Сложно поверить, что пошел уже одиннадцатый год моей жизни в этом мире. Однако, это оборачиваясь, сложно. А пока ты в нем просыпаешься каждый день и проживаешь каждую минуту — этого как-то и не замечаешь. И ведь уже почти десять лет прошло с нашей недосвадьбы с Хэлмирашем. Спустя четыре года после этого я закончила Академию с импровизированным дипломом травника. Когда была на своем третьем году обучения, Дориарх с Рейном во всю уже писали программу для пробного массового набора в травники. Причем курс предполагал углубленное изучение именно демонической расы. Не то, чтобы после объявления набора был ажиотаж, но на несколько групп народу демонического они набрали, даже какой-никакой конкурс был. Но почему-то мне кажется, что некоторую явку обеспечил весомый такой приказ сверху. Ибо что-то не верится, что именно из Южной Цитадели внезапно больше половины демонов на этот курс решило сдавать вступительные экзамены добровольно. Скорее добровольно-принудительно. Ну да это дела политические, меня они особенно не касались. Разве что, после того, как для этих ребят возвели отдельное общежитие, мне мимо него резко расхотелось ходить. А кому хочется снова окунаться в липкое болото недоумевающих и ехидных взглядов? Мои рога-то никуда не делись, а нормальным демонам они поперек горла в совокупности с вторичными женскими признаками. Все та же женщина с усами, ничего не поделаешь.

Единственное, о чем я могла ехидно похихикать, так это о том, что именно по моим косякам и сложностям этим новеньким экзамены и составляли. Что-то вроде: «будь оригинален, не совершай чужих ошибок».

У моих друзей дела тоже складывались за это время неплохо. Йоль с братцем все так же продолжали учиться в Академии, до практик им еще далеко, да и не особо они бурные у теоретиков-то. Правда, на Лисмана семья уже брачные обязательства повесила, так что он еще и в активном поиске пары находился.

Меня же, как только выдали диплом, решено было отправить на стажировку в Южную Цитадель. Я хвостом ходила за главным травником, сменившим на посту старичка Пореба, полуэльфом Тирилем, который материл Даарена на всех известных ему языках, коих он знал великое множество, и никак не хотел брать меня в ученицы. Правда, до первого крупного сражения тысячи Трига. Вот тогда он оценил наличие лишней пары пусть не самых опытных, но все-таки умелых рук. Особенно после того, как я смогла заставить замереть на месте самого тысячника, чтобы зашить рваную рану у него на груди. Если от главного травника Триг с легкостью отмахивался, благо габариты позволяли, то от меня брат так легко отделаться не смог. С тех пор Тириль начал раздавать мне мелкие поручения. Вслед за ними и покрупнее. А недавно вон, вообще, в отпуск с семьей подался, довольный, как слон, что у него есть на кого все спихнуть. А я тут вертись, как белка в кофемолке с делами всея Цитадели. Так бы и ночевала там же на рабочем месте, но у нас с собой было… Точнее, у меня был блат. Хэлмираш поделился со мной портальными амулетами, благо за все время его службы в Академии их на студентах с помощью паразитов накачали немало. Настроил их для меня на прыжок до Цитадели и домой, так что энергии они тратили не особо много.

Орм, кстати, закончил обучение практически следом за мной и уже пять лет как разъезжал по миру в составе той же самой стаи Гончих, что помогла нам когда-то с магом крови. И ведь я была права, предсказывая, что за такого кандидата в рекруты стаи будут друг другу глотки грызть. Но Орм помнил, что для него сделала стая Минга, поэтому даже не раздумывал. Руш, кстати, колесила пока что вместе с ним. В качестве практики и сбора материала для третьей ступени в боевые маги. Она довольно быстро прогрессировала на этой стезе, подгоняемая успехами Орма. От чего, конечно, ее родители были совершенно не в восторге, но тут уж ничего не поделаешь: Орм сделал предложение Руш по всем правилам эльфийских обычаев, так что теперь они были помолвлены каким-то хитрым эльфийским обрядом. Не зря же полуорк с неразлучным эльфом днями сидели по библиотекам, да еще и отца Орма подключили, чтобы все правильно сделать. А тот и рад был помочь, хоть какая-то связь с сыном, которая на старости лет высокому эльфу стала все-таки необходима.

