Я обогнул дом как раз в тот момент, когда мужчина в темном костюме сбежал по ступенькам крыльца, в отчаянии стреляя в дверной проем. Он не заметил, как я бросился на него.

Я на полной скорости ударил его сзади, и он упал лицом в гравий. Он не издал ни звука, пока скользил по камням, но я на всякий случай ударил его разок за ухом.

Я услышал, как хлопнула дверца машины. Из-за припаркованного Х6 выскочила женщина с приятной речью и побежала по улице в своих дорогих туфлях.

Пистолет бандита упал в нескольких футах от меня. Я схватил его. Затвор был на месте, он был пуст. Я отшвырнул его и вытащил пистолет Урсулы, а затем побежал за Разговорчивым.

Бежать было приятно. Мне нравилось разминать ноги, а она была совсем не быстрой. Однако у нее было ружье. Я держал ружье Урсулы наготове и старался ступать как можно тише.

Когда я был всего в пяти шагах от нее, я поскользнулся на куске черного льда и сильно ударился бедром. Все мое тело дернулось от удара, и мой пистолет выстрелил, пуля отскочила от асфальта и взмыла в воздух.

Мне потребовалось сделать семь или восемь заикающихся шагов, чтобы она остановилась, повернулась и направила на меня ружье. У такого целеустремленного человека, как я, было достаточно времени, чтобы встать на колени и прицелиться в нее.

Я не стрелял, и она тоже.

— Похоже, мы в тупике — сказала она, стараясь, чтобы её голос звучал уверенно.

— За исключением того, что только один из нас пуленепробиваемый — ответил я. Я показал ей повреждения на моем пиджаке и рубашке. У нее отвисла челюсть. На это у нее не нашлось ответа. Я протянул левую руку, и она подошла ко мне и вложила дробовик в мою ладонь.

Слава Богу. Она целилась слишком низко, чтобы попасть в мои пуленепробиваемые части тела.

Я встал и повел её обратно в гостиницу. Кэтрин и Аннализ стояли над человеком, которого я сбил с ног. Благозвучный споткнулся и чуть не упал на меня. Я взял её за локоть, чтобы поддержать.

— Спасибо — В её голосе звучала благодарность — Меня зовут Мерпати. Она посмотрела на меня широко раскрытыми невинными глазами.

— Я Рэй. Видишь ту женщину впереди? Она моя равная — Я почувствовал, что Мерпати немного замедлилась, но я подтолкнул её вперед.

— У нас есть еще несколько секунд, прежде чем мы поздороваемся с ней, и я хочу, чтобы ты подумал о том, как ты собираешься себя представить. Предупредительный? Раздражительный? Симпатичная раненая девушка, которой нужен большой парень, чтобы спасти ее?

Она немедленно отпустила мою руку. Мы вместе прошли по середине улицы к гостинице — Би энд Би. Горожане стояли в открытых дверных проемах или в освещенных окнах, наблюдая за нами.

Мы присоединились к остальным. Аннализ поставила ногу на спину бандита, прижимая его животом к гравию. Кэтрин стояла на коленях рядом с ним. Он что-то говорил по-китайски.

— Я вас не понимаю, молодой человек. Я не понимаю.

Он снял темные очки, и я был поражен, увидев, насколько он молод. Я не думал, что он достаточно взрослый, чтобы покупать пиво.

Мерпати сказал:

— Он хочет вернуться в Гонконг. Там у него есть сестра, которой он нужен.

Я оглянулся на дом престарелых. На крыльце стояла высокая, стройная молодая пара. Крипке стоял рядом с ними. У них был потрясенный вид людей, только что переживших катастрофу.

— Сколько трупов внутри?

Кэтрин встала.

— Кроме друзей этого парня? Пятерых я нашла сразу. Надя, одна из них. Я не видела Николаса, но и не искала особо тщательно — Она посмотрела на мальчика, лежащего на гравии — Интересно, у скольких из них были сестры, которые в них нуждались? Или дети?

— Хватит — сказала Аннализ. Она шлепнула парня по затылку. Раздался звук, похожий на треск грецкого ореха, и он затих.

Черт. Заслуживал он этого или нет, но я не думал, что именно мы назначим ему такое наказание.

