Отряд из одиннадцати человек замер у самого края леса. Никто не вошёл внутрь, будто тут пролегала невидимая черта, которую никто не хотел пересекать.

Я стоял рядом с Лунком:

— Почему мы остановились здесь?

— Для удобства.

— Удобства? — не понял я.

— Валить деревья внутри неудобно, морозные твари мешают, могут сожрать, — сказал со смехом Лунк.

Другие лесорубы тоже засмеялись, хотя мы находились рядом с лесом. Мы, считай, тоже должны быть в опасности.

Я их шутки никак не воспринимал: тупые дикари есть тупые дикари. Меня больше интересовали сосны.

Назвать их Особым Рангом было бы преувеличением. Они явно магические, но низшие из низшей иерархии. Без какой-то выраженной «черты».

Обряд Переплетения с ними не провести, а если и провести, то они ничего не дадут. Однако не стоит делать быстрые выводы об их бесполезности.

Я смотрел на стволы, думал о том, что данные деревья могут не только выживать в Мире Вечной Мерзлоты, но и жить хорошо. Их вид не говорил о том, что им плохо или что они болеют.

Их корни легко вгрызаются в мёрзлую почву, что говорит о высокой прочности и выживаемости. Такой материал хорошо подойдёт для крафта.

Мои мысли прервал Лунк. Отряд уже вовсю работал: кто-то раскладывал верёвки, кто-то делал зарубки на коре, намечая направление рубки.

Выбранное дерево стояло чуть в стороне: не самое крупное, не самое тонкое.

— Ты чего смотришь?

— Отдыхаю.

— Отдыхать будешь дома, руби!

Я хотел сказать, что все силы после бега покинули меня. Только это не совсем правда, силы ещё были. Просто не хотелось выкладываться на все сто процентов.

Однако не хотелось ныть перед мужиками. Их мои проблемы явно интересуют в последнюю очередь.

Я перехватил топор двумя руками, почувствовал тяжесть рукояти, выдохнул, размахнулся и ударил.

Тунк.

Несмотря на то что вложил все силы, топор вошёл в ствол всего на три-четыре миллиметра.

Я уставился на щель в коре. Потом на топор. Видать, я сильно недооценил прочность дерева, та была запредельной, будто металл рублю.

— Он настолько прочный?

Лунк хмыкнул.

— С твоими силами мы и за месяц не закончим. Руби молча, в каждый удар вкладывайся!

Я вздохнул, перехватил топор, ударил снова.

Тунк! Тунк! Тунк!

Я бил со всей силы. Десять ударов. Тридцать. Пятьдесят. Я перестал считать, просто бил.

В какой-то момент топор потяжелел. Руки онемели: пальцы сжимали рукоять, но в любой момент могли потерять силу хвата.

Тогда Лунк сказал:

— Хорош, парень. Меняемся.

Я отступил в сторону, один из лесорубов встал возле дерева. Он размахнулся топором, в воздух полетела крупная щепа.

Такой у меня не было. Я смотрел, но решил не сравнивать себя с другими: всё же данный отряд опытный, закалённый в своём деле, мне с ними не сравниться.

Я отошёл подальше, нашёл относительно нормальное место и плюхнулся на снег.

Спина сразу же почувствовала холод. Только мне было всё равно: ноги, плечи, руки — всё горело. Я зачерпнул горсть снега и закинул в рот.

Ах… Как холодно…

Снег был невероятно холодным, аж зубы ломило. Через пару минут тот начал таять, согреваясь во рту, превращаясь в воду. Я пил маленькими глотками, смотря, как другие работают.

— Много снега не ешь, — произнёс Лунк. Он даже не повернулся, наблюдая за мужиками.

— А что?

— Замёрзнешь изнутри.

Я ничего не ответил, но то, что ко мне относились как к ребёнку, напрягало. Потому я перевёл взгляд на лес.

Какие тайны он скрывает?

Понятное дело, что там опасно. Но у меня есть Книга Жизни и Смерти, которая должна сохранить жизнь и заранее предупредить о смерти.

Тем более я понимал, что риск всегда идёт вместе с выгодой. Чем больше риск, тем больше выгода. Не всегда так, но, смотря на лес, я видел в нём большие возможности.

Какие ещё деревья особого ранга там есть?

Такая мысль завладела мной. Я поднялся, отряхнул снег и сделал пару шагов к лесу, чтобы осмотреть его.

Раздался голос:

— Куда собрался?

Я остановился. Лунк опять даже голову не повернул.

— Хочу посмотреть.

— Человеческий язык понимаешь?

— …

Мне не понравилось, что меня сравнили с бездумным животным.

— Нельзя значит нельзя.

Я начал раздражаться из-за такой плотной опеки. Вообще вся ситуация в племени напрягала: говорят бежать — я бегу. Говорят руби — я рублю. Не ешь снег. Не ходи в лес.

У меня давно такого не было. Я всё понимаю: Лунк в какой-то мере исполняет наказ отца. Заставить работать, приносить пользу племени, оберегать от глупости.

Однако внутри тела «ребёнка» находится взрослый человек с большим опытом. Для кого-то лес опасен, для меня — нет. Просто я не могу взять и объяснить всё как есть.

Во-первых, никто не поверит. Во-вторых, все всё равно будут считать меня капризным и тупым.

Тогда, может, так и нужно. Просто ослушаться и сделать дело. А последствия? Ну, наругает отец в племени — не так уж страшно.

Я сделал два шага вперёд. В этот момент Книга ожила. Вспорхнула с плеча, замерла перед лицом, открылась, страницы зашелестели, и появилась страница, на которой начал появляться текст.

Я застыл. Так быстро? Не ожидал, что жизнь и смерть разделяет лишь одно решение: пойду или не пойду в лес.

