пытаясь придумать хоть один вежливый аргумент, но страж не был в этом силён, а потому просто собирался оттереть Нордана плечом от жены, и плевать, что будет. Сдерживая себя из последних сил, сам ответил на вопрос принца:

— Она — Ноат Инс-Наур Радэр, Ваше Высочество. Принята в род Инсабах Наур и названа в честь погибшей единственной представительницы ветви.

Нордан с ухмылкой посмотрел на него, осклабился:

— Удобно, когда твою бывшую пассию и нынешнюю жену зовут одинаково, да, Хэлмираш?

Краем глаза страж видел, как на мгновение скривилась Ноат от таких слов, хотел уже молча её увести от неприятного разговора, но тут его спас император, лениво делая запрос на местоположение сына.

— Ваше Высочество, император хочет видеть Вас, — игнорируя вопрос, проговорил Хэлмираш.

Принц только смерил его многообещающим взглядом и удалился.

— Айн, я тебя обожаю, — с облегчением вздохнула Ноат, глядя на него с благодарностью.

Будь они не во дворце, Хэлмираш бы ввернул пару ласковых о том, что он предупреждал, он просил не соваться сюда. Дворец — не место для прогулок занесённой с неконтролируемой императорскими силами магией. Но сейчас стоило продолжать работать и поддерживать сеть, поэтому молча ушёл, сменяясь Артуром.

Контролируя сеть, Хэлмираш, казалось бы, видел и проверял всех, но всё изменилось в один момент: вспышка заклинания, корчащийся Бриал на полу.

— Арт, блокируй источник! — рявкнул страж, мгновенно пролетая по всем заявкам. Голова чуть не взорвалась, но отследить затухающий след сумел.

— Вижу, Хэлмираш, принял. Спасибо, — тут же раздался голос Тальяна, перехватившего полученный сигнал.

Следом прилетел удар по отслеживающим Ноат артефактам: занесённая перенеслась вместе с Бриалом в их дом. Отличная идея, надо Арту премию дать за хорошие советы. На этот раз только Ноат и могла спасти аллара от спонтанной атаки, что и сделала, не забыв прихватить Ани.

— Хэл, куда новенькая утащила Бриала⁈ И как, тут же всё экранировано⁈ — по связи прилетел вопль Тессы.

План в голове стража выстроился быстро, одного спасения Бриала было недостаточно, следовало срочно разобраться в основной проблеме нападения, да и не факт, что Ноат справится с заклинанием, а Тесса в этом деле опытна.

— Тесс, давай ко мне домой. Скажешь новенькой: Таши, я от Айнара. Она поймёт и будет содействовать.

— Принято!

Сам же страж минимизировал начинающуюся суматоху, Артур с Виктусом на пару успокоили публику, наплели им чего-то высокомерного. Хэлмираш лично под шумок вывел из зала и изолировал делегацию в гостевом крыле, даже не собираясь слушать их гневные возражения, быстро перешедшие в обвинения.

— Хэлмираш, тебя ждёт император в малой приемной, — раздался беспристрастный голос судьи.

Кто бы сомневался, скривился Хэлмираш, но, проверив сеть и выдав указания насчёт делегатов, быстро перенёсся в кабинет.

— Какого зорга драного там произошло и как твоя новоиспечённая жёнушка смогла активировать портал в зоне абсолютного контроля⁈ — раздался гневный крик императора, стоило стражу только появиться перед ним.

Хэлмираш мельком огляделся: пылающий яростью глава государства стоял около своего стола, императрица полулежа расположилась на привычном месте на кушетке рядом, в её ногах сидел Нордан, со злобным интересом поглядывая на стража. Вдруг открылись двери, и вбежали Поли и Ликаард, демон первым делом посмотрел на отца, отметил его спокойствие и медленно выдохнул сам.

— Мама, всё в порядке? — Поли сразу обратилась к императрице.

— Всё хорошо, целью были не мы, — спокойно кивнула Манриока. — Рада, что вы двое в этот момент были в саду, — Ликаард удостоился благосклонного взгляда.

— Я задал вопрос! — прогремел император.

Молодой демон, видя, на кого направлен гнев Его Величества, сощурился. Хэлмираш на мгновение прикрыл глаза, получая отчёт от Тессы, после чего проговорил:

— Чего-то подобного мы и ожидали, аллары решили разбираться со своими проблемами на нашей территории. Но провокация не удалась, источник заклинания нам уже известен, а его жертва жива. Последствия для государства будут минимальны.