Дай тоже продолжил обучение, уже на вторую магистерскую ступень замахивался. Его дар не прогрессировал, но эльф смиренно учился управлять уже тем, что у него было. Видя упорство ученика, к нему в личные наставники аж самого Эскеля подключили. Но даже вытянувшись в длинную шпалу, этот шалопай любил забираться на деревья. И именно его заботой на моих яблонях в старом саду у дома не оставалось ни одного спелого яблочка.

Кстати о доме. После того, как я получила свое звание дипломированного специалиста, Хэлмираш в кои-то веки забрал свои накопления из банка и купил маленький участок земли и дом. Небольшой, двухэтажный, очень уютный. Наших зарплат хватало на то, чтобы нанять немного прислуги: кухарку, садовника и горничную для общих помещений. Привыкнуть к тому, что кто-то будет убираться в моей комнате я так и не смогла, так что спальни всегда прибирала сама по мере возможности. У Хэлмираша даже был какой-то невысокий титул, давно еще пожалованный Императором за подвиг, совершенный отрядом боевых магистров, вышедших из-под его руки. Сам Хэлмираш рассказывать об этом не любил, а каких-то бумажный источников об этом я не нашла. Но ко мне, как к сожительнице, а не законной супруге, это никак не относилось. Титул касался только детей, которых Хэлмираш арантил Хараш признавал своими по всем положенным правилам.

Да. Дети. Именно так. Во множественном числе. Как я переносила первую беременность — это отдельная песня. Вот уж где мне начальное образование травника пригодилось. А Хэлмираш чуть весь свой магический запас не растратил до нуля вообще, потому что охранных заклинаний и амулетов, что он на меня навесил, замыкая питание на себе, хватило бы на роту. И при этом слушать никакие мои возражения этот невозможный мужчина не считал нужным. Мол, раз уже согласие один раз дала на его защиту, то теперь сиди, молчи в тряпочку и не отсвечивай. Что ж, пришлось смириться. В итоге первым в нашей с Хэлмирашем жизни появился Ликаард. Мой маленький демоненок, Даар был от него в таком восторге, что пожаловал имя старшей ветви. Не то чтобы оно мне прям уж так понравилось, но от таких почестей в этом мире не отказываются. Сами Даарен с Заррой детьми еще не обзавелись, но это для демонов, живущих не в пример дольше людей, было нормально. Поэтому маленький Ли стал любимцем семьи, и мне приходилось тратить уйму сил, чтобы не дать родственничкам разбаловать сына. Правда, это было до того, как малышу стукнуло пять, тогда его дядья взяли в серьезный оборот, нанося первые татуировки и уже забирая с собой в выходные на полигоны, относясь, как к будущему воину. Я пусть и переживала безмерно, но старалась не возражать, все-таки он — демон, и обучать его следует согласно их обычаям. От второй беременности сюрприза никто не ждал. Зря, как оказалось. Потому что во время родов, принимаемых по традиции повитухами расы матери, демонессы вдруг с криком от меня отшатнулись, замирая в каком-то иррациональном ужасе. Представьте, каково мне, дрожащей и почти обессилевшей от восьми часов схваток, еще и на их перепуганные рожи смотреть⁈ Ладно хоть Хэлмираш настоял, и в комнате дежурила одна опытная старая целительница. Старушка тогда и шуганула этих растерях, сама приняла у меня роды. Дело все оказалось в том, что я родила человека. Обычную розовую человеческую девочку, чего у демонесс в принципе быть не может. Мне-то все равно, а вот для них нонсенс. Но у меня в теле столько разной крови намешано, что ничего удивительного. Все, что волновало меня, так это здоровье ребенка, но никаких отклонений у нее не нашли, и я успокоилась. Назвали девочку Майей в честь покойной матери Хэлмираша. А вот третьи роды прошли как обычно, наша семья пополнилась еще одним демоненком — Тиграном. Да, практически в честь старшего дядюшки. Тут не совсем я имена придумываю, это надо признать.