В любом случае я начал читать подсказку:

[Я решил обмануть Лунка. Я сказал ему:

— Понял, не дурак, дурак бы не понял…

Всем видом показал, что иду и сяду на месте, а затем резко развернулся и побежал в сторону леса.

Топ. Топ. Топ.

Я думал, что сделал всё правильно. Я не ожидал, что очень скоро услышу голос:

— Стой, паршивец!

Лунк бежал за мной, всем своим видом показывая, что, когда догонит, выбьет из меня всё дерьмо.

Я подумал:

«Вот же хрень доставучая!»

Я крикнул ему:

— Лунк, отцепись!

— НЕТ!

Мы вдвоём так и бежали, всё сильнее уходя вглубь леса. Сразу заметил, что в лесу было темнее: деревья скрывали солнечный свет. Из-за этого в лесу было на порядок холоднее. Огонь из даньтяня расходовался в два раза быстрее.

Я быстро бежал, пытался одновременно скинуть хвост и осматривать окрестности вокруг. Не только на предмет опасности, но и полезности. К примеру: какое-то необычное растение или цветок.

И вот она — удача. Перед собой я увидел дерево. Не сосна, но очень сильно похожее на неё. Дерево будто было её близким родственником. Только отличие было в том, что на верхушке росли плоды.

Они выглядели довольно хорошо. В том плане, что, быть может, их можно использовать в качестве пищи. В холодном климате очень важно знать такие вещи.

Но издалека я не мог ни определить полезность, ни определить съедобность. Мне бы взять образец в руки и исследовать.

Однако в этот момент к доставучему Лунку присоединилось ещё что-то необычное. Зоремер, шаман племени Верхуры, не просто отправил меня на пятое испытание, но также наделил проклятием.

Я не знал, что это за проклятие, пока сейчас крокодил не ожил. Я мельком увидел его зелёное тельце, обвитое вокруг моей шеи. Почему он стал виден мне — непонятно.

То ли потому, что зашевелился, открыл рот и издал пронзительный звук:

— ГРА!

Я сначала не понял, что тот делает. Но как будто он зовёт на помощь? Призывает опасность?

Я не знал точно, но чутьё подсказывало, что так и есть. Очень скоро я увидел его: белый, почти сливающийся со снегом, огромный трёхметровый волк.

Он бежал сюда, ко мне. Я подумал: «Что за хрень?» Начал разворачиваться и бежать из леса как можно быстрее.

Лунк к тому времени тоже заметил зверя и кричал:

— Я ТЕБЕ ГОВОРИЛ, ЧТО В ЛЕС НЕЛЬЗЯ!

Но было уже слишком поздно сожалеть. Волк оказался совсем рядом. Он открыл пасть, и, что странно, у него всё белое снаружи, а внутри чёрное: зубы, язык — просто чернота.

АМ!

Волк укусил за «бочёк». Одновременно цепляя шею и голову, я был просто безвольной куклой, которую растерзали за пару мгновений. Даже слово «мама» не успел крикнуть.

✤ Конец истории ✤]

Я закончил читать подсказку, и первое время у меня не было слов. Я даже подумал:

«Неужели всё так и было?»

Волосы на теле встали дыбом. Ужасная смерть от ужасного зверя. Вообще из подсказки можно получить сразу много информации.

Во-первых, разведданные об условиях леса и том дереве. Во-вторых, об опасности проклятия: оно не бьёт напрямую, а действует через морозных тварей. В-третьих, Лунк — та ещё заноза в заднице и будет меня преследовать, даже если это опасно.

Лунк вывел меня из раздумий:

— Чего застыл? Думаешь убежать?

— Что? НЕТ, — возмутился я. — Ты такого обо мне мнения? Я лишь просто проявил любопытство, не более.

— Ну-ну.

— Я серьёзно, Лунк. Ты же знаешь, я тебя ни за что не ослушаюсь.

Мужик вскинул бровь, явно не ожидая таких слов.

— Ты что-то скрываешь?

— Лунк, брось. — Я развёл руками. — Что от тебя скроешь? Ты же проницательный.

— …

По его взгляду было понятно, что он не поверил ни одному моему слову. Я же отошёл от леса, считай лёг обратно, чтобы восстановить силы и переварить подсказку.

— Чего лёг?

— Отдыхаю.

— Не время, пришла твоя очередь.

— ААА… ЭТО ГРЁБАНОЕ ДЕРЕВО!

Моё возмущение не было поддельным, я устал его долбить.

Тунк! Тунк! Тунк!

Мы рубили долго. Сменяли друг друга. Щепа летела во все стороны. Ствол медленно, но неотвратимо стачивался.

В какой-то момент дерево решило помочь само. Раздался звук:

ТРЕСК.

Глубокий, внутри самого ствола что-то лопнуло.

— ОТОЙДИ!

Сосна полетела туда, куда должна была упасть — в сторону открытого поля, подальше от леса, подальше от соседних деревьев, где ветки могли бы поймать ствол, и тогда мы бы его не вытащили.

Сосна помедлила, затем начала крениться. Всё быстрее, пока не упала. Раздался грохот.

ТУ-ДУМ!

Я смотрел на дерево и в ужасе подумал: а как его принести в племя? Посмотрел на верёвки, посмотрел на Лунка и сказал:

— Я не потащу!

— Чего?

— Я серьёзно. Объективно оценивая силы: я еле сюда прибежал. Тащить за собой несколько тонн обратно я не смогу. Сдохну по дороге.

— Так сдохни, — ответил Лунк.

— В переносном смысле. Если упаду, вам придётся тащить на себе ещё и мою тушу.

— Никто не будет тащить тебя. Упадёшь — умрёшь.

Я посмотрел на него. Он смотрел на дерево.

Нет, это перебор.