— Это не совсем запах, — пояснил он. — Его воспринимает что-то в мозге и воспроизводит. Тебе кажется, что ты чувствуешь запах, но на самом деле никакого запаха нет.

— Скажи, Странник… — я задумался, формулируя вопрос. — А почему всё ирреалы похожи на рыбу? В десятом секторе в логах про генератор в скобках было написано, вроде бы, про двойную цепь цвета, захватившую его. Да и летающая рыба без воды никого не удивит. Какой-то виток их эволюции?

— Не знаю, Арк… хороший вопрос. Никто до конца толком не знает, что они такое. Здесь верили, что это двойной цвет. Ты можешь верить, что это двойная рыба. Мне нравится.

— Рыба — это просто вид биологической цепи, а на муталисков они не похожи, — заметил я.

— Совсем не похожи. — усмехнулся Странник. — Но это вопрос не по адресу. Десятый сектор стал таким задолго до меня.

— А как давно длится это твоё воплощение? — заинтересовался я.

Странник заложил руки за голову. Белый шарф на нём, словно живой, перебежал на более удобное место.

— Я не помню точного количества дней, давно сбился со счёта. Но империю Гильгамеша я застал уже руинами. Третий долго держался. Шестой пал почти сразу после моего появления.

— А прошлая жизнь? Тот сирименталь?

— Тогда я был больше похож на Альму и пытался найти себя. К счастью, я оказался не амальгамой, и невидимый для Системы амарантин сопровождал меня в каждой из жизней по праву.

— Может, ты помнишь, как попал сюда?

Где-то за окном ударила молния и разразился гром, как перед дождём. Свет в лампах вновь замерцал, но пока гаснуть не собирался.

— Помню, что плыл на Акинор… это такой континент в моём мире. Не знаю, как сейчас, но тогда никто не знал, что там. В общем, долгая история. Я помню, как плыву туда, а затем провал в памяти до первых фрагментов первого воплощения.

— Насколько я понял, основная масса проходчиков — пришли с одной версии Земли. Тебя на Стену забросило позже, получается?

— Да, в моей памяти нет ничего от временах, когда этот мир работал исправно. Но помню, когда он работал намного лучше.

— Если добавить к этому историю Тео и Серой, или наших мельхиорцев, получается, что Стена нашла способ как-то добывать духовный ресурс за пределами этой планеты?

— Да… ты прав, — задумчиво покивал Странник. — Впрочем, не удивлён, ведь она может как-то возвращать тех, кто каким-то образом сбежал со Стены, но оставил на себе её метку.

— Брр! — проняло Сайну. — Почему-то представила, как живу я себе нормальную счастливую жизнь, выхожу из душа с халатом на голое тело и вдруг оказываюсь в локации где-то на пятом. У некроморфов, которым плевать, как я выгляжу, но без брони вкуснее.

— С учениками Гильгамеша так и произошло. Говорят, по легендам Эхмея и Меас бежали отсюда в иной мир. Теперь знаю, что речь скорее всего шла о Зехире.

— В моём мире это было шесть тысяч лет назад, — послышался голос Тео.

— О, очнулся. Ты предпоследний. Доброе утро, — приветствовал его Странник. — Остался только Мерлин.

— А сколько мы так провалялись? Что это вообще было? Я видел какой-то бредовый сон с килькой.

— Все видели рыбу. Где-то часов пять или шесть. И ты не спал. Никто из нас не спал в этот момент. А если бы спал, ему снилась бы рыба.

— А что я делал?

— Не знаю, я тоже потерял около четырёх с половиной часов. Они поглощают память о большей части встречи с ними.

— И всё?

— Да, они безобидны, если не проявлять агрессию в их адрес. В общем-то, они зеркалят твоё поведение. Если бы кто-то из вас искренне их ненавидел, его ждали бы незабываемые четыре часа галлюцинаций с поиском глубинных причин, как так вышло. Этот ирреал питается страхом и ненавистью. Ну, в числе прочего. Так говорят. Но если ты их не испытываешь, то они идут мимо.

— С чего бы мне ненавидеть рыбу?

— Ну, всякое бывает, — развёл руками Странник.

— Вот по этой причине проще отдать пару часов, — произнесла розововолосая Айна в чёрной броне.

