Темная тень упала на дорожку, вымощенную плоским камнем, а лицо Ворна обдало порывом ветра, от мощных крыльев.

— Мрук!

— Здорово, бандит! — мальчик расплылся в улыбке.

Мрякул, тяжело плюхнувшись на дорожку, сложил свои кожистые крылья за спиной и, заурчав утробно, словно трактор, ткнулся головой в бок Ворна, обтерся о его бедро. Парень едва устоял на ногах от этого бурного приветствия.

— Тише, тише, Полкаша! С ног же свалишь! — Ворн присел на ступени крыльца. Мрякул вился вокруг, ластясь, словно огромный кот. Мальчишка трепал его за холку, чесал за ушами, гладил по широкой спине. — Фу! От тебя рыбой несет! — смеясь, он отстранил мокрую морду зверя от своего лица.

— Рыба — вкусно, — прозвучал в голове Ворна мысленный ответ. — Люди кормят.

— Не понял. В смысле, кормят? Ты что, попрошайничаешь?

— Они сами дают. Мрук, — Полкан снова ткнул мальчика головой. — Смешные они. В порту много лодок. В лодках — люди. Я прилетаю, сажусь на лодку, мне дают одну рыбу. Большую. Я улетаю.

Ворн расхохотался.

— Ну, то они от страха, наверное. Чтоб ты их не сожрал. Откупаются.

— Нет. Они сами меня зовут. Машут руками, или рыбой. Хотят, чтоб я сел именно на их лодку. А потом они много рыбы ловят.

— Вот как? — Ворн удивленно вскинул брови. — Значит, ты приносишь рыбакам удачу?

— Выходит, так. Они так и говорят: «Счастливчик, лети ко мне!» Я и лечу.

— Ну ты и плут! А если тебя украдут, ты не думал об этом? Люди бывают очень коварны.

— Не беспокойся, друг. Я вижу плохих людей. Черные мысли — черный дым. Хорошие мысли — разноцветный дым. Так и отличаю.

Ворн опешил.

— Да ты никак ауры начал видеть? Ну ничего себе! И давно ты так умеешь?

— Когда тебя искал. Сильно испугался за тебя. Потерял связь. Сильно переживал. Очень хотел найти плохого человека. И нашел. Много плохих людей нашел. Но того, кто тебя увел, не смог найти, — мрякул виновато заглянул в глаза Ворну. — Прости меня, друг.

Мальчик крепко обнял зверя и тихо прошептал:

— Я вернулся из-за тебя. Если б не ты, возможно, я бы выбрал другой мир. Ты знаешь, мне кажется, что, кроме тебя, у меня нет никого ближе.

Мрякул лизнул мальчика в щеку шершавым языком и уселся рядом.

— Знаешь, дружище… — Ворн вздохнул. — Я вот все думаю и думаю… Кирилл служит своему Ордену, и я ему нужен только для достижения неких целей. Гобла — он прикольный, но зачем он с нами отправился в поход? Я не за этот конкретный поход говорю, а в принципе, в целом. Он же тоже свои цели преследует. Они с Карманом хотят усилить свой народ. У Грини особо и выбора-то не было. А теперь он встретил брата. Да, Гриня обижен на Рауда, но, как говорится, кровь — не водица. Я думаю, Гриндорф вернется в род.

— Борг — хороший. Гамлет — засранец. Но Гамлет — друг. Хоть и засранец, — мысленно хмыкнул мрякул.

— А где, кстати, Гамлет? — окинув взглядом забор и внутренний дворик, спросил мальчик.

— С Боргом. Борг — друг.

— Друг, согласен, — мальчик потрепал мрякула по загривку. — Ладно, Полкаша, хватит о других. Расскажи лучше, что тут без меня происходило? Кто приходил, кто уходил? — Ворн уселся поудобнее на ступеньках, приготовившись внимательно слушать.

— Была одна девочка… — мрякул замялся, словно выуживая из памяти нужное слово. — Странная. Приходила несколько раз. Она долго смотрела на меня. Говорила, что я очень сильный зверь. И что я должен защищать тебя любой ценой. Потом она ушла. И больше не приходила.

— Она говорила с тобой? Как я?

— Нет. Не знаю. Я с ней не говорил. Она просто смотрела на меня. Я думал, она просто любопытный детеныш.

Ворн насторожился.

— Покажи мне ее.

Мрякул передал образы: маленькая девчушка, лет семи, не больше, в оборванных одеждах, чумазая, на голове — старый цветастый платок, обмотанный так, что видны лишь изумительно зеленые глаза. Она стояла за забором, перебирая пальчиками красные бусины, нанизанные на нитку, и внимательно разглядывала мрякула. Ушла. Снова образ: пришла вновь и опять стоит, смотрит, молча. Перебирает бусины. И так три раза. На третий раз она произнесла несколько слов и удалилась.

