Митч отвел Сидни обратно в ее спальню и закрыл за ней дверь. Она несколько минут постояла в темноте, ошеломленная отзвуками боли, снимком из газеты и блеклыми глазами Виктора – мертвыми, пока он не опомнился. Сидни передернуло. Эти два дня оказались долгими. Предыдущую ночь она провела под эстакадой, забившись в попытке не промокнуть в угол, где сходились два бетонных выступа. Зима перетекла в холодную влажную весну. Накануне того дня, когда Сидни подстрелили, начался дождь и с тех пор не переставал.

Она засунула пальцы под манжету краденой толстовки. Кожа на ощупь по-прежнему была какой-то странной. Совсем недавно у нее вся рука горела: огнестрельная рана стала пылающим центром паутины боли… а потом ток отключили. Сидни могла думать об этом только так: словно ту штуку, которая подсоединяла ее к боли, перерезали, и после нее осталось лишь чуть покалывающее онемение. Сидни потерла руку, дожидаясь возвращения чувствительности. Онемение ей не нравилось. Оно напоминало про холод, а Сидни ненавидела мерзнуть.

Она прижалась ухом к двери, пытаясь услышать Виктора, но дверь в ванную оставалась плотно закрытой – и в конце концов, когда покалывание ушло, Сидни заползла обратно на свою слишком большую кровать в незнакомом отеле, свернулась клубочком и попыталась приманить сон. Поначалу он не приходил, и в мгновение слабости она пожалела, что рядом нет Серены. Сестра обычно пристраивалась на краю кровати и гладила ее по голове, утверждая, что от этого мысли успокаиваются. Тогда Сидни закрывала глаза и позволяла всему затихнуть – сначала разуму, а потом миру, и прикосновения сестры затягивали ее в сон. Тут Сидни опомнилась, впилась пальцами в гостиничные простыни и вспомнила, что Серены – той, которая все это делала бы, – не стало. Стоило подумать об этом, как ее словно окатило холодной водой и пульс снова зачастил автоматной очередью. Она решила вообще не думать о Серене, а вместо этого применить прием счета, которому научила ее одна из нянек. Не считать по возрастающей, не считать по убывающей – просто считать «раз-два-раз-два», вдыхая и выдыхая. Раз-два. Мягко и размеренно, словно биение сердца – комната отеля куда-то уплыла, и Сидни заснула.

И тогда ей приснилась вода.