И вот сейчас я стояла перед лабораторным столом и, морща нос, наблюдала за кипением зеленоватой кисельной субстанции. Минут через сорок это будет отличная заживляющая мазь. Лаборатория моя, кстати, находилась в подвале дома. Мы его с Хэлмирашем честно поделили пополам. В своей половине он устроил бункер для магических и физических тренировок, ну а я в своей части — профессиональный кабинет. Отделывать обе половины, между прочим, пришлось одинаково: огнеупорные стены, звукоизоляция и прочие премудрости, дабы не разнести весь дом.

И именно из-за младшенького я сейчас на дому работала: ему только девять местных месяцев, так что мне особенно далеко отлучаться нельзя. Но, так как эта собака, Тириль, сбежал на отдых, то уходить мне приходилось недалеко, но надолго. Зависала в лаборатории все свободное время, материалы мне порталами доставляли прямо на дом. Ладно хоть пока отряды Даарена дома сидели и выездов вроде не планировали, а то к раненным в любом случае пришлось бы в Цитадель прыгать.

Я выставила таймер и поднялась в дом, на ходу подхватывая на руки синекожего карапуза: и вот как он умудряется из манежика детского сбегать в таком-то возрасте? В голове уже прикидывала зелья, что надо будет поставить готовиться перед сном. Скоро Хэлмираш с работы домой перенесется, будет кому за Тиграном и Майей присмотреть. Он пусть и уставал на работе с адептами и магистрами, но с детьми у стража как будто второе дыхание открывалось. Готов был возиться, пока совсем на месте не отрубался. Правда, смотреть в основном надо за Тигром, пятилетняя Майя в присмотре практически не нуждаясь, будучи ребенком самодостаточным. А Ли Даарен вернет с занятий только завтра.

В коридоре раздался портальный щелчок, я тут же устремилась туда, по дороге здороваясь с кухаркой — мисс Портер, — милейшей женщиной. А готовит — пальчики оближешь. Только тот факт, что, зарабатываясь в подвале, я забываю про некоторые приемы пищи, спасает меня от приближения к идеальной форме фигуры — шару.

Хэлмираш уже вешал в прихожей свою неизменную куртку на крючок. Я проводила мужа в ванную, дала время смыть рабочую пыль, после чего поцеловала и торжественно вручила Тигра. Страж только хмыкнул, но сразу убежать не дал, удерживая одной рукой сына, а второй приобнимая меня за талию. Я с удовольствием обняла его в ответ.

— Ты надолго? — спросил он, ловя мой взгляд.

— Минут на десять. К ужину не опоздаю, — но, наткнувшись на насмешливый взгляд мужчины, добавила, — постараюсь по крайне мере, — и поспешила к лестнице.

Мазь как раз дошла до той кондиции, когда ее можно снимать с плитки и оставлять настаиваться на столе, предварительно хорошенько укутав. Проделав все эти манипуляции, я села за расчеты следующей партии материалов, которую мне завтра надо будет отдать Рансу. Так как большую часть списка я составила заранее, сейчас много времени не понадобилось. И все равно стоило поторопиться, потому что обещанные мною десять минут уже закончились, и я снова опаздывала на ужин. Уже на выходе мой взгляд привлекла колба с желтоватым экстрактом нарциссы. Взяв колбу в руки, замерла, раздумывая, на что потратить остатки. Уйдя в себя, вздрогнула от звука шагов.

— Таши, ну сколько можно? — голос у мужа был усталый, ужинать в одиночестве он не любил.

— Уже иду, — примирительно подняла руки.