— Это не тебе решать, какие будут последствия для империи! Я всё ещё не услышал ответа на вопрос о портале твоей жены! — продолжал сверлить стража взглядом император.

Хэлмираш почувствовал, как холодеют пальцы. Чего-то такого он и опасался. В данный момент рассчитать реакцию главы государства и последствия для Ноат было крайне сложно. Как много открыл ему Тальян о её способностях? Что император посчитает угрозой?

— Её порталы позволяют перемещаться в любом случае, даже на территории абсолютного контроля. Их нельзя перекрыть или перехватить, — вынужденно выговорил страж.

— По крайней мере, на данный момент мы не можем этого сделать, но продолжаем работу над возможностью контроля, — в кабинет тихо зашёл судья.

— И ты говоришь мне об этом только сейчас⁈ — взорвался император, ударяя кулаком по столу. — Схватить, привести и нейтрализовать как…

— Вы сейчас говорите о моей матери! — не выдержал Ликаард, резко понижая тембр голоса от плохо сдерживаемой ярости. — Мачехе, — всё-таки сумел слегка опомниться и поправиться. — Вы не можете просто взять и устранить её!

Поли предостерегающе погладила напряжённые плечи демона, посмотрела на отца укоризненно, но император мало обратил на это внимание, устремляя пылающий взгляд на посмевшего ему возразить Ликаарда. На лице Хэлмираша выделились желваки, холод сковал руки уже до локтей.

— Не стоит, — раздался в его голове голос Тальяна. Аллар не угрожал, но предупреждал, что любые опрометчивые действия в этом кабинете будут иметь последствия.

— Я защищаю младшую императорсую чету. Ото всех, — веско уронил страж в ответ.

Судья посмотрел на него, приподнимая брови, но промолчал.

— Я очень рада, что ты так беспокоишься о своей матери, — сделала акцент на последнем слове императрица, показывая, что она осведомлена о том, какая сущность находится в нынешнем теле жены Хэлмираша. — Но безопасность империи стоит на первом месте.

— Моя мать не имеет никакого отношения к угрозам империи! — даже бровью не повёл Ликаард. — То, что вы не можете её контролировать — это ещё не значит, что имеете право убить!

— Помни своё место, демон! — резко одёрнул его император. — Забыл, кто ты⁈

Ликаард как-то странно поменялся в лице, глаза приобрели хищное выражение.

— О, поверьте, я это прекрасно помню. Могу перечислить, — слыша его слова, Поли вложила свою ладошку в руку Ликаарда, переплела пальцы, успокаивая и одновременно с этим прикрывая от прямого гнева венценосных родителей. — Я — сын главного стража пятой магической Академии, прихожусь племянником Предводителю Южной равнины и боевому Советнику империи демонов, а так же внук Советника мирного статуса, наследник основной ветви старшего рода Инсабах-Наур, — Ликаард переводил взгляд с императора на императрицу и обратно. — А ещё я сын своей матери. И как вы верно заметили, крайне пекусь о здравии Ноат Инс-Наур Радэр. И, поверьте, не только я. Она дорога в том числе и всем перечисленным мною лицам, и это отнюдь не исчерпывающий список.

— Думаешь, ради одного человека хоть кто-то из них пошевелится? — иронично приподняла брови Манриока, нисколько не тронутая его выпадом.

— Мама! — раздался гневный голос Поли, но императрица продолжала прямо смотреть на молодого демона.

И тот улыбнулся в ответ. Широко.

— Ну что Вы, Ваше Величество, официально, может, и нет. Никто не пойдёт войной ради одного человека, Вы бесконечно правы. Но вместе с тем Вы недооцениваете любовь к Ноат Даарена и Тригана, не представляете размеры гордыни Даамара и долга тени Энсаадара. Но, помня их должности, думаю, можете представить, какие последствия могут быть у того, кто будет нести ответственность за обиду, нанесённую Старшему роду.

— Я понимаю, что из-за сегодняшних событий все взвинчены, но давайте прекратим этот пустой разговор, — раздался вдруг спокойный голос судьи. Лысый аллар сделал шаг вперёд, концентрируя общее внимание на себе. — Ликаард, остынь, никто не угрожает твоей матери, по крайней мере, до тех пор, пока она не встает на пути интересов государства. Сейчас основным итогом является то, что Хэлмираш арантил Хараш готов поручиться за свою супругу, — размеренно проговорил Тальян.

