Я, наверное, с ума сошла!

Знала же, что будет после этой провокации? Ну, скажем так — догадывалась. Опыта-то у меня никакого нет. Я вообще не представляю, как себя вести с мужчинами. Любыми. А уж такими как Дюжев…

Но я же понимала, что после этого представления в красном он не будет спокойно сидеть в кресле, наблюдая за моим дефиле?

С другой стороны… Если бы ему было совсем плевать, разве он стал бы?

Ох, Маруся… запуталась ты совсем.

А поцелуй классный, да.

И его руки на моём теле чувствуются так остро. Ощущение, что внутри разгорается маленький пожар. Искорка, на которую выплеснули горючую смесь, и она полыхнула.

Он целует нежно, глубоко, медленно. Исследует меня.

Это ни разу не фиктивно! Вот… вообще! Это… восхитительно. Прекрасно.

Это по-настоящему.

И я ловлю себя на мысли, что мне очень нравится то, что происходит.

И это опасно.

Потому что я молодая, наивная, неопытная. Мне влюбиться — на раз. Особенно в него, в такого идеального, красивого, богатого, умного.

Но ему-то я зачем?

Если не в качестве ширмы?

Во-от!

Студентка Маруся, бедная девушка, у которой из активов только бабушка профессор и годовалая приёмная дочь — зачем олигарху такой подарок судьбы?

Даже если молодая, симпатичная и… ну, блин, да, девственница. Приятный бонус — но это не точно.

Мне кажется, это только в книжках про миллиардеров невинность имеет цену.

В реале, я думаю, мужчинам нужны опытные девушки, которые знают, чего хотят.

Кто захочет возиться со стыдливой неумехой, которая ничего не понимает в этом, да еще и боится?

Если что — я про себя.

— Марусь, о чем ты думаешь?

— Что? Ой…

Поцелуй закончился, а я стою с закрытыми глазами, мечтаю.

Краснею, потому что совсем не хочется, чтобы Иван понял, о чем я думаю.

Думаю, как не влюбиться в него. И, по ходу — уже опоздала с этими мыслями.

Увы.

Он мне нравится. Очень. Если дальше будет так же продолжаться с поцелуями, то… Это большая угроза моему сердцу. И вообще, жизни.

— Марья?

— Я думаю, мы отлично потренировались сегодня. У вас… у вас очень естественно получается. Но… может, всё-таки, не будем так часто это делать? Особенно, без свидетелей?

Он усмехается, головой качает.

— А со свидетелями?

— Со свидетелями тоже не стоит… Допустим, я стесняюсь?

— Ты? Стесняешься? Думаешь, в это поверят?

— В смысле? — Я искренне возмущаюсь! — Вы на что намекаете?

— Прости, ни на что, я…

— Моя бабушка знает, что я очень стыдлива! Между прочим! Во всем, что касается этого… этих отношений.

— У тебя же не было этих отношений? Откуда тебе знать?

Он, конечно, прав. Откуда мне знать? Судя по нашим поцелуям что-то мне подсказывает, что я вообще ни разу не стесняюсь. И готова целоваться с ним при любом удобном случае.

Но мне нельзя этого делать.

— Знаете, что?

— Что? Еще потренируемся?

Он опять притягивает меня ближе, а я выставляю руки, пытаясь поставить преграду между нами.

— Нет! У нас тут другие цели. Мне принесли кучу одежды, и надо её примерить. Правда, я всё-таки не очень понимаю, зачем мне это всё.

— Марусь, поверь, тебе это все очень нужно! И я тебя уверяю, через неделю ты встанешь перед гардеробной и скажешь, что тебе нечего надеть.

— Перед гардеробной?

— Ну да, мы скоро вернёмся в мой дом, там у тебя будет отдельная спальня и гардеробная.

Нет, в принципе, это логично, конечно. Но, если честно, не могу представить ситуацию, когда у меня полный гардероб шмотья и я такая — ой, надеть нечего! Да у меня даже когда всего две толстовки, водолазка, джинсы и юбка я как-то знаю, что надеть.

Может, это так работает — чем больше выбор, тем меньше выбора? Надо бы, кстати, запомнить эту фразу, хорошая.

Пожимаю плечами, возвращаясь в примерочную.