Кэтрин изумленно уставилась на Аннализ. Она не выглядела обрадованной тем, что Аннализ больше не будет защищать ее. Внезапно она испугалась. Она шагнула к Мерпати, сложила руки перед собой и заговорила тихим, дружелюбным голосом:

— Привет, дорогая. Это вы заказали все эти убийства? — Для нее это была новая роль.

— Нет! — ответила Мерпати — Никогда. Меня заставил прийти сюда человек, который убил моего работодателя. Старик. Он приказал это сделать. Они собирались оставить меня на месте преступления, чтобы я взяла вину на себя.

Это был тот же голос, который обвинил Крипке в убийстве на кухне Уилбура. Конечно, теперь, когда её поймали, она была сама невинность.

— Кто был целью? — спросил я. Мне не следовало вмешиваться в выходки Кэтрин, но я был зол и не мог держать рот на замке.

— Я не знаю — ответила она, поворачиваясь к дружелюбному лицу Кэтрин — Я не участвовала в планировании этого ужасного преступления.

— Ради Бога — резко произнесл я. Мерпати быстро повернулась ко мне. Если она притворялась, что боится меня, то у нее это чертовски хорошо получалось. Я подумал, что, возможно, помешал работе Кэтрин, но выражение её лица было ободряющим. Я махнул рукой в сторону мертвого ребенка.

— Этот парень говорил по-немецки, не так ли? Или этот татуированный ублюдок говорил по-китайски?

— Кантонский диалект — поправила она с привычкой человека, который часто поправляет других людей.

— Неважно. Держу пари, что они могли получить свои заказы только через вас. Вы хотите сказать, что пожилой немец не предложил вам ничего лучшего? Вы не сменили команду и не взяли с собой парочку глупых молодых парней? Вам придется какое-то время рассказывать эту историю, так что лучше быть уверенной.

Она повернулась к Кэтрин.

— Я клянусь. Я говорю правду. Клянусь.

Кэтрин наклонилась так низко, что их лица оказались совсем близко друг к другу — Мы знаем, что это неправда, милый. Я не хочу, чтобы они убивали тебя, но я не смогу остановить их, если ты мне не поможешь.

Святое дерьмо. Я был плохим полицейским.

К сожалению, Мерпати не был продан.

— Это правда — сказала она. её голос дрожал, когда она говорила — она была напугана, но не собиралась менять свою историю.

— У нас нет на это времени — сказала Аннализ. Она шагнула вперед.

— Подожди! — Огрызнулась Кэтрин.

Она повернулась к Мерпати.

— Дорогая, ты должна мне что-нибудь дать.

Мерпати посмотрела на нее и покачала головой. По щекам у нее текли слезы. Она считала, что её вот-вот убьют, и не собиралась ничего нам давать. Что бы ни было у старика на нее, это было сильно.

Кэтрин вздохнула.

— Хорошо — сказала она мне.

— Продолжай.

Я моргнул, глядя на нее. Продолжай и что? Надеюсь, она не ожидала, что я начну наносить удары. У меня в руке был дробовик. Должен ли я был применить это к ней, когда на улице собралась толпа соседей, чтобы посмотреть на нас?

— Рэй — Голос Кэтрин звучал раздраженно — Быстрее, или твой босс свернет шею этой женщине.

— Что? — Я был в полной растерянности.

— Господи — сказала Кэтрин.

— Ты собираешься использовать это против меня, но не против нее?

Я внезапно понял, о чем она говорила. Я сунул пистолет под мышку и достал из кармана призрачный нож.

— Я применил его к тебе, потому что ты пыталась убить меня — Я схватил Мерпати за запястье и провел призрачным ножом по её мизинцу. Нож оставил зарубку на её золотом кольце, но её плоть не пострадала.

Она ахнула. её плечи опустились, а руки прижались к груди в испуганной, оборонительной позе.

— Вы оба — выпалила она — мне жаль. Он послал нас убить вас обоих, а также мистера Крипке, если мы сможем его найти.

Кэтрин наклонилась к ней.

— Кто послал вас убить нас?

— Его зовут Зан.

Я услышал, как Аннализ резко вздохнула. Это был нехороший знак. Мерпати продолжила говорить.

