К вечеру пошёл ливень. Он шёл всю ночь, с короткими перерывами и весь следующий день. Марат не пришёл. Наверное, не хотел давить и дать мне время всё обдумать.

Я не знала, что делать. Мысли были самые разные. Я то спорила сама с собой, говоря, что это прекрасное решение и мне будет проще, то принималась яро доказывать, что с таких договорённостей ничего хорошего никогда не выходило.

Устав сидеть в четырёх стенах, я вылезла на крыльцо, вытащила какое-то старое покрывало, расстелила его и села, наблюдая, как стекают дождевые капли и разбиваются о деревянное крыльцо. Дождь постепенно стихал, он больше не лил шквалом, а мерно барабанил по крыше и листве.

— Опять куксишься? — я вздрогнула и уставилась на Ильдара, который опять стоял за забором.

Он каким-то магическим образом постоянно оказывался рядом в моменты, когда мне было тревожно и дискомфортно.

— Нет, просто думаю, — ответила я и тут же осеклась, вспомнив, как мы расстались в прошлый раз. — Слушай, прости меня, пожалуйста, за прошлый раз. Я была грубой.

Мне не хотелось говорить о том, что рассказала бабушка о его семье. Вдруг Ильдару не понравилось бы, что болтают за его спиной. Поэтому постаралась извиниться максимально нейтрально.

— Я подумала и решила, что ты был прав. Просто в моменте мне было обидно.

— Забей, я не обидчивый, — Ильдар толкнул дверь калитки и вошёл во двор. — Да и имела права злиться. Твои же каникулы пошли коту под причинное место. Явно лучше в Казани сидеть в такой ливень, чем в деревне.

— Не всё так плохо, — сказала я несмело. — Бывает и весело.

— Это когда? — хитро смотря на меня, спросил Ильдар, подходя к самому крыльцу.

— Когда на озеро ходили или когда пели у костра, — я смущенно потупила глаза. По моим словам, выходило, что весело мне было только, когда рядом был Ильдар. Я почувствовала, что краснеют уши.

Но Ильдар только заулыбался.

— А давай ещё одно крутое место покажу, — предложил он.

— Это какое же? — с интересом спросила я.

— Увидишь, только туда ночью надо идти, пойдёшь или боишься? — он снова шутливо стал меня подкалывать.

— Пойду, — упрямо сказала я, поднимаясь, — только кругом дождь. Не думаю, что место будет таким же крутым.

— А он скоро закончится, — уверенно заявил Ильдар. — Ну что?

— Хорошо, — согласилась я.

— Тогда жди, — и после этого он развернулся, чтобы уйти. Только на прощание хитро мне подмигнул.

А дождь правда скоро закончился. Сперва он стал тише, потом только последние капли ещё падали на землю, но небо начинало проясняться. А через пару часов уже было солнце и совсем чистое небо. До самого вечера я болталась по дому. Под кожей словно были иголки. Я в нетерпении смотрела в окно. Но стрелки, как назло, двигались максимально медленно.

Постепенно наползали сумерки, небо темнело.

— Не засиживайся, — сказала бабушка, перед тем как уйти спать.

Я сидела на диване с книгой, пытаясь занять время до ночи.

Как только бабушка уснула и не вздрогнула, когда я, отодвинув шторку, смотрела на нее, я быстро собралась и вышла на крыльцо.

— Готова? — у забора стоял Ильдар.

— Да, — я кивнула, натягивая кроссовки.

— Тогда пошли.

Прикрыв за собой калитку, мы пошли в сторону от дома бабушки. В этот раз наш путь был в противоположную от реки сторону. Туда, где виднелись холмы и верхушки гор.

— Не спрашивала, куда идёшь? — спросил Ильдар, когда мы проходили мимо тихих домов. Где-то в окнах горел свет, но большинство были погружены в сон.

— А я не говорила, — нахально ответила я.

— Ого, — присвистнул Ильдар, — опасная ты.

— А то.

Ещё через пару минут мы совсем вышли из деревни и теперь шли по проселочной дороге. Через какое-то время мы остановились у поля. Трава была высокой, щекотала ноги, местами росли мелкие кустарники. Поля поднималось по холмам и растиралась на многие километры вперёд.

— Почти пришли, — сказал Ильдар.

Неожиданно он взял меня за руку и повёл в траву. Его ладонь оказалась горячей, сухой и огромной. Моя рука просто тонула в его хватке. Он уверенно шёл, легко ориентируясь в темноте. Дорогу освещала только полная луна. Я осторожно переставляла ноги, чувствуя, как залилось лицо краской и громче бьётся сердце.

— Вот — сказал Ильдар.

Я вздрогнула и огляделась. Мы оказались на верхушке какого-то холма. Вокруг куда ни глянь трава, тихое поле. Но не это было важным.

А огромное звёздное небо. Все созвездия мира были здесь на ночной карте.

— Вау! — протянула я, немного пошатываясь, пытаясь запрокинуть голову ещё сильнее.

Но Ильдар меня удержал. Он сел на траву и потянул меня вниз, помогая сесть.

— Как же красиво, — я не верила, что такое можно увидеть вживую, и ни где-нибудь на морском побережье, а вот, в деревне у бабушки.

— Ага, — с улыбкой ответил Ильдар.

Он отпустил мою руку и более свободно сел, вытягивая ноги и опираясь о вытянутые руки.

— В детстве я мечтал о том, чтобы можно было зацепиться за какую-нибудь звезду и жить на ней, оставив всю эту земную жизнь.

Я с тоской посмотрела на него. Мне живо представилось, как мальчик, потерявший родителей, смотрит на это одинокое и равнодушное звёздное небо, мечтая исчезнуть.

Я нерешительно протянула руку и переплела пальцы с его.