Встречу мы назначили в «Линди» на Бродвее. Я приехал за десять минут — в нашем деле не положено опаздывать. В Америке вообще не положено опаздывать, и я это давно уяснил. Если ты не можешь приехать на встречу вовремя, то никто не будет относиться к тебе серьезно.

А Демпси и Макгрегор приехали раньше меня. Официант меня проводил к их столику, и я увидел Макгрегора, который, активно жестикулируя, рассказывал о чем-то, и судя по тому, что на лице у него была улыбка, он считал это жутко смешным. Демпси же слушал с вежливым лицом — такое бывает у людей, которым совсем не смешно, но они не хотят обижать собеседника.

Увидев меня, оба поднялись.

— Чарли, — Демпси протянул мне руку.

— Джек, Конор, — сказал я, по очереди пожимая каждому ладони. Потом сел.

— Ну и зачем ты нас позвал? — спросил Макгрегор, когда мы вернулись на места. — Все же идет хорошо.

Я не стал предупреждать их по телефону, что мы встречаемся с Оуни Киллером. Могли заартачиться — он был известной личностью, промоутером, а Джек не очень их любил, потому что считал, что они наживаются на бойцах. Во многом именно поэтому он и покинул ринг.

— Хочу вам кое-кого представить, — сказал я.

— Кого? — спросил Макгрегор.

— Увидишь, — ответил я. — Как идут дела в зале?

— Хорошо, — ответил Демпси. — Я нашел тренеров по борьбе, как ты и говорил, парни вовсю отрабатывают. Им непривычно, так что получается пока не очень, но думаю, через пару месяцев все будет нормально.

— Да никому не интересно на это смотреть — махнул рукой Макгрегор. — Вот то, что ноги можно подключать — это да. А когда они на ринге валяются…

Дверь открылась, и я увидел, как в помещение вошел Мэдден. Он нашел нас взглядом и сразу же подошел. Я поднялся, остальные тоже — надо было продемонстрировать им уважение. Я услышал, как Макгрегор судорожно вздохнул — похоже, что они были знакомы. Ну да, они ведь оба ирландцы из «Адской Кухни», пусть Мэдден и строит из себя англичанина.

— Оуни Мэдден, — представил я его. — Это Джек Демпси, это Конор Макгрегор.

— Мы знакомы, — сказал Демпси.

Ну да, он ведь известный промоутер, да еще и владелец Коттон-клуба. Уж про него-то знают все в городе. Макгрегор промолчал. Может быть, у них там какая-нибудь история есть? Ладно, в любом случае Конору ничего не грозит, он — мой партнер, и никто его не тронет. В том, что ты работаешь с боссом итальянской мафии, есть свои плюсы.

— Кофе, пожалуйста, — обратился Демпси к проходившему мимо официанту. — Принесите кофейник, пожалуйста.

Ну да, во время разговора никто есть ничего не будет, не обсуждать же дела с набитым ртом. Это у нас, итальянцев, так принято, Массерия так вообще постоянно жрал, а здесь правила другие.

Забавно то, что все трое парней, с которыми я веду дела по боям, ирландцы.

— Я поговорил с Бруни, — сказал Мэдден. — По поводу наших дел с пивом. Он согласен, готов покупать. Правда, выбил большую скидку, но он так торговался, что я не смог ему отказать.

Я усмехнулся. Ну да, Бруни такой. И это хорошо, что решились вопросы, мы стали немного ближе. Ничто так не сближает людей, как общее дело. По крайней мере до тех пор, пока один не пытается отобрать его у другого. Впрочем, они знают, что если у меня и можно что-нибудь отобрать, то только с жизнью. И надеюсь, никому ничего такого в голову не придет.

— Оуни теперь наш партнер, — сказал я. — По боям. Займется продвижением и площадками, а мы с вами — бойцами и организацией самих поединков. Он на этом собаку съел, так что это должно изменить масштаб.

Демпси посмотрел на Мэддена, потом на меня.

— И насколько это должно изменить масштаб?

— Расскажешь им, Оуни? — спросил я у Мэддена.

Он говорил, что уже нашел площадку для нашего нового боя, но провести его нужно будет после праздников. Чтобы побольше народа собрать. Но деталей мне не сообщил.

Официант принес на подносе кофейник и чашки, разлил. Я взял свою, сделал глоток, Оуни тоже. А потом сказал:

— Я договорил о Бродвей Арене, — сказал он.