— Он тот, кем господин Инь хотел стать всю свою жизнь. Он настоящий волшебник. Когда его человек подошел ко мне и предложил взять в ученики, я не смогла отказаться.

Голос Кэтрин звучал тихо.

— Значит, вы обманули своего работодателя ради него.

— Я... да — сказала Мерпати — Мистер... Инь… — её голос затих.

Трое горожан, все мужчины, направились к нам по улице. У одного из них была винтовка. Остальные, вероятно, тоже были вооружены, но оружия видно не было. Я поднял пустую руку, приказывая им остановиться, и, пораженные этим жестом, они остановились.

— Мистер Инь был сорок шестым самым богатым человеком в мире. Он был безжалостным и немного сумасшедшим, но по-своему хорошим человеком. Он любил меня. Он даже сделал мне предложение, и мой адвокат заверил меня, что условия брачного контракта были превосходными. Я была простой дочерью банковского служащего из Сурабаи, и мне предстояло всю жизнь заботиться о своих родителях, братьях и сестрах. И, конечно, общение с ним позволило бы мне заниматься своим единственным настоящим интересом, магией.

Она взглянула на отметины на тыльной стороне моей ладони. Мы все замолчали, ожидая продолжения.

Она снова посмотрела на Кэтрин.

— Когда мы похитили тебя, я думал, что мы получим все, чего только захотим. Но мистер Инь… — Она посмотрела на меня — Он так сильно хотел получить то заклинание, которое ты ему предложил, что потерял всякую осторожность.

Я не смотрел на Аннализ. Я не хотел видеть выражение её лица.

— Когда герр Зан обратился ко мне, я совершила ту же ошибку. Точно такую же. Он пообещал мне секреты потустороннего мира, а я отказался от всего. Я заманил Иня на его смерть. Я. Когда Зан приказал мне взять нескольких человек, которых я оставил для себя, и отправиться за тобой, я понял, что он использовал меня. Ему было все равно, вернусь ли я, а если бы вернулся, он бы убил меня. Я предала человека, который ни за что не дал бы мне хорошей жизни. Мне так жаль.

Она заплакала. Однажды колдун пообещал показать мне мир за гранью мира, но вместо этого я украл его книгу заклинаний и создал свой призрачный нож. В конце концов, он показался мне неплохим парнем, для колдуна, но я и без его помощи увидел мир за гранью возможного. И, как и Мерпати, я хотел большего.

С этой мыслью я не мог не взглянуть на мертвого бандита у своих ног.

Горожане снова медленно приближались к нам, и на этот раз за ними была целая толпа. Что бы мы ни собирались с ней сделать, это должно было произойти в ближайшее время.

Аннализ перешагнула через тело мальчика и оттолкнула Кэтрин в сторону. Она приложила деревяшку к плечу Мерпати, знаки не отреагировали. На ней не было никакой магии.

Голос Аннализ был тихим.

— Где мы можем найти Зана?

— Он остановился в хижине рядом с выставочным комплексом. Именно туда он заманил мистера Иня и его людей, чтобы убить их.

— Я был там прошлой ночью — сказал я — Начальник полиции обнаружил тело Инь и остальных, но колдуна уже давно не было видно.

— Нет — сказал Мерпати.

— У него есть способ заставить вас думать определенным образом и отвернуться от определенных мест. Иногда он может заставить людей не замечать его, когда он рядом с вами. Он думает, что это забавно.

— Мерпати — сказал я.

— Да?

— Я хочу, чтобы вы сказали этим людям — я указал на приближающихся горожан — что вы пришли сюда с этими вооруженными людьми, чтобы убить всех в здании, и что вы сделали это по приказу Зана. Ты можешь сказать, что они заставили тебя или что-то в этом роде, но не рассказывай им о магии. Придумай правдоподобную ложь. Понятно?

— Я так и сделаю — сказала она.

— Неужели мне придется провести остаток своей жизни в тюрьме? Я боюсь.

— Нет — сказала Аннализ.

— Кто-нибудь придет, чтобы расспросить тебя и помочь тебе покинуть этот мир. С тобой покончено, но если ты расскажешь о заклинаниях или хищниках кому-нибудь — кому угодно — я лично убью всю твою семью. Я обещаю.

У Мерпати отвисла челюсть, затем она закрыла ее. Она кивнула.