— Не проще ли заставить её принести присягу? — взвился вдруг принц. — Отец, мы теряем огромный потенциал!

— Исключено! — тут же среагировал Хэлмираш, не удостоив Нордана даже взглядом, продолжая буравить императора.

Карасаль на этот раз встал на сторону стража, отмахиваясь от идеи с присягой, но и на устранении больше не настаивал. Хэлмираш подозревал, что всё это время он вел скрытый диалог с судьёй, и тот доложил ему своё виденье, которое императора устроило. Единственное, что стража напрягало, так не договорились ли они о чем похуже присяги для Ноат, но пока предпосылок для этого не было высказано.

— Хэлмираш — лицо заинтересованное, — не приняла такой вариант императрица. — Кто ещё?

Страж пожал плечами, понимая, что может играть и более именитыми фамилиями, они так или иначе были у Ноат в долгу.

— Малиш, Гарахи, глава Дориарх, если потребуется, — хриплым голосом перечислил он.

— Свяжись, — не стала откладывать в долгий ящик Манриока.

И уже через несколько минут у Тальяна были согласия о поручительстве всех перечисленных. Манриока только хмыкнула, с невольным уважением смотря на Хэлмираша: заручиться поддержкой таких личностей было непросто, да ещё чтобы они с такой скоростью раздавали свою благосклонность и брали ответственность перед империей за кого-либо.

— Так, этот вопрос закрыли, все свободны. Идите работайте, разбирайтесь, кто из этих крылах подонков решил сделать из приёма полигон для испытаний, — отдал приказ император, усаживаясь наконец за стол.

Хэлмираш молча вышел, но в коридоре поймал Ликаарда за рукав:

— Отведи Поли в её покои и живо домой, — скомандовал коротко.

Демон хотел возмутиться, но встретившись глазами с отцом, быстро передумал и кивнул рогатой головой.

Хэлмираш же выдвинулся на проверку постов, но был остановлен голосом Тальяна:

— Ты мне как-то показывал свою разработку всеобщего сканирования, — задумчиво проговорил судья.

Страж, остановившись, молча ждал продолжения. Да, когда-то давно, где-то через год после того, как Хэлмираш устроился на должность во дворце, он создал заклинание, способное вытащить наружу все опасные мысли любого, кто находился в определённом радиусе. Зациклил на себе и поставил замок, который мог вскрыть только он или подобный ему маг-универсал высокого уровня слаженности различных видов магии, а таких уникумов найти было непросто. Даже Тальян сам не мог бы воспользоваться им.

— Активируй её, император дал согласие. А я прослежу за исполнением.

Хэлмираш развернулся, совершил скачок в центр сплетения системы безопасности. Коротко выдохнул и погрузился в сеть, находя старые ключи к заклинанию. После того, как император «помиловал» Ноат, стражу стоило выполнять свои обязанности строго и без нареканий. И Хэлмираша совершенно не волновало, что от этого заклинания пострадают практически все: с его векторами приложения магии Тальян вскроет все головы разом. Достанется всем делегациям, придворным, прислуге. И кого из них судья решит покарать, а кого помиловать — будет зависеть только от самого аллара.

Но даже будучи полностью поглощённым работой, Хэлмираш уловил вспышку сигнала от следящего артефакта Ноат, говорившую о её резком перемещении по континенту и куда-то дальше.

— На кой зорг её понесло!..

Переключиться и разобраться не успел, услышал:

— Я посмотрю, не отвлекайся.

Как Тальян умудрялся отслеживать все всплывающие вспышки от разведывательного заклинания Хэлмираша и при этом иметь магический ресурс на что-то ещё, страж не представлял.

— Хм, — раздалось через несколько минут. — А наше нападение имело далеко идущие последствия.

— Что там⁈ — дёрнулся страж.

— Я придержу сеть, а ты вот по этим координатам переместись, уточни у шаманов, я не могу работать на их территории. Тебя, в отличие от меня, они пустят.

Хэлмираш мгновенно перехватил данные и совершил прыжок, сжигая четверть резерва разом. Открыл глаза и тут же сощурился от яркого солнца, но заставил себя поднять веки, невольно отшатываясь от увиденной бойни между демонами и алларами, которую довольно успешно останавливал кто-то из Советников во второй ипостаси.

