МИЛА.

Любит… Он сказал, что любит!

Почувствовала, как волна горячей лавы по венам пробежала.

Счастье.

Главные слова — Я тебя люблю.

Ренат их сказал. И смотрел на меня своими глазами красивыми, немного прищурившись, словно искал что-то на моём лице. Взгляд его обжигал, словно он не просто смотрел, ласкал, так сладко, интимно, выбивая из легких воздух, заставляя дрожать, выпуская на волю тысячи игривых мурашек.

Любит!

Меня.

Не другую!

И хочет меня, это я очень хорошо чувствовала. Опять хочет, и готов. И я тоже была готова отдать ему всю себя, без остатка.

Плавилась под его прожигающим взором, растекалась лужицей.

— Милана… Любимая моя девочка.

— Рен… Ренат.

Боже, от его голоса у меня лавина по всему телу пробежала, между нами разряды двести двадцать и выше.

И так от этого сладко! И больно…

Больно всё это терять! И я не хотела этого.

Развод? Какой развод? Что за глупости?

Любимые не разводятся!

Любимые не должны жить порознь.

Малыша растить порознь.

Это неправильно!

Я не хотела так!

И мне казалось, что и Ренат тоже не хотел.

Его взгляд говорил об обратном. И слова.

То, что он сказал о любви…

— Милана, ответь мне, скажи, что ты хочешь?

Что я хочу? Он реально об этом спрашивал?

Мне страшно было отвечать, но я понимала, если я не скажу, то буду горько жалеть.

Хватит уже!

Набегались.

Намолчались!

Пора уже взрослеть. Отвечать за свои слова.

Начинать говорить правду.

— Мила… милая моя…

— Ренат, я… Я тоже. Тоже люблю.

— Что? — округлил он глаза и словно не верил, в то, что слышали его уши. Он обхватил моё лицо руками и уставился мне в глаза. — Что ты сказала?

— Люблю тебя, — смело повторила я. Скажу это ещё раз если нужно. Громко! — Сильно. Не могу без тебя жить, и не хочу.

— Милана…

Его низкий чувственный голос мне атомным взрывом по сердцу, заставлял трепетать, желать продолжения.

Я так не хотела его отпускать! Так мечтала, чтобы он остался.

— Боже, и как от тебя оторваться сейчас? — его руки дрожали. Я понимала, что эти слова он ждал точно также, как и я их — от него. — Как уйти, Милана, девочка моя сладкая!

— Не уходи, пожалуйста, — просила я, глотая слёзы. Неужели они сейчас просто возьмет и уйдет? После всего? После слов о любви? — Останься. Сегодня и… Навсегда. Вернись. Вернись ко мне… Я не хочу развода.

Он обнял меня еще крепче, хотя казалось крепче уже некуда. Прижал к себе отчаянно. Дыхание его тяжелое мне било по нервам.

Хотелось привязать его, приковать. Закрыть в этом доме на замок, не отпускать никуда.

— Милана, любимая, послушай, — заговорил он, мягко баюкая меня. — Мне сейчас надо уехать. Я должен во всем разобраться.

Я в протесте замотала головой.

— Зачем, Ренат? — спросила я. — Мы ведь уже поняли, что случилось. Поняли, что это подстава. Я тебе верю, что еще нужно?

— Нужно сделать так, чтобы это не повторилось, понимаешь? — пояснил муж. — Я должен узнать, кто крыса. Она ведь рядом совсем, получается. Тот, кто втерся в доверие, притворяется своим, другом, близким, а сам меня сливает. Понимаешь? Сейчас они ударили по самому больному, по нашей с тобой семье, по нашей любви. И не факт, что на этом остановятся. Будут долбить дальше, пока не уничтожат нас.

— Не смогут, — решительно покачала я головой. — Как нас можно уничтожить, если мы… Любим друг друга?

— Девочка моя… — приблизился он к моему лицу, говорил, почти касаясь моих губ своими. — Родная. Мы любим, да. Но ты сама видела, как легко подорвать доверие. Раз — и всё. Одно, порочащее меня видео — и ты решила, что я изменил. А я, как дурак себя повел, подлил масла в огонь. Не исключено, что они попытаются повторить. Зачем-то надо было именно нас развести. Ударили не по бизнесу, не по моим делам. По любимой ударили, боль тебе причинили. Хочу найти этих уродов и сделать так, чтобы они за всё ответили.

Я понимала о чём он, кивала головой, поддакивала.

А в душе облако страха поднималось, всё заволакивало. Боялась, как бы вся эта история еще раз нам не аукнулась. Но спорить больше не решилась.

Ренат — мужчина, пусть он и решает, как поступить.

Надо ехать — так надо.

Разбираться — так разбираться.

Он же вернётся…

— Малыш, — продолжил говорить он. — Сейчас я еду к детективу, потом к отцу. Там тоже есть вопросы.

— Алия же всё еще там?

Ренат почему-то опустил глаза, странно усмехнулся.

— Там, куда е й деться? Она тебе не звонила?

— Нет, перестала звонить, когда мы с тобой… Ну… Видимо, когда ты переехал в дом отца.

— Ясно. Ну, если будет звонить ты… — задумался Рен. — Ты пока не говори ей, что мы помирились, ладно?

— Почему ты опасаешься ей говорить об этом? — насторожилась я.

Неужто обожаемая его отцом Алия всё это и устроила?

Вот были у меня сомнения на ее счёт всегда.

И дёргалась я неосознанно, когда поняла, что Рен живёт в доме отца, с ней рядом.

Ревновала отчего-то…

Возможно, мои опасения были не столь беспочвенны.

Женскую интуицию обмануть не получится.

Интерес есть. По крайней мере, со стороны этой девушки…

Она вроде бы не замужем.

Вероятно, решила стать замужней, а мужем своим захотела видеть МОЕГО Рената.

Ренат словно считал с моего лица все эти эмоции.

Он поднял моё лицо, прикоснулся губами ко лбу, к вискам, потом опустил взгляд на губы.

— Я всё расскажу тебе, когда выясню. Хорошо?

— Обещаешь?

— Конечно. Я люблю тебя, малышка. Я это всё ради тебя и делаю. Не хочу я никакого развода. Хочу тебя каждый день видеть, видеть, как растёт наш малыш в твоем животе, гладить его, разговаривать с ним. Хочу быть рядом, когда он родится. И потом, каждый шаг его наблюдать. Поэтому — только вместе. Слышишь?

Да, я слышала.

Только вместе.

И я хотела этого. Очень сильно.

Он еще раз крепко меня поцеловал, а потом оделся и ушёл.

Мне было очень тяжело, но я отпустила, потому что верила, что так будет лучше.

Я буду ждать его обратно.

Ждать, что Ренат позвонит, сообщит мне, как идут дела, что удалось узнать.

Но в этот вечер он не перезвонил уж — время было позднее.

Я отправилась спать, думая, что не смогу глаз сомкнуть, но спала очень даже крепко.

Однако и утром Ренат тоже не перезвонил и не объявился…