К тому времени трое местных жителей, возглавлявших толпу, были примерно в десяти футах от нас.

— Извините — сказал мужчина с винтовкой — Что здесь происходит?

Мерпати еще раз взглянула на Аннализ. Я знал, что она будет делать то, что я ей скажу, пока действие моего заклинания не пройдет, но взгляд, которым она одарила Аннализ, сказал мне, что она будет придерживаться этой истории столько, сколько потребуется.

Затем она повернулась к троим мужчинам — Остальные здесь ни при чем. Я объясню — сказала она на своем прекрасном английском с акцентом.

Аннализ посмотрела на меня — Пошли. Я последовал за ней по обочине дороги в сторону города, подальше от толпы людей, собравшихся вокруг Мерпати.

— Стойте на месте — сказал один из мужчин, вставая перед нами, чтобы преградить путь. Это был лысеющий парень с подбородками на пару больше, чем требовалось, но двустволка в его руке была достаточно крепкой.

Аннализ вздохнула.

— Позвольте мне показать вам мое удостоверение — сказала она. Она полезла в карман куртки.

— Босс — я вдруг испугался за жизнь Болдинга. Но Аннализ вытащила белую ленточку и показала ему значок внизу. Болдинг внезапно закрыл глаза и повернулся к нам спиной. Затем он растянулся на дороге и заснул.

Она нахмурилась, глядя на меня.

— Ты думал, я собираюсь убить его?

Мы снова двинулись в путь.

Я оглянулся на Крипке. Он наблюдал за мной, его лицо было бледным и потным на холодном утреннем воздухе. Он развернулся и пошел обратно в дом.

Кэтрин направилась за нами.

— Что я слышала о заклинании? — Спросила Аннализ. От легкой улыбки, которой она приветствовала меня, не осталось и следа.

— Вы не выкупали этого следователя...

— Нет — сказал я.

— Ни за что. Я лучше знаю. Я дал ему фальшивку. Я объяснил, как подстроил поджог, а затем заставил Иня поверить мне, когда пришло время передать ему заклинание.

Аннализ кивнула, но по-прежнему не улыбнулась.

— На этот раз все в порядке. Но больше так не делай. Люди совершают безумные поступки ради заклинаний, Рэй. Если поползут слухи о том, что кто-то выторговал у тебя заклинание, это может обернуться для тебя неприятностями.

Я могу себе представить.

— Понял. Могу я задать вопрос?

Информация, которой поделились, это утечка информации. Но Аннализ повернулась ко мне и сказала:

— Ты это заслужил. Продолжай.

— Зан первичный, что бы это ни было? А ты?

— Это не один вопрос, но ладно. Нет, Зан не первичный. В лучшем случае, он из четвертной, но, вероятно, даже не настолько высоко. И, прежде чем ты спросишь, я из старших. Теперь, я полагаю, ты хочешь знать, что это значит.

— В значительной степени, да.

— В мире есть только три настоящих книги заклинаний. Они являются источником всей магии на планете, но в них нет настоящих заклинаний. К тому же это не совсем книги, но не обращай на это внимания. Когда читаешь одну из них, возникают видения. Сны.

Она на мгновение замолчала.

— После того, как видения заканчиваются — продолжила она — первичный записывает их как можно четче, и это становится тем, что большинство этих идиотов называют книгой заклинаний.

Мы свернули за угол. На обочине стоял потрепанный "Додж-спринтер" Аннализ. Я был рад снова увидеть его. Я сказал:

— Итак, если первичный ученик передает ученику записанную книгу заклинаний ту, что названа в его честь, например "Книга океанов Моубрея", этот ученик становится вторичным.

— Правильно.

— А второй творит те же заклинания, но они слабее. Потому что, я думаю, нельзя передать видение другому человеку, не изменив его немного.

На этот раз Аннализ улыбнулась, совсем чуть-чуть.

— Очень хорошо.

— И у Общества Двадцати дворцов больше нет этих трех оригинальных книг с заклинаниями, так что вы постепенно теряете силу.

— У нас было две, но это правда. Несколько столетий назад их украли. Это отвратительная часть нашей истории.

Мы подошли к фургону. Аннализ дала мне ключи, и я сел за руль. Все было как в старые добрые времена.