Света

Первое и самое очевидное, что я понимаю поднявшись на второй этаж… я без понятия в какой квартире живёт Владимир. Не буду же я в самом деле названивать в кажлую дверь и спрашивать: " а, Владимир здесь живёт? Это я, Света. Сбежавшая невеста. Он в курсе".

Впрочем, это всё как раз решаемо. У меня в сумочке визитка с номером телефона Владимира. А вот другая проблема больше психологическая и от этого, преодолеть её гораздо более тяжело. А именно — мне невероятно сложно переступить через себя и попросить его о помощи.

И дело совсем не в том, что он наверняка скажет бессмертное: "А я же говорил".

Проблема в том, что я всё ещё не могу понять его мотивы, почему он собирается мне помогать и самое страшное — что потребует в качестве оплаты?

Впрочем, потом я вспоминаю маслянный взгляд Александра Стрельцова, его похотливую улыбку, мерзкие прикосновения и главное — практически ультиматум о том, что я должна спать с ним и пальцы сами набирают номер Владимира.

Как говорится — меньшее из двух зол. Я надеюсь, по крайней мере.

Долгие гудки, за время которых я уже пару раз порывалась скинуть вызов, но мысленно била себя по пальцам. Да и смысл? Он всё равно скорее всего перезвонит.

Поздно соображаю, что Владимир судья вообще-то и вполне возможно, что сейчас он как раз на каком-нибудь заседании или слушании.

Я далека от юриспруденции, поэтому не представляю, чем одно отличается от другого и отличается ли вообще.

В конце концов, я скидываю звонок и набираю сообщение:

"Владимир, это Света Воробьева. Мне нужна твоя помощь по вопросу несостоявшихся родственников".

Отвечает он не сразу, но и долго ждать не приходится.

" Я сейчас на работе. Буду минут через двадцать".

Хотела написать, что подожду сколько нужно, но передумала. Сейчас не до благородства.

Двадцать минут я провела здесь же, на втором этаже, забравшись на подоконник.

Моя квартира всего на этаж выше, но я там не чувствую себя в безопасности. Больше нет.

Наконец, на второй этаж поднимается Владимир.

Всё такой же спокойный, с самоуверенностью в каждом, пусть даже мимолетном движении. В нем сочетались мужество и при этом какая-то кошачья грация.

— Проблемы с родственниками?

Усмехается он вместо приветствия.

Я невесело киваю.

— Еще какие. Замучали вниманием… так сказать.

— Идем, — Владимир подходит к девятой квартире.

Открывает дверь, приглашая войти, но я на мгновение замираю.

Такое чувство, будто я вот-вот попаду в логово хищника.

Ведь это полностью территория Владимира.