Ворн в задумчивости запустил пятерню в волосы, поскреб затылок.

— Мда… И в самом деле, странная она. Интересно, чего ей нужно было?

— Дыма не было.

Ворн не совсем понял, что имеет в виду мрякул. Вопросительно посмотрел на друга.

— У всех людей есть дым. Черный, серый, цветной. А у нее дыма не было.

— Странная девочка без ауры? — хмыкнул Ворн. — Все чудесатее и чудесатее. Хотел бы я с ней пообщаться. Может, чего дельного бы сказала. Зачем-то она же приходила?

— Хочешь, я ее поищу?

— Нет, дружище, не стоит. Не трать силы перед походом. Кирилл сказал, что утром мы выдвигаемся. Если ей надо будет, то еще раз придет. Попробуй с ней поговорить. Мало ли.

— Думаешь, она услышит меня?

— Возможно.

— Хорошо, друг, — мрякул замялся, собираясь с мыслями. — Ворн, я могу отлучиться ненадолго?

— Проголодался?

— Нет. Попрощаться. Самочка.

Ворн кивнул понимающе.

— Лети, конечно. Только осторожнее там. Не забудь про черные мысли и черный дым.

Мрякул радостно заурчал, расправил крылья и, мощно оттолкнувшись от земли, взмыл в воздух. Ворн проводил его взглядом, пока тот не превратился в маленькую точку на фоне сереющего неба. Мальчик вздохнул и вернулся к своим раздумьям.

— Странная девчонка, Орден, Гобла с Карманом… Все как-то слишком запутано. Надо во всем разобраться, пока не стало слишком поздно.

Он поднялся со ступенек и направился в дом. Нужно было подготовиться к походу, проверить оружие и броню. А еще следовало переговорить с Кириллом. Выяснить, что именно Орден хочет от него. И почему они так настаивают на его участии в этой экспедиции. Ворн чувствовал, что его используют, но пока не мог понять, в какой именно игре он пешка.

Вечером, когда солнце окончательно скрылось за горизонтом и в небе засияли звезды, мрякул вернулся. Мальчик сидел на улице, дышал свежим воздухом, слушал город. И ждал. Он ждал странную девочку. Опасался, что пока Полкаша в отлучке, они пропустят ее приход. Но девочка не пришла. Мрякул сел рядом с Ворном и молча принялся грызть здоровенную рыбину, которую, судя по всему, выпросил, выманил или стащил у местных рыбаков.

— Все хорошо? — спросил Ворн, наблюдая за тем, как зверь уплетает добычу. Мрякул кивнул, не отрываясь от трапезы. — Самочка ждет потомство?

Мрякул снова кивнул. Отложил недоеденную рыбу в сторону и потерся головой о плечо Ворна.

— Скоро будут маленькие мрякулы. Много. Очень рад.

Ворн улыбнулся.

— Поздравляю, дружище. Это отличная новость. Кирилл говорил, что мы еще вернемся в этот город. Так что, возможно, ты еще увидишь свою самочку.

— Хорошо бы, — мрякул вновь приступил к поеданию рыбины, но вдруг замер, поднял лобастую голову и умными глазами посмотрел на Ворна.

— Будешь? — подпихнул он остаток рыбины лапой в сторону мальчика.

Ворн улыбнулся.

— Не. Я уже поужинал. Но за предложение спасибо.

Как и предполагал Ворн, Гриня остался с Раудом. Они пришли в лабораторию глубокой ночью. Капитан отдал Кириллу какой-то мешок, а затем они удалились в отдельную комнату и долго о чем — то беседовали. Потом позвали и Гриню. Снова говорили, теперь втроем. Когда вернулись в гостиную, Гриня горячо попрощался со всеми, но обещал, что они еще увидятся, так как через месяц Рауд вернется за ними в порт.

Ворн хотел вернуть Рауду родовую бляху с волком, но капитан отказался ее забирать.

— Мой брат назвал тебя сыном. Значит, так оно и будет. Я, Рауд Эгиль, глава рода Норд-ульф, принимаю тебя, Ворн-названный сын Гриндольфа в свой род! — пробасил он подобно раскату грома. — И да будут моим словам свидетелями Боги! — стукнул он себя кулачищем в грудь с такой силой, что броня жалобно затрещала. — Носи наш родовой пояс с честью. И да приумножатся доблесть и подвиги нашего рода!