И вдруг пальцы ослабли, сами собой разжались, склянка полетела на пол и со звоном разбилась. Я непонимающими глазами посмотрела на свои руки, но в глазах потемнело, во рту внезапно появился металлический привкус, голову как будто клещами сдавило, стены закачались, а пол стремительно полетел мне навстречу.

— Таши! — крик Хэлмираша — это последнее, что я слышала, перед тем, как провалиться в темноту.

А первое, что я увидела при пробуждении, было лицо Энсаадара. Удивленно улыбнулась шаману. Только почему-то это простое движение забрало у меня уйму сил, и удержать улыбку не получилось.

— Что со мной? — своего голоса почти не услышала.

Темные глаза напряженно посмотрели на меня, и я поняла, что произошло что-то плохое. Если не сказать — непоправимое. Но скрывать от меня это шаман не будет, такой привычки у демона никогда не было.

— Твое время почти вышло, — хрипло проговорил Энсаадар. — Это тело умирает. Мне жаль.

Меня пробрал холодный пот. Первой реакцией было схватить демона за плечи, встряхнуть, закричать, что он ошибается! Этого не может быть! Я не хочу умирать! У меня жизнь только начинается! У меня дети малолетние в конце-то-концов!

Но руки не поднялись, лишь чуть дрогнули, вместо крика вышел сдавленный хрип, а шершавая горячая ладонь шамана легла мне на лоб, успокаивая. И я получила последний подарок от Энсаадара — понимание. Как работает магия шаманов — я до сих пор плохо знаю, но от его прикосновения моя взбунтовавшаяся было душа обрела внутренний покой. Все мои годы здесь и так были подарком. Чудом. А чудесам свойственно заканчиваться. И на этот раз время, отпущенное моему персональному чуду, истекло.

— Что случилось с ее телом? — раздался вдруг тихий, как будто напрочь лишившийся жизни голос Хэлмираша.

Меня пробрала дрожь, я нашла в себе силы повернуть к нему голову, и мне стало страшно. Потому что на муже лица не было. Одна застывшая каменная маска горя.

— У демонических собак век недолог, — проговорил шаман. — Это плата за их почти равную демонам силу. Тира умерла. Ее сущность ушла, и она благодарна тебе за тот покой, что ты ей подарила, Таши. Собака предчувствовала смерть, но не хотела, чтобы и ты прожила последние дни в беспокойстве. Не вини ее, у них свое понимание благодарности. Но это тело не может жить без сущности Тиры. Поэтому ты так быстро слабеешь.

— Сколько у нее времени? — Хэлмираш прожигал взглядом Энсаадара.

— Сутки, вряд ли больше. Советую собрать вокруг Таши всех, с кем она хотела бы попрощаться. Я оповещу Даарена и семью.

Шаман нашел мою ладонь, сжал.

— Я благодарен вечному пламени Хараша, что ты была в моей жизни, — проговорил демон.

— Я тоже была очень рада в ней появиться, — попыталась ответно пожать его руку, но получилось очень слабо.

Шаман поклонился и вышел, а Хэлмираш так и стоял каменным изваянием у окна нашей спальни.

— Айн, — позвала я.

Но мужчина только покачал головой, его тяжелый взгляд обратился на меня:

— Я не могу так этого оставить. Нет.

— Айн, — вздохнула. — Мне осталось жить день. Может, меньше.

— Я успею, — выговорил он вдруг резко и стремительным шагом вышел за дверь.

Я только сглотнула, чувствуя образовавшийся в горле ком, да ощущая, как слезы бегут по щекам. Лично от меня тут уже ничего не зависело. Благодаря Энсаадару, я могла спокойно реагировать на происходящее и не тратить драгоценное время на истерики, но вот остальным такого подарка сделать было некому.

Первым к моей постели прибыл Рейн. С великой осторожность взял меня за руку.

— Я не хрустальная, — проговорила с трудом и даже попыталась улыбнуться. Не знаю, правда, получилось или нет.

