Эпилог Иван

День рождения Пышки, которая совсем уже не Пышка, а взрослая и очень серьёзная девочка Даша, которая в этом году пошла в первый класс.

Но от традиций мы не отступаем, и все детские дни рождения поводим всё в том же игровом центре, который теперь, благодаря бурной деятельности моей Маруси стал частью большой сети и очень популярным.

Марья интуитивно чувствует, что больше всего любят дети и развитие игровых ведёт по этому пути.

Дарья пригласила почти весь свой класс, благо, у них в классе всего пятнадцать человек. Я через пять минут почувствовал, как от их крика и гама голова становится квадратной. Хотя мог бы и привыкнуть.

У нас дома часто собираются детские компании. Да и наши с Марусей дети — та еще веселая компашка.

Даня, Даша, Дима и маленькая Сашенька, которой только исполнилось полгодика.

Как эту компашку вывозит Маруся — понятия не имею, я не всегда вывожу, потому что дети — это дети, они не идеальны. А я не всегда могу быть строгим отцом и понимаю, что это, порой мешает.

Когда Марья строго отчитывает хулиганку Дашку и просит меня — поговори с ней! Строго!

А я не могу строго, смотрю в её большие серые глаза, и не могу. Только спрашиваю:

— Даш, ну ты же больше не будешь?

— Не буду, папочка.

— Вот и хорошо.

Я знаю, что она будет, всё равно будет хулиганить, и она это знает, но… она ведь ребёнок? Мой ребёнок. Дети всегда хулиганят.

Наши дети не исключение. Но мы справляемся.

Няни справляются не всегда, и я шучу, что с шикарной няней мне повезло один раз, и я сам всё испортил, сделав её из няни своей женой.

Детей забирают в «лазертаг», Даня, хоть и считает себя старше и умнее — всё-таки два года разницы, идёт с ними. Дочь Маруськиной подруги Полины и моего приятеля Морозова — вместе с ним, одни одного возраста, и очень крепко дружат. А мы дружим с четой Морозовых, у которых вот-вот должен появиться третий малыш, поэтому сегодня они не с нами. Няня сидит в тихой зоне с коляской, в которой мирно спит Пышка вторая, как мы иногда называем Сашулю, а мы с Марусей берём Димку и идём с большую игровую зону. Наигравшись, набегавшись, наш герой клюёт носом.

Дашку с компанией уже сажают за стол, они набрасываются на пиццу и прочие вредности.

Мы не из тех родителей, который закатываю глаза, когда говорят о фастфуде. Не злоупотребляем, конечно, всё в меру, иногда можно.

Потом торт, свечи, детское шампанское — праздник подходит к финалу, и я уже предвкушаю как дома мы с Маруськой останемся одни, в тишине.

В блаженной тишине, когда все уснут!

Не тут-то было!

Дома праздник «для пап и мам». Вернее, бабушек и дедушек.

Маргарита Пална, которая души не чает в Дарье, дарит очередную коллекционную Барби. Мелания, которая вышла замуж за одного из моих топ-менеджеров, и вот-вот должна родить, преподносить очередной модный наряд из своего бутика.

Дед Дмитрий и бабушка Надежда сегодня по видеосвязи. Они уже некоторое время живут у океана, хотел вернуться к празднику, но дед сильно расцарапал руку и ногу о кораллы, и мы решили, что лучше дать ему восстановиться, на ближайших каникулах мы поедем к ним на острова.

Наконец почти ночь. Гости уехали, дети уже угомонились в кроватях. Маруся заканчивает кормить Сашу и скоро должна прийти в спальню.

Я в предвкушении.

Почему-то сегодня особенно остро чувствую. Вспоминал, как увидел её впервые. Как разглядел потом. Понравилась сразу — бойкая, острая на язык, и в то же время ранимая и нежная.

Как не позволял себе любить, вернее любил — не позволял признать это.

Счастье, что у Маруси оказалось такое щедрое сердце и море терпения.

Даже после такого фиаско, когда я в первую нашу ночь назвал её именем своей первой любви — смогла понять и простить. А я долго думал, размышлял. А потом… потом просто снова увидел тот самый сон и вспомнил. Вспомнил, что мне приснилась моя Дашка — мама Дани — она ведь тогда меня получается благословила! Во сне сказала — люби и будь счастлив. И я сказал ей — я тебя люблю, Даша. Только сказал вслух. И моя Маруська услышала.

Ей со мной пришлось не просто, моей Мальвине. Я безмерно ей благодарен за то, что она всё-таки дала мне шанс.

Шанс на любовь и счастье.

Дверь открывается. Она заходит.

Нежное голубое платьице, парик на волосах, белые чулки…

— Привет, дон Корлеоне, у меня предложение, от которого ты не сможешь отказаться.

Это точно. От Мальвины не смогу!

Особенно, когда она так загадочно улыбается, забираясь на кровать, и стягивая тонкие бретельки…

— Люблю тебя, Марусь.

— А я люблю тебя.