Я не слышал, как она открыла дверь нашей каюты. Хотя, судя по её виду, это случилось не только что — она стояла уже у распахнутой двери, я просто этого не заметил и не услышал её открытия. Что-то со мной всё ещё не так после этой рыбы.

— И часто такое? — спросил я у неё.

— Вы счастливчики. Это второй раз, когда мы встречаемся с ними, — улыбнулась Айна. — Это механизм взаимодействия ищеек с их добычей. А их добыча — это всё, что желает им зла или ужасно боится. К счастью, речь не о нас. Они питаются другими ирреалами в этой области. Проходчики действительно не имеют привычки испытывать личную ненависть конкретно к этой рыбе.

— А страх? — уточнила Сайна. — Мне было страшно до чёртиков.

— Для тебя это страх перед неизведанным, а для добычи — перед сверххищником, который уничтожает твой вид поколение за поколением, — пояснила Айна. — Поэтому весь твой страх, поглощённый рыбой, вылился в эпизод из прошлого с элементом лёгкой шизофрении. Я уже дважды проходила через это.

— А теперь всё, или ещё к чему-то готовиться?

— С местными тремя чудесами мы уже не повстречаемся, — сказала она. — Я пришла ещё сообщить, что через час мы будем на границе секторов. Мы входим в одиннадцатый.

— А что будет там? — спросил я. — Кстати, три чуда это что?

— Ох… начинаю понимать, почему Сириус отправил к вам меня… — тяжело вздохнула Айна. — Зачем вам знания о десятом секторе?

— Любопытно, — с горящими глазами сдала нас Сайна.

Действительно, нам эта информация была не за чем. Но такой довод, на удивление, подействовал.

— Это один из первых павших секторов-заповедников. Здесь зародились три тёмных чуда. Уникальные цепи, которые не встречались больше нигде.

— В прошедшем времени?

— Теперь ирреалы плавают по многим секторам с высокой сложностью. Кроме пересбора их ничто не выгонит, если монстр уже заплыл в сектор. Просто держит согласно уровню сложности. Сейчас они, как техноцит — живут в секторе, и Ссистема игнорирует наличие их цепи в списках монстров.

— Они не занимаются активной ассимиляцией, — заметила Сайна.

— Да, поэтому Системушка и закрывает глаза на это непотребство. Два других чуда более разрушительны. Айфоли сильно вредят прочности и физически ломают Стену, приближая её конец. Ну и маггиты. Третье тёмное чудо, которое когда-то было только здесь, а теперь гуляет по многим секторам.

— А что они такое?

— Я знаю три версии их происхождения. Каждая сестра выдаёт свою…

— Сестра? — слово показалось знакомым.

— Ой, всё, я пойду, наверное, пока мне не прилетело за длинный язык, — Айна всплеснула руками и начала выходить из каюты. — В общем, через час будьте готовы. Для перехода нужно спуститься и пройти сканирование. Это безопасно.

С этими словами она вышла, не прощаясь, только пробурчав себе под нос «Нашли кому доверить, блин…»

Я усмехнулся. Любимая фраза Сайны.

Все любопытные взоры уставились на Странника. Но тот только развёл руками.

Мы собрались на выход в зале с длинным столом, где Сириус рассказывал нам о том, как жить на его корабле. Сейчас помимо розововолосой был высокий худощавый мужчина с необычными тёмно-вишнёвыми волосами. Причём на любителя выделиться внешним видом он был не похож, значит, влияние модификаций.

Увидев меня, он слабо улыбнулся и демонстративно чуть подвинулся, давая понять, что у него есть ко мне дело.

— Арктур, простой друид-путешественник, — я протянул руку. — Есть дело ко мне?

— Да. Я Валтор, — ответил он деловым тоном. — Если не против, я сразу перейду к предложению.

Я кивнул.

— В одиннадцатом секторе водится один вид существ, который мог бы быть полезен и нам, и вам, — продолжил он. — Скорее всего, мы встретим его где-то по пути, и, если у вас есть желание, можем ненадолго спуститься, собрать лут. Часть вам на улучшения, и кое-что нам. В идеале лично мне нужно, чтобы вы удерживали существо некоторое время. Взять нескольких живьём было бы очень кстати.