— Мне очень жаль, — тихо выдавил маг.

— А мне нет, — опустила веки, отдыхая. — Я счастлива, что повстречала тебя тогда в лесу.

— А я рад, что взял тебя с собой, — почувствовала, что Рейн улыбается. — Селена уже в пути. К вечеру будет тут.

Но только я хотела глаза открыть, как в комнату ворвался Хэлмираш, увидел сидящего на кровати Рейна.

— Вэйджер, ты мне нужен! Срочно!

И буквально за руку выволок мага за собой. Я только глазами их проводила. Что-то мне неспокойно стало за Хэлмираша… Что он там задумал?

В середине дня ко мне тихо зашел Дориарх. Глава смотрел на меня своими добрыми глазами и молчал.

— Присмотрите за Айнаром, — попросила я шепотом. — У него трое детей. Он должен заботиться о себе и о них.

Старый аллар кивнул, склонился надо мной, коснулся сухими губами лба.

— Спасибо провидению, что забросило тебя в наш мир. Отдыхай и ни о чем не тревожься, — пожелал Дориарх и вышел.

К вечеру народу приехало немерено, в нашей спальне, которую я всегда считала просторным помещением, стало тесно. Вокруг меня расположились вырванные с границы Орм и Руш, Дай и Йоль приехали из Академии. Даарен, Зарра, Триг и Шири покинули ради меня Цитадель, бросив свои дела. Сэм приехала с Тригом, но сейчас она нянчилась с моими младшими. Ликаард с растерянным бледным лицом сидел тут, держа меня за руку.

— Мам, — в глазах демоненка блеснули слезы.

— Все будет хорошо, Ли. Тебе надо будет теперь присматривать за братом и сестрой. И за папой тоже. Будь сильным. И помни: мама тебя очень любит, — мне хотелось сказать ему очень многое. Уместить в несколько минут все те года, которые меня не будет рядом. Но ком встал в горле, мешая говорить. Однако мой старший сын всегда был умницей, он кивнул, совсем по-взрослому глядя на меня.

— Я справлюсь, мама, — проговорил Ли напряженными губами.

— И как ты так умудрилась, Ноат? — Руш присела на другой краешек. — Мы же даже наш ритуал не отпраздновали!

— Сбега́ешь, чтоб тебя! — хмуро выговорил Орм, уставившись в стену и сжимая руки в кулаки.

— Подойди, — попросила, смотря на полуорка.

Тот встал, сделал шаг, опустился перед моей кроватью на колени. Я приподняла руку, коснулась пальцами его рубашки там, где на груди жило клеймо нашего клана.

— Я всегда с тобой.

Орм перехватил мою руку, сжал, судорожно втянул воздух. А я, улыбаясь, смотрела на его прическу. Полуорк начал отращивать волосы, и теперь они были заплетены в множество мелких косичек на эльфийский манер. Даже знаю, чьими руками.

— А красиво получилось, — я повернула голову к Руш. — Мне нравится.

Та улыбнулась, сдерживая стоящие в глазах слезы. Пара отступила, давая место остальным. Я пыталась для каждого найти какие-то добрые слова, чтобы уменьшить их скорбь. Даарен же наоборот, не захотел ничего слушать, склонился, касаясь моего лба своим, и так просидел какое-то время.

— Моя жизнь была наполнена с тобой, — проговорил он тихо.

— Это что-то ритуальное? — тихонько уточнила я.

Демон кивнул.

— Тогда и моя жизнь была наполнена с тобой, — чуть повертела головой, касаясь его лба.

После того, как отошел Предводитель, Триг поступил точно так же. Но одной ритуальной фразой не обошелся.

— Я не хочу тебя терять! — брат сжал челюсти.

— Позаботься о Ли и Тигре, — прошептала. — Они — часть меня.

— Хорошо, — Триг отстранился. Огляделся. — А где Хэл? Почему он не здесь?

— Что-то придумывает, — вздохнула.

— Он не смирился, — покачала головой Селена.