Мальчик слегка растерялся. Он почувствовал, как за спиной словно щит появился, а по телу разлилась сила. А может, ему это просто показалось. Распахнув от удивления глаза, он открыл и закрыл рот. Кашлянул.

— Благодарю, — голос мальчишки осип. — Не знаю, что надо говорить в такие моменты. — замялся он, подбирая слова.

Гриня, усмехнувшись, подошел и порывисто обнял парня.

— Береги себя, — дружески хлопнул по спине и столь же порывисто отстранился. — Не прощаемся. До встречи. Да прибудут с вами боги! — поднял он руку со сжатым кулаком и стукнул себя в грудь.

Некая внутренняя сила внутри Ворна колыхнулась, и его рука повторила тот же жест.

— Да прибудут с вами Боги. До скорой встречи! — ответил Ворн.

И его новые родственники покинули гостеприимный подвал.

Утром, еще до рассвета, путники собрались во дворе. Борг и Гамлет уже вовсю подтрунивали друг над другом, разряжая напряженную атмосферу. Кирилл, как всегда, был собран и немногословен, проверял амуницию. Гобла и Борг о чем-то тихо переговаривались в стороне, изредка бросая взгляды на Ворна. Профессор вертел в руках здоровенный топор, подаренный Раудом. Нормального оружия для помолодевшего дедушки не нашлось, а с пустыми руками идти в мертвые земли безрассудно. Накануне, ночью, когда приходили северяне, Профессор обмолвился, что в прежние времена он недурно владел топором и предложил Рауду хорошую сумму за его оружие.

— Так бери, — протянул капитан ему свой топор. — Продавать свое оружие плохая примета. Пусть он послужит тебе на славу. И дай боги, мы еще свидимся. Удачи вам, — хлопнул он удивленного такой щедростью мужчину по плечу. Габаритами Профессор с Раудом теперь были практически равны, и топор отлично лег по руке новому владельцу.

Когда первые лучи солнца коснулись крыш домов, отряд двинулся в путь. Ворн шел впереди, рядом с Кириллом, рассекая прохладный утренний воздух. Гамлет летел над головой, время от времени ныряя вниз и задевая крыльями плечо мальчика, словно подбадривая его или дразня. Город постепенно просыпался, наполняясь звуками жизни.

Мрякул летел впереди, высматривая возможные опасности и гонял чаек, нагло требовавших у рыбаков утренний улов. Ворн украдкой оглянулся на город, ставший ему домом на короткое время. Вспомнил странную девочку. Зачем она вообще приходила? Что хотела сказать?

Путь предстоял неблизкий, через леса и долины, мимо заброшенных крепостей и забытых деревень. Кирилл был немногословен, сосредоточен на маршруте, и лишь изредка бросал взгляды на Ворна, словно оценивая его готовность к предстоящим испытаниям. Гобла и Борг о чем-то переговаривались, периодически взрываясь смехом и тыкая пальцами в небо, где то Гамлет удирал от мрякул, то мрякул от ворона, то всполошенные птицы пытались спастись от обоих забияк. Отобранную у чайки рыбину они разорвали пополам. Мрякул свою часть проглотил на ходу и заложил вираж, выцеливая новую жертву ограбления, а ворон спикировал вниз. Умостился позади Борга, на его рюкзаке, и приступил к завтраку.

Вечером, когда отряд разбил лагерь у подножия древнего кургана, Ворн решил поговорить с Кириллом. Нашел его у костра, затачивающего кинжал.

— Кирилл, я хотел бы кое-что спросить, — начал он, осторожно подсаживаясь рядом. — Что на самом деле нужно Ордену от меня?

Кирилл оторвался от своего занятия и посмотрел на Ворна внимательным взглядом. Его глаза, обычно холодные и отстраненные, казались сейчас даже немного усталыми. Он вздохнул и отложил кинжал в сторону.

— Ты действительно хочешь знать? — спросил Кирилл, словно сомневаясь в необходимости этого разговора. — Это знание может оказаться для тебя бременем.

— Я должен знать, — твердо ответил Ворн. — Я не хочу быть просто пешкой в чужой игре.

Кирилл кивнул, словно смирившись с неизбежным. Он обвел взглядом остальных членов отряда, убеждаясь, что их никто не слышит, и заговорил тихим, приглушенным голосом:

— Орден видит в тебе потенциал, Ворн. Ты силен, умен и обладаешь даром, который встречается крайне редко. Мы полагаем, что ты можешь стать ключом к разгадке многих тайн, которые Орден пытается раскрыть уже много лет.

— Каких тайн? — нетерпеливо перебил его Ворн.