Белье я, во избежание эксцессов больше не демонстрирую, да и примеряю только пару комплектов, попроще, консультант объясняет, что каждая модель носится с определенным типом одежды.

— Эти бра для более открытых вещей, и балконеты, у вас красивая грудь, её можно показать.

— Кому? — выпаливаю, как всегда, не думая, но мне правда интересно.

— Вашему мужчине, — улыбаясь объясняет девушка, — правда, некоторые не любят, когда их подруга выставляет напоказ. Мой парень вот вообще дико ревнивый, никаких открытых вещей, юбки по колено.

Она вздыхает, но при этом улыбается так, как будто ей нравится то, что её парень контролирует её внешний вид. Интересное кино.

Кстати, любопытно, как Дюжев отнесётся к тому, что я надену вот то платье с открытыми плечами? Или вот эту блузку с декольте?

Их я ему не показываю, да, на самом деле не много вещей демонстрирую боссу, который по совместительству фиктивный жених.

Он кивает, почти на все, немного хмурится, когда одно откровенное платье на тоненьких лямочках я всё-таки решаюсь представить ему.

Мне оно нравится очень. Простое, и вместе с тем элегантное, шоколадного цвета, мне идёт, в нём я чувствую себя королевой. Хотя декольте для меня слишком смелое, и еще разрез до середины бедра, нет, не то, чтобы я стеснялась своих ног, они у меня и длинные и ровные. Просто не привыкла к такому.

Что ж… настала пора привыкать?

— Тебе не нравится? — спрашиваю открыто, пусть скажет.

— Нравится, просто…

— Что? — наивно хлопаю глазами.

— Съесть тебя хочется, вот что.

Ого… почему от его слов начинает как-то усиленно печь в груди и низ живота странно сжимается?

— Просто… ты проголодался, любимый, — говорю, снова нарываясь, нахально подходя ближе, наклоняясь, открывая красивый вид.

— Похоже, да, — он сглатывает, бросая взгляд туда, куда нужно и отводя глаза. — Еще долго тебе? Или отложи, зайдем тут в ресторан и вернёмся.

— Нет, уже почти все. Что-то можно не мерять, я думаю, и не покупать.

— Купим всё, дома наденешь, если не подойдет — можно обменять. Переодевайся тогда и пойдем.

— Хорошо.

Поворачиваюсь, чтобы пойти в примерочную.

— Надень тот светлый брючный комплект, он тебе очень идёт.

Хм, что? Сразу хочет, чтобы я переоделась?

Ну, ладно. Светлый плотный трикотажный костюм мне на самом деле очень понравился, сел идеально, и я в нём была такая элегантная.

Выхожу их примерочной в новом образе, сама себе нравлюсь.

Мой босс стоит у кассы, проводит картой, а меня немного передергивает, когда я понимаю, что даже примерно не представляю сколько он сегодня здесь на меня потратил. Я увидела ценник только на одной вещице, на маленьком топе, который шел с одним из костюмов. Эта, по сути, маечка, стоила столько, что у меня челюсть отпала. Десять тысяч! Маечка! Я было хотела выйти, обсудить этот вопрос с Дюжевым. Не понимала зачем он на самом деле тратит на меня такую прорву денег. Но потом вспомнила его слова.

Да, на самом деле невеста олигарха, пусть и фиктивная, не может выглядеть дешево. И потом, нам же надо скрывать то, что у нас все не по-настоящему?

Улыбаюсь своему отражению в зеркале и ловлю взгляд Ивана, он оглядывает меня как-то… безразлично что ли. Просто пару секунд смотрит, лицо ничего не выражает, и отворачивается.

А мне почему-то сразу дико обидно.

Неужели я ему совсем-совсем не нравлюсь? Вот такая? Я же отлично выгляжу, в чем дело?

На самом деле для меня это звоночек.

Да, да, Марусь, ты для него — пустое место. Что и требовалось доказать.

Ты ему нужна для достижения его целей. И он тебе тоже нужен для дела.

А поцелуи — это просто… просто вынужденная мера. И чем меньше их будет, тем лучше.

Но когда мы возвращаемся в дом мачехи моего жениха становится понятно, что, возможно, одними поцелуями нам уже не обойтись.