Стюарт

В камине успокаивающе потрескивают поленья, пляшущее пламя отбрасывает причудливые тени на бордовый ковер, застилающий пол кабинета. На столе передо мной разложены пергаменты со схемами проекта новых железнодорожных путей.

Цифры, цифры, цифры. Тру утомленно глаза пальцами и снова смотрю на них, пытаясь сосредоточиться. Король пожелал проложить рельсы между удаленными поселениями и маленькими городами к центру королевства, чтобы повысить уровень жизни в них, увеличить торговые потоки.

Некоторые из линий будут пролегать в холмистой местности, потребуется строительство туннелей. Я должен убедиться, что все четко выверено, и погодные условия тоже учтены. А, к ехиднам!

Отбрасываю пергаменты и откидываюсь на спинку кресла. Руки опускаю на деревянные подлокотники. Уже в глазах рябит от схем и смет.

Прикрываю веки и прислушиваюсь к тишине. А в голове мысли роятся и не дают покоя. Две недели назад Белинда уехала в Воронью Тень, и с тех пор я ничего о ней не слышал. Тим не вернулся, и меня ненавязчиво, но раздражающе терзают сомнения. Правильно ли я поступил? Может, Марисса права, и Белинде было бы лучше под присмотром целителей в Обители Безмятежности?

В памяти всплывает выражение ее лица в день отъезда. Никогда такой не видел Белс — решительной и дерзкой. Эта серая мышка боялась лишний раз голос подать и глаза прятала, а тут раскрылась неожиданным образом!

Но больше всего меня поразил ее взгляд — уверенный, искрящийся, будто бы она была рада убраться как можно дальше. Даже в Воронью Тень. Куда угодно, только бы больше не видеть меня.

К чему душой кривить — я сам ждал дня ее отъезда, но не думал, что будет так. Ждал слез, истерик, уговоров, но никак не предполагал, что она сама запрыгнет в экипаж.

Наш брак был обречен с самого начала, какие могут быть сожаления? Жаль, я не сумел этого понять сразу.

На моих глазах Белс взрослела и расцветала в настоящую красавицу. Ее отец, господин Генри Олсен, выдающийся целитель и экспериментатор, достиг при жизни небывалых высот и мог создать снадобье практически от любой болезни. Когда-то он помог моей матери и я был благодарен ему по гроб жизни.

Генри оберегал дочь, сдувал с нее пылинки. Она и правда нежное создание, не спорю. Вдобавок, излучала импульсы жизни, созвучные с моей магией. Чем и ослепила меня, усыпила бдительность. Я не почуял подвоха и без лишних слов согласился связать себя с Белс узами брака.

Тем более, ее отец уже балансировал на грани между жизнью и смертью. Белинда должна была подарить мне наследника, наделенного силой наших стихий. Но разве что в моих фантазиях.

После смерти Генри она замкнулась в себе. Не знаю, что бы я делал без Мариссы! Она служила сиделкой у господина Олсена, лично подбирал ее. Лучшая из лучших в своей профессии.

Благо, Марисса любезно согласилась переехать в мой дом и продолжить присматривать уже за Белиндой. Девчонка таяла на глазах, а потом и вовсе с катушек слетела. А что хуже всего — утратила магию или вовсе ею не была одарена. Они обдурили меня с отцом. Теперь я вдобавок опекун Белс и так легко от нее не избавлюсь.

За раздумьями не замечаю, как отворяется дверь в кабинет. Слышу только, как Марисса мягко ступает по ковру, на цыпочках плывет ко мне в воздушном платье винного цвета. Наблюдаю за ней из-под полузакрытых век. Под невесомой кружевной тканью угадываются плавные изгибы точеной фигуры.

Горло сдавливает, в паху тяжелеет. Перебираю пальцами на подлокотнике и испускаю прерывистый вздох. Само очарование и грациозность.

В воздухе распускается аромат ее духов — утонченный, с нотками вишни.

Марисса скользит к креслу и обходит вокруг, опускает руки мне на плечи. Мягкими и плавными движениями пальчиков начинает их разминать. С наслаждением расслабляюсь в ее руках и запрокидываю голову.

Ее золотистые волосы щекочут щеку. Лениво улыбаюсь. И как я сразу не заметил в ней столько талантов?

— Милый, — мурлычет она. — Не пора ли отдохнуть? Я соскучилась.

И соблазнительно закусывает пухлую губку.

Поднимаю руку и нежно касаюсь пальцами тыльной стороны ее ладони, провожу по бархатистой коже.

— Ты права, на сегодня довольно.

— Чувствую, тебя что-то тревожит. Ты так напряжен, Стюарт.

Открываю глаза и смотрю в потолок, наблюдаю за танцем теней.

— Тим задерживается. Начинаю переживать, все ли в порядке в Вороньей Тени.

Руки Мариссы замирают. Кажется, она и дышать перестает. Перевожу на нее взгляд, отмечаю пушистые ресницы, таинственный блеск в глазах.

— Ты знаешь, я была против отъезда Белинды. Там за ней некому присматривать.

— Пегги справится, не переживай, — успокаиваю ее и поглаживаю по руке. — Но я склоняюсь к мысли, что их нужно навестить. Вот только дождусь документов от адвоката.

Марисса резко выпрямляется и смотрит на меня сверху вниз.

— Зачем тебе ехать в эту глушь? Пошли кого-нибудь. У тебя в подчинении достаточно людей, которые могут справиться с подобной задачей. Подумаешь, документы отвезти!

Я устало улыбаюсь и поднимаю голову, сажусь прямо.

— Я хочу лично убедиться в беспочвенности своих тревог. Не забывай, я по-прежнему остаюсь опекуном Белинды и развод этого не отменит.

— Неужели ничего нельзя сделать? — в голосе Мариссы проскальзывают капризные нотки.

Хмурюсь и барабаню пальцами по подлокотнику.

— Я же сказал, что нет. Разве что она выйдет снова замуж. Ее избраннику и передать опекунство. Но пока рано загадывать, Марисса.

В дверь кабинета стучат.

— Войдите.

Дверь приоткрывается. В кабинет заходит дворецкий Ааран — невысокий и поджарый, в черно-серой ливрее и коротко стриженными седыми волосами — и тактично кланяется.

— Господин, посыльный принес для вас пакет, — подходит к столу с моего молчаливого дозволения.

Кладет посылку поверх смет и схем железной дороги и снова кланяется. А когда выпрямляется — бросает равнодушный взгляд на Мариссу поверх моей головы. Она никогда ему не нравилась, но Ааран тактично помалкивает.

— Благодарю, Ааран.

Жду, когда дворецкий покинет кабинет и закроет за собой дверь. Беру пакет, срываю восковую печать и открываю его. Так я и думал. Наконец-то!

— Что там? — любопытно мурлычет Марисса и наклоняется. Снова ее волосы щекочут щеку.

— Документы по разводу. Белинда должна их подписать. Что ж, — плавным движением поднимаюсь из кресла. — В таком случае, в Ближайшее время я отправлюсь в Воронью Тень.

— Но, ми-и-илый, — Марисса снова облепляет мои плечи руками. Почти повисает на мне и шепчет на ухо: — Возьми хотя бы меня с собой. Не хочу отпускать тебя одного в это гиблое место!

Разворачиваюсь и обнимаю ее за талию, скольжу ладонями ниже и ниже, спускаюсь к упругим ягодицам и охватываю их ладонями, слегка сжимая.

— А я не хочу подвергать тебя опасности. Мало ли, что там могло случиться. Я разберусь. — И холодно добавляю: — Тем временем ты поможешь матушке собрать вещи и посадишь ее в экипаж. Чтобы к моему возвращению ее здесь не было. Она задержалась в гостях, пора и честь знать. Учитывая, что я ее не приглашал и никогда не был рад. И не делай вид, будто я не предупреждал. Не хочу ее здесь видеть.

Марисса замирает и недовольно дует пухлые губки. Смотрю на нее без тени улыбки.

— Мы поняли друг друга?

— Да, — выдыхает покорно Марисса и расплывается в нежной улыбке. Подается вперед и встает на цыпочки, чтобы подарить мне страстный горячий поцелуй.