— И не должен! — отрезал Триг.

Женщина не стала с ним спорить, только опустила взгляд.

— Ты слабеешь слишком быстро, — заметил Даарен.

Ликаард вздрогнул от этих слов.

— Не пугай ребенка, — прошептала. Но чувствовала, что брат прав. Дышать становилось вся тяжелее, каждый вдох требовал все больше усилий. — Попросите Сэм привести детей. И Хэлмираша найдите, кто-нибудь, пожалуйста, — мой голос стал почти не слышим.

Друзья одним движением качнулись ко мне, потом так же слитно отошли, освобождая пространство возле кровати. Кто-то ушел из комнаты, пропуская вперед Сэм. Одной рукой она удерживала прижавшегося к плечу Тигра, а второй держала маленькую ладошку Майи. Дочь выглядела расстроенной и очень потерянной. Детям попытались объяснить, что маму они сегодня увидят в последний раз, но они не могли этого понять. По крайней мере, младшие. Ли как-то с этим знанием все-таки ужился, встал с кровати, подошел к Сэм, перенимая сестру и подводя ее ко мне.

— Я вас всех очень люблю, — прошептала, чувствуя на щеках горячие слезы. — Очень-очень.

Сэм положила Тигра рядом с моей рукой, чтобы я могла хоть пальцами коснуться его макушки напоследок, поднесла поближе, давая мне его поцеловать в лоб. Майя на кровать забралась сама, прижалась к груди. Ли остался стоять на полу, крепко держась за мою ладонь.

— Все будет хорошо. Вы должны присматривать друг за другом и за папой. Ему тоже будет тяжело, но все вместе вы должны справиться. Слышите?

Ли кивнул, Майя всхлипнула, а Тигр вдруг громко заплакал. Именно этот звук заставил лицо Ликаарда скривиться, он присоединился к хлюпающей носом сестре.

— Мама, не уходи! — попросила дочь.

Я на несколько секунд потеряла способность дышать, потому что слишком тяжел был камень, легший на душу.

— Попрощайтесь с мамой, — прошептала Селена, делая несколько взмахов руками.

Я благодарно посмотрела на нее, видя, как она осторожно успокаивает детей. Поцеловала каждого, повторяя, насколько сильно я их люблю. Душу жгло осознание того, что этот момент, наверное, запомнит только Ли, Майя смутно, а вот Тигр вообще не будет меня помнить. Но, надеюсь, остальные ему про меня расскажут.

В глаза вдруг потемнело, я захватала недостающий воздух ртом.

— Уведите детей! Ноат, ты меня слышишь⁈

Под нос сунули что-то крайне резко пахнущее. Но я не смогла распознать, что именно, однако зрение прояснилось, в легкие попало хоть немного кислорода.

— Она уходит, мы ничего не можем сделать… — я узнала голос Селены.

Перевела взгляд на звук — женщина втолковывала это Тригу, который все играл желваками, не в силах смотреть на меня. И вдруг дверь в спальню распахнулась, с грохотом ударившись о стену.

— Разойдитесь! — раздался знакомый голос — в комнату влетел Эскель, а за ним Хэлмираш и Рейн.

— У нее почти вышло время! — Селена сердито посмотрела на стража, но тот даже не заметил ее выпада.

— Ничего, мы уже здесь! — Гарахи раскидал по кровати несколько кристаллов, переглянулся с Хэлмирашем. — Готов?

— Да!

— Айн… — я открывала рот, но звука не шло.

Однако страж все равно оказался около меня, обнял на мгновение, сжимая мое тело в крепких объятиях, нежно поцеловал в губы, отступил. И перед глазами появился Эскель, вытащил из-за пазухи какую-то бумагу, которая оказалась портретом.

— Смотри и запоминай! — он выставил портрет перед моими глазами. — Запоминай. Это Оркус. Просто запомни это!

Я честно всмотрелась в молодое скуластое лицо, в зеленые глаза и полоску тонких усиков над верхней губой.