— Я ж говорил, что понадобится разрешение на его перемещение, — раздался бас Энсаадара рядом.

Хэлмираш оглянулся, видя недалеко от себя шамана Южной равнины и ещё одного незнакомого.

— Где Ноат? — тут же спросил страж, делая шаг к демонам.

— Служит на благо империи, — отметил незнакомый шаман, заставляя Хэлмираша нервно дёрнуть рассечённой щекой.

— Помогает усмирить Маалара, — со вздохом более развёрнуто прогудел Энсаадар. — Опасности для неё нет, даю слово. Вернётся домой, как только закончит здесь. Прости за это, но другого выхода не было.

Страж помрачнел, но кивнул: за все эти года верить шаману Южной равнины он научился безоговорочно. А потому пусть и чувствовал холод страха за Ноат внутри, но послушно вернулся на рабочее место, поблагодарив Тальяна за возможность отлучиться. Снова погрузился в сеть, рассылая свою формулу по головам всех, кто был во дворце, охотясь за мыслями. Он чувствовал себя существом с множеством щупалец. Будто стал колодцем истины и теперь оплетает своими лентами каждого жителя дворца.

Если бы не помощь Тальяна, то разум стража не выдержал бы такого потока информации, но сейчас он скорее был только поисковиком, находя и подсвечивая каждую лишнюю мысль, которую можно было считать с поверхностного слоя сознания, а уж в их конкретном содержании разбирался судья сам.

В итоге освободился Хэлмираш только уже ближе к ночи, оставил компетентные службы дворца разбираться с делегацией алларов, а сам перенёсся домой, со вздохом облегчения видя спящую на диване около догорающего камина Ноат. И только сделав шаг к занесённой, понял, что, торопясь домой после длинного дня, так и не снял доспех. Осторожно, чтобы не разбудить, сел на пол рядом, вытягивая гудящие ноги. Всмотрелся в безмятежное лицо жены: она сегодня сотворила два чуда, можно сказать. Спасла множество жизней демонов и алларов, убрав Маалара с поля боя, и одному конкретному аллару помогла пожить подольше… Его маленькая Ноат, которую ему так хочется спрятать от всего зла этого мира, но она не позволит ему это сделать.

Поддавшись порыву, страж снял перчатку и провёл огрубевшими пальцами по нежной щеке. Занесённая, словно этого и ждала, тут же открыла заспанные глаза, окинула Хэлмираша взглядом.

— Безумный денёк, — проговорила с тихой улыбкой.

— Не то слово, — кивнул страж, прикрывая глаза. Он дома, все целы, всё хорошо. Можно было выдохнуть.

— Давай помогу, — Ноат потянулась к нему, касаясь доспеха.

Страж отказываться не стал, отстёгивал сегменты сам и помогал советами там, куда дотянуться было сложно. Наконец высвободившись из брони, сел на диван, утопая в мягкой спинке. И тут же ощутил тёплую тяжесть головы Ноат на колене. Вполголоса сообщил, что в ближайшее время занесённой вход во дворец заказан. Та не испытывала по такому поводу сожаления, только поблагодарила за заботу.

— Я больше не буду, Айн, честно.

Страж хмыкнул, понимая, что Ноат наивно верит в свои слова. Но он-то её знал, а потому был уверен в обратном.

— Хочешь сказать, что не отправишься помогать тем, кому твоя помощь необходима? — он погрузил руку в русые волосы, легонько помассировал кожу головы жены.

Ноат только вздохнула в ответ, давая понять, что подобного обещания она дать не может. А Хэлмираш не мог не признать, пусть и с трудом, ценность и нужность её действий:

— Ты сегодня сделала всё правильно, — со вздохом проговорил страж, закрывая глаза и запрокидывая голову на спинку дивана. И он тоже в кои-то веки смог выполнить всё так, как было нужно.

— Мне кажется, пора прекращать эту игру, — задумчиво проговорил император, крутя в пальцах снятый с шеи защитный амулет.

Манриока изогнула шею, покосилась на мужа.

— Ты о чём?

— О ком. Поговори с Поли, вчерашняя сцена показала, что этот демон неблагонадёжный.

Императрица приподняла бровь и вдруг жёстко усмехнулась:

— А мне понравилось, как он защищал мать. Да и все эти титулы — мальчик далеко не прост. Ты же помнишь, чей он ставленник?

