— Дарья Макаровна, вас ничего не беспокоит? Сегодня вы слишком бледны, — хмурился мой невролог.

— Мутит немного, — в последние дни меня и вправду сильно мутило и кружилась голова. Но я списывала это все на стресс от похищения Тимура.

— Хм. И давно вас начало мутить? — светил мне в глаза фонариком врач, а затем, удерживая молоток на уровне моих глаз, начал водить им из стороны в сторону, наблюдая за моей реакцией.

— Не знаю, — честно призналась. — Может, когда мужа похитили, может, раньше.

— Что с питанием? — убрал инструменты в сторону, внимательно изучая меня взглядом.

— Нет аппетита совсем. Не хочу ничего.

— А при выписке было так же? — обеспокоенно спросил он.

— Нет, тогда я ела хорошо. Хотелось разнообразия после больницы, и я готовила себе каждый день разные блюда.

— Что еще беспокоит? Живот? Может быть, перепады настроения?

— Живот тянет, и да, последние дни много плачу. Но это опять же из-за похищения мужа.

После того как Тим пришел в себя, я места себе не находила. Хотела ему помочь и не знала как. Предложила позвонить хорошему психотерапевту, но ему уже предоставили в больнице специалиста. И мне оставалось надеяться, что после терапии ему станет лучше. Но у меня самочувствие значительно ухудшилось.

— Что у вас с циклом? — задал неожиданный вопрос доктор.

— В смысле? — почувствовала, как щеки вспыхнули.

Одно дело — услышать подобный вопрос от гинеколога, и другое — от специалиста в совершенно другой области.

— Цикл регулярный? Когда была менструация в последний раз? — смотрел так внимательно, будто это был вопрос жизни и смерти.

Я задумалась, вспоминая, когда в последний раз покупала прокладки и… не вспомнила.

— Ну так что? Можете назвать дату?

— Нет, — шокированно проговорила. — Кажется, их не было очень давно.

— Тогда давайте проверим сначала причину отсутствия ваших месячных и будем отталкиваться от этого в дальнейшем обследовании.

— Что вы имеете в виду? — не совсем понимала его слова.

— Нужно сделать тест на беременность.

От этой информации сердце быстрее застучало в груди. Нет, я не верила, что жду ребенка. Ведь за столько лет у нас не случилось незапланированной беременности. И тем более это не могло произойти сейчас. Просто организм находился в стрессе и не знал, как с ним справляться.

— Сомневаюсь, что причина отсутствия цикла именно в этом, — я попыталась улыбнуться, но на лице мужчины не дрогнул ни один мускул.

Выдав мне коробочку с тестом, доктор отправил меня в в дамскую комнату. Не до конца осознавая происходящее, я заперлась в кабинке и сделала все так, как было написано в инструкции. После всех манипуляций положила коробочку на коленки, уставившись на белую полоску теста.

Со странными чувствами я следила за тем, как проявилась одна красная линия, то ли с надеждой ожидая, проявится ли вторая, то ли со страхом.

И когда я уже с досадой думала, что тест отрицательный, начала розоветь вторая полоска, а затем стала ярко-красной.

— Не может быть! — проговорила с каким-то восторгом. — Не может быть!

О детях в последнее время я думала все больше. И Тимур стал заговаривать о том, что уже было бы неплохо родить ребеночка. Но теперь, после всего что случилось, беременность казалась настоящим безумием.

Щеки пылали, сердце колотилось о ребра с такой силой, будто ему стало тесно в груди.

На негнущихся ногах я вернулась в кабинет, а уже через полчаса села в такси, думая, как рассказать об этом мужу.

“Тим, нам нужно встретиться”, — отправила сообщение Бакирову, дожидаясь ответа.

“Дай мне еще пару дней”, — прислал он ответ, разбивая мне сердце.

Новость была настолько ошеломительной, что я не могла хранить ее в себе, желая как можно скорее поделиться радостью.

Обижаться на Тимура или уговаривать его на встречу я не собиралась. Поэтому просто сфотографировала тест и отправила мужу, дожидаясь реакции. И не прогадала. Меньше чем через минуту, увидела входящий звонок от Тимура.

— Даша, — звучал взволнованно его голос, — что это значит?

— Я сегодня была на приеме у невролога. Жаловалась на недомогание, и доктор предложил сделать тест. И я сделала… — слова лились неровно, сбивчиво.

Не знаю, почему я так поторопилась, но мне было важно разделить эти эмоции именно с ним. Не с сестрой или с кем-то другим, а с тем, с кем мы провели вместе столько лет, разделив и горе, и радость.

— Ты… беременна? — на выдохе спросил муж.

— Получается, так, — улыбаясь, я присела на лавочку во дворе.

— Правда? — услышала радость в его голосе. — Даш, у нас будет ребенок?

— Да, Тим. У нас будет ребенок, — почувствовала, как из глаз потекли слезы счастья.

До этого момента я сама не осознавала, как сильно хочу стать мамой. Думая о том, что внутри меня растет жизнь, внезапно ощутила такую легкость и радость, что все остальное стало неважно. И независимо от того, разведемся мы с Бакировым или нет, я не сомневалась: этот ребенок будет любим нами обоими.

— Спасибо, Дань, — его голос дрогнул. Спасибо, родная. Я люблю тебя и сделаю все, чтобы вы во мне не разочаровались.

— Тогда просто давай жить дальше, Тим. Нам теперь есть ради чего взять себя в руки.

— И я возьму, обещаю, — сказал муж и уже на следующий день стоял на пороге нашей квартиры с огромным букетом цветов.