— Гарахи, время! Чем ты там перед ней трясешь, совсем сбрендил со своими видениями⁈

— Давай, Хэлмираш! Должно получиться!

— Должно получиться что? — хотела бы я спросить, но теперь не шевелились даже губы. — Что вы тут собрались сделать?

— Не волнуйся, — посмотрел на меня Рейн. — Это не опасно для него. Уложимся в обрез всех трех направлений магии на одну ступень. Этого хватит.

Хэлмираш вдруг начал что-то говорить речитативом, его голос перемешался с включившимся голосом Рейна и запевом Гарахи. Все трое стояли около меня, от их слов камни, что были разбросаны по кровати, начали светиться, из них поднялись и засверкали молнии, укутывая меня в кокон.

— Нат, — раздался вдруг в моей голове голос Хэлмираша, почему-то называя меня по земному имени. — Нат, что было перед тем, как ты попала в наш мир?

— Авария… Я попала в автомобильную аварию, — ответила я мысленно, не совсем понимая, что происходит. Молнии слепили меня, теперь я ничего не видела, кроме искрящегося кокона.

— Как ее избежать? — продолжал мучить меня расспросами Хэлмираш.

— Нужно было нажать на тормоз раньше. Чуть-чуть раньше. Но…

— Я люблю тебя.

— Айн, я…

Почувствовала, как проваливаюсь и падаю. Все стремительнее и стремительнее, в ушах засвистело, глаза зажмурились сами собой.

— Жми на тормоз, Таши! ЖМИ НА ТОРМОЗ!

Левая нога сама собой дернулась, выжимая сцепление, а правая тут же метнулась с педали газа на тормоз, резко вдавливая его в пол.

Визг наполнил уши, страшный удар сотряс все тело. Визг прекратился, но какой-то странный сигнал все продолжал вопить. Я медленно открыла глаза, подняла голову. Звук тут же исчез. Ошалелыми глазами смотрела перед собой и не верила. Потому что прямо передо мной был руль. Со значком стальной ладьи по центру. Мои белые от напряжения руки сжимали тонкий обод. Кажется, от удара я его немного погнула. Заныли ребра и ключицы. И я знаю, что увижу в зеркале, если сниму футболку — черный след от ремня безопасности. Именно он спас меня от близкого знакомства с лобовым стеклом, за которым можно было угадать кучу перекореженного железа. По правому виску потекло что-то горячее, я рефлекторно смахнула это рукой и с удивлением увидела на ладони красный развод. Кровь? Но почему красная?..

— Потому же, почему и руки белые, — выговорила хрипло.

Свой голос слышала, как через вату. Наконец до моих оглохших ушей дошел и еще один звук: кто-то очень настойчиво стучал в боковое стекло. Подняла голову, увидела незнакомого мужчину. Опустила стекло.

— И как вы так среагировать смогли? Я его даже не увидел! Фух! Еще немного, и нам с вами даже скорая бы не помогла! — тут его взгляд прошелся по моему совершенно ошалелому лицу, мужчина нахмурился, заметив кровь у меня на выставленной ладони. — Девушка, с вами все в порядке?

Я перевела взгляд на руль. Он был абсолютно реален. Кровь, боль, мой потасканный рюкзак на сиденье пассажира, закатное солнце, светившее в глаза — все это было реальностью. Хэлмираш смог. У него получилось. Он спас меня, пусть и вернул в мой мир. И не просто вернул туда, откуда меня забрали, а на несколько секунд раньше, что действительно спасло мне жизнь. Только вот… совсем другую мою жизнь.

— Девушка, с вами все в порядке⁈ — повторил свой вопрос мужчина, только уже на повышенных тонах.

А я захохотала. Откинулась на спинку сиденья, заходясь в хохоте, чувствуя, как из глаз брызнули слезы, а губы кривятся в болезненной гримасе.

— Да, — попыталась ответить сквозь смех и слезы. — Со мной все в порядке…