Лицо Карасаля исказила гримаса.

— Своенравный, да, но это проходит с возрастом. А с тем же пылом, с которым он вступился за мать, демон будет защищать и нашу дочь.

— Я всё равно настаиваю на том, что они — не пара, и надо его…

Тут дверь кабинета распахнулась, впуская Поли. Девушка вежливо поклонилась родителям, прошла к отцовскому столу, внимательно посмотрела сначала на императора, затем на императрицу.

— Я выбрала дату свадьбы.

Карасаль подавился воздухом, Манриока нахмурилась.

— Дочь, это не смешно, — строго проговорила она.

— А я и не шучу, — легко пожала плечами Поли.

— Не позволю! — рявкнул Карасаль. — Этот напыщенный демонический мальчишка…

— Станет моим мужем, — Поли улыбалась, но в глазах сверкнула сталь.

— В любом случае, назначать дату свадьбы должны родители, — наставительно проговорила Манриока.

— Тебя это не остановило, мама, — мило парировала принцесса. — Ты же сама назначила дату, чем я хуже. Или во мне недостаточно алларийской крови?

Императрица недовольно поджала губы, но при этом во взгляде мелькнуло хорошо скрытое одобрение.

— Да что происходит в моём дворце⁈ — возглас императора был почти отчаянным. — Аллары устраивают покушения, судья утаивает информацию, неподконтрольные порталы открываются, демоны угрожают мне в собственном кабинете, а теперь и родная дочь сама назначает дату свадьбы, даже не спросив отцовского благословения!

— Именно за ним я и пришла, пап, — сверкнула улыбкой Поли.

Император обернулся к жене за поддержкой, но та только руками развела. Ну нечего было возразить, ведь и она когда-то ворвалась в покои родителей, заявив, что выходит замуж за императора империи людей.

— Сумасшедший дом… — в изнеможении откинулся на спинку стула Карасаль.

— Айн, мне тут Даамар одну вещь интересную сказал, — задумчиво проговорила Ноат, сидя на кровати, поджав одну босую ногу под себя, а второй покачивая в воздухе.

— Какую? — Хэлмираш окинул взглядом жену, на которой была только одна тонкая ночная сорочка.

— Как бы тебе сказать, — она хмыкнула, вскинула голову и глянула на стража с каким-то озорством в глазах. — Нам нужна четвёртая детская.

Хэлмираш на мгновение впал в ступор.

— Как?..

— Айн, тебе напомнить, откуда дети берутся? — хихикнула Ноат, подползла к нему по кровати, обняла за голые плечи. — Не переживай, с этим ребёнком я тебя одного точно не брошу.

— Да я уж надеюсь! — вырвалось у стража.

— О, уже иронизируешь на эту тему, прогресс, — отметила занесённая, целуя мужа в затылок. — Но насчёт детской я серьёзно, надо подумать, какую из комнат под неё переоборудовать.

— Ликаарда выгоним, всё равно дома почти не ночует, — буркнул Хэлмираш, оттаивая и обнимая жену в ответ.

В голове царил сумбур: ещё один ребёнок… Страж не то что был не готов… и был… Но скорее рад, чем наоборот… Однако понятливая Ноат не торопила его с эмоциями, просто крепче сжимала его плечи, как бы утверждая его в мысли, что на этот раз она всё время будет рядом.

В день свадьбы Ликаарда Хэлмираш думал, что свихнется. Мало того, что в последнюю неделю ему приходилось жить на работе, в том числе по ночам, чем ни он, ни Ноат, ни маленькая Ирлишка, любящая засыпать под чтение отца, не были рады, так ещё и ночами не спал, практически. Но с таким количеством высокопоставленных гостей приходилось наводить лишние линии защитных плетений, изобретать формулы буквально на коленке, чтобы системы просто не разорвало на мелкие ошмётки от несовместимых приказов. Даже Тальян впервые выглядел измождённым, с его лица пропала невозмутимость, а во время ночной совместной работы страж, о ужас, видел как лысый аллар зевал и тёр покрасневшие глаза.