— Тайн, связанных с Проклятыми землями, — ответил ему Кирилл. — С силами, которые там обитают. С тем, как их контролировать и использовать. Орден надеется, что ты сможешь помочь нам проникнуть туда, куда другие не смогли. И если это получится, ты займешь свое место в Ордене.

— А если я не хочу в ваш Орден? — нахмурился подросток. — Балахоны не в моем стиле.

Кирилл усмехнулся.

— Ничего, привыкнешь.

Ворн помрачнел. Он ожидал чего-то подобного, но услышать это вслух было совсем другое дело. Ярость начала закипать внутри, но он сдержал ее, понимая, что сейчас не время для конфликта.

— И что будет, если я откажусь? — спросил он, стараясь сохранить спокойствие в голосе.

Кирилл вновь вздохнул, и его взгляд стал еще более тяжелым.

— Ворн, ты должен понимать, что Орден не привык просить дважды. Орден вообще не просит. Он повелевает. Понимаешь? Твои способности и знания слишком важны, чтобы их игнорировать. Если ты не захочешь сотрудничать добровольно, мы найдем способ тебя убедить. Но поверь мне, ты не захочешь, чтобы до этого дошло.

Ворн сжал кулаки, чувствуя себя загнанным в угол. Он понимал, что Кирилл говорит правду, и что у него нет выбора. Он был лишь мальчишкой против могущественной организации, которая готова на все ради достижения своих целей.

— Я подумаю над этим, — пробормотал он, отводя взгляд.

Кирилл кивнул, словно принимая его ответ.

— Это все, что я хотел услышать. А теперь отдохни. Завтра нас ждет долгий путь. И помни, Ворн: Орден всегда будет следить за тобой.

Ворну не удалось быстро провалиться в объятия Морфея. Долго ворочался он на своей лежанке, разум был переполнен тягостными раздумьями и гнетущими предчувствиями. Слова, произнесенные Кириллом, настойчиво звучали в его сознании, заставляя анализировать свое будущее и роль, отведенную ему в замыслах Ордена. Что замышляют похитившие его люди, кто они такие, и как повлияют на него таинственные руны, пока не проявляющие себя и едва различимые на коже? О какой необычной любви говорил старик на голограмме, зачем Рауд принял его в свой клан, и к каким последствиям это приведет? Он ощущал себя марионеткой, которой управляют все, кому не лень, и это чувство вызывало в нем яростное возмущение. В своих размышлениях юноша не заметил, как погрузился в сновидение, которое поразило своей реальностью ощущений. Ему привиделся космос. Бездонная, черная пустота, и он ощущал себя в этом пространстве, не видя и не ощущая своего тела, но сохраняя способность мыслить, и его мысли звучали как голос. Он мог видеть все и сразу, повсюду. Как такое возможно, он не понимал. Но было абсолютное ощущение, что он и есть это пространство. Полная свобода в перемещениях и мыслях, чувство безграничного покоя, умиротворения и беспредельной силы, но не физической, а скорее духовной.

«Наверное, это то, что чувствуют боги», подумал он. «Я — бог?».

— Нет, юноша, ты не бог. — раздался в голове Ворна мощный, насмешливый голос.

Но в голове ли, если нет тела? Голос звучал одновременно приглушенно и громогласно, одновременно везде. Он охватывал собой все бескрайнее пространство. Ощущение собственной силы не ослабло, но Ворн осознал, что владелец голоса намного могущественнее его. Настолько, что самого Ворна можно сравнить с песчинкой в недрах огромной горы.

— Я рад, дитя, что ты смог проникнуть в это измерение, и теперь мы можем общаться. Надеюсь, ты готов к длительным беседам? — усмехнулся голос.

— Зависит от того, насколько интересны и долги они будут.

— Разве это имеет значение?

— Не знаю. Возможно, да.

— Время не имеет значения. Здесь нет времени. Нет материи. Есть только ты и я.

— А кто ты? Бог?

Голос разразился смехом.

— Я ЕСТЬ МИР! — прогремел голос, и Ворна словно ударом выбросило из сна.

Ворн резко открыл глаза, все еще ощущая неприятное покалывание в груди. Он жадно вдохнул холодный ночной воздух, пытаясь унять дрожь, вызванную не только холодом, но и внутренним смятением и полным непониманием происходящего. Кожа в районе солнечного сплетения пылала холодом. Он приподнял рубашку. Символ, расположенный точно посередине груди, медленно угасал, возвращаясь к своему прежнему, почти невидимому состоянию.

* * *

Книга — огонь? Не тормози! Лупи лайк, подписывайся, врубай комментарии на полную катушку!

Всем здоровья вагон и тележку, добра — без ограничений!