Закрывая эту книгу, вы не покидаете мир «нечистых слов». Ведь многие суеверия по-прежнему сопровождают нашу жизнь. Мы стучим по дереву, «чтобы не сглазить», трижды плюем через левое плечо, страшимся черной кошки, поминаем Федота во время икоты и сторонимся валяющейся на тротуаре булавки. Это ритуалы-призраки, обряды-тени. Они пережили века и трансформировались, пройдя через призму православия. И самое удивительное, что все это не пустые предрассудки, а глубинный код выживания и миропонимания наших предков.

Страхи не исчезают — они эволюционируют. Вместо «призора» мы говорим о «черной полосе», а вместо науза с кореньями на шее носим в кошельке «счастливую монетку». Персонажи этой книги не канули в Лету, а мимикрировали, потому что отвечают на вечные человеческие потребности: объяснить неудачу, защититься от неизвестности, обозначить «свое» и «чужое». Какие-то, наоборот, больше не имеют сакральных смыслов, но прочно встроились в современный культурный код: домовые и русалки переселились в мультфильмы, Бабайка стал мемом, а драконы — героями блокбастеров. Но пусть и в таком виде, они все равно с нами.

Так что вся эта книга говорит про живую, по сути, традицию, не про темное непонятное прошлое. Мне хотелось показать логику и мудрость традиционного мировоззрения, в котором не было ничего случайного, в котором каждый обряд, каждый запрет, каждый персонаж были частью сложного механизма адаптации человека к жестокому миру, где жизнь зависит от погоды, эпидемий, отношений внутри общины, благосклонности светских и церковных властей и, конечно же, удачи.

Так что язык — наш коллективный психоаналитик. Изучая этимологию и историю слов, диалекты и записки этнографов, мы проходим своеобразный сеанс психотерапии. Эти суеверия и иррациональные страхи — наследие колоссального культурного опыта выживания в не самых простых условиях.

Поэтому вот мой совет напоследок: слушайте язык внимательнее. В следующий раз, говоря «чур меня», перечитывая гоголевского «Вия», напевая на день рождения ребенка «Каравай, каравай, кого хочешь выбирай», остановитесь на секунду. В этот момент происходит мистическое прикосновение к многовековому пласту традиций и верований. Язык из средства общения превращается в машину времени и сокровищницу народной памяти. Это ли не магия?