В итоге на самой важной части свадьбы — церемонии принятия, Хэлмираш еле сдерживал зевоту. Сама церемония проходила вдали от всех гостей, в подвале сокровищницы императорского дворца в окружении формул древней человеческой магии, начертанной на полу, стенах и низком потолке. На ней присутствовала старшая императорская чета, Ликаард, Поли и Тальян. Ну и Хэлмираш, но не как отец, а как главный страж. И он внимательно следил за тем, как комплект древних императорских артефактов был вручен его сыну, а судья персонально активировал их, пробуждая кровью Карасаля. Манриока лично надела последний амулет на Ликаарда, но перед этим приказала ему наклониться, и как только смогла дотянуться, дёрнула демона за ухо и что-то коротко ему прошептала. Хэлмираш не слышал, что именно, но стоящая рядом Поли густо покраснела, а Ликаард кивнул с серьёзным видом.

Когда церемония закончилась, и императорские артефакты на Ликаарде сверкнули, подтверждая активацию, все направились к выходу, стремясь поскорее выйти к гостям и провести уже общую официальную часть, молодой демон немного замедлился, с улыбкой глянул на отца.

— Ну, теперь можешь выдохнуть, — Ликаард сверкнул перстнем. — Меня будут защищать эти камушки.

— Вечером снимешь, посмотрю, что там заложено, — Хэлмираш и не думал расслабляться, рефлекторно раздумывая, как будет стоить защиту сына с учётом всего, что сейчас произошло.

Старший кивнул и вернулся к принцессе.

На официальную церемонию Хэлмираш не пошёл, разбираясь с тревожным сигналом системы. Но тут его даже опередили немного: Артур поторопился разобраться с парочкой особо недовольных происходящим чиновников, которые хотели устроить неприятную провокацию, надеясь сорвать свадьбу. Простые смертные не знали, что основная часть уже прошла, и Ликаард вписан в родовые императорские артефакты, а это важнее любой бумаги и магических клятв.

После передачи неудавшихся преступников другим службам, страж наконец вышел из дворца в парковую зону, где раскинулись золотые шатры, рядами стояли столы со всевозможным угощением для гостей. Сощурился от яркого света солнца, поторопился уйти в тень, чтобы не бликовать броней.

Первым делом нашёл взглядом Ноат и коляску с Ирлишкой. В груди заметно потеплело при мысли о дочери. Занесённая в этот момент что-то быстро писала на листе бумаги под торопящие жесты Рейнгара — опять этот фанатик что-то придумал и готов тестировать даже сегодня.

Глаза сами собой переместились с жены на гостей. Сегодня здесь собрался весь цвет наций, причём всех. Главы других человеческих государств, эльфы, аллары, демоны… Даже Маалар явился, заставляя сеть Хэлмираша завыть, но надо отдать Карасалю должное, император и виду не показал, что не рад Правителю демонов, принял как дорогого гостя. Но и сам Маалар не стал устраивать сюрпризов, выказал должное уважение императору и его супруге.

— Ты только посмотри на них, — раздался вдруг за спиной знакомый голос. — Советники, Предводитель, глава аранов, шаманы! Даже Правитель, и тот тут. Ух, от концентрации тени воздух прям дрожит!

— Ты ж не можешь её видеть, — с усмешкой проговорил Хэлмираш, оборачиваясь к скалящемуся в улыбке Дармину.

— У меня достаточно хорошее воображение, друг, — хмыкнул тот в ответ. — Но, согласись, впечатляет. И все они тут по её сущность, — лысый кивнул в сторону Ноат. — Удивительная женщина.

Хэлмираш перевёл взгляд на жену, на дочь, которая уже проснулась и тянула ручки из коляски… На мгновение в груди сдавило от невыносимого желания оказаться рядом с женой и дочерью, послать к зоргам песчаным этот дворец, охрану, работу… Подчиняясь какому-то наитию, ушёл на внешний слой защитной системы, окидывая своим вниманием всю лужайку разом. Перед его взором оракула предстала целая паутина связей. И от тех личностей, которые интересовали его в первую очередь, большая часть нитей сходилась на… Ноат. Взгляды, направления мыслей, колебания тени, слова и передвижения. Все они обвивали ее, словно коконом.

Хэлмираш моргнул, возвращаясь в реальность. Даарен, Триг, Даамар с Хираном, Энсаадар — все они, находясь рядом с Ноат, покрывали её частицами тени. Сильнее, чем её саму, тень укрывала только коляску с их дочерью. Немного подобной защиты было на Майе, Ликаарде и Тигре. А через мгновение Хэлмираш, вновь заглянув в систему, с удивлением осознал, что и на нём самом есть ограждающий след демонической магии. Вся его семья была под их защитой. А ведь Даамар уже когда-то говорил ему об этом, но страж как-то не принял всё настолько буквально.