— А Сириус в курсе этой затеи?

— Да. Просил передать, что с удовольствием возьмёт часть фрагментов в счёт оплаты проезда. Но решать вам, это не обязательная акция.

— Я в целом рад бы, — с сожалением ответил я, — но мы очень спешим сейчас…

Бросил взгляд на Альму, и она поняла причину моего отказа.

— У нас есть время, — улыбнулась она. — После последнего терминала лимиты выросли втрое.

Втрое. Шесть дней? Это уже вполне реальный срок. Пол сектора мы пересекли за пол дня. При этом не потратив ни крупицы маны.

— Что это за существа?

— Маггиты, — охотно пояснил Валтор. — В одиннадцатом они похожи на животных, но из-за естественности симбиоза физические тела носят силикатную природу. В одиннадцатом секторе очень распространены кремниевые формы жизни, так что все, кто с ними в синергии, там тоже сильны.

Я внутренне порадовался тому количеству информации, которое он выдавал. И даже удивлялся тому, насколько сам привык к терминологии Стены, что отлично его понимаю.

— Нам нужны гибриды цепей маггитов с силикатами. Она достаточно распространена, так что искать никого не придётся, мы почти наверняка их встретим, пока будем лететь. Может даже несколько раз. Весь лут потом поделим.

— Если есть время, то я только за, — одобрил я. — Но мне нужна вся информация для понимания, на что мы подписываемся. Чем опасны маггиты?

— Это правильней будет рассказывать, когда повстречаем. У них много подвидов, и все перечислять будет долго. Лучше потом распишу коротко и по делу.

— А в чём, если не секрет, сложность с их наименованием? Я только сегодня узнал про три чуда десятого сектора.

— Это не чудеса, а просто цепи, — поморщился Валтор. — Заповедный сектор же, что ты хотел?

— А что такое эти сектора? — спросил я и увидел периферийным зрением улыбающуюся до ушей Айну.

— Ну-у… — потянул он. — Здесь тоже много теорий, но мне импонирует та, что когда-то сектора были одинаковыми, с одним набором базовых цепей, которые повторяются практически в каждом секторе. Но дальше в изоляции с повышением сложности каждый развивался немного по-своему, из-за разных живущих там проходчиков, и проявились разные цепи. Смотря, чем там занимались раньше.

— Звучит логично.

— Конечно логично, — кивнул Валтор. — И вот, смотря кто там жил, такие цепи и развились от разных бедствий. Обычно большинство монстров развиваются одинаково. Как та же пустота, которая есть почти везде, где есть сильная тёмная магия. Но иногда что-то идёт не так, и появляются уникальные цепи, которых нет больше нигде. Потому они заповедные, чтобы лишний раз туда никто не ходил и, не дай Строители, не принёс эту цепь в свой сектор.

— Иначе получаются свободно плавающие где попало ирреалы.

— И маггиты, да. Возле таких секторов жить, как на пороховой бочке.

— Спасибо за предупреждение. А здесь они тоже с десятого сектора пришли?

— Да, и вынесли местных. Когда-то в седую древность. Но айфолей там нет, а к ирреалам мы не полезем. Только если встретим того, кто нам нужен, то спустимся. Уровень сложности там ниже, но это всё ещё сектор смерти.

— А чего в целом ожидать от них? Магия? Физический урон?

— Точно знаю, но они своего рода магические аномалии. Есть версия, что они двойная цепь магии, есть, что магия с энергией. А раньше, говорят, была цепью антимагии. Название, в общем-то, пошло от «лишённый магии», но с ней у них наоборот всё в порядке. Скорее всего, они, как айфоли с материей или иониты с пространством, меняют правила работы магии.

— Что значит «меняет правила магии»?

— Например отключает работу магических навыков, усиливает их, ослабляет, меняет свойства. В том числе маггиты могут быть антимагией или источником энергии в зависимости от вида. И обычно у них это не способность, а свойство. В смысле, пассивная особенность, которая проявляется сама по себе.

По коридору послышались шаги. Владелец судна спешил присоединиться к нам в высадке перед барьером.

— О, Сириус, — обрадовался Валтор. — Сейчас будем спускаться.