Никитин поднимает брови.

— Неожиданно. А что на это скажет твой отец? И главное — мама?

Я опускаю подбородок.

— Юрий, скажите, сколько мне по вашему лет? Десять? Пятнадцать? Или больше двадцати как и есть на самом деле? Мне кажется, что я уже давно вырос из того возраста, когда должен принимать решения с оглядкой на одобрение родителей. Или вы всех кандидатов на собеседовании спрашиваете: "А что мама скажет?".

— Было бы забавно, но конечно нет, — качает Никитин головой.

— Вот и я так думаю. — Киваю. — Поэтому, смотрите с точки зрения выгоды для себя. В моем лице вы получаете — опытного несмотря на мой возраст, специалиста по продвижению и логистики. Но главное не это, само собой. Главное, что теперь у вас будет непробиваемый щит и в то же время оружие это — досье на всю нашу корпорацию. Которая оценивается на данный момент в одиннадцать и три миллиарда. Считайте, теперь у вас пожизненный иммунитет.

— Звучит, конечно очень хорошо. — Кивает Никитин. — Но скажу откровенно. У меня опасения, что всё это обычный бунт против родительского контроля. Попытка показать свою самостоятельность и продлится этот "иммунитет" — как ты его назвал. Ровно до того времени, пока вы не помиритесь. Либо пока госпожа Стрельцова не найдет на тебя новые рычаги давления.

Я усмехаюсь и медленно качаю головой.

— Справедливые опасения. Не спорю. Но поверьте, после того, что мне сегодня поведала моя горячо любимая мамочка и в какой манере, всё что ты озвучил — исключает.

— Даже не представляю, что она могла тебе сказать, — хмыкает Никитин.

Я поджимаю губы:

— Вы правы, не представляете. Возможно, я когда-нибудь расскажу. Не знаю.

— Что ж, ладно. Не будем трогать болезненную для тебя тему, — хлопает ладонями по столу Юрий. — Определю тебя замом маркетингового директора пока что. Человек скоро собирается переезжать. Поэтому, на таскаешься немного и займёшь его кресло.

— Хорошо. Спасибо, — вежливо улыбаюсь.

— Когда готов приступать?

— Хоть завтра. Иммунитет, — ухмыляюсь. — Тоже принесу с собой.

— Договорились, — мы оба поднимаемся и жмем друг другу руку. — Жду в главном офисе к восьми.

Мы прощаемся, но едва я выхожу из ресторана и сажусь в автомобиль, как звонит отец.

— Артём, ты что устроил? Решил развести меня как идиота? Ну, ты вляпался, бестолочь хитрозадая. Бегом ко мне. Немедленно!

— С удовольствием, — усмехаюсь я в ответ. — Мне тоже, очень хочется с тобой пообщаться.

Я выезжаю с парковки и уже меньше, чем через двадцать минут оказываюсь у здания нашего офиса.

Прохожу по коридорам знакомым с детства, поднимаюсь на самый верхний этаж в прозрачном лифте и поздоровавшись с очередной новенькой смазливой секретуткой отца, вхожу в кабинет.

— Артем, — тот поднимается из-за широченного стола и наступает на меня. — Ты, что устроил, щенок оборзевший? Забыл, что должен делать беспрекословно всё, что я…

Еще шаг и я не сильно, но резко врезаю отцу в челюсть.

Он падает на пол и шокировано хватается за челюсть.

— Какого хрена?!

— Это тебе за Свету, похотливый ты козлина, — цежу я сквозь зубы. — И я увольняюсь.