Смотря на отошедшую к дочери Ноат, на её домашнюю улыбку, Хэлмираш вдруг понял, что устал. Чудовищно устал от дворца, от придворных, от их склок и разборок, от приёмов, от императорских выездов и вообще от императорской четы в непосредственной близости от себя. От вечного контроля и вечного слежения за системой, которая пусть и была поставлена им, но доработана Тальяном, а потому не так проста в использовании.

Мельком взглянул на Ликаарда через призму системы охраны, принимая решение. Сын был глухим пятном, не читаемый и не пробиваемый, как и любой член императорской семьи. А ведь Ли прав, он уже под самой лучшей защитой, которая только может быть. Лучше просто некуда. Да, во дворце Хэлмираш имел привилегии, мог лучше приглядывать за Ноат, используя самые лучшие артефакты, но… Он сам себе обещал, что будет здесь до тех пор, пока в нём будет необходимость. А теперь страж нужен был совсем в другом месте, не как охрана, а как муж и отец.

— Тальян, — бросил мысленный запрос страж.

— Хэлмираш, — тут же отозвался судья.

— Я увольняюсь.

Последовала непродолжительная пауза.

— Если честно, то мне жаль, но я всё понимаю, — проговорил аллар с лёгкой усмешкой. — Кому передашь дела?

— Кому скажете, — Хэлмираш пожал плечами, ощущая на плечах вдруг ставший неподъёмно тяжёлым доспех. — Не поверю, что у вас не было продумано моей замены.

— Конечно, замена есть. Поэтому я принимаю твою отставку прямо сейчас. Извини, будет больно.

Голову стража пронзила молния, заставляя сжать зубы до скрежета и на миг зажмуриться от боли. Из его сознания довольно грубо выдернули все ключи и разрешения от системы императорского дворца. Но вот боль отступила, давая возможность нормально дышать, и мужчина ощутил в голове непривычную… тишину.

— Было приятно с тобой работать, Хэлмираш. Удачи, — прошелестел затихающий голос Тальяна.

Страж коротко выдохнул, проморгался. И вдруг обернулся к Дармину.

— Доспех снять помоги, — попросил хрипло.

Тренер сыграл бровями, а потом растянул губы в широчайшей улыбке.

— Да неужели! До тебя, наконец, дошло? — спросил, протягивая руки к застежкам.

— Что? — уточнил Хэлмираш, непослушными после удара по сознанию пальцами расстёгивая ремни.

— Что тебе не надо кишками на изнанку выворачиваться, чтобы защитить одну мятежную сущность? А теперь ещё и очередное её ответвление, — хохотнул лысый. Дармин махнул рукой, словно обводя стоящих неподалеку демонов. — Стоит только маленькой угрозе лишь мелькнуть, как вся эта небольшая темнокожая армия призовёт большую армию и порвёт всех на мелкие ошметки за любой косой взгляд. На Ноат, на её детей. И, представь себе, даже на тебя, старый ты хрыч. Дыши уже ровнее, тебе ещё дочь растить!

Хэлмираш посмотрел на друга долгим взглядом, но так и не нашёл, что возразить. Лишь молча кивнул, сложил доспехи грудой в уголке и зашагал прямо к Ноат.

Та встретила его с удивлённой улыбкой, но радостно подставила щеку под поцелуй и уступила место рядом с коляской. Хэлмираш склонился, осторожно обхватил большими ладонями маленькое тельце дочери, поднял её, располагая в руках, как в колыбели. Серьёзные серые глаза внимательно смотрели на отца, при этом губы совершенно несерьёзно, но сосредоточенно сосали маленький кулачок. Еле заметные рисунки тени шли по коже девочки, но при этом не вызывали в страже вообще никакого отторжения. Они были естественны, они были её частью. Губы стража сами собой пришли в движение, складываясь в наиболее мягкую из возможных улыбок. И тут же получил самую искреннюю детскую улыбку в ответ.

— Кажется, кто-то тут совершенно и бесповоротно счастлив, — Ноат прижалась к боку мужа.

Хэлмираш обвил рукой её талию, коснулся щекой макушки.

— Совершенно и бесповоротно, — кивнул страж, подтверждая.