Я моргаю. Так вот, как выглядит Ярышев старший. Очень… бодро. Я почему-то представляла его немощным и слабым стариком.

Егор поднимается и протягивает ему руку:

— Петр Васильевич, приветствую.

— Да, здравствуй-здравствуй, Егор, — тот пожимает ему руку. — Спасибо за приглашение.

— Пап, и давно ты здесь? — Ярышев вскакивает на ноги и тоже протягивает ему руку.

То как он суетится и заискивает перед отцом невольно вызывает ассоциацию с тем как подростки застукивают за каким-нибудь нарушением. Курением, например.

Да уж, прямо как сказал Сабуров — сорокалетний мальчик.

Или скорее пятидесятилетний. Что ещё хуже.

— Я здесь достаточно, чтоб услышать много всего интересного.

Протянутую ладонь сына, Ярышев старший игнорирует и обходит его.

— Добрый день, — напряженно улыбаюсь я, когда он садится около меня и мы встречаемся взглядом.

— Олеся, да? — Улыбается Ярышев старший одними губами, а цепкие синие глаза пробегают по моему лицу и фигуре. — И правда, само очарование. Понимаю, почему вокруг вас столько внимания. Приветствую, и прошу прощения за то, что вытворяет мой неблагополучный отпрыск.

Я смущаюсь, потому что не знаю как правильно ответить.

Ничего страшного? Но это будет неправдой.

Потому что Юрий действительно очень сильно навредил и мне, и Егору.

Поэтому, решаю применить лучший женский способ увильнуть от неудобной ситуации — хлопаю ресничками и выдаю наивную улыбку.

— Да, хорошо, конечно.

Сабуров единственный, кто ограничивается только кивком.

Ну, да. Не царское это дело — здороваться словами. А рукопожатие Сабурова ещё заслужить нужно.

Егор вот заслужил.

— Пааап, — снова до смешного жалко канючит младший Ярышев, но его отец, властно поднимает ладонь.

— Закрой рот. Я не зря не хотел отдавать тебе президентское кресло. Догадывался, что адекватно распорядиться властью и компанией ты не сможешь. Но чтобы оказаться настолько гнилым и травить брата… устроить гребанный бордель из компании, связаться с криминалом, а после подставить и их. Чтоб тебя, сын, да это нужно быть гением.

— Пап, ты всё неправильно понял! — Юрий вскидывает руки.

— Не делай из меня идиота, — сурово осаживает его отец. — Я видел видео, общался с некоторыми свидетелями. Так вот, если загремишь в тюрьму, на меня не рассчитывай. И конечно управления компанией ты лишаешься. Саша благодаря тебе, тоже неспособен к управлению. Поэтому, я назначаю молодого, но гораздо более умного и способного руководителя.

— Он в упор смотрит на Егора.

— Отец, ты не можешь!

Восклицает Юрий, но Ярышев-старший лишь морщится.

— Могу и сделаю.

— А это от меня, — хмыкает Сабуров и протягивает Юрию какой-то листок.

— Что это? — Хмурится тот.

— Сумма, которую ты мне должен за “благотворительный” препарат. Плюс покрытие моих репутационных ущербов из-за тебя.

Юрий меняется в лице:

— Это смешно. У меня нет таких денег.

— Меня это не волнует, — хмыкает Сабуров. — Занимай, продавай цацки своей бабы, машины, недвижимость я тоже возьму.

— Пап, — Ярышев беспомощно смотрит на отца, но тот лишь пожимает плечами.

— Ничем не могу помочь. Сам вляпался в это дерьмо, сам и выпутывайся.