Макгрегор присвистнул. Демпси посмотрел на него и проговорил:

— Она ведь вмещает пять тысяч человек?

— Четыре с половиной, — спокойно ответил Мэдден. — Но это не все. Я договорился о радиотрансляции. С теми же, кто ведет трансляции из моего клуба. Так что услышат об этом бое многие.

Макгрегор чуть распустил галстук и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Мне оставалось только покачать головой. Да, это куда больший масштаб, чем бои в танцевальном зале. Оуни действительно взялся за дело гораздо серьезнее, чем я это представлял. Он настолько верит в наше дело?

— И еще я договорился о рекламе в газетах, — продолжил Мэдден. — Не везде, но в нескольких изданиях, которые читает новая публика. Нужна еще расклейка по районам, но к нужной дате о боях будет знать весь город.

— Много внимания, — проговорил Демпси. — Как бы полиция не заявилась. Наши бои… Они немного непривычны для обычной публики, сам же понимаешь.

— Не явится, — покачал головой Оуни. — У меня есть договоренности.

Демпси кивнул. Я прикинул немного, и сказал:

— Расклейкой на Манхэттене займемся мы. Мальчишки готовы на любую работу за пару долларов.

— В моем квартале все сделаем, — сказал Макгрегор. — Бродвей Арена. Надо же. Если бы кто-нибудь пару лет назад сказал бы мне, что я буду организовывать на ней бои, я бы ему в глаз двинул.

— А на какое число бой-то? — спросил Демпси.

— Третье января, — пожал плечами Мэдден. — На праздники договориться не удалось, все было занято. Но это пятница, так что, может быть, даже лучше будет. Как у вас с бойцами? Нужно показать зрелище не хуже, чем-то, что я видел.

— Есть бойцы, — сказал Демпси. — Хорошие, и уже раскрученные. Вы даже не представляете, кого я подготовил…

Он замолчал на секунду, похоже, что специально сделал драматическую паузу. А потом сказал.

— Главный бой — Макс Бэр против Лесли Кеннеди. Они сейчас оба на подъеме.

— Охренеть, — посмотрел на него Макгрегор. — И ты молчал об этом?

— Хотел сделать сюрприз. Будут еще, если уж у нас большая арена, я договорюсь. Тони Галенто, Тони Канцонери, Джимми Малони. Джимми Макларнин. Они уже тренируются в нашем зале, я договорился с ними, поднял старые связи.

Я никого из них, в общем-то, не знал, хотя Демпси и упоминал их в прошлом. Про Макса Бэра что-то слышал еще, но, в общем-то, и все.

— Ну и начинающие, — сказал Демпси. — Сделаем несколько разогревочных боев, среди молодых и голодных. Только нужны деньги, надо будет платить всем.

Он посмотрел на меня. Ну да, в общем-то, среди них я являюсь просто денежным мешком.

— Сколько нужно будет? — спросил я.

— Тысяч восемь, — ответил Демпси. — Парням нужно будет хорошо заплатить. Им интересен новый вид спорта, и они, в общем-то, не попросят много, но…

— Я дам десять, — сказал я. — Объявишь бонус за бой вечера. Но парни, если у нас будет трансляция, вы сами понимаете, что нужно сделать. Нужно будет отбить эти деньги — я не могу выбросить их просто так.

— Ставки, — кивнул Оуни. — Без этого не будет никакого смысла в этом. Но если расклеим афиши, плюс объявления, если соберутся люди, будут слушать трансляцию… Есть все шансы не только отбить затраты, но и хорошо заработать. Так что…

Вот это был вопрос. Чьи букмекеры будут участвовать. Демпси, естественно, этим не занимался, он вообще никак не был связан с криминалом. Макгрегора тоже можно выкидывать — у него алкогольный бизнес, а не азартные игры. А вот Оуни — другое дело.

— Здесь будут работать мои букмекеры, — сказал я. — Я дам информацию, чтобы больше никто не собирал ставки, большая часть меня послушает. Но это по городу, нужны будут и в зале.

— Этим я займусь, — сказал Мэдден. — Мои люди будут. Три-четыре человека, поработают по секторам. Пусть кто-нибудь из твоих посчитает коэффициенты, по итогам боя рассчитаем всех.

— Бои будут договорными? — спросил Демпси, нахмурившись.

— Нет, — сказал я. — Для такого еще рано. Никаких договорных боев, пусть парни выложатся в полную силу, покажут, что умеют. Нужно зрелище, причем такое, чтобы даже по радио это было понятно, — я усмехнулся. — Может быть, тогда следующий бой будет уже в Мэдисон-сквер-гарден.

— Нет, — покачал головой Оуни. — Такое пока даже мне не по силам. Да и не соберем мы двадцать тысяч человек. А теперь…

Деньги. Да, вопрос касался и денег, потому что мы устроили это дело вовсе не из любви к спорту. Нет, она тоже тут была замешана, причем у всех четверых из нас, мы любили бои: что Джек, который посвятил этому почти всю жизнь, что Макгрегор, организовывавший драки на триста человек, что Оуни, который и сам в молодости любил помахать кулаками. Даже я. Потому что для меня это было первое нововведение, которое я принес в это время из будущего. И относился я к нему не сказать чтобы с трепетом, но для меня это все равно было важно. Я любил бои.

— Отбиваем то, что трачу я, — сказал я. — Прибыль от ставок делим на четверых. Билеты тоже.

— Не согласен, — покачал головой Мэдден. — Насчет того, что твои деньги должны вернуться — я не спорю. Но я тоже потратился. Аренда стоит денег, реклама стоит денег. Если я отдаю билеты, то остаюсь в минусе. Так что билеты все мои.

Я посмотрел на Мэддена. В принципе, билеты на четыре с половиной тысячи народа — это уже немало. Доллар за самые дешевые места, средние по два с половиной бакса, ну и пятерка за первые ряды у ринга. В общем-то, на одном этом можно заработать немало. Тысяч восемь-десять с одного вечера. Так что отдавать это я не собирался.

— Оуни, — сказал я. — Ты тратишь много, но я больше. Я понимаю, что ты все организовал, но мне нужно отбить расходы. Как пойдут ставки — не очень понятно, но я просто не могу отдать тебе все билеты. Сколько ты потратил?

— Три с половиной тысячи, — ответил он.

— Тогда я забираю себе половину билетов, — сказал я.

Ему это явно не понравилось, и я даже ожидал, что он станет спорить. Но нет, лицо быстро разгладилось.

— Хорошо, — кивнул он. — Это справедливо.

У меня была еще одна идея, как заработать на этом. Я собирался организовать трансляцию в своих барах, чтобы поднять посещаемость. Люди пойдут слушать бои, и, естественно, будут пить. То есть вырастет наполняемость, вырастет прибыль, и вырастет моя доля, которую Бруни, которому я передал все бары, соберет.

В общем-то, я должен отбить свои вложения в два раза. На самом деле с учетом моего капитала — это мелочь, лишние десять кусков, меньше, чем я дал Анастазии за голову Вайнберга, с которым он разобрался сегодня утром.

— И мое условие, — сказал я. — Бои должны идти каждый месяц. Мы увеличиваем масштаб.

Бои каждый месяц, и с каждым разом все больше и больше. Тогда через два года мы выйдем на двести тысяч чистой прибыли. А это хорошие деньги, очень хорошие деньги.

— Я согласен, — кивнул Мэдден и вдруг улыбнулся. — Приложу все усилия. Но тут как пойдет, сам понимаешь, важен интерес со стороны людей.

— Интерес будет, — сказал Макгрегор. — У нас на первом-то бое куча народа была, даже не все войти смогли. А если так… Ты серьезно взялся за дело, Оуни.

— Я всегда все делаю серьезно, — кивнул Мэдден.

— Я выступлю в качестве рефери, — сказал Демпси. — Это, я думаю, всех устроит? Позову несколько своих знакомых в качестве судей, они не откажутся. Так что с этим все будет серьезно. А что напишут в газетах? Это же не традиционный бокс.

— Написал, что это профессиональные кулачные бои, — пожал плечами Мэдден. — Это законно, если смотреть с определенного угла. И это серьезно — не просто подвальная драка. А что?

— Лучше будет, если смешанные боевые искусства, — заметил я. — Так более правильно.

— А что… — Оуни задумался на секунду. — Неплохо, неплохо.

— Что от нас требуется до третьего? — спросил Макгрегор.

— Мне нужен список бойцов, — сказал Мэдден. — Желательно к этому воскресенью, нужно успеть напечатать афиши, дать анонсы. Если у вас будут громкие имена, то публика должна об этом знать.

— Все будет, — сказал Демпси. — Сегодня-завтра я поговорю с парнями, они согласятся. За хорошие деньги согласятся.

— И давайте учитывать, парни, — сказал Мэдден. — Я скажу вам серьезно. То, что вы устроили в том зале — это дилетантство. Наш вечер третьего января — это уже серьезная проверка. Мы заработаем, это факт, но вопрос в том, сколько. Если все пройдет хорошо, то у нас будет настоящая бойцовая лига.

Это было именно то, о чем я думал с самого начала, он буквально перехватил мою мысль. Лига, регулярные бои, постоянная публика, которая будет платить снова и снова. И делать ставки на тех, кто им нравится.

— Бои будут раз в месяц, но на каждый бой нужны громкие имена. В идеале потом выйти на раз в две недели, когда вырастут свои звезды, — продолжал Оуни. — Нам нужно будет подобрать парней, подписать их на контракты. Этим займутся мои юристы.

— Есть один вопрос, — сказал вдруг Демпси. — Парни, если все это станет большим делом, за этим придут другие люди. Серьезные, которые захотят свою долю.

— Об этом не волнуйся, — сказал Мэдден. — Это наш с Чарли вопрос. Мы разберемся.

Я только кивнул. Джек тоже кивнул и откинулся на спинку стула. Он задал вопрос и получил точный ответ, большего ему нужно не было.

Мэдден торопливо допил остатки кофе из своей чашки, потом посмотрел на каждого из нас.

— Я поеду, — он поднялся, повернулся ко мне. — Ты же сам понимаешь, Чарли, у меня сейчас дела в Гарлеме.

Ну да, сейчас его люди занимаются тем, что отбирают бывшие точки Шульца. И ему в действительности лучше заняться этим лично.

— До скорого, Оуни, — кивнул я ему.

— Джек, Конор, — Мэдден кивнул и двинулся прочь.

Джек ленивым жестом подозвал официанта и принялся заказывать еду. Я присоединился к ним, взял еще кофе и сэндвичи, которые здесь готовили очень хорошо — я успел заценить их еще в прошлый раз.

— Ты уверен, что нам он нужен? — спросил у меня Демпси, когда официант отошел за нашим заказом.

— Уверен, — кивнул я, хотя на самом деле вовсе не был. Но то, как он разобрался с Шульцем, произвело на меня впечатление, иначе не сказать. А еще он очень резво взялся за дело. — Сам же видишь. Второй вечер боев — а уже большой зал и радиотрансляция. Это принесет нам хорошие деньги. А если выйдем на бои раз в месяц, то будет еще больше.

— Это точно, — кивнул Демпси. — Четыре с половиной тысячи зрителей. Неплохо, очень даже неплохо. Это громкое дело. Может быть, через год мы действительно выйдем на Мэдисон-сквер-гарден.

— Нам нужно еще кое-что, — сказал я. — Нам нужно, чтобы наш спорт стал национальным. Нужно открывать школы по всей стране. В Чикаго, в Лос-Анджелесе — везде.

— Я найду людей, — кивнул Демпси. — Это не проблема, есть много бойцов, которым хочется вернуться в качестве тренеров. А может быть и на ринг.

— Да, — сказал Конор. — Может быть, и тебе стоит вернуться, Джек? Твое возвращение принесет нам сотни тысяч.

— Нет, — Джек улыбнулся. — Я твердо решил повесить перчатки на гвоздь. Но все-таки. Похоже, это опасный человек.

— Не то слово, — хмыкнул Макгрегор.

— Я тоже опасный, — пожал я плечами. — И со мной он шутить не станет. Все в городе это знают. Не беспокойся, Джек, все будет хорошо.

Вот в этом я был уверен. У меня достаточно веса и высокий статус в криминальных кругах, у меня много людей, и никто против меня не пойдет. Никто кроме Маранцано, естественно.

Но это дело грядущих дней. Завтра я поеду перехватывать маршруты Массерии и встречу большой груз алкоголя, который привезут с севера. Контрабандисты могут заартачиться и отказаться со мной работать. Так что мне предстоит поговорить с ними и убедить в том, что так делать не надо.

Но это завтра, а сегодня я могу насладиться ужином в компании если не друзей, то по крайней мере хороших